1. Натурфилософский синтез томмазо кампанеллы

1.1 Гелозоизм в представление т.Компанелло

Свою методологию познания природы, как и ее общую картину, Кампанелла первоначально почерпнул у Телезио, остававшегося для него крупнейшим ренессансным философским авторитетом. В дальнейшем, усваивая астрономические открытия Коперника, Тихо Браге, Галилея и некоторые другие естественно-научные идеи, Кампанелла вносил в телезианскую натурфилософскую доктрину (особенно в ее космологическую часть) те или иные поправки, но принципы органицизма и сугубо качественного истолкования природы, которые мы констатировали у Телезио, остались незыблемыми.

Как и другим натурфилософам, Кампанелле присущ тотальный гилозоизм, выявлявший исконную органистическую традицию, не только лившуюся из античных философских учений и построений, но, по существу, даже восходившую к дофилософскому социоантропоморфическому сознанию. Яркий органицизм можно зафиксировать едва ли не во всех произведениях Кампанеллы, который весьма охотно переносит свойства животного и человеческого микрокосма на весь мир, на весь универсум. «Мир —это огромное живое существо, а мы живем в его чреве,подобно червям, живущим в нашем чреве... море — это пот земли» [97, с. 113].

Важнейшей формой гилозоизма как у Телезио, таки у Кампанеллы служит их убеждение в том, что всем природным вещам и явлениям — даже стихиям — присуще стремление к самосохранению. Этот тотальный закон бытия, возможно, следует рассматривать как своего рода принцип индивидуализации, в максимально обобщенной 173форме отразивший тот грандиозны всплеск индивидуально-личностного начала, без которого была бы невозможн культура гуманизма. «Все сущности»,— говорится в трак тате «О предопределении»,— испытывают всегда и повсюду любовь к самим себе» [100, vol, I, с. 134].

Органицизму Кампанеллы присуща и другая определяющая его черта, а именно качественное истолкование вещей и явлений природы. Ее тоже можно считать закономерным следствием сенсуалистической методологии. О последовательности Кампанеллы в этом отношении свидетельствует его отвержение атомистической доктрины Демокрита — Эпикура (особенное «Поверженноматеизме»), ибо эта доктрина приводила к редукции качественного к количественному. Еще будучи в тюрьме, философ-бунтарь выступил в защиту Галилея, привлеченного к ответу римской инквизицией за свои научные убеждения. Вместе с тем Камнанелла подчеркивал свое расхождение с Галилеем, считая себя «физиком», а Галилея — «математиком», стремящимся все качественное (например, воздух и воду)

свести к сочетанию бескачественных атомов.

Едва ли не главным стержнем органистического мировоззрения является постоянное стремление его поборников к раскрытию максимально широкой взаимосвязи и взаимозависимости предметов, явлений и процессов в мире, в универсуме. В этой связи весьма своеобразно выглядит отношение Кампанеллы к астрологии, еще не отделившейся в эпоху Ренессанса от астрономической науки, часто выступавшей с ней в своеобразном едином комплексе.

Вслед за Помпонацци автор «Города Солнца» считал астрологию вполне научным знанием и утверждал, например, что «смена... времен зависит от всеобщих причин, то есть от небесных, и следовательно, все наши действия возможны при условии действия неба» [97, с. 208]. При этом в отличие от сторонников «юдициарной астрологии», связывавших индивидуальные судьбы людей с действием небесных светил и фактически перечеркивавших свободу человеческой воли, Кампанелла не только ее не отрицал, но, напротив, весьма подчеркивал. В «Городе Солнца» он указал, какой пример свободы своей воли дал один почитаемый соляриями философ, у которого враги не могли исторгнуть ни единого слова признания в течение жестокой сорокачасовой пытки (автор привел здесь пример из собственной биографии).

Телеологизм — другое необходимое выражение органицизма у Кампанеллы. Без целеполагания и целеосуще 174ствления нет ни человеческого, природного «искусства». Телеологизм же требует в принцип конечного мира.

Даже признавая множественность миров («систем») в едином универсуме, Кампанелла противопоставляет ему бога как принцип единства, подлинную (т. е. актуальную) бесконечность. «Если мир не бесконечен, то бесконечен бог» [42, I, с. 425]. Перед его лицом универсум, как бы велик он ни был, окончен и в силу этого зависим от бога.

Выше мы охарактеризовали сходную позицию Телезио как деиетическую, однако это утверждение следует ограничить, ибо деизм (как увидим в дальнейшем), минимизируя функции бога по отношению к миру, обычно сочетался с механистической его трактовкой. Кампанелла же ярчайший органицист.

Говоря о боге, мы, в сущности, уже вышли за пределы натурфилософии Кампанеллы и вступили в область его метафизики. Она представлена у него значительно интенсивнее, чем у Телезио. Здесь Кампанелла с необходимостью оставляет свою сенсуалистическую методологию, которая

в принципе действует лишь в области физики. Человек же помимо чувств обладает и разумом, а главное — интуицией. В духе традиции, господствовавшей в средневековой философии, автор в своем произведении «Об ощущении вещей и магии» наделяет даром интуиции ангелов и демонов, выражающих тысячи своих мыслей в бессловесной форме. Хотя человеку это и не дано, он все же наделен частицей божественной интуиции.