Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Зимин А.А. Реформы Ивана Грозного.docx
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
5.45 Mб
Скачать

1586 И 1597 гг., ограничивших кабальную зависимость

лишь  временем  до  смерти  кабалителя.

Основную массу крестьян,   живших на   частновла¬

дельческих  или   государственных  землях,  составляли  так

   «Сборник  Российской  публичной  библиотеки»,  т.  II, вып.  1,

3�2 2, Стр. 285. В других случаях — «за рост пашня пахати

и   двор   ставити»   1554/55   г. (там   же,      4,   стр.   286);   «за   рост

оброк   даватн   по   книгам»   1555/56   г.   (там   же,      5).

2 Р. Г. Скрынников, Экономическое развитие новгородского

поместья...   стр.   ів.

104

называемые  старожильцы Ч  Эти  крестьяне  обязаны  были

повинностями   в   пользу   государства,   если   они   населяли

государственные   земли,   или   в пользу владельца,   если

они  жили  на  частновладельческих  землях.   Старожильны

в   подавляющем   большинстве   искони   «сидели»   на  земле

своих   отцов,   дедов   и   прадедов�.   Старожильцами   также

считались  крестьяне,  записанные  в  писцовых  книгах,  от¬

чего   они   назывались  иногда  письменными  людьми. До¬

статочно   было   крестьянину   прожить  известный  срок  за

феодалом   (судя  по   статье   88   Судебника   1550   г.,  не

менее пяти лет), как он становился старожильцем.

Впрочем,   детеныши,   бобыли,   новоприходцы   могли   быть

посажены   на   пашню   и   сделаны  старожильцами   незави¬

симо  от  срока  пребывания  у  феодала�.

С  течением  времени  стал  слагаться   обычай,  что  ста¬

рожильны,  как  тяглые  люди,  не  могут  покидать  своих  зе¬

мельных  участков,   т.  е.  что   они   не  пользуются   правом

перехода  и   считаются   крепкими тяглу.   В жалованных

грамотах  первой  половины  XVI  в.  все  чаще  появляются

указания,   запрещавшие   феодалам   перезывать   и   прини¬

мать  к   себе   «письменных   людей  и  тяглых   из  иных  во¬

лостей» По  Важской  уставной  грамоте   1552  г.  предпи¬

сывалось   важским становым   и волостным крестьянам

«старых  им  своих   тяглецов   хрестьян  из-за  монастырей

выводить  назад  безсрочно  и  безпошлинно  и  сажати  их  по

старым   деревням» Говорить   о   крестьянах,   вышедших

«не  в  срок,  без  отказа»,  уже  специально  не  приходится:

в  случае  их  розыска  они  возвращались   своим  господам.

В  одной  грамоте  1559  г.  строго  было  наказано  местным

властям, чтобы черносошных крестьян Белозерского

   Понятие   «старожильцы»   в   XVI   в.   было   не   юридическим,.

а   бытовым.   Строго   говоря,   особой   категории   «крестьян-старо-

жильцев»   не   существовало.

2  Б.  Д.   Греков,   Крестьяне  на  Руси,  кн.   2,   стр.   89—90.

3   И.   И. Смирнов, К   вопросу о старожильцах («Вопросы

истории», 1946,    8—9, стр, 96—97);   его   же. Превращение

бобыля в старожильца («Вопросы истории», 1947, І2.

стр.   87—88).

*   М.   А,   Дьяконов,   Акты,  вьт.   I,.     7   (1533   г.);   ср.   АИ,  т.   I,

   147;   ААЭ,   т.   I, 210,   385;   С.   А.   Шумаков, Обзор,   9ыи.   ІЛ'»

581   (1538  г.)   и  т.   д.

ААЭ,   т.   I,     234,  стр.   238.

І05

уезда,  вытедших  «не  в  срок,  без   отказу», «водворять»

на  их  старое  место  в  «черные  волости»

Монастыри   и   помещики   пользовались  всякими   сред¬

ствами,  чтобы  удержать  за  собою  крестьян,  не  допустить

их   выхода   вообще.   В   одной   челобитной   1555   г.   черно¬

сошные  крестьяне  жаловались,  что  ржевские,  псковские,

лупкие  и  другие  дети  боярские  «хрестьян  деи  из-за  себя

не  выпущают,  да  поймав  деи  их  мучат  и  грабят  и  в  же¬

леза  куют и  пожилое  деи  на  них  емлют  не  по  Судебнику,

Рублев  по  пяти  и  по  десяти,  и  отказати  де  им  хрестья-

нина   из-за   тех   детей   боярских немочно» Публицист

первой  половины  XVI  в.  Максим  Грек  в  одном  из  своих

сочинений   говорит,   что   если   изнуренный   непосильным

трудом и   поборами монастырский   крестьянин «восхо-

тет  ииде  негде  переселитися,  не  отпущаем  его,  увы,  аще

не  положит  уставленный оброк,  о  нем  те  толика   лета

жил  есть  в  нашем  селе» Итак,  крестьянин  должен  был

выплатить  годовой  оброк,  прежде  чем  выйти  на  свободу.

Выполнение  этого  требования  было  непосильно  бедному

крестьянину,  о  котором  писал  Максим  Грек,  и  в  дальней¬

шем  перед   ним  оставалась   альтернатива  либо   бежать

от  феодала,  либо  оставаться  и  впредь  за  ним:  выйти  за¬

конно   он   уже   не   мог. Следовательно, крестьяне-старо-

жильцы,  обязанные  тяглом  и  попавшие  в  «письмо»,  т.  е.

писцовую  книгу,  на  практике  в  XVI  в. правом перехода не

пользовались.   Право   выхода  их детей,   племянников   и

захребетников,   не попавших   в писцовые книги, было

стеснено.   Однако   закон   того   времени   отставал   от   сло¬

жившейся  в  течение  ряда  десятилетий  практики.  Еще  по

статье 57 Судебника 1497 г. допускался один срок

в   году   (за   неделю   до  и   после  Юрьева   дня   осеннего),

когда  крестьянам  разрешено  было  переходить  «из  воло¬

сти  в  волость,  из  села  в  село».

Картина   приниягенного положения   крестьян   в рус¬

ском  феодальном  обществе была   бы  неполной, если   б

мы  забыли   упомянуть  об   их  сословной неполноправно¬

сти. Крестьяне фактически  были  лишены  права   собствен-

   РИБ,   т.   ІГ,   СПб.,   1875.     36.   стб.   АО—Ѵ..

2   ДАИ,   т.   I,   СПб..   1846,   Л'й   56,   стр.   120.

  Максим   Грек,   Сочинения,  п.  2,   Казань,   1860,   стр.   131—132.

іОв

ностй   на   основное   средство   производства  землю.   Они

устранялись   от   участия   в   органах   центрального   управ¬

ления,  их  роль  в  судебных  и   финансовых   учреждениях

на   местах   была   совершенно ничтожна. Весь аппарат

власти  находился  в  руках  господствующего  класса.

ж

ж

В   XVI в., как  и  в   более  раннее  время,   крестьяне,

в первую очередь черносошные, входили в общины-

волости,  где  они  были  связаны  целой  системой  взаимных

обязанностей.  Лучше  всего  жизнь  крестьянской  общины-

волости  рисуется  по  материалам,  относящимся  к  истории

Северного   края (Новгорода, Двины  и  Белоозера). Во¬

лость  являлась  по  существу   владельцем  занимаемой   ею

земли.  Она  вела  тяжбы  о  земле  в  случае  возникновения

каких-либо  споров.  Она  распоряжалась  землею,  уступала

ее  другим  лицам,  заключала  соглашения  с  крестьянами,

берущими  ее  на  «оброк».  Крестьянская  община  во  главе

с  выборным  старостой   отвечала  за   своевременный  сбор

оброка,   государевых   податей (тягла, или   потуга),   она

же  раскладывала  их  на  отдельные   крестьянские   хозяй¬

ства,  «посмотря  по  пашням  и  по  животом  и  по  промыс¬

лом» Раскладка   податей  по  волостям  называлась  раз¬

метом,  а  внутри  волости  разрубом.  В  ведении  общины

находился  целый  ряд  уголовных  дел.  Члены  ее  были  свя¬

заны   круговой   порукой   и   в   случае   совершения   на ее

территории  убийства  «душегубства».

Могла  пашня  на  отдельных  участках  обрабатываться

«наездом  волостью»,  т.  е.  всей  волостью  сообща В  связи

с   мобилизацией земельной собственности, концентра¬

цией   земель   у   монастырей и обезземеливанием   черно¬

сошных крестьян на севере Руси в   XVI в. развива¬

лась  крестьянская  аренда.  Волостные  люди  общинники

на   определенный срок нанимали землю   за   известную

плату   («празгу»).

'   ДАИ,  т.   Г,    51  ХѴП,   стр.   82.