II. Специфические требования к исполнению

и критериям оценивания заданий ЕГЭ по обществознанию

(на примере раздела «Экономическая сфера общества»)

Среди заданий ЕГЭ представлено три разновидности заданий на классификацию. Первая группа – это задания, предполагающие завершить предложенные схемы. Вторая группа представляет собой задания на распределение позиций по группам, а третья – на установление соответствия.

Все классификационные задания основываются на логической процедуре деления понятий ― перехода от данного понятия к совокупности подчиненных.

Приведем примеры.

Задание 1. Заполните на основании справки таблицу 2. «Классификация экономических законов по времени»:

Таблица 2.

«Классификация экономических законов по времени»:

Всеобщие	Частные	Специфические

Справка: 1) законы из области управления (менеджмента); 2) закон количества денег, необходимого для обращения; 3) закон перемены труда; 4) закон максимизации прибыли; 5) закон спроса и предложения; 6) закон неуклонного роста производительности труда; 7) закон потребительского предпочтения; 8) закон стоимости; 9) закон экономии времени; 10) закон изменения структуры потребительского спроса; 11) закон возвышающихся потребностей людей.

Комментарий. Для правильного ответа:

1) следует вспомнить определение понятия «экономический закон» и критерии классификации экономических законов по времени, то есть материал из темы «Предмет и метод экономической теории»:

• экономический закон ― созревшая и уже устойчивая причинно-следственная связь между различными экономическими явлениями, характеризующая сущность самих явлений экономики;

• по времени объективные экономические законы могут быть подразделены на три большие группы:

― всеобщими называются такие объективные экономические законы, действия которых характеризует любую экономическую систему, любой социально-экономический строй;

― частные законы ― законы, существующие лишь в определенных социально-экономических условиях;

― специфические экономические законы ― законы свойственные лишь отдельной социально-экономической системе, часто имеющие прикладной характер, довольно локальные рамки действия.

2) выявив, что классификация экономических законов по времени предполагает классифицировать приведенный в справке перечень экономических законов по трем группам, необходимо на основе диалектики исторического и логического уточнить временное пространство действия каждого из экономических законов из раздела «Справка». Таким образом, задание преобразуется в задачу установить, к какой из трех больших групп экономических законов относится каждый из указанных конкретных объектов познания;

3) после того, как мы уточним, к какому историко-временному периоду относится каждый из представленных экономических законов, выполнить эту задачу становится несложно – смотри правильный ответ:

Всеобщие	Частные	Специфические
3 ― закон перемены труда; 6 ― закон неуклонного роста производительности труда; 9 ― закон экономии времени; 11― закон возвышающихся потребностей людей.	2 ― закон количества денег, необходимого для обращения; 5 ― закон спроса и предложения; 8 ― закон стоимости.	1 ― законы из области управления (менеджмента); 4 ― закон максимизации прибыли; 7 ― закон потребительского предпочтения; 10 ― закон изменения структуры потребительского спроса.

Вывод. Главная трудность, связанная с выполнением заданий на классификацию, состоит в нахождении характеристики (признака, свойства), используемой в качестве основания системы выделения групп и подгрупп. Там же, где группы уже выделены, важно найти наиболее существенные отличия между ними и, используя этот критерий, отнести приведенные в списке конкретные проявления к той или иной форме/группе. Например, отграничить сферу экономической жизни от политической или роли субъектов экономических отношений на рынке товаров и услуг (на котором они выступают со стороны спроса) от их же ролей на рынках факторов производства, где они выступают со стороны предложения.

Обратимся к заданиям, требующих конкретизировать какое-либо общее явление, теоретическое положение и др. комплексом примеров.

Специфической (объективной) трудностью заданий такого рода является то, что они не имеют готовых вариантов ответа, а формулировать собственные утверждения всегда труднее, чем выбирать из предложенного. Кроме того, немалые трудности вызывает сам процесс конкретизации ― воспроизведение мыслью предмета по возможности в его целостности и полноте (для справки: целостность ― внутреннее единство объекта, его отдифференцированность от окружающей среды, а также сам объект, обладающий такими свойствами).

Одной из «подсказок» при этом является контекст ― «законченный в смысловом отношении отрывок текста, необходимый для определения смысла отдельного входящего в него слова или фразы». (3) Так, например, по инерции восприятия понятие «кредитор» само по себе совместить с темой «Рынок труда и заработная плата», как правило, сложно. Но, если помнить, что во всех странах с рыночным способом производства за рабочую силу платят только после того, как она уже действовала в продолжение срока, условленного в трудовом соглашении/контракте (например, в конце каждой недели), становится ясным: именно наемный работник ссужает работодателю потребительную стоимость своей рабочей силы; он дозволяет покупателю воспользоваться этой силой еще до уплаты ему цены; поэтому повсюду работник является кредитором работодателя. Аналогично необходимо «вчитываться» в контекст, когда речь идет об «эффекте дохода» и «эффекте замещения», чтобы не «перескочить» из рынка факторов производства, конкретнее ― рынка труда, на рынок потребительских товаров и услуг. Напомним: а) «эффект дохода» и «эффект замещения» на рынке товаров и услуг, с одной стороны, характеризуют поведение потребителя, а с другой – взаимодействуя и дополняя друг друга, вызывают расширение объемов потребления нормальных товаров и услуг при снижении цены; б) на рынке труда «эффект дохода» и «эффект замещения» позволяют интерпретировать специфику конфигурации кривой предложения труда, отражающей выбор работником между рабочим временем («эффект дохода») и временем досуга («эффект замещения»).

Одним из алгоритмов конкретизации содержания и структуры экономических объектов, институтов, явлений и процессов в их понятийно-категориальной форме отражения может служить следующая схема экономического анализа, или матрица экономического мышления (4):

сущность	содержание	формы	функции	оценка
онтология	гносеология	морфология	праксиология	аксиология

Проследим (тезисно) возможности предлагаемой матрицы экономического мышления на примере конкретизации структуры и содержания категории «конкуренция» (см. таблицу 3).

Таблица 3.

Системный (целостный) анализ-конкретизация категории «конкуренция»

Сущность конкуренции	Конкуренция связывает два полюса общественного разделения труда (специализацию и кооперацию), выражая в себе их диалектическое единство, и заставляет хозяйствующих субъектов оптимизировать свои усилия, добиваясь осуществления своих целей при возможно наименьших издержках. Другими словами, конкуренция заставляет экономить ресурсы и время, рационально строить свой бизнес, свое хозяйственное поведение. Однако механизм и сам характер такого рационализирования могут быть принципиально различными. В одном случае мотивацией конкуренции являются исключительно экономические соображения (прибыль, доход, цена). А в другом ― социальные понятия (честь, достоинство, репутация, авторитет).
Содержание конкуренции	В нормальной рыночной системе основным содержанием конкуренции является борьба за потребителя, нацеленная на более полное удовлетворение потребностей клиента. Это одновременно и борьба за свои позиции на рынке, успех которой зависит от дешевизны товаров и их качества. Конкуренция превращает потребителя в мерило эффективности предпринимательских усилий. Создание конкурентной среды, ее защита от монополистических тенденций выступают главным условием перехода к цивилизованной рыночной экономике. Итак, сущность конкуренции состоит в поиске хозяйствующим субъектом наиболее оптимальных условий осуществления своей хозяйственной деятельности и достижении максимального положительного результата, выгоды.
Формы конкуренции	Основные типы конкуренции: добросовестная и недобросовестная; рыночная и нерыночная. Наряду с типами выделяют и виды конкуренции: монополистическая конкуренция с конкретными ее разновидностями; олигополистическая; чисто монополистическая конкуренция; конкуренция в условиях монопсонии и олигопсонии и т. п., а также совершенная, или полная конкуренция. Наряду с видами выделяют четыре разновидности (модификации) конкуренции: ― функциональная конкуренция ― возникает в том случае, если разные фирмы производят товары, предназначенные для одной и той же цели: для занятий спортом, канцелярской работы и т. п.; ― видовая конкуренция ― возникает в случае, если имеются товары, предназначенные для одной и той же цели, но различающиеся каким-то существенным, важным параметром: например, легковые автомобили одного класса с двигателями разной мощности; ― предметная конкуренция ― возникает в результате того, что фирмы выпускают по сути идентичные или аутентичные товары, различающиеся только качеством изготовления; ― ценовая конкуренция ― представляет собой ситуацию, когда однородные товары продаются по разным ценам.
Функции конкуренции	Повышение производительности труда и эффективности использования ресурсов/факторов производства. 2. Согласование частных и общих интересов. 3. Санирование, или ликвидация неэффективных фирм (предпринимателей). 4. Регулирование распределения ресурсов/факторов производства по отраслям и сферам экономики и др.
Оценка (ценностный аспект) конкуренции	1. Методы конкурентной борьбы при добросовестной конкуренции: 1.1. партнерство в конкуренции – совместное конкурирование с третьими лицами; 1.2. объединение предпринимателей в корпорацию, или ассоциированное конкурирование; 1.3. патентование, лицензирование. 2. Наиболее типичные способы добросовестной конкуренции: 2.1. паблисити, паблик рилейшнз; 2.2. реклама, рекламирование ― осуществление через СМИ оплаченной информации; 2.3. выставки, презентация; 2.4. цессия, рецессия ― переуступка третьим лицам своих прав или ценностей как посредникам, сокращение или замедление темпов (динамики, ритма) производства и сбыта; 2.5. контрактация ― заключение официальных договоров о различных аспектах хозяйственной деятельности; 2.6. бонификация ― установление надбавок к договорным (контрактным) ценам для покупателей (за качество товара); 2.7. арбитражирование ― решение спорных вопросов в третейском суде; 2.8. опцион ― форма лизингового соглашения, предметом которого является предоставление права лицензиату ознакомления с технической документацией на конкретное изобретение; 2.9. рекламация ― документированное выставление претензий к качеству поставляемой продукции проданного товара или выполненных работ; 2.10. реституция ― возвращение имущества бывшим законным владельцам, их восстановление в правах и др. 3. Прямые показатели эффективности конкуренции: 3.1. эффективность распределения ресурсов на рынке (эффективность В. Парето) ― такое распределение, при котором, с одной стороны, обеспечивается максимально возможный уровень удовлетворения потребностей одних лиц, а с другой ― не возникает ущерба третьим лицам (5); 3.2. стихийность порядка, или стихийность рынка ― своеобразный способ координации интересов и действий, при котором хозяйствующие субъекты приспосабливают (адаптируют) свои действия к реальным условиям среды, основываясь на получаемой информации и стимулах, идущих от своего непосредственного окружения. 4. Косвенные показатели эффективности конкуренции: 4.1. полная рациональность ― допущение того, что люди полностью используют доступную им информацию, рассчитывая при этом, как наилучшим способом достичь своих целей; 4.2. ограниченная, или относительная рациональность ― допущение, что люди намерены выбирать такие варианты поведения, которые наилучшим образом соответствуют их целям, но при этом люди располагают ограниченными возможностями в получении и обработке информации, либо в ее реализации. Учитывая прямые и косвенные показатели эффективности конкуренции, можно сделать вывод, является ли конкуренция добросовестной и эффективной. 5. К промежуточным результатам конкуренции относятся: 5.1. эффект замещения, свидетельствующий о том, что имеет место конкуренция взаимозаменяемых товаров, или товаров-субститутов по цене (ценовая конкуренция); 5.2. эффект дохода, выступающий показателем конкуренции среди потребителей за те или иные товары, и также, как эффект замещения, оказывает свое влияние на кривую спроса. Эффект дохода замедляет динамику убывающей полезности и повышает спрос, а эффект замещения также способствует пролонгированию (продлению срока действия) спроса.

Таким образом, при конкретизации наше мышление производит восхождение от абстрактного к конкретному ― к более богатому, более содержательному мысленному знанию.

Сказанное необходимо рассматривать как необходимое, но пока еще не достаточное условие для получения высокой оценки при выполнении заданий данного вида. «Достаточность» будет достигнута только тогда, когда каждая из представленных в таблице 3 позиция «обрастет» примерами или фактами из прошлого и/или современности, почерпнутыми экзаменуемым из собственного опыта или получившими общественную известность, а также реальными событиями и смоделированными ситуациями. Другими словами, когда экзаменуемый будет готов проявить умения устанавливать межпредметные связи между всеми сферами общества на понятийном уровне предмета «Обществознание» в целом, когда его картина мира будет системной, целостной.

При конкретизации не забываете высказывание Дж. М. Кейнса: «Квалифицированный экономист должен обладать редкой комбинацией талантов. Он должен достигнуть высокого уровня в нескольких различных областях и должен соединить в себе таланты, которые нечасто можно найти вместе. Он должен быть, в определенной степени, математиком, историком, государственным деятелем, философом. Он должен представлять себе частное в терминах общего и улавливать абстрактное и конкретное в одном и том же полете мысли. Он должен изучать настоящее в свете прошлого для объяснения будущего».

-----------------------------------------

Примечания

1. В основу написания I и II частей настоящего пособия положены методологические положения учебного пособия «ЕГЭ 2009. Обществознание: Репетитор/ А. Ю. Лазебникова, Е. Л. Рутковская, М. Ю. Брандт и др. – М.: Эксмо, 2008.

2. Энциклопедический словарь по культурологи./Под общ. ред. А. А. Радугина – М.: Центр, 1997. С. 380.

3. Новейший словарь иностранных слов и выражений. – М.: Современный литератор, 2003. С. 428.

4. Подробнее см. Стожко К. Экономическая теория. Учебник для вузов. 1 т. – Изд-во УрГУ. Екатеринбург, 2004. С. 6 – 57.

5. Индекс Герфиндаля – индекс рыночной концентрации товаров разных фирм, представленных на рынке, исчисляется как сумма квадратов долей рынка товаров каждой из фирм, начиная с фирмы, имеющей большую долю. Наибольшее значение индекса достигается при монополизации рынка; носит название также индекса рыночной конценрации.

Показатель индекса концентрации не говорит о том, каков реальный размер фирм, которые не попали в выборку крупнейших фирм, а также об относительной величине фирм из выборки.

В целях исключения такого рода неточности используется индекс Герфиндаля – Хиршмана, рассчитываемый по формуле HHI = ∑Si² , где Si – рыночная доля i-й фирмы и принимающей значения от 0 до 1.

Причем, когда индекс HHI принимает значение, мало отличающееся от 0, то на рынке существует ситуация, близкая к совершенной конкуренции, и наоборот, когда значения индекса приближаются к единице, на рынке существует сильная монопольная власть.

Индекс энтропии показывает средние доли фирм, действующих на рынке, взвешенные по натуральному логарифму обратной им величинам: Е = ∑Si In (1/ Si), где i = 1, …, n.

Индекс энтропии представляет собой показатель, обратный концентрации: чем выше показатель энтропии, тем ниже возможности продавцов влиять на рыночную цену.

Для измерения степени неравенства размеров фирм, действующих на рынке, используется показатель дисперсии рыночных долей:

σ ²= 1/n*∑ ( Si - S_ср )² , i = 1, …, n.

Чем больше неравномерность распределения долей, тем при прочих равных условиях рынок является более концентрированным.

Равновесие Бертрана – описывает ситуацию на рынке, при которой в условиях дуополии фирмы конкурируют, понижая цену на товары и увеличивая объем выпуска. Стабильность равновесия достигается тогда, когда цена оказывается равной предельным издержкам

(Р = МС), то есть достигается конкурентное равновесие.

Равновесие Курно – достигается на рынке тогда, когда в условиях дуополии каждая фирма, действуя самостоятельно, выбирает такой оптимальный объем производства, какой ожидает от нее другая фирма. Равновесие Курно возникает как точка пересечения кривых реагирования двух фирм.

Равновесие Штакельберга – описывает дуополию с неравным распределением рыночной власти между фирмами, так что одна из них ведет себя как лидер (либо по цене, либо в отношении объема, либо по тому и другому одновременно), в то время как другая осуществляет стратегию приспособления, корректируя свое поведение в зависимости от выбора, сделанного первой фирмой.

Стратегическое поведение фирмы на рынке – поведение, при котором выбор фирмой варианта своей деятельности зависит от возможных ответных действий ее конкурентов.

Знание: культурологические основания анализа (вместо заключения)

Различные педагогические парадигмы, исходя из разного целеполагания в методологии и методике формирования личности, берут на себя смелость считать «свои» принципы и методы «первыми среди равных», что и порождает зону конфликтов интересов в педагогических коллективах.

Парадигма ― это ведущая концептуальная идея, определяющая направление и характер развития грядущих преобразований, или теория, отражающая важные, существенные черты действительности.

В настоящее время в системе российского образования реально сосуществуют и сталкиваются четыре педагогические парадигмы.

Когнитивно-информационная парадигма: а) исходит из устойчивых представлений о необходимости передачи ребенку максимального количества из всех накопленных человечеством знаний, умений, навыков; б) трактует направленность учебно-воспитательного процесса совершенно определенным образом, ориентируя педагога на предметные программы, а также на фиксированные, поддающиеся оценке результаты; в) планирует и осуществляет селективный отбор многообещающих детей с их последующим углубленным обучением, как правило, без учета желания, потребности ребенка.

Личностная парадигма центр тяжести в обучении и воспитании переносит с интеллектуального на эмоциональное и социальное развитие ребенка. В коллективах, придерживающихся этой педагогической парадигмы, за обучающимися (воспитанниками) внимательно наблюдают, обсуждают их личностный рост и развитие, много внимания уделяют их интересам и проблемам. Как следствие, преподаватели (воспитатели) затрачивают много усилий на отбор и постановку целей, которые они стараются приспособить к индивидуальному развитию каждого ребенка; ими производится сравнительный анализ успехов обучающихся (воспитанников) в свете их предыдущих достижений. Образование в такой педагогической парадигме приобретает более широкое основание: обучающийся (воспитанник) рассматривается как личность, которая сама может выбрать такой путь обучения (воспитания), который поможет достичь ей лучших результатов. Нередко границы учебных предметов размываются, обучение идет по областям знаний, делается попытка связать различные области знаний и реальную практику. Результаты таких попыток: проектное обучение, тематическое обучение, обучение по интересам; учебный материал планируется и преподносится таким образом, чтобы помочь ребенку как можно эффективней взаимодействовать с окружающим миром за стенами ОУ; выбор какой-либо специальности обучающимися (воспитанниками) отсрочивается, пока он сам не поймет, что его привлекает больше. При таком подходе нормы и требования, предъявляемые обучающимся (воспитанникам) не могут быть фиксированными.

Культурологическая парадигма возвращает педагогов к главному ― сокровенной задаче формирования личности ребенка. В отличие от личностной парадигмы, данная парадигма не фетишизирует свободное воспитание, рассматривая свободу и принуждение в образовании (воспитании) отрицанием культуры. Свою главную задачу она видит в передаче ценностей культуры следующим поколениям, которые, в силу различных причин, могут и не осознавать необходимости в этом. Именно из данного постулата и выводится неизбежность педагогического принуждения. Сторонники культурологической парадигмы считают, что достижение полноты и целостности миросозерцания выходит далеко за рамки когнитивно-информационной педагогики: по их мнению, в контексте когнитивно-информационной парадигмы уместнее говорить о качестве обучения, нежели оценивать качество образования в целом. В конечном итоге, культурологическая педагогическая парадигма исповедает ценностный взгляд на качество образования, а свою главную задачу видит в воспитании человека духовного.

Ценности ― сложившиеся в условиях цивилизации и непосредственно переживаемые людьми формы их отношения к общезначимым образцам культуры и к тем предельным возможностям, от осознания которых зависит способность каждого индивида проектировать будущее, оценивать «иное» и сохранять в памяти прошлое.

Культура ― 1) форма деятельности людей по воспроизведению и обновлению социального бытия, а также включаемые в эту деятельность ее продукты и результаты. Если на ранних этапах человеческого общества главной формой была традиция, обеспечивающая сохранение социальной организации, то затем все более значимой становится инновация, а в последние десятилетия ― взаимодействие различных традиций и различных инноваций;

2) система исторически развивающихся надбиологических программ человеческой деятельности, поведения и общения, выступающих условием воспроизводства и изменения социальной жизни;

3) преображение человеком природы по законам общества.

Данное определение помогает определиться с местом культуры в системе бытия:

• в отношениях «культура/природа» практика культуры повернута к природе вещественно-предметной деятельностью;

• в отношениях «культура/общество» - организационно-коммуникативной деятельностью, создающей форму для того содержания, которое несет в себе общество;

• к природной стороне самого человека – медицинской, спортивной, педагогической деятельностью, а к жизни общества – идеологической деятельностью, вырабатывающей необходимые обществу ориентиры, обоснования, духовные позиции.

Движение от человека к человеку, опосредованное создаваемой им предметностью, формирует «спираль культуры»: человек как творец культуры → деятельность опредмечивания и общения → предметное бытие культуры → деятельность распредмечивания и общения → человек как творение культуры и соучастник ее творчества.

Системное представление о человеческой деятельности открывает путь к целостному видению культуры как взаимосвязи трех модальностей культурного субстрата:

― человеческой модальности, в которой культура выступает перед нашим взором как совокупность ненаследуемых качеств человека (и человечества, и нации, и личности), качеств, проявляющихся и в предметной его деятельности, и в общении;

― процессуально-деятельностной модальности, в которой культура представляется как способ деятельности человека, его «технология»;

― предметной модальности, в которой культура является инобытием человека, охватывающим все многообразие его творений – материальных, духовных и художественных, образующих «вторую природу» или «человеческий мир», или «ноосферу» (Вернадский).

Три формы духовной предметности:

― знание ― плод познавательной деятельности человека; осмысленная, поставленная в контекст и обладающая практической ценностью информация. Главный критерий образованности ― системность знаний и системность мышления, проявляющаяся в том, что человек способен самостоятельно восстанавливать недостающие звенья в системе знаний с помощью логических рассуждений (И. П. Подласый);

― ценность― продукт ценностно-ориентационной деятельности;

― проект (надбиологические программы человеческой деятельности, поведения, общения) ― итог духовно-преобразовательной деятельности (Подробнее см. М. С. Каган Философия культуры. – С-Пб., 1996).

Особенность духовных предметов состоит в том, что материальная форма их воплощения приобретает знаковый характер.

Компетентностная парадигма вырастает из прагматической когнитивно-информационной парадигмы образования. Но в отличие от нее, осознает невозможность и бессмысленность бесконечного расширения преподаваемой следующим поколениям информации, которая, с одной стороны, нарастает лавинообразно, а с другой, морально устаревает каждые 2 - 2,5 года. Стронники данной парадигмы настаивают на том, что ожидаемым результатом образовательного процесса является не система ЗУН, а набор заявленных государством ключевых компетенций, без которых невозможна деятельность современного человека в интеллектуальной, общественно-политической, коммуникационной, информационной и прочих сферах. Другими словами, компетентностная парадигма нацелена на усиление практической ориентации и инструментальной направленности общего среднего образования; стремится подготовить человека умелого и мобильного, владеющего набором не фактов, а способами технологического их получения.

(Подробнее о проблеме гармонизации педагогических парадигм см. Е. А. Ямбург Управление развитием адаптивной школы. – М., 2004).

Следует заметить, что представители первых трех педагогических парадигм являются сторонниками классического знания, а сторонники компетентностной парадигмы во многом следуют постулатам нового (готового) знания. Аргументами сказанному, с нашей точки зрения, могут служить следующие умозаключения.

Классическая наука постулировала в качестве правил мышления ясность, отчетливость, полноту, логическую последовательность и связность рассуждения. Эти правила составили код (метод) строгой науки, предписывая ей однозначное применение. В то же время для эстетического сообщения в противоположность классической науке характерно неоднозначное отношение к коду, и эта неоднозначность, нестандартное использование кода приводит к тому, что внимание воспринимающего (зрителя, читателя) направлено на то, как устроено данное сообщение. Основное внимание при этом переключается на код, его особенности и его возможности. Воспринимающего в первую очередь интересует не соответствие сообщения объекту, о котором нечто сообщается, а то, что придает данному сообщению качество самодостаточности и самоценного. Сказанное принципиально важно потому, что истина как таковая есть системная характеристика знания, следовательно, только соединение фактов («высказывания о событиях в форме утверждения») в систему, иными словами, только создание текста (повествовательного сообщения) создает пространство, где возможность истины возвышается до ее необходимости. Создание же текста, отвечающего критериям поэтики, по сути, совпадает с задачей определения значения и смысла того, о чем говорится в этом тексте. Под поэтикой здесь понимается особый способ построения текста; с помощью поэтики объект (исторического, экономического и др.) исследования преобразуется в предмет дискурса (техники конструирования предметности), события ― в факты, сгруппированные в блоки, из которых затем складывается повествование (подробнее см. Скоробогацкий В. В. Анти – Сизиф, или Человек в зеркале философии. ― Екатеринбург: УрАГС, 2008. С. 19 - 26).

Таким образом, можно констатировать, что действительное основание мышления составляет целостная система социально-исторических связей, несводимая к технологическому аспекту материальной практики и науки. Порождающее диалектическое мышление основание ― это предметно-практическая деятельность во всем многообразии ее превращенных форм: форм политического устройства, повседневной жизни людей, языка, традиции, обыденного сознания, искусства, науки, морали, религии и т. п. ― всего того, что мы называем культурой общества, взятой в ее исторической изменчивости и целостности. История культуры в ее социально-практически обусловленном развитии ― вот та «материя», всеобщую духовную форму которой составляет диалектическое мышление. Диалектика неотделима от культуры еще и в том смысле, что она представляет собой категориальную форму рефлексии субъекта культуры над ее собственными содержанием и формами.

Необходимо помнить, что вообще процесс развития можно понять только с точки зрения совпадения начала и результата. Как следствие, необходимо определить меру их совпадения, их связь как переход одного к другому, как превращение одного в другое (вот почему «закольцованность» текста, то есть отсутствие логической противоречивости между целью и задачами, объектом и предметом исследования, заявленных во Введении, и собственно содержанием и структурой основного текста (раздела) эссе, реферата и др., служит критерием достижением продуктивного результата исследования).

Внутренней формой и способом существования диалектического мышления со времен античности становятся диалогичность и «теоретичность» философского мышления. Диалогичность и «теоретичность» взаимно обусловливают друг друга: диалогичность как элементарная форма, «клеточка», исходная двойственность философского мышления развивается в противоречие, результат разрешения которого ― целостность и универсальность образа действительности, схватываемой мышлением в ее всеобщих и необходимых формах. И в то же время «теоретичность» является не только результатом, но и условием превращения диалогической двойственности в противоречие и дальнейшего разрешения противоречия, определяя характер и основные параметры данного процесса. «Теоретичность» как бы задает мышлению особое логическое пространство его движения, вводит его в специфическую сферу реальности, одновременно совпадающую с реальной действительностью и, тем не менее, отличную от нее, соединяющую в себе черты реальности и «вымысла», «истины» и «лжи».

Таким образом, диалектическое мышление есть лишь категориальная форма рефлексии над развитием культуры и само принадлежит этой культуре: условия «диалектичности» философского мышления находятся вне его, обеспечиваются неразрывной связью мышления и действительности посредством механизма культуры.

Анализ знания как феномена культуры позволяет расширить круг его существенных характеристик. Знание в этом случае не укладывается в его гносеологическую интерпретацию в качестве форм обобщенного отражения действительности и социологическую его трактовку в качестве проективно-программирущего компонента системы социальной деятельности, на чем настаивают сторонники комтентностной педагогической парадигмы. Знание фиксирует родовую способность человека объективно относиться к предметам окружающего мира, родовой ― свободный и сознательный характер его деятельности. По своей сущности знание не сводимо к продукту сознания субъекта или его предметной деятельности, оно ― функция всей данной конкретно-исторически определенной системы культуры, ее типа. Решающей культурологической характеристикой знания является его нормативность: нормативность знания характеризует его со стороны социальной обусловленности не только по форме выражения и организации, но и по содержанию. Поскольку знаковая компонента знания выражает собой способ соотнесения идеального значения с предметным содержанием, постольку воплощенный в ней исторический тип общественных отношений полагает меру объективности знания, достижимую в данную эпоху, горизонт познавательного проникновения человека в сущность действительности. А само знание выступает как типологически упорядоченное смысловое содержание предметов культуры, объективированное в тех или иных знаковых комплексах, надстроенных над системой естественного языка. Именно в языке совершается окончательное совпадение материала и идеи, объективного содержания и идеального значения, в силу чего знание может без ограничений транслироваться в системе культуры и выступает для индивида в качестве культурно-онтологической данности.

Вывод 1: осознавая разумность абстракции «духовное производство» и такой его отрасли, как «производство знания», следует помнить, что главной задачей является не поиск инвариантных механизмов производства нового знания вне конкретно-исторических условий самого производства, а анализ производства знания как процесса превращения его условий и предпосылок в содержание и форму производимого продукта.

Выше мы уже отмечали, что влияние общественных отношений на процесс формирования знания совершается в косвенном виде ― в знаковых формах культуры. Поэтому в рамках процесса производства знания формирование последнего выступает как формирование текста. Текст ― форма существования знания в системе культуры, форма социально-исторически определенная, способствующая трансляции знания в системе коммуникационных связей культуры. Существование знания в форме текста полагает некоторые параметры его организации: а) знание объективируется в знаковых комплексах; б) знание концептуально, то есть объективирующая его знаковая система соотносится не только с системой значений данного искусственного языка, но и опирается в конечном счете на семантическую модель, вырабатываемую средствами естественного языка; в) как система понятий знание строится на основе некоторой логической связи, упорядочивающей содержание знания и позволяющей расширять его границы посредством функций описания, объяснения и предсказания.

Указание на текст как форму существования знания в культуре позволяет подчеркнуть то обстоятельство, что формирование нового знания ― функция не только специализированной научной деятельности, но всей культуры в целом, данного ее, исторически изменяющегося типа.

Вывод 2: исторически определяемая характером исторической эпохи мера совпадения чувственного и рационального в содержании и формах знаний и есть тип рациональности. В этом понятии резюмируются основные исторические особенности процесса целенаправленного производства нового знания в данном, исторически изменяющемся типе культуры. Изменение и смена типа рациональности в ходе преобразования типов культуры есть тот системный механизм, в русле которого развивается знание как единое целое.

Сдвиг от логико-гносеологической парадигмы анализа знания к социальной, в которой (1) знание получило статус одного из источников власти, наряду с силой и богатством, или в ослабленном варианте ― одного из ее основных ресурсов; (2) знание стало рассматриваться в качестве инструмента социального конструирования реальности, в том числе и той структуры господства и подчинения, которая является социально-техническим устройством (машиной) для институционального осуществления, актуализации власти; (3) знание стало рассматриваться в качестве технологии осуществления власти или дискурса, совершался параллельно тому, как происходила смена институционально оформленного, общественно признанного способа производства знания. (Дискурс ― это способ властвования в условиях, когда образование и образованность становятся достоянием широких масс, он выступает как захватывание сознания других (М. Фуко), как навязывание им своей точки зрения, своего мнения в качестве единственно правильного, соответствующего некой «сущности» вещей, от имени которых говорит наука).

Первоначально, начиная с эпохи Просвещения, в качестве признанного способа производства знания выступало образование, включавшее в себя как составную часть науку. Во второй половине XIX века эту функцию во все большей степени стала выполнять идеология. Одной из причин, обусловивших это смещение, является возникновение массового общества с сопутствующими ему тенденциями, которые отмечал Х. Ортега―и―Гассет: урбанизация и повсеместное распространение городского образа жизни, рост науки и техники, укрепление демократии. Но вместе с этим кардинально меняется характер социальной коммуникации. В XVIII и XIX веке она была вспомогательным инструментом образования и идеологии, выполняющим функцию распространения в обществе специализированной информации (теорий и учений) в популярной форме. В раннеиндустриальном обществе фабрикой научного знания оставался университет, а фабрикой идеологических доктрин ― партия. В XX веке социальная коммуникация превращается в самостоятельную силу, формирующую общественное мнение и концентрирующую авторитет в выделенных точках социального пространства.

Так, наряду с социосферой и техносферой в обществе появляется и конституируется инфосфера (Э. Тоффлер). «Инфосфера ― коммуникационные каналы, посредством которых индивидуальные и массовые сообщения могут распространяться столь же эффективно, как товары и сырье. Эта инфосфера переплелась с техно― и социосферами, которые она обслуживает, помогая интегрировать экономическое производство с поведением отдельных людей.

Каждая из этих сфер выполняла ключевую функцию в более крупной системе и не могла бы существовать без остальных. Техносфера создавала и распределяла материальные ценности; социосфера, вместе с тысячами связанными с ней организаций, распределяла роли отдельных людей в системе, а инфосфера ― информацию, необходимую для работы всей системы. Все они вместе образовывали основную архитектуру общества» (Тоффлер Э. Третья Волна. М., 2002. С. 75―76.). В ходе самодвижения такой системы разрешалось базовое противоречие индустриального общества, в котором жизнь человека распадалась на две относительно самостоятельные части ― производство и потребление. Все функционирование общественной макросистемы было направлено к решению основной задачи ― подчинить поведение человека логике, которую диктуют условия и формы производства вещей. Поэтому производство социальных ролей и образцов поведения, производство знаний и идей, с помощью которых достигается это подчинение человека Системе, до поры до времени осуществлялось в соответствии с требованиями, образующими в своей совокупности своеобразный код Системы. «У каждой цивилизации есть свой скрытый код ― система правил или принципов, отражающихся во всех сферах ее деятельности, подобно некоему единому плану. С распространением индустриализма по всей планете становится зримым присущий ему уникальный внутренний план» (Тоффлер Э. Третья Волна. М., 2002. С. 92).

Система ― трансцендентальное начало, которое творит общество массового потребления с помощью социокультурной матрицы, или моды, и управляет им.

Скорость, с которой в поле человеческого восприятия мелькают и сменяют друг друга предметы моды, рано или поздно вызывают аннигиляцию социальной материи, ее замещение симулякрами. Появление виртуальных предметов указывает на принципиальное расширение функций социальной коммуникации: теперь по ее сетям в общественной макросистеме движутся не только сообщения классического типа, но и симулякры, которые представляют собой сообщения неклассического типа. Симулякр ― новая разновидность текстов, существование которых позволяет утверждать, что благодаря совреме6нным техническим и технологическим возможностям средства массовой коммуникации выполняют функцию не только трансляции, но и производства информационных продуктов массового спроса. Симулякр есть способ осуществления (производства вещей) серийного мира. Это не просто производство копий, репродукций второго порядка, а оправдание этого производства как культурной формы, единственно возможной в современных условиях. Как следствие, в виртуальном мире, где исчезает гносеологический критерий реальности, истина как таковая перестает быть предикатом знания, она сама становится непосредственно вещью среди вещей: полезность подменяет истинность в качестве ключевой характеристики знания, и в этой подмене обнаруживается исчезновение гносеологического критерия реальности. Не соответствие знания сущности вещей, но его социальная, политическая или экономическая эффективность, точнее, полезность для функционирования Системы и ее воспроизводства в заданных параметрах, становится базовым ориентиром (принципом) не только для научного сообщества, но и для организации науки и познавательной деятельности ученого.

Таким образом, сегодня можно вести речь об изменении типа знания.

Классический тип знания был многослойным. Помимо предметного и инструментально-технологического уровня в его состав входил уровень логико-методологической рефлексии, включавший в себя процедуры оценки знания, его обоснования и истолкования, а также неизбежной трансформации. Как следствие, производство классического знания напоминает труд ремесленника, когда опытный мастер самостоятельно (работая в одиночку или контролируя и направляя работу помощников и учеников) выполняет последовательно, шаг за шагом все операции, изготавливая нечто, внутреннее устройство чего ему хорошо известно.

На смену ему приходит новый тип ― готовое знание. Готовое знание ― продукт разделения труда, разбитого на сотни мелких операций (отсюда и утверждающаяся фрагментарность знания как норма). Этот продукт ― результат усилий, целеполагающим субъектом которых является не человек, не коллектив, а что-то безличное ― организация производства. В структуре готового знания мы находим лишь один уровень ― инструментально-технологический, другие уровни свернуты и представляют собой «черный ящик», знание о содержании которого для большинства участников не только излишне, но даже противопоказано.

Редукция (свертывание) значений, упрощение и уплощение структуры знания, появления «знания-вещи», сжатие структур и быстродействие ― все это рождает тенденцию попятного движения от науки к мифу. «Ибо миф есть мгновенное целостное видение сложного процесса, который обычно растягивается на большой промежуток времени. Миф представляет собой сжатие, или имплозивное свертывание всякого процесса, и сегодня мгновенная скорость электричества сообщает мифическое измерение даже самому простому промышленному или социальному действию. Мы живем мифически, но продолжаем мыслить фрагментарно и однобоко» (Маклюэн М. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. М.; Жуковский, 2003. С. 31).

Учредительные документы, целеполагание содержания учебных программ по предметам позволяет утверждать, что в стенах СУНЦ УрГУ «первыми среди равных» доминируют культурологическая и личностная педагогические парадигмы с их ориентаций на формирование классического типа знания.

Приложение 1