1 Станиславский к. С. Собр. Соч.: в 8 т. Т. 4. С. 292.

Стр. 85

предлагаемых обстоятельствах. Под органическим надо понимать не механические действия (ищу, достаю, выкла­дываю, утираю слезы и т. д.) и тем более не мизансценические (перехожу, передвигаю) и физиологические (слушаю, говорю). Осуществление потребности персонажа изменить или утвердить что-то в партнере, присутствующем на сцене или находящемся сейчас в объекте его внимания, хоть и отсутствующем физически, в более редких случаях изме­нить или утвердить что-то в себе (заставить себя собраться, убедить себя в необходимости какого-либо поступка и т. д.), то есть всякий акт воздействия с определенной целью по сути взаимоотношений персонажа с окружающими — вот что мы вкладываем в понятие органического действия.

"Задайтесь крепко целью заставить партнера думать, чувствовать совершенно так же, как вы, видеть то, о чем вы говорите, вашими глазами, слышать вашими ушами. Уда­стся вам эта задача или нет — вопрос другой. Важно, чтобы вы к этому стремились и верили в возможное достижение такой задачи. При этом ваше внимание уйдет целиком в намеченное физическое действие"¹.

На каком-то этапе К. С. Станиславский разделял дейст­вие физическое и действие психологическое и в соответст­вии с этим "линию человеческого тела" и "внутреннее дей­ствие". Впоследствии он рассматривал их как стороны одно­го процесса—психофизическое действие или органическое.

Употребление К. С. Станиславским понятия "линии жизни человеческого тела" в последних работах на мате­риале "Отелло" и "Ревизора" носит явно характер преуве­личенный в связи с творческим увлечением его новым сво­им приемом. Это он сам заметил, написав на последнем листе неоконченной рукописи "О значении физических действий": "Противоречие: раньше говорил — идти по внутренней линии, теперь — по внешней"²

Станиславский К. С. Собр. соч.: В 8 т. Т. 4. С. 342.

Там же. С. 529.

Стр. 86

При анализе этих работ К. С. Станиславского стано­вится совершенно очевидным, что он рассматривал "линию жизни человеческого тела", как ее он называл, как линию психофизического, органического действия: "...Мы искали то, что необходимо для выполнения физических и других действий; сама наша природа приходила к нам на помощь и руководила нами. Вникните в этот процесс, и вы поймете, что он был внутренним и внешним анализом себя самого, человека, в условиях роли" .

Поскольку жизненная природа человека связана с действием, вся жизнь его — цепь активных волевых уси­лий для достижения цели, а главной побудительной си­лой этого движения являются обстоятельства жизни, то и на сцене, как говорил Л. М. Леонидов, актер оправдывает свое назначение только тогда, когда он действует. И есте­ственно, что так же, как в жизни, побудителями к дейст­вию на сцене становятся предлагаемые обстоятельства ро­ли, только в жизни это происходит рефлекторно, а на сцене — в результате воспитанной в актере способности вбирать в себя эмоционально сценические, отобранные и нафантазированные, предлагаемые обстоятельства.

Даже в своих главах "Работа над ролью" ("Ревизор"), когда К. С. Станиславский был увлечен приемом построе­ния внешней линии физических действий (хотя все время оговаривал — "в физическом— от психологического"), которую он даже записывал, великий педагог все время подчеркивал, что делает это не просто умственным, анали­тическим путем, а изучением себя в условиях жизни роли, через естественные позывы всех внутренних человеческих элементов к действию.

"По жизненному, человеческому опыту я ищу правиль­ных физических задач и действий. Чтобы поверить их правде, мне необходимо внутренне их обосновать и оправ­дать в предлагаемых обстоятельствах роли. Когда я найду и