4. Теория различных раздражающих ситуаций.

Различные раздражающие ситуации ведут к различным проявлениям физиологических реакций, и эти проявления вызывают дифференцированное поражение органов. Зависимости между ситуациями и реакциями врожденные. Так, по мнению Каплан, физиологические ответы и болезни специфичны для различного рода стрессовых ситуаций (Taylor G., 1987).

5. Учение об ответе органов.

Главная детерминанта биологической дисфункции или повреждения органа является специфическая реакция органа на эмоциональную стимуляцию. При этом реакция является результатом обучения. Очевидна связь с теорией всеобщего эмоционального возбуждения. Но главным вопросом остается вопрос о том, могут ли поведенческие характеристики болезни быть результатом обучения. Свободные ответы могут быть результатом обучения, но проблематичной остается роль обучения на уровне вегетативной нервной системы. Экспериментальные исследования показали, что различные желудочно-кишечные, сердечно-сосудистые и другие ответы органов могут быть обусловлены внешними или внутренними стимулами (Kurcin I.T., 1952). Были предприняты попытки лечить некоторые желудочно-кишечные функциональные нарушения методом биологической обратной связи. Так выяснили, что большинство больных с раздраженным кишечником могут научиться уменьшать частоту, амплитуду и длительность сокращений толстого кишечника и, наоборот, увеличивать объем растяжений участков толстого кишечника, что является необходимым для достижения нормальных сокращений. По результатам проведенных исследований, обученный ответ остается неизменным через 8 недель (Bueno-Miranda F., Cerulli M., Schnuster M., 1979).

6. Теория вегетативного учения (Lachman s.J., 1972).

Психосоматические нарушения являются результатом частых и/или длительных, и/или слишком интенсивных реакций, вызванных раздражением рецепторов. Структура результирующей психосоматической реакции зависит от генетического предрасположения и от влияния среды и обучения.

Новые стимулы могут служить в качестве триггеров (пускателей) физиологических реакций посредством механизма процесса обучения. Эти обученные ответы очень устойчивы. Кроме того, обученные физиологические ответы имеют свой коррелят в поведении, а на это можно повлиять.

Второе направление.

Поиск содержательной, логической, однозначной связи между психологическими феноменами и клиническими симптомами получил позже название «гипотезы психосоматической специфичности» и превратился в основной объяснительный принцип психосоматической медицины. За прошедшие десятилетия этот принцип претерпел ряд изменений, явившихся отражением как пересмотра самого понятия причины болезни, так, и дискредитации ортодоксального психоаналитического подхода. На данном этапе психосоматическая медицина решает три важных вопроса.

Первый. Вопрос о триггерном (пусковом) механизме патологического процесса и начальной стадии его развития.

Второй. Почему один и тот же сверхсильный раздражитель у одного человека вызывает ярко выраженную эмоциональную реакцию и комплекс специфических вегето-висцеральных сдвигов, у других людей эти сдвиги вообще отсутствуют.

Третий. Почему психическая травма у одних людей вызывает заболевание сердечно-сосудистой системы, у других — пищеварительного аппарата, у третьих — дыхательной системы, у четвертых - эндокринной системы и т. д.

Гипотезы психосоматической специфичности

1. Концепция конверсии на орган решала эти вопросы так. Пусковой механизм — психодинамический сдвиг, аффективный конфликт; причины индивидуальных различий в реагировании — защитные механизмы, «сила Я»; поражение той или иной системы органов зависит от содержания бессознательного конфликта (например, артроз сустава пальца, возникший после того, как человек набирал номер телефона, ожидая неприятного разговора).

Кроме того, некоторые психоаналитики видели в конверсии и символизации единственные механизмы, определяющие возникновение и специфичность психосоматических болезней (Дойч). Не делается различий между вегетативными сенсорными системами органов, между системами, управляемыми произвольной и непроизвольной частями нервной системы. Так язва с этой точки зрения может рассматриваться как результат аутоагрессии, как следствие бессознательного желания уничтожить интроецированный плохой объект, как выражение интернализированной агрессивности матери, как бессознательная фантазия об уколе или укусе ().

Дойч рассматривает конверсию как длительный, активный процесс формирования соматического симптома из подавленных аффектов, который требует подготовки в органе и, в целом, взаимодействия множества факторов, включающих конституциональный, опыт других, более ранних болезней и т.д. Именно потому, что эта подготовка незаметна, хотя имеет место всегда, конверсия приобретает по его мнению, мистический характер. Дойч считает, что конверсия, служа разрядке либидо, является обычным явлением и в норме, однако при определенные патологических условиях она находит свой тайный выход, блокированный подавлением, только через органическую болезнь. Таким образом, с его точки зрения психосоматические болезни – это результат обходного действия механизма конверсии, вызванного подавлением. Болезнь – следствие изменения функции определенного органа, который начинает символически репрезентировать потерянный объект.

Только системы организма, участвующие в выражении эмоций и находящиеся под контролем произвольной нервной системы могут выполнять экспрессивные символические функции.

1а) Неофрейдисты рассматривали психосоматическое заболевание как результат нарушения биологических и социальных механизмов адаптации к общеприродной и социальной среде.

Данбар (Dunbar, 1943) и Александер (Alexander, 1934, 1950) подвергли сомнению символическое значение психосоматической дисфункции, считая ее сопутствующей аффекту. Если эмоция не получила соответствующего выражения, то хроническое напряжение выливается в хронические сопутствующие вегетативные сдвиги.

Основываясь на психоаналитических теориях, делались попытки определить специфические психологические переменные, которые являются основой специфических психосоматических болезней. Это:

- специфические неосознанные конфликты (Alexander F., 1950),

- специфические личностные профили (Dunbar F., 1943), и

- специфические отношения к конфликтам (Grace W.J., Graham D. T., 1952).