Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Зимин А.А. Реформы Ивана Грозного.docx
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
5.45 Mб
Скачать

1497 Г. О том, что жалобника следует послать к тому,

«которому   которые люди приказаны ведати», трудно

усмотреть  наличие  «приказов»  как  государственных учре¬

ждений Поэтому  прав  Л.  В.  Черепнип,  считающий,  что

в  Судебнике  1497  г.  пет  данных,  указывающих  на  «офор¬

мление  приказной  системы» По  Н.  Е.  Носову,  «приказы

как   определенные   правительственные   учреждения   заро¬

дились  в  недрах  княжеского  дворца» Это  по  меньшей

явное   недоразумение:   разбойные   дела   до   губной   реформы   на¬

ходились   в   ведении   различных   наместников,   а   не   были   функ¬

цией  одного наместника   московского  (см. Судебник  1497 г., статья

38,  39,  43;   Судебник   1550  г.,  статья  60  и  др).   Говоря  о  том,  что

«мы  встречаем  московского  наместника  в   1539  г,   уже   во   главе

бояр,   «которым   приказаны   разбойные   дела»,   автор   допускает

досадную путаницу: под 1539 г., действительно, упомянуты

«бояре,  которым  разбойные  дела  приказаны»,  но   о  московском

наместнике   (без   упоминания   о   боярах)   говорится  лишь   в  гра¬

моте   1540  г.

   Ср., например, мнение Н. Е. Носова (А. И.   Копанев,

А.   Г.   Маньков,  Н.   Е.   Носов,   указ.   соч.,  стр.   71).

2  А.   А.   Зимин,   Губные  грамоты   XVI   века   из   Музейного  со¬

брания,   стр.   211.

3  А.   И.   Копанев, А. Г,   Манъков, Н.   Е.   Носов, указ.   соч.,

стр.   72.

  Под   «приказами»  Н.   Е.   Носов  разумеет  «постоянные  при¬

сутственные  места   (учреждения)»   (Там  же,  стр.   68).   Определе¬

ние  совершенно  недостаточное,  ибо   из  него  выпало  основное 

функциональная   сущность   приказов.   Не   учитывая   последнего,

Носов  неверно   отнес  к  «приказам»  и   областные   и   центральные

дворцовые   ведомства   казначея   и   конюшего,   которые   в   первой

половине   XVI   в.   нельзя   считать   приказными.

5  «Судебники   XV—XVI  веков»,   стр.   43.

®  А.   И.   Котнев, А. Р- Манъков,   В.   В-   Носов, указ. соч.,

стр.   68.

184

і

тт

Русское  посольство  в  Регенсбурге  в  1576  г.   (изображение  бояр, окольничих,   дьяков   и   подьячих).

Немецкая   цветная   гравюра   XVI   в.

мере  односторонне.   До   сих  пор  не   может  считаться  ре¬

шенным  вопрос  об   отношении   дворца  к   казне.  Но   если

даже  считать  казну  дворцовой  канцелярией,  то  и  в  этом

случае  формула  Н.  Е.  Носова  неудачна.   Она   не   учиты¬

вает   роль   в   формировании приказной системы   Бояр¬

ской   думы и не показывает, что сложение   приказов

шло   за   счет  сокращения   компетенции   чисто   дворцовых

ведомств.

Первые ростки приказной системы отнюдь нельзя

преувеличивать.   В   первой половине   XVI  в. дьяки   еще

входили  в  состав  казны  и  дворца,  отдельные  отрасли  ка¬

зенного  управления  еще  не  обособились  одна  от  другой,

еще  не  создался  определенный  штат  для  исполнения  ка¬

ждой  из  них.

Задача укрепления центрального аппарата власти,

следовательно,  до  середины  ХѴТ  в.  в  полной  мере  осуще¬

ствлена  не  была.

*

В   местном управлении,   как  и  в   центральном   аппа¬

рате,  к  середине  XVI  в.  наблюдается  дальнейшая  центра¬

лизация,   выражавшаяся   в   росте   политического   влияния

дворянства  и  в  постепенном  вытеснении  с  ведущих  пози¬

ций   представителей   боярской   аристократии.   Закладыва¬

лись   реальные   предпосылки победы дворянской бюро¬

кратии.

Если   в   период   единого   Российского   государства   на¬

местническая   администрация   представляла   собою   круп¬

ный  шаг  по  пути  подчинения  бывших  удельно-княжеских

территорий  центральной  власти,  то  к  середине  XVI  в. эта

администрация  уже  изжила  себя   и не соответствовала

новым  задачам,  вставшим  перед  русским  правительством

в  деле  укрепления  власти  на  местах.

Наместник,   будучи   представителем   великокнял�еской

власти   в   городе,   как   центре основной   территориально-

административной  единицы  страны  уезда,   и  волостель,

ведавший   волостью,   полусамостоятельной   единицей   вну¬

три   уезда,   осуществляли основные функции местного

аппарата  власти.  Им  как  правило  было  подведомственно

Ш

население   п  области  суда,  включая  дела  о  разбое  и  убий¬

стве   (до  проведения   губной   реформы)  К   Еще   Судебник

1497  г.   (ст.   18)   знал  наместников   «с  судом  6оярским�>,

т.   е.   имевших   право  окончательного   решения  по   судеб¬

ным  делам,  и  «без  боярского  суда»,  докладывавших  важ¬

нейшие  дела  великому  князю  и  боярам,  как  суду  высшей

инстанции.  Наместники  часто  ведали  сбором  таможенных,

проездных  и  некоторых  других  пошлин;  они  контролиро¬

вали  заключение  важнейших  сделок     том  числе  с  «до

клада»  им  составлялись  акты  на  холопство) Наместник

мог  возглавлять  местные  дворянские   ополчения.   В   круп¬

нейших  порубежных  городах     том  числе  Новгороде  и

Пскове)  наместникам  приходилось  вести  переговоры  с  со¬

седними  державами  и  заключать с ними соглашения

Обеспечивался  наместник  с  его   штатом  тиунов  и  довод¬

чиков  за  счет  «корма»,  собиравшегося  с  местного  населе¬

ния   («въезжий»  корм,  а  также  корм  в  три  праздника 

рождество,  пасху  и  Петров  день),  а  также  за  счет  судеб¬

ных   пошлин   и   некоторых  других  поступлений'*,

·   См.   грамоту   1538   г. (РИБ,   т.   II,      186).

2   РИБ,   т.   XVII,   отд.   2,    502, 512 и многие другие. На¬

местники ведали и судом по делам о холопах (Там   же,

  515).

3  Сб.   РИО,   т.   ЫХ,   стр.   535—536   и   др.   О   деятельности   нов¬

городских наместников см. Л. П. Пронттейн, указ. соч.,

стр.   204—208.

   Отчетливое   представление о   составе доходов наместни¬

ков   и   волостелей   дают   уставные   наместничьи   грамоты (ААЭ,

т.   I,     143,  181,  183;  АИ,  т.  I,     137  и  др.),  а  также  их  доход¬

ные   списки, см., например, доходный список волостеля   на

Сольцу   Малую   1528   г. (Акты   Юшкова,      124) или,   например,

подробный   список  доходов  ладожского  кормления   (Д,   Я.   Само-

квасов,  Архивный  материал,  т.  I,  М.,   1905,  стр.   181).  Кормленые

грамоты   знают   кормленье   «с   правдою» (т.   е.   с   правом   суда)

(см.   Акты   Юшкова,      134);   с   «пятном» (там   же,      125,   141,

149,  153  );«с  пятном  и  с  номером»   («Известия  Русского  генеало¬

гического   общества»,   вып.   I,   стр.   25—26;   подробнее   о   «пятне»

см.  Акты  Юшкова     117);   «с  мытом»   (там  же,     123;  подроб¬

нее   о   «мыте»   см.   там   же,      148).   См.   грамоту   1528   г.   Васи¬

лия   III   р.   В.   Домнину   на   Пушму   «с   правдою   н   пятном»,   гра¬

моту 1511 г.   князя Дмитрия Углицкого на волость Озерки

И.  Т.  Перскову  (А.  А.  Зимин,  Несколько  документов  но  истории

местного   управления   XVI   в.  «Исторический  архив»,  1960, №3).

І87

Основой  обеспечения  наместнического  аппарата  была

таким  образом  система  кормлений,  при  которой  местные

чиновники   сбирали   в  свою пользу  подати с   населения

натурой   (или  деньгами),  а  не   получали   их   из   госуда¬

ревой   казны. «Кормлеными» были   не   только   должно¬

сти  наместника,  волостеля  и  тиуна   но  и  поручения  по

сбору  отдельных  податей   (например,  сбор  «поворотного»

московского   и   дмитровского «бражного» в Кашине

«бобрового»  в  Калуге�,  «полавочного»  в  Костроме®,  «пис¬

чей»  в  Русе ®  и  не  вполне  ясного  «меха»  в  Твери,  Калуге,

Костроме,  Коломне,  Владимире,  Новгороде  и  Дмитрове)

В   Новгороде   в   кормление отдавали   «ямское»  В кор

мленье  попадали  иногда   только   судебные   дела   («прав¬

да») интересно,   что  иногда   служилые  люди  предпочи¬

тали  не  брать  в  кормление  большие  откупа  из-за  связан¬

ных  с  ними  финансовых  обязанностей  перед  государевой

казной.  И.  И.   Ощерин,   бывший   при   Иване   III   видным

дипломатом  и  дворецким  калужским,  около  1505  г.  полу¬

чил   «на  любовь»  Тверь,   Коломну  и  Кострому,   но  отка¬

зался  от  них,  заявив,  что  ему  «теми  жаловаиьи  не  отку-

питца»,  и  предпочел получить  наместничество  в Кореле

Наконец, кормлениями были пути, дававшиеся   лицам

   О  кормленом   характере   должности  московского   и  устюж¬

ского  тиунов  см.   «Архив  историко-юридических  сведений,   отно¬

сящихся до России», кн.   3, СПб., 1861, (далее  «Боярская

книга   1556   г.»),   л.   2,   36;   ср.   «ключи»   вяземский   и   рязанский,

находившиеся   в   кормлении   (там   же,   л.   38,   77,   90   об.).

2  «Боярская  книга   1556  г.»,  л.  49,  100  об.,   160,   170,   172.

®  Там   же,   л.   166.

*  Там   же,   л.   171.

5  Там   же,   л.   30.

®  Там   же,   л.   10,   48.

7  Там   же,   л.   4,   5,   23,   47,   50,   80,   82,   141, 148, 148   об., 158,

163,   165,  167.

®   В   1514   г.   Григорий   Петрович   Арцыбашев   был   пожалован

«в Великом Новегороде половиною ямским в кормление»

(«Записки   Отделения   русской   и   славянской археологии Рус¬

ского археологического общ-ва», т.   VII, вып.   II, СПб., 1907,

стр.  258).

  В Суде, Переяславле, Костроме и Вологде («Боярская

книга   1556  г.»,  л.   57,   72,   110,   152,   174).

Н.   П.   Лихачев,   «Государев   родословец»   и   род   Лдашевых

(ЛЗАК,   вып.   XI,   СПб.,   1903,   стр.   57—58).

188

дворцового  ведомства   и  т.  д.    В   новгородских  землях

кормленщики   часто   получали   поместья   па   территориях,

где  им  приходилось  исполнять  свои  судебно-администра-

тивные  обязанности.  Зд�сь  же  кормленщикам  часто  шли

кормы  с  оброчных деревень�.   Иногда   крестьяне   корм¬

леных волостей исполняли барщинные повинности в

пользу наместничьей администрации. Так, например,

в  1538/39  г.  в  Бежецкой  пятине  крестьяне  одной  из  во¬

лостей  «всей  волостью»  пахали  на  тиуна  местного  воло¬

стеля

Вся   эта   система бесконтрольного хозяйничанья   на

местах   ложилась   тяжелым   бременем   на   население   сел,

деревень  и  городов  и  прежде  всего  на  крестьянство  и  по¬

садский  люд.  Она  также  не  давала  возможности  сосредо¬

точить  финансы  в  центральном  ведомстве  казне  и  ме¬

шала   укреплению государственного аппарата.   Наконец,

система   кормлений   как   своеобразная форма денежной

компенсации дворянству   за   военную службу являлась

серьезным  препятствием,  снижавшим  боеспособность  рус¬

ского   войска   и   отрывавшим   значительные   контингенты

командного состава   на выполнение административно-

финансовых  функций.

При  назначении  на  должности  наместнического  аппа¬

рата   правительство   вынуждено   было   считаться   с   суще¬

ствованием  местничества.  Поэтому  наместничества  в  на¬

иболее крупных городах захватывали представители

знатнейших княжеско-боярских фамилий. Так, среди

новгородских наместников   прежде   всего мы   встречаем

князей Шуйских   и   их   родичей   (Горбатых, Ростовских

и   др.).   Василий Васильевич   Шуйский, например, был

в   Новгороде   наместником в 1501—1506, 1510—1512,

1514   и   1518  гг.,   а   в   1514  г.   был   первым   смоленским

'   «Стольничий  путь»  в  Костроме  и  Переяславле   («Боярская

книга   1556   г.»,   л.   67,   91   об.,   103),   «чашнич   путь» (л.   63,   109),

«ясельничее»   новгородское (л.   118).