9. Сопоставление метода семантических универсалий и методов математической редукции данных

В монографиях и учебных пособиях по психосемантике, вышедших в 80-х, 90-х годах (Петренко, 1983, 1997; Шмелев, 1983; Шмелев, Похилько, Козловская - Тельнова, 1988 и др.), метод семантических универсалий, разработанный автором первой русскоязычной монографии по психологии субъективной семантики Е.Ю. Артемьевой (1980) не описывается. Алгоритм применения метода семантических универсалий настолько прост, что не требует компьютерной поддержки. Возможно, это и является одной из неявных причин его некоторого “забвения” и распространенного заблуждения, заключающегося в том, что современные математические методы обработки результатов психосемантических исследований перекрывают возможности метода семантических универсалий. На самом же деле модель (описание объекта исследования), построенная методом семантических универсалий всегда шире и валиднее математических моделей и структур, построенных методами редукции данных, так как более свободна от ограничений, накладываемых процедурами математического моделирования.

Будучи математиком по образованию и занимаясь математическими методами психологии, Е.Ю. Артемьева четко фиксировала ограничения математических моделей при описании психологических явлений, не подчиняющихся формально - логическим закономерностям, подчеркивала их недостаточную валидность. В своей последней работе Е.Ю. Артемьева (1999) сформулировала следующие требования к работающей семантической модели:

1. существование устойчивой (на рассматриваемом уровне инвариантности) структуры семантических оценок стимулов;

2. возможность выделить модель при применяемой процедуре обработки матриц семантического сходства (например, факторизацией можно описать линейную векторную структуру, нельзя - многообразие в виде тора, дискретные структуры и

65

пр.) ;

3. экспериментальные данные должны быть статистически устойчиво зарегистрированы относительно требований рассматриваемого уровня инвариантности эмпирической структуры.

Размышляя о парадигмальных моделях Е.Ю. Артемьева дополняет, что:

4. парадигмальные модели должны содержать возможность сопоставления модели с моделируемой реальностью.

Осознавая неформализуемость субъективного опыта, Е.Ю. Артемьева (1980, 1999) стремилась свести формализованные процедуры к минимуму, по возможности, построить алгоритмы обработки и интерпретации данных, опирающие на те же психологические механизмы, что и были задействованы у испытуемых при получении

результатов.

Практически любой язык построения модели объекта исследования вводит свои ограничения, обусловленные его семантикой, синтаксисом и прагматикой, поэтому, для построения модели предпочтительнее использовать наименьшее количество знаковых опосредствований и наиболее гибкие знаковые системы. Семантическая универсалия, как модель репрезентации опыта, использует и более гибкую знаковую модель, чем совокупность факторов, и меньшее количество знаковых опосредствований (перекодировок), и меньшее количество допусков (о допусках и ограничениях см. подробнее Гл. 1 и раздел 4.7.4.).

Содержательными аргументами за применение математических процедур редукции данных сегодня являются следующие (Шмелев, 1990):

1. Семантические универсалии более отражают природу стимула, чем природу реакции.

2. Методом семантических универсалий возможно описывать лишь групповые семантические коды, что не позволяет модифицировать метод для индивидуальной диагностики.

По поводу первого аргумента можно сказать, что направленность и содержание реакций на основе любого семантического кода предполагаются лишь из сопоставления этого кода с еще одной (как правило, многомерное метрическое пространство) моделью - пространством отношений (или реакций). Семантические универсалии ничуть не менее сопоставимы с пространством отношений, чем наборы факторов. В то же время, семантические универсалии в отличие от факторных структур не зависят строго математически от задаваемого методикой СП. Ассоциативные и контекстные (см. П. 4.12) универсалии вообще не требуют априорного постулирования существования семантического пространства.

Доказанный факт существования семантических универсалий говорит более именно о сходстве оценок однородных групп испытуемых, чем о сходстве стимулов. Предположение же о том, что семантические коды строятся на основе "личной истории деятельностей" (Артемьева, Стрелков, Серкин, 1983, 1991), человека выводит обсуждение из "пространств отношений (реакций, схем)" в методологию деятельностного подхода.

Второй аргумент справедлив с учетом разработанной операциональной базы индивидуальной психодиагностики (Шмелев, 1983, 1988, 1994, 2000 и др.). Такая операциональная база отсутствует в рамках разработанных алгоритмов работы с семантическими универсалиями, что является техническим и методическим вопросом, но не методологическим. Методологическое решение вопроса требует построения модели субъективного опыта не в рамках математических моделей, а путем концептуальной интеграции всех экспериментальных данных о сознании на основе деятельностного подхода (математические модели вынуждены всегда оставаться в рамках натурфилософского подхода⁵³). В перспективе, такие модели будут и более высокоинтегративными, чем семантические пространства, и более диагностичными. Построение моделей вне рамок математических описаний предполагает параллельное решение задачи о формировании новой моделирующей дисциплины в рамках деятельностного подхода (не натурфилософского), которую я пока называю "системикой" (см. Приложение 11).

Корректной процедурой сравнения репрезентативности моделей могли бы быть опыты по семантической реконструкции групп объектов на основе разных модельных описаний (например, семантических универсалий и совокупности факторов) одной группой испытуемых.