6. Зависимость производственных отношений от характера и уровня развития производительных сил

...Под экономическими отношениями, которые мы считаем определяющим базисом истории общества, мы понимаем тот способ, каким люди определенного общества производят средства к жизни и обменивают между собой продукты (поскольку существует раз­деление труда). Таким образом, сюда входит вся техника производ­ства и транспорта. Эта техника, согласно нашим взглядам, оп­ределяет также и способ обмена, затем способ распределения продуктов и тем самым после разложения родового строя также и разделение на классы, отношения господства и подчинения, го­сударство, политику, право и т. д. В понятие экономических от­ношений включается далее и географическая основа, на которой эти отношения развиваются, и фактически перешедшие от прошло­го остатки прежних ступеней экономического развития, которые

337

продолжают сохраняться зачастую только по традиции или бла­годаря vis inertiae ¹, а также, конечно, внешняя среда, окружаю­щая эту общественную форму.

Энгельс. Ф. Письмо В. Боргиусу, 25 января 1SS4 г. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т 39, с. 174

\ Что же такое общество, какова бы ни была его форма? Продукт взаимодействия людей. Свободны ли люди в выборе той или иной общественной формы? Отнюдь нет. Возьмите определенную сту­пень развития производительных сил людей, и вы получите опре­деленную форму обмена [Commerce] и потребления. Возьмите определенную ступень развития производства, обмена и потребле­ния, и вы получите определенный общественный строй, определен­ную организацию семьи, сословий или классов — словом, опре­деленное гражданское общество. Возьмите определенное граждан­ское общество, и вы получите определенный политический строй, который является лишь официальным выражением гражданского общества.

...Излишне добавлять к этому, что люди не свободны в выборе своих производительных сил, которые образуют основу всей их истории, потому что всякая производительная сила есть приобре­тенная сила, продукт предшествующей деятельности. Таким обра­зом, производительные силы — это результат практической энер­гии людей, но сама эта энергия определена теми условиями, в которых люди находятся, производительными силами, уже при­обретенными раньше, общественной формой, существовавшей до них, которую создали не эти люди, а предыдущее поколение. Благодаря тому простому факту, что каждое последующее поколе­ние находит производительные силы, приобретенные предыдущими поколениями, и эти производительные силы служат ему сырым материалом для нового производства,— благодаря этому факту образуется связь в человеческой истории, образуется история человечества, которая тем больше становится историей человече­ства, чем больше выросли производительные силы людей, а следо­вательно, и их общественные отношения. Отсюда необходимый вывод: общественная история людей есть всегда лишь история их индивидуального развития, сознают ли они это, или нет. Их мате­риальные отношения образуют основу всех их отношений. Эти материальные отношения суть лишь необходимые формы, в кото­рых осуществляется их материальная и индивидуальная деятель­ность.

Марье К. Письмо П. В. Анненъоау, 28 декабря \18iS г.]—Маркс К., Энгельс Ф. Соч., ill. VI, с. 402—403

силе инерции. Ред.

338

...Люди, развивая свои производительные силы, то есть живя, развивают определенные отношения друг к другу, и... характер этих отношений неизбежно меняется вместе с преобразованием и ростом этих производительных сил.

Маркс К. Письмо П. В. Анненкову, S8 декабря 1846г.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. S7, с. 4(1в

Плодосменное хозяйство, искусственные удобрения, паровая машина, механический ткацкий станок неразрывно связаны с капиталистическим производством, как и орудия дикаря и варва­ра—с его производством. Орудия дикаря обусловливают его общество совершенно в той же мере, как новейшие орудия — капиталистическое общество.

Энгельс Ф. Письмо К. Каутскому, 26 июня 1S84 г.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 36, с. 14в

До сих пор мы исходили из орудий производства, и уже здесь обнаружилась необходимость частной собственности на известных ступенях промышленного развития. В Industrie extractive ¹ ча­стная собственность еще целиком совпадает с трудом; в мелкой промышленности и до сих пор повсюду в земледелии собственность есть необходимое следствие существующих орудий производства; в крупной промышленности противоречие между орудием производ­ства и частной собственностью впервые выступает как собственный продукт этой промышленности, для порождения которого она должна уже достигнуть высокого развития. Таким образом, только с развитием крупной промышленности становится возможным и уничтожение частной собственности.

Маркс П., Энгельс Ф. Фейербах. Противоположность материалистического и идеалистического воззрений. М., 1966, с. 65

...Частная собственность есть форма общения, необходимая на известной ступени развития производительных сил; что эта форма общения до тех пор не может быть уничтожена, до тех пор является необходимым условием для производства непосредственной мате­риальной жизни,— пока не созданы производительные силы, для которых частная собственность становится стесняющими оковами.

• Соч.,

Маркс Я., Энгельс Ф. Немецкая идеология.-т. 3, с. S51

Всякое изменение общественного строя, всякий переворот в отношениях собственности являлись необходимым следствием соз-

¹ — добывающих промыслах. Ред. яяо

•дания новых производительных сил, которые перестали соответ­ствовать старым отношениям собственности. Так возникла и сама частная собственность... Пока нельзя производить в таких разме­рах, чтобы не только хватало на всех, но чтобы еще оставался избыток продуктов для увеличения общественного капитала и дальнейшего развития производительных сил, до тех пор должен всегда оставаться господствующий класс, распоряжающийся про­изводительными силами общества, и другой класс — бедный и угнетенный.

Энгельс Ф. Принципы коммунизма.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 330

Нет ничего обычнее представления, будто в истории до сих пор все сводилось к захвату. Варвары захватили Римскую империю, и фактом этого захвата принято объяснять переход от античного мира к феодализму. Но при захвате варварами все зависит от того, развил ли завоеванный народ уже к этому времени промышленные производительные силы, как это имеет место у современных наро­дов, или же его производительные силы основываются главным образом лишь на его объединении и на существующем сообществе [Gemeinwesen]. Далее, характер захвата обусловлен объектом захвата. Состояние банкира, заключающееся в ценных бумагах, нельзя вовсе захватить, если захватчик не подчинится условиям производства и общения, существующим в захваченной стране. То же относится и ко всему промышленному капиталу какой-нибудь современной промышленной страны. И, наконец, захвату повсюду очень скоро приходит конец, а когда для захвата ничего уже более не остается, приходится приступить к производству. Из этой очень скоро наступающей необходимости производства следует, что та форма сообщества [Gemeinwesen], которая была принята осевшими завоевателями, должна соответствовать той ступени развития производтельных сил, которую они застают, а если этого соответствия первоначально нет, то эта форма сообще­ства должна измениться сообразно имеющимся производитель­ным силам.

Мар\с К., Энгельс Ф. Фейербах. Противоположность материалистического и идеалистического воззрении. М., 1966, с. SO—91

Частная собственность образуется повсюду в результате изменившихся отношений производства и обмена, в интересах повышения производства и развития обмена,— следовательно, по экономическим причинам. Насилие не играет при этом никакой роли. Ведь ясно, что институт частной собственности должен уже существовать, прежде чем грабитель может присвоить себе чужое

340

добро, что, следовательно, насилие, хотя и может сменить владель­ца имущества, но не может создать частную собственность как та­ковую.

Энгельс Ф. Анти-Дюринг.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. SO, с. 16S

Люди, которые в XVII и XVIII веках работали над созданием паровой машины, не подозревали, что они создают орудие, которое в большей мере, чем что-либо другое, будет революционизировать общественные отношения во всем мире и которое, особенно в Ев­ропе, путем концентрации богатств в руках меньшинства и проле­таризации огромного большинства, сначала доставит буржуазии социальное и политическое господство, а затем вызовет классовую борьбу между буржуазией и пролетариатом, борьбу, которая мо­жет закончиться только низвержением буржуазии и уничтожением всех классовых противоположностей.— Но и в этой области мы, путем долгого, часто жестокого опыта и путем сопоставления н анализа исторического материала, постепенно научаемся уяснять себе косвенные, более отдаленные общественные последствия нашей производственной деятельности, а тем самым мы получаем воз­можность подчинить нашему господству и регулированию такжо и эти последствия.

Однако для того, чтобы осуществить это регулирование, тре­буется нечто большее, чем простое познание. Для этого требуется полный переворот в нашем существующем до сего времени способе производства и вместе с ним во всем нашем теперешнем общест­венном строе.

Все существовавшие до сих пор способы производства имели в виду только достижение ближайших, наиболее непосредственных полезных эффектов труда. Дальнейшие же последствия, появляю­щиеся только позднее и оказывающие действие благодаря посте­пенному повторению и накоплению, совершенно не принимались в расчет. Первоначальная общая собственность на землю соответст­вовала, с одной стороны, такому уровню развития людей, который вообще ограничивал их кругозор тем, что лежит наиболее близко, а с другой стороны, она предполагала наличие известного излишка свободных земель, который предоставлял известный простор для ослабления возможных дурных результатов этого примитивного хозяйства. Когда этот излишек свободных земель был исчерпан, пришла в упадок и общая собственность. А все следующие за ней более высокие формы производства приводили к разделению населения на различные классы и тем самым к противоположности между господствующими и угнетенными классами. В результате этого интерес господствующего класса стал движущим фактором производства, поскольку последнее не ограничивалось задачей кое-

341

как поддерживать жалкое существование угнетенных. Наиболее полно это проведено в господствующем ныне в Западной Европе капиталистическом способе производства. Отдельные, господст­вующие над производством и обменом капиталисты могут забо­титься лишь о наиболее непосредственных полезных эффектах своих действий. Более того, даже сам этот полезный эффект — поскольку речь идет о полезности производимого или обменивае­мого товара — совершенно отступает па задний план, и единст­венной движущей пружиной становится получение прибыли при продаже.

Энгельс Ф. Диалектика природы.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. SO, с. 497—4SS

На бумажном производстве хорошо вообще изучать в деталях как различие между отдельными способами производства, имею­щими в основе различные средства производства, так и связь общественных производственных отношений с различными спосо­бами производства; старинное германское бумажное дело дает образец ремесленного производства, Голландия XVII и Франция XVIII века — образец собственно мануфактуры, а современная Англия — образец автоматического производства в этой отрасли;

кроме того в Китае и Индии до сих пор существуют две различные древнеазиатские формы этой же промышленности.

Маркс К. Напитал, т. I.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 3SS—393

...Никому не пришло в голову, что ведь способ распределения существенным образом зависит от того, какое количество продуктов подлежит распределению, и что это количество, конечно, меняется в зависимости от прогресса производства и организации общества, а следовательно, должен меняться и способ распределения.

Онгелъс Ф. Письмо К. Шмидту, S августа 1SSO г.— Маркс К., Энгельс Ф. Соч., от. S7, с. 370

...Так называемые отношения распределения соответствуют исторически определенным, специфически общественным формам процесса производства и тем отношениям, в которые вступают между собой люди в процессе воспроизводства своей человеческой жизни, и возникают из этих форм и отношений. Исторический характер этих отношений распределения есть исторический харак­тер производственных отношений, только одну сторону которых они выражают. Капиталистическое распределение отлично от тех форм распределения, которые возникают из других способов про-

342

изводства, и каждая форма распределения исчезает вместе с опре­деленной формой производства, которой она соответствует и из которой проистекает.

Маркс К. Капитал, т. III.— Маркс Д., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. II, с. 4S6

Структура распределения полностью определяется структурой производства. Распределение само есть продукт производства — не только по распределяемому предмету, ибо распределяться могут только результаты производства, но и по форме, ибо определен­ный способ участия в производстве определяет особую форму распределения, те формы, в которых люди принимают участие в распределении...

Если рассматривать целые общества, то представляется, будто распределение еще с одной стороны предшествует производству и онределяет его в качестве как бы доэкономического факта. Народ-завоеватель разделяет землю между участниками завоевания и устанавливает таким образом известное распределение земельной собственности и ее форму, а тем самым определяет и производство. Или он обращает побежденных в рабов и делает таким образом рабский труд основой производства. Или народ путем революции разбивает крупную земельную собственность на парцеллы и, сле­довательно, этим новым распределением придает производству новый характер. Или законодательство увековечивает земельную собственность в руках известных семей или распределяет труд как наследственную привилегию и фиксирует его таким образом в кастовом духе. Во всех этих случаях — а все они являются исто­рическими — кажется, что не распределение организуется и опре­деляется производством, а, наоборот, производство организуется и определяется распределением.

Распределение в самом поверхностном понимании выступает как распределение продуктов и, таким образом, представляется отстоящим далеко от производства и якобы самостоятельным по отношению к нему. Однако прежде чем распределение есть распре­деление продуктов, оно есть: 1) распределение орудий производст­ва и 2) — что представляет собой дальнейшее определение того же отношения — распределение членов общества по различным родам производства (подчинение индивидов определенным про­изводственным отношениям). Распределение продуктов есть, оче­видно, лишь результат этого распределения, которое заключено в самом процессе производства и которое определяет структуру про­изводства. Рассматривать производство, отвлекаясь от этого зак­лючающегося в нем распределения, есть, очевидно, пустая абст­ракция, в то время как распределение продуктов, наоборот, дано само собой вместе с этим распределением, составляющим с самого

343

начала момент производства. Рикардо, который стремился понять современное производство в его определенной социальной структу­ре и который является экономистом производства par excellence ^l, именно поэтому объявляет не производство, а распределение подлинным предметом современной политической экономии. От­сюда опять-таки явствует крайняя ограниченность тех экономис­тов, которые изображают производство в качестве вечной истины, тогда как историю они ссылают в сферу распределения.

В каком отношении к производству находится это определяю­щее его распределение, есть, очевидно, вопрос, относящийся к са­мому производству. Если скажут, что тогда, по крайней мере,— поскольку производство необходимым образом исходит из извест­ного распределения орудий производства,— распределение в этом смысле предшествует производству и образует его предпосылку, то на это следует ответить, что производство действительно имеет свои условия и предпосылки, которые образуют собой его момен­ты. Последние могут на первых порах выступать как естественно выросшие. Самим процессом производства они превращаются из естественно выросших в исторические, и если для одного периода они выступают как естественная предпосылка производства, то для другого периода они были его историческим результатом. В самом процессе производства они постоянно изменяются. На­пример, применение машин изменило распределение как орудий производства, так и продуктов. Современная крупная земельная собственность сама есть результат как современной торговли и современной промышленности, так и применения последней к сельскому хозяйству.

Все намеченные выше вопросы сводятся в последнем счете к влиянию общеисторических условий на производство и к отноше­нию между производством и историческим развитием вообще. Вопрос, очевидно, относится к рассмотрению и анализу самого производства.

Однако в той тривиальной форме, в какой все эти вопросы были поставлены выше, на них можно дать столь же краткий ответ. При всех завоеваниях возможен троякий исход. Народ-завоеватель навязывает побежденным свой собственный способ производства (например, англичане в этом столетии в Ирландии, отчасти и Индии); или он оставляет старый способ производства и довольст­вуется данью (например, турки и римляне); или происходит вза­имодействие, из которого возникает нечто новое, некий синтез (отчасти при германских завоеваниях). Во всех случаях именно способ производства, будь то победителей, будь то побежденных, будь то возникший из соединения обоих, определяет то новое

по преимуществу. Ред.

344

ж.

распределение, которое устанавливается. Хотя последнее высту­пает как предпосылка для нового периода производства, само оно опять-таки есть продукт производства — и не только историче­ского вообще, но определенного исторического производства.

Например, монголы, производя опустошения в России, действо­вали сообразно с их способом производства, пастбищным скотовод­ством, для которого большие необитаемые пространства являются главным условием. Германские варвары, для которых земледелие при помощи крепостных было обычным способом производства, так же как и изолированная жизнь в деревне, тем легче могли под­чинить этим условиям римские провинции, что происшедшая там концентрация земельной собственности уже совершенно опроки-. нула прежние отношения земледелия.

Существует традиционное представление, будто в известные периоды люди жили только грабежом. Однако, чтобы можно было грабить, должно быть налицо нечто для грабежа, стало быть производство. И способ грабежа сам опять-таки определяется способом производства. Например, какая-нибудь stock-jobbing nation ¹ не может быть ограблена таким же способом, как пасту­шеский народ.

Когда предметом грабежа является раб, то в его лице похи­щается непосредственно орудие производства. Однако в этом случае производство той страны, для которой он похищается, должно быть организовано так, чтобы оно допускало применение рабского тру­да, или (как в Южной Америке и т. д.) должен быть создан соответ­ствующий рабскому труду способ производства.

Мирке И. Экономические рукописи 1857—1859 годов. Введение.— Маркс К., Энгельс ф. Соч., т. 4в, ч. I, с. 31—35

В противоположность Гегелю и другим гегельянцам Маркс и Энгельс были материалистами. Взглянув материалистически на мир и человечество, они увидели, что как в основе всех явлений природы лежат причины материальные, так и развитие челове­ческого общества обусловливается развитием материальных, про­изводительных сил. От развития производительных сил зависят отношения, в которые становятся люди друг к другу при про­изводстве предметов, необходимых для удовлетворения челове­ческих потребностей. И в этих отношениях — объяснение всех явлений общественной жизни," человеческих стремлений, идей и законов.

Ленин В. И. Фридрих Энгельс.— Поли. собр. соч., т. 2, с. 8

¹ — нация с развитой биржевой спекуляцией. Ред. 345