57. Формы письменных договоров

Синрафы и хирографы. Syngrapha (синграфы) представляли собой документ, составлявшийся в третьем лице (такой-то должен такому-то такую-то денежную сумму); этот документ составлялся в присутствии свидетелей, которые и подписывали его вслед за тем, от чьего имени он составлялся. Эта форма письменных обязательств получила очень большое распространение уже в конце республики на почве процентных займов, заключавшихся между римскими ростовщиками и провинциалами. В императорский период syngrapha стали менее употребительным видом письменного обязательства; на первый план выступили chirographa. Это был документ, составлявшийся в первом лице («я, такой-то, должен такому-то столько-то») и подписывавший­ся должником. Первоначально это был документ, имевший только значение доказательства, но затем с ним стали связывать значение источника самосто­ятельного обязательства: подписавший документ обязан платить по нему.

Эту новейшую форму письменных договоров Гай поясняет так: si quis debere se aut daturum se scribat; ita scilicet si eo nomine stipulatio non flat, т. е. если кто пишет в расписке, что он должен нечто или что он предоставит то-то (то возникает обязательство); Гай добавляет: разумеется, если не было по этому обязательству стипуляции (тогда основанием возникновения обяза­тельства была бы стипуляция). Впрочем, в практике нередко в chirographum включалась оговорка о предшествующей стипуляции: получалось сочетание устной и письменной формы договора. Посредством этих документов уста­навливались обязательства, независимо от того, была ли фактически переда­на та сумма, которую обязуется уплатить подписавший расписку, и вообще не принимая во внимание основания (causa), по которому такая расписка вы­давалась должником.

Естественно, что при социально-экономической зависимости от кредито­ров должников, вынужденных прибегать к подобного рода обязательствам, на почве выдачи таких документов должны были нередко встречаться зло­употребления — безвалютные займы, когда кредиторы, не передав должни­кам валюты займа, тем не менее требовали ее возврата (об этих злоупотреб­лениях и средствах борьбы с ними — см. в связи с договором займа я. 465).

Гай называет этот род обязательств (т. е. позднейший письменный дого­вор в форме syngrapha или chirographa) свойственным (рrорrium) перегринам (в том смысле, что возможность пользования старым литтеральным контрак­том для них была спорной, и это была единственно открытая для них форма письменного договора). Характеристика этой формы обязательства, как свойственной перегринам, может быть, объясняется и тем, что эти обязатель­ства возникли именно в практике перегринов.

58. Характеристика займа и ссуды как реальных контрактов

Договор займа (mutuum) – договор, по которому одна сторона (заимодавец) передавала другой стороне (заемщику) денежную сумму или вещи, определенные родовыми признаками, в собственность заемщику, а заемщик принимал на себя обязанность вернуть такую же сумму денег или такие же вещи по истечении срока, указанного в договоре, или по востребованию.

Договор займа – реальный договор, считался заключенным с момента фактической передачи денег или вещей, до передачи соглашение сторон не влекло ни прав, ни обязанностей.

Предмет договора займа – деньги или телесные, находящиеся в обороте вещи, определенные родовыми признаками (зерно, масло, кирпич и т. д.). Не признавался заем, например, в отношении обязательств, сервитутов, индивидуальноопределенных вещей и т. д.

По договору займа вещи передавались в собственность заемщика, причем была необходима реальная передача вещи в прямое обладание и специальное согласие об условиях займа.

Договор займа заключался в форме:

– сделки nexum (в древнейшее время) – путем совершения особого обряда (gestum или negotium per aes et libram) с помощью куска меди и весов, при появлении чеканной монеты – с помощью торжественной формулы;

– стипуляции (взаимного обмена торжественными обещаниями);

– обыкновенной письменной форме.

Договор займа – односторонний договор, т. е. у заимодавца не было обязанностей перед заемщиком, было лишь право требовать от заемщика возврата определенной договором суммы или вещи; у заемщика не было никаких прав по отношению к займодавцу, но была обязанность вернуть в установленный договором срок вернуть деньги или иные вещи.

Заемщик был обязан вернуть такое же количество вещей такого же качества, какое им было получено.

В случае невозвращения заемщиком займа в срок заимодавец мог предъявить:

– иск строгого права;

– иск о возврате неосновательного обогащения;

– иск на взыскание имущества, полученного заемщиком по договору займа.

Заемщик мог предъявить иск о возврате расписки, ссылаясь на непредоставление займа.

Риск случайной гибели полученной по договору займа вещи лежал на заемщике.

Договор займа – беспроцентный договор. Проценты могли устанавливаться путем специального указания в договоре или заключения отдельного соглашения. Максимальный размер процентов: 1 % в месяц, в праве Юстиниана – 6 % в год (для торговцев – 8 % в год). Начисление процентов на проценты было запрещено.

Senatusconsultum Macedonianum (I в. н. э.) при Веспасиане запретил получение займа подвластным для себя, за исключением полученного в пределах свободного имущества или одобренного домовлады-кой, а также если заимодавец по извинительным причинам не знал о подвластности заемщика.

Разновидность договора займа – морской (или корабельный) заем pecunia traiecticia или foenus nauticum – заимодавец давал деньги для мореходных и торговых целей. Заемщик принимал на себя обязанность вернуть деньги только в том случае, если корабль благополучно дойдет до места назначения. Риск случайной гибели валюты нес заимодавец, в отношении же купленного на эту валюту товара имело значение, перевозился ли товар на риск кредитора. Договор морского или корабельного займа всегда процентный (максимальный размер – 12 %).

Договор ссуды (сommodatum) – договор, в силу которого одна сторона (ссудодатель или коммодант) передавала другой стороне (ссудополучателю или коммодатарию) индивидуально-определенную вещь во временное безвозмездное пользование, а ссудополучатель принимал на себя обязанность вернуть ту же самую вещь в неповрежденном состоянии по истечении срока договора.

Договор ссуды – реальный договор, считался заключенным с момента фактической передачи имущества в пользование. Иных специальных условий о пределах и содержании соглашения не требовалось.

Предмет договора ссуды – телесные, незаменимые, индивидуальноопределенные вещи (дом, участок земли, конкретное орудие труда и т. д.), но необязательно находящиеся в гражданском обороте. Предметом могла быть вещь, запрещенная кобороту, но дозволенная к частному обладанию (например, безнравственная или запрещенная книга). Предметом договора ссуды могла быть и недвижимость, что было важнейшим отличием от договора займа.

Договор ссуды – безвозмездный договор. Возмездное пользование порождалось не ссудой, а имущественным наймом, который вступал в силу уже с момента достижения сторонами соответствующего соглашения и управомочивал нанимателя принудительно истребовать вещь от получившего наемную плату наймодателя.

Хозяйственную выгоду из договора ссуды формально извлекал только ссудополучатель, так как ссуда считалась безвозмездным договором, подобно займу; но, в отличие от займа, здесь невозможно было скрытое соглашение о процентах, о симу-ляционной оплате и т. п. Выгоды для ссудодателя должны были составлять предмет особого соглашения – пакта.

Договор ссуды – двухсторонний договор. Обязанности ссудодателя (коммоданта):

– предоставить вещь надлежащего качества, гарантирующего ее хозяйственное использование с выгодой для ссудополучателя;

– при недостаточном качестве вещи – привести вещь в нормальное состояние (чтобы плуг вспахивал почву, раб работал, а не болел, и т. д.), или возместить убытки, причиненные этой вещью другому (откармливание рабочего скота до нормального состояния, починка повозки и т. д.).

Обязанности ссудополучателя (коммодата-рия):

– пользоваться вещью надлежащим образом, т. е. в соответствии с ее хозяйственным назначением и указаниями договора, и проявлять при этом заботливость хорошего хозяина. Ссудополучатель мог извлекать из вещи доходы и плоды, но не мог передавать вещи, переданные ему по договору ссуды, третьим лицам;

– вернуть ту же вещь, которая им была получена от ссудодателя, или в срок, или по востребованию;

– возместить все возможные ухудшения вещи сравнительно с тем качеством, в каком она была ему передана.

Ссудополучатель нес ответственность за любую форму вины.

Риск случайной гибели вещи, переданной по договору ссуды, лежал на ссудодателе.

Для возмещения вреда, причиненного ссудополучателю, и для получения со ссудодателя возмещения некоторых издержек ссудополучатель, мог предъявить обратный иск (actio commodati contraria), который относится к таким издержкам, которые обычно не сопровождают процесс пользования, а носят непредвиденный характер (например, если животное заболело и его пришлось лечить).

Ссудодатель мог предъявить прямой иск (actio commodati directa).