27. Государственная территория, понятие, состав. Принцип территориальной целостности

Государственная территория состоит из сухопутной территории, включая ее недра, водной и воздушной. Внешние пределы государ­ственной территории определяются государственной границей.

Сухопутной территорией государства считается тот объем суши, который расположен в пределах установленных государственных границ.

Водную территорию государства составляют внутренние воды и территориальное море. К числу первых относятся воды рек, озер, каналов и иных водоемов, расположенных в пределах сухопутных границ государства. Внутренними морскими водами являются те, которые определены Конвенцией ООН по морскому праву 1982 года: морские воды, в том числе воды государств-архипелагов, располо­женные в сторону берега от прямых исходных линий, принятых для отсчета ширины территориального моря; воды портов; воды заливов, берега которых принадлежат одному государству, если их ширина не превышает 24 морских миль; а также исторические моря и заливы (например, море Лаптевых, залив Петра Великого).

Что касается территориального моря (территориальных вод), то таковым называется полоса прибрежных морских вод шириной не более 12 морских миль от линии наибольшего отлива или от прямых исходных линий.

Недра, находящиеся под сухопутной и водной поверхностями государств, не имеют ни в международном, ни в национальном праве каких-либо ограничений по глубине. В доктрине международного права наиболее распространенным является подход, в соответствии с которым «глубинные пределы» государственной территории огра­ничиваются уровнем наибольшего освоения недр. Но различные го­сударства обладают весьма разными возможностями такого освоения в зависимости от технического потенциала, которым они распола­гают. Отсюда возникает реальное неравенство государств в данной области, что может иметь серьезные практические последствия в отношении добычи ресурсов с «соседней территории» с учетом пер­спектив наклонного бурения. В данном вопросе сохраняются резер­вы для прогрессивного развития международно-правовых норм.

Воздушная территория государства (государственное воздушное пространство) замкнута в пределах вертикальных линий, проецируе­мых от границ государства на его сухопутной и водной поверхностях, до границы с условным «космическим пространством» на высоте 100-110 км над уровнем моря. Ни в международном праве (в договор­ном порядке), ни в национальном законодательстве эта «воздушная граница» не определена.

Верховенство государства в пределах своей территории (террито­риальное верховенство) является одним из проявлений его суверени­тета и состоит в следующем: власть государства является высшей по отношению ко всем физическим и юридическим лицам, находящим­ся на его территории; в пределах территории данного государства исключается публичная власть любого иного субъекта международ­ного права, если только иное не предусмотрено международным договором данного государства; высшая власть государства осущест­вляется системой государственных органов в законодательной, испол­нительной, судебной, административной сферах; земля и природные ресурсы государства це могут использоваться другими государствами без явно выраженного согласия территориального суверена.

Территориальное верховенство государства не исключает изъятий из действия его законов по отношению к определенной категории иностранных граждан на всей государственной территории или дей­ствия иностранного законодательства в определенных районах его территории, если согласие на это выражено во внутреннем законе или в международном договоре. Типичной в этом отношении явля­ется конституционная норма большинства государств мира о прима­те международного договора над национальным законом, как это закреплено, например, в ст. 15, п. 4, Конституции Российской Фе­дерации 1993 года.

Юрисдикция государства (действие его законодательной и судеб­ной власти) может распространяться, и весьма часто распространя­ется, и за пределы его границ. Однако никакое государство не вправе применять свои законы, в особенности средства властного принуж­дения, на территории иностранного государства, если законами или международными договорами последнего не допускается иное.

Природная среда с ее компонентами – сушей и водами, атмо­сферным воздухом, лесами и недрами (ресурсами) – составляет материальное содержание государственной территории и с точки зрения международного права принадлежит тому государству, в пределах границ которого находится. Временное пребывание в указан­ных пределах таких текучих объектов, как воды и атмосферный воздух, а также невозобновляемых (исчерпаемых) и возобновляемых ресурсов не изменяет этого общего подхода.

Соответственно, неправомерно использование ресурсов государ­ственной территории иностранными государствами, их юридическими и физическими лицами в промышленных и иных целях без согласия территориального суверена. Это находит подтверждение, в частнос­ти, в резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН относительно сувере­нитета государств над их природными ресурсами.

При международно-правовой аренде территории на арендованном участке, который продолжает оставаться территорией государства-арендодателя, государство-арендатор может осуществлять в его пре­делах свою юрисдикцию (но не суверенитет) в соответствии с согла­шением об аренде.

Согласно Конституции РФ, любое изменение территории и гра­ниц Российской Федерации требует согласия Парламента и соот­ветствующего субъекта Федерации в том случае, если изменения за­трагивают его территорию. Договоры о приобретении или уступке территории ратифицируются в порядке, предусмотренном для вне­сения изменений в Конституцию, а договоры об уточнении линии прохождения границы ратифицируются в общем порядке.

Государственная территория состоит из сухопутной территории, включая ее недра, водной и воздушной. Внешние пределы государ­ственной территории определяются государственной границей.

Сухопутной территорией государства считается тот объем суши, который расположен в пределах установленных государственных границ.

Водную территорию государства составляют внутренние воды и территориальное море. К числу первых относятся воды рек, озер, каналов и иных водоемов, расположенных в пределах сухопутных границ государства. Внутренними морскими водами являются те, которые определены Конвенцией ООН по морскому праву 1982 года: морские воды, в том числе воды государств-архипелагов, располо­женные в сторону берега от прямых исходных линий, принятых для отсчета ширины территориального моря; воды портов; воды заливов, берега которых принадлежат одному государству, если их ширина не превышает 24 морских миль; а также исторические моря и заливы (например, море Лаптевых, залив Петра Великого).

Что касается территориального моря (территориальных вод), то таковым называется полоса прибрежных морских вод шириной не более 12 морских миль от линии наибольшего отлива или от прямых исходных линий.

Недра, находящиеся под сухопутной и водной поверхностями государств, не имеют ни в международном, ни в национальном праве каких-либо ограничений по глубине. В доктрине международного права наиболее распространенным является подход, в соответствии с которым «глубинные пределы» государственной территории огра­ничиваются уровнем наибольшего освоения недр. Но различные го­сударства обладают весьма разными возможностями такого освоения в зависимости от технического потенциала, которым они распола­гают. Отсюда возникает реальное неравенство государств в данной области, что может иметь серьезные практические последствия в отношении добычи ресурсов с «соседней территории» с учетом пер­спектив наклонного бурения. В данном вопросе сохраняются резер­вы для прогрессивного развития международно-правовых норм.

Воздушная территория государства (государственное воздушное пространство) замкнута в пределах вертикальных линий, проецируе­мых от границ государства на его сухопутной и водной поверхностях, до границы с условным «космическим пространством» на высоте 100-110 км над уровнем моря. Ни в международном праве (в договор­ном порядке), ни в национальном законодательстве эта «воздушная граница» не определена.

Верховенство государства в пределах своей территории (террито­риальное верховенство) является одним из проявлений его суверени­тета и состоит в следующем: власть государства является высшей по отношению ко всем физическим и юридическим лицам, находящим­ся на его территории; в пределах территории данного государства исключается публичная власть любого иного субъекта международ­ного права, если только иное не предусмотрено международным договором данного государства; высшая власть государства осущест­вляется системой государственных органов в законодательной, испол­нительной, судебной, административной сферах; земля и природные ресурсы государства це могут использоваться другими государствами без явно выраженного согласия территориального суверена.

Территориальное верховенство государства не исключает изъятий из действия его законов по отношению к определенной категории иностранных граждан на всей государственной территории или дей­ствия иностранного законодательства в определенных районах его территории, если согласие на это выражено во внутреннем законе или в международном договоре. Типичной в этом отношении явля­ется конституционная норма большинства государств мира о прима­те международного договора над национальным законом, как это закреплено, например, в ст. 15, п. 4, Конституции Российской Фе­дерации 1993 года.

Юрисдикция государства (действие его законодательной и судеб­ной власти) может распространяться, и весьма часто распространя­ется, и за пределы его границ. Однако никакое государство не вправе применять свои законы, в особенности средства властного принуж­дения, на территории иностранного государства, если законами или международными договорами последнего не допускается иное.

Природная среда с ее компонентами – сушей и водами, атмо­сферным воздухом, лесами и недрами (ресурсами) – составляет материальное содержание государственной территории и с точки зрения международного права принадлежит тому государству, в пределах границ которого находится. Временное пребывание в указан­ных пределах таких текучих объектов, как воды и атмосферный воздух, а также невозобновляемых (исчерпаемых) и возобновляемых ресурсов не изменяет этого общего подхода.

Соответственно, неправомерно использование ресурсов государ­ственной территории иностранными государствами, их юридическими и физическими лицами в промышленных и иных целях без согласия территориального суверена. Это находит подтверждение, в частнос­ти, в резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН относительно сувере­нитета государств над их природными ресурсами.

При международно-правовой аренде территории на арендованном участке, который продолжает оставаться территорией государства-арендодателя, государство-арендатор может осуществлять в его пре­делах свою юрисдикцию (но не суверенитет) в соответствии с согла­шением об аренде.

Согласно Конституции РФ, любое изменение территории и гра­ниц Российской Федерации требует согласия Парламента и соот­ветствующего субъекта Федерации в том случае, если изменения за­трагивают его территорию. Договоры о приобретении или уступке территории ратифицируются в порядке, предусмотренном для вне­сения изменений в Конституцию, а договоры об уточнении линии прохождения границы ратифицируются в общем порядке.

Принцип территориальной целостности государств

Принцип территориальной целостности государств закреплен в Заключительном акте 1975 года. В Уставе ООН такого принципа нет.

Пункт 4 статьи 2 Устава ООН закрепляет обязанность членов ООН воздерживаться от угрозы силой или ее применения, кроме прочего, против «территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства».

Строго говоря, в данном случае территориальная неприкосно­венность (как и политическая независимость) формально не названа в качестве принципа международного права. Она является лишь объектом принципа воздержания от угрозы силой или ее примене­ния. Однако именно с принятием Устава ООН считается обще­признанным наличие в международном праве принципа террито­риальной неприкосновенности.

Концепция территориальной целостности государств была вы­двинута в период после Второй мировой войны развивающимися странами в ответ на стремление колониальных держав препятство­вать национально-освободительному движению колоний и попыткам дробления их территорий. Выражением этого противодействия яви­лась Бандунгская декларация о содействии всеобщему миру и сотруд­ничеству 1955 года, в которой среди принципов сотрудничества государств указывалось на необходимость «воздержания от актов агрессии или применения силы против территориальной целостнос­ти или политической независимости любой страны».

Данная формула не совпадает с текстом п. 4 ст. 2 Устава ООН. Это, однако, означает не отказ развивающихся стран от принципа территориальной неприкосновенности в пользу принципа терри­ториальной целостности, а дальнейшее развитие последнего. В по­следующем «бандунгская формула» быстро получила широкое хождение в двусторонних соглашениях. Примерами могут служить Советско-индийское заявление от 22 июня 1955 г., Польско-индий­ское коммюнике от 25 июня 1955 г., Советско-вьетнамское коммю­нике от 18 июля 1955 г., Совместное заявление Индии и Саудовской Аравии от 11 декабря 1955 г., Советско-афганское заявление от 10 Декабря 1955 г., Советско-бельгийское коммюнике от 2 ноября 1956 г. и ряд других документов подобного рода.

В Декларации о предоставлении независимости колониаль­ным странам и народам, принятой Генеральной Ассамблеей ООН

14 декабря 1960 г., особо отмечается, что «все народы имеют неотъемлемое право на... целостность их национальной территории», а всякая попытка, направленная на полное или частичное разруше­ние национального единства и территориальной целостности стра­ны, несовместима с целями и принципами Устава ООН.

В Декларации принципов международного права, принятой Гене­ральной Ассамблеей ООН 4 ноября 1970 г., говорится, что/каждое государство должно воздерживаться от любых действий, направлен­ных на частичное или полное нарушение «национального единства или территориальной целостности» любого другого государства.

Значительным шагом в прогрессивном развитии данного принци­па явились документы Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 года) В частности, в ст. IV Декларации принципов, включенной в Заключительный акт Совещания, говорится об ува­жении «территориальной целостности», «политической независи­мости», «единства любого государства-участника».

Принцип территориальной целостности закреплен в Совместной декларации об основах взаимоотношений между Российской Феде­рацией и Китайской Народной Республикой от 18 декабря 1992 г., в Договоре об основах межгосударственных отношений, дружбе и со­трудничестве между Российской Федерацией и Республикой Узбеки­стан от 30 мая 1992 г. (ст. 1), в Преамбуле и ст. 2 Хартии Организации африканского единства, в ст. V Пакта Лиги арабских государств и т.д.

В последнее время чаще используется комплексная формула – принцип целостности и неприкосновенности государственной тер­ритории.