Слайд 5
Завещание, как определял его римский юрист Модестин, – это «справедливое решение нашей воли о том, что должно быть, сделано после нашей смерти» (Testamentum est voluntatis nostrae justa sententia de eo, quod quis post mortem suam fieri velit). Но чтобы такое решение приобрело юридическую силу, оно нуждалось в определенном оформлении.
Цивильное право допускало три различных способа составления завещаний:
testamentum comitiis calatis – провозглашение завещателем своей предсмертной воли в куриатных комициях (в народном собрании, созываемом по куриям);
testamentum in procinctu – завещание воина, объявлявшееся в строю перед военным сражением;
testamentum per aes et libram – завещание посредством меди и весов, иначе именовавшееся завещанием в виде манципации (testamentum per mancipationem) – «посредством меди и весов» («торжественной продажи»).
Последнее имело наиболее широкое распространение и заключалось в том, что наследодатель подыскивал особое доверенное лицо, готовое принять на себя функции мнимого покупателя наследственного имущества (familiae emptor).
Такому покупателю посредством обычной манципации продавалось наследодателем имущество, но в произносимую при покупке словесную формулу вносились добавления, из которых с очевидностью явствовало, что совершенная продажа имела своей целью передачу имущества через мнимого покупателя наследникам мнимого продавца. После «покупателя» выступал «продавец», делавший к формуле о покупке определенное дополнение – nuncupate. Оно как раз и представляло собой собственно завещание, поскольку именно здесь определялась судьба имущества на случай смерти собственника. С переходом же от устной к письменной форме изложения дополнение – nuncupate меняет и свое название – testamentum — завещанием.
Гай в своих Институциях подробно описал эту процедуру, ставшую со временем наиболее распространенной: «Вся процедура совершается таким образом: в присутствии приглашенных по этому поводу пяти свидетелей, совершеннолетних граждан и весовщика как и в других манципационных сделках, составляющий завещание уступает посредством мнимой продажи свое имущество постороннему лицу, причем последний, то есть покупатель имущества, произносит следующие слова «Я утверждаю, что твоя семья и твое имущество по квиритскому праву, находятся под моей опекой и моим надзором, а по этому праву, по которому ты можешь составить завещание, все это покупается мною и за цену наличной меди», потом он прикасается медью к весам и отдает ее завещателю, как бы означая покупную цену.
Тогда завещатель, держа в руке акт завещания, произносит следующее: «Все так, как это написано в этом завещании на восковых дощечках, я даю, распоряжаю, свидетельствую, да и вы, квириты, будьте свидетелями».
В последующем процедура была максимально упрощена, достаточно было печати семи свидетелей без совершения самого обряда манципации.
Слайд 6
В юстиниановский период было известно два вида завещаний в зависимости от предписываемых законом формальностей: частные и публичные завещания.
Частными считались такие завещания, которые совершались без участия органов государственной власти.
При этом различались обыкновенная и особенная формы частных завещаний.
Обыкновенное частное завещание совершалось устно или письменно в присутствии семи свидетелей. Письменное завещание составлялось либо рукой завещателя и тогда не требовалось его подписи, либо оно составлялось другим лицом и тогда необходима была подпись завещателя. В любом случае свидетели подписывали этот акт и скрепляли его своими печатями.
Особые формы частных завещаний были или усложненными или упрощенными. Усложненными считались завещания слепых или неграмотных: усложнение выражалось в требовании восьмого свидетеля. К упрощенным относились завещания солдат во время похода, завещания сельских жителей, любые завещания своим нисходящим родственникам. Во всех подобных случаях требовалось меньшее количество свидетелей и отсутствовали многие формальности.
Публичные завещания были двух видов: завещание посредством составления протокола суда или муниципального магистрата и завещание в форме передачи императору на хранение письменного распоряжения на случай смерти.