6. Роль практики в процессе познания

а) ПРАКТИКА КАК ОСНОВА ПОЗНАНИЯ

Материалистическое учение о том, что люди суть продукты обстоятельств и воспитания, что, следовательно, изменившиеся люди суть продукты иных обстоятельств и измененного воспита­ния,— это учение забывает, что обстоятельства изменяются имен­но людьми и что воспитатель сам должен быть воспитан. Оно не­избежно поэтому приходит к тому, что делит общество на две ча­сти, одна из которых возвышается над обществом (например, у

Роберта Оуэна).

Совпадение изменения обстоятельств и человеческой деятель­ности может рассматриваться и быть рационально понято только как революционная практика.

Маркс К. Тезисы о Фейербахе.— Маркс К., Энгельс Ф.

Соч., т. 42, с. 265

Необходимо изучить последовательное развитие отдельных отраслей естествознания.— Сперва астрономия, которая уже из-за времен года абсолютно необходима для пастушеских и зем­ледельческих народов. Астрономия может развиваться только при помощи математики. Следовательно, приходилось занимать­ся и математикой.— Далее, на известной ступени развития зем­леделия и в известных странах (поднимание воды для орошения в Египте), а в особенности вместе с возникновением городов, круп­ных построек и развитием ремесла развилась и механика. Вскоре она становится необходимой также для судоходства и военного дела.— Она тоже нуждается в помощи математики и таким обра­зом способствует ее развитию. Итак, уже с самого начала возник­новение и развитие наук обусловлено производством.

В течение всей древности собственно научное исследование ограничивается этими тремя отраслями знания... В физике и хи­мии, которые в умах тогдашних людей еще почти не отделялись друг от друга (теория стихий, отсутствие представления о хими­ческом элементе), в ботанике, зоологии, анатомии человека и жи­вотных можно было пока что только собирать факты и по возмож­ности систематизировать их. Физиология, лишь только удалялись от наиболее очевидных вещей, как, например, пищеварение и вы­деление, сводилась просто к догадкам: это и не могло быть иначе, пока еще не знали даже кровообращения.— В конце этого перио­да появляется химия в первоначальной форме алхимии.

Когда после темной ночи средневековья вдруг вновь возрож­даются с неожиданной силой науки, начинающие развиваться с чудесной быстротой, то этим чудом мы опять-таки обязаны произ­водству. Во-первых, со времени крестовых походов промышлен-

133

иость колоссально развилась ц вызвала к жизни массу новых ме­ханических (ткачество, часовое дело, мельницы), химических (красильное дело, металлургия, алкоголь) и физических фактов (очки), которые доставили не только огромный материал для наб­людений, но также и совершенно иные, чем раньше, средства для экспериментирования и позволили сконструировать новые инстру­менты. Можно сказать, что собственно систематическая экспери­ментальная наука стала возможной лишь с этого времени. Во-вто­рых, вся Западная и Центральная Европа, включая сюда и Поль­шу, развивалась теперь во взаимной связи, хотя Италия, благода­ря своей от древности унаследованной цивилизации, продолжа­ла еще стоять во главе. В-третьих, географические открытия,— произведенные исключительно в погоне за наживой, т. е. в конеч­ном счете под влиянием интересов производства,— доставили бесконечный, до того времени недоступный материал из области метеорологии, зоологии, ботаники и физиологии (человека). В-чет­вертых, появился печатный станок¹.

Теперь,— не говоря уж о математике, астрономии и механике, которые уже существовали,— физика окончательно обособляет­ся от химии (Торричелли, Галилей,— первый, в зависимости от промышленных гидротехнических сооружений, впервые изучает движение жидкостей,— см. у Клерка Максвелла). Бойль делает из химии науку. Гарвей благодаря открытию кровообращения делает науку из физиологии (человека, а также животных). Зооло­гия и ботаника остаются всё еще собирающими факты науками, пока сюда не присоединяется палеонтология — Кювье,— а вско­ре затем открытие клетки и развитие органической химии. Благо­даря этому сделались возможными сравнительная морфология и сравнительная физиология, и с тех пор обе стали подлинными науками. В конце прошлого века закладываются основы геоло­гии, в новейшее время — так называемой (неудачно) антрополо­гии, опосредствующей переход от морфологии и физиологии че­ловека.и его рас к истории. Исследовать подробнее и развить это.

Энгельс Ф. Диалектика природы.— Маркс К.,

Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 500—501

Как естествознание, так и философия до сих пор совершенно пренебрегали исследованием влияния деятельности человека на его мышление. Они знают, с одной стороны, только природу, а с другой — только мысль. Но существеннейшей и ближайшей ос­новой человеческого мышления является как раз изменение при-

-----------------------

¹ Пометка на полях: «До сих пор хвастливо выставляют напоказ только то, чем производство обязано науке; но наука обязана производству бесконеч­но большим». Ред.

134

роды человеком, а не одна природа как таковая,; и разум человека развивался соответственно тому, как человек научался изменять природу. Поэтому натуралистическое понимание истории — как оно встречается, например, в той или другой мере у Дрейпера и других естествоиспытателей^ стоящих на той точке зрения, что только природа действует на человека и что только природные условия определяют повсюду его историческое развитие,— стра­дает односторонностью и забывает, что и человек воздействует обратно на природу, изменяет ее, создает себе новые условия су­ществования. От «природы» Германии, какой она была в эпоху переселения в нее германцев, осталось чертовски мало. Поверх­ность земли, климат, растительность, животный мир, даже сами люди бесконечно изменились, и все это благодаря человеческой деятельности, между тем как изменения, происшедшие за это вре­мя в природе Германии без человеческого содействия, ничтожно

малы.

Энгельс Ф. Диалектика природы.—

Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 545—546

Познание... находит перед собой истинное сущее как незави­симо от субъективных мнений (Setzen¹) наличную действитель­ность. (Это чистый материализм!) Воля человека, его практика, сама препятствует достижению своей цели... тем, что отделяет себя от познания и не признает внешней действительности за истин­но-сущее (за объективную истину). Необходимо соединение познания и практики.

Ленин В. И. Философские тетради,—

Полн. собр. соч., т. 29, с. 197—198

Практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности^ но и непосредственной действительности.

Ленин В. И. Философские тетради.—

Поли. собр, соч., т. 29, с. 195