Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Зимин А.А. Реформы Ивана Грозного.docx
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
5.45 Mб
Скачать

2 «Послания Ивана Грозного», стр. 40.

3 Псрл, т. XIII, ч. 2, стр. 522—526.

  Сб.   РИО,  т.   их,     29,   стр.   452—453.

5  РИБ,   т.   XXXI,   стб.   133—134.

®  Д.   Н.   Альшиц,   Происхождение   и   особенности   источников,

повествующих о боярском мятеже 1553 г. («Исторические

записки», кн.   25,   стр.   266—292); его   же, Крестоцеловальные

записи   Владимира  Андреевича   Старицкого   и   недошедшее   заве¬

щание Ивана Грозного («История СССР», 1959, 4

стр.   147—155).

407

князя   Лобанова-Ростовского,   о   котором стало известно

лишь  в  1554  г.  06  этом  «мятеже»,  по  мнению  автора,  не

говорится  ни  в  одном  из  достоверных  источников,  а  трое

его  «участников»   (Н.  Фуников,  Д.  Курлятев  и  Д.  Палец-

кий)  в  1554 г.  даже производили  следствие по  делу  о  бег¬

стве  князя  С.  Лобанова-Ростовского,  хотя  именно  с  этим

деятелем  их  связал  позднее  автор  летописных  приписок.

Рассказ  о  «мятеже»,  по  мнению  Д.  Н.  Альшица,  составлен

был  около  1567/68  г.  и  имел  целью  дискредитировать тех,

кто  к  этому  времени  стали  политическими  противниками

Ивапа  Грозного.

В  этих  построениях  Д.  Н.  Альшица  есть  рациональное

зерно:  приписки  к  Царственной  книге,  действительно,  тен¬

денциозно  излагают события  марта  1553  г.,  но  они отнюдь

не  измышляют  их.  Прежде  всего   непонятно,   почему  со¬

ставителю   приписок  понадобилось  сделать  Алексея  Ада-

шева  сторонником  кандидатуры  царевича  Дмитрия,  а отца

этого  временщика   (Федора  Адашева)   защитником  кан¬

дидатуры Владимира   Старицкого.   Если   б   весь рассказ

представлял  сплоіиной  вымысел,  то  его  автор  должен был

бы  очернить  в  первую  очередь  самого  Алексея  Адашева  и

боярина  Ивана  Федорова   (Челяднина),  как  наиболее  ко¬

лоритные  фигуры  противников  царя   (для  1567/1568  гг.),

а этого  он  не  сделал.  Рассказ приписок о  «мятеже» 1553 г.

в  целом  совпадает  со  сведениями  о  бегстве  князя  С.  Ло¬

банова-Ростовского.   Вероятнее,   что   связи   Д.   Курлятева,

Д.  Ф.  Палецкого  и  Н.  Фуникова  с  князем  С.  Лобановым-

Ростовским  не  были  столь  явными,  чтобы  в  1554  г.  они

были  общеизвестны.  Не  укладывается  и  фактический  со¬

став «заговорщиков» 1553   г. в   схему Д.   Н.   Альшица

о  попытках  царя  очернить  его  идеологических  противни¬

ков.  Так,  в частности,  не  было  оснований  в  1567—1568 гг.

для  того,  чтобы  «клеветать»   на  И.   Фуникова:   ведь  еще

в  декабре  1568  г.  он  был  казначеем  и  пользовался  дове¬

рием   царя' (казнь его относится к 1570   г.).   Князь

Д.  Ф. Палецкий вообще  умер за десять лет до  составления

приписок  и  возводить  на  него  «поклеп»  не  было  надобно¬

сти.  С  другой  стороны,  ориентация  Палецкого  на  стариц-

ких  князей  весьма  вероятна:  ведь  его  сестра  была  заму-

*   В.   И.   Савва,   указ.   соч.,   стр.   395.

т

жем   за   В.   П.   Борисовым,   племянницей   которого   была

княгиня  Ефросинья  Старицкая Ч

Д.  Н.  Альшиц  не  упоминает,  что  в  приписках  к  Цар¬

ственной  книге  упоминается  также  князь  И.  М.  Шуйский

(отсутствует   в   рассказе о бегстве князя   С.   Лобанова-

Ростовского).  Выдумывать  измену  этого  князя,  умершего

в  почете  в  1559  г.,  также  не  было  необходимости.  Но  вот

что  особенно   странно  это  отсутствие   среди   «мятежни-

кову>  1553   г.   Куракиных-Булгаковых,   которые  в   1554   г.

были  в  заговоре   вместе  с  князем   С.  Лобановым-Ростов-

ским.  Ведь  в   1565  г.  И.   Куракин  вместе   с   заговорщи¬

ком  Д.  Немым  был   пострижен  в  монахи, а   в 1566  г.

казнили   Д.   Куракина,   Казалось   бы,   что   именно Кура¬

кины  должны  были  остаться  среди  «мятежников».  Этого,

однако,  нет.

Итак, отрицать   вероятность основного содержания

приписок  к  Царственной  книге  нет  никаких  оснований.

Своеобразную  опенку  событий  1553  г.  дает И. И. Смир¬

нов,  который   считает  бесспорным   «высокую  степень  до¬

стоверности»  сведений  приписки Царственной  книги До¬

казывается  этот  тезис   ссылками на   крестоцеловальные

записи,  данные  князем  Владимиром  Старицким  в  1553  г.

и  1554  г.  Однако  сам  факт  существования  подобных  за¬

писей  не  может  служить  «главным  аргументом»  в  пользу

достоверности   приписок,   ибо  князь   Владимир   мог   быть

приведен  к  присяге  в  1553  г.  просто  в  связи  с  болезнью

Ивана   IV и крестоцелованием наследнику  царевичу

Дмитрию,   а  в   1554   г.   в  связи  с   рождением   нового   на¬

следника  Ивана  Ивановича

Разбирая самое  существо  событий  1553  г.,  И.  И.  Смир¬

нов   считает,   что   речь   шла   об организации переворота

в  пользу  Владимира   Старицкого.   В   этой  обстановке,  по

его   мнению,   в   составе   царского окружения   произошел

раскол:  Захарьины  остались  верны  царю,  а  Алексей  Ада-

шев  и  Сильвестр,  не  рассчитывая  сохранить  свое  положе-

'   ПСРЛ,  т.  XIII,  ч.  2,  стр.  523.

  Я.   И.   Смирнов,   Очерки,   стр.   483.