Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Зимин А.А. Реформы Ивана Грозного.docx
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
5.45 Mб
Скачать

1 Продолжатель Хронографа 1512 г. Пишет, что ф. Мишурин

казнен   боярами, «не   любя   того, что он стоял за великого

князя  дела»   (С.   О,   ШмиЬт,  Продолжение   Хронографа   редакции

1512  г.,   стр.   288).

2 В мае 1539 г. И. В. Шуйский «от себе» вел переговоры

с   Крымом,   а   в   сентябре   он   снова   принимал   крымских   послов

(ЦГАДА,   Крымские   дела,   кн.   8,   л.   541,   647,   664   об.).

3 Псрл, т. XIII, ч. 1, стр. 126.

*  «Послания   Ивана   Грозного»,   стр.   33.   В   речи  на   Стоглаве

Иван Грозный также   говорил,   что   после   смерти его матери

«боляре   наши   улучиша   себе   время   сами   владеша всем цар¬

ством,   самовластно,   никому   же не   возбраняющу   им, от   вся¬

кого   неудобнаго   начинания...   Мнози   межеусобною   бедою   по-

треблени   быша   зле»   («Макарьевский   Стоглавник»,   стр.   12),

5 «Послания Ивана Грозного», стр. 34.

252

в  феврале  1539  г.  Шуйские  добились  нового  успеха:

с  престола   ими   был   сведен   митрополит   Даниил К   Один

летописец,  близкий  к  боярам,  так  объясняет  опалу  Дани¬

ила:   «Учал  ко  всем  людем  быти  немилосерд   и   жесток,

уморял   у  собя  в  тюрьмах  и   окованых  своих   людей   до

смерти,  да  и  сребролюбие  было  великое.  А  сослан  в  Сей¬

фов  монастырь» На  самом  же  деле  Даниила  устранили

прежде   всего   как   сторонника   И.   Ф.   Вельского,   продол¬

жавшего  в  новых  условиях  политику  Василия  III  и  Елены

Глинской�. Вместо Даниила митрополитом поставили

близкого   к   нестяжателям  троицкого   игумена   Иоасафа \

который  поспешил  назначить  своих  ставленников  на  осво¬

бодившиеся   вакансии   высших   церковных   иерархов   (ро¬

стовским  архиепископом  в  марте  1539  г.  назначен  игумен

Кирилло-Велозерского  монастыря  Досифей,  а  суздальским

епископом  игумен  Ферапонтова  монастыря  Ферапонт

Рост  феодального  гнета,   усилившегося   в   результате

хозяйничанья княжеско-боярских временщиков, вызвал

уже   к   концу  30-х  годов обострение   классовой борьбы

в  стране®.  Наместники  и  волостели  оказывались  зачастую

бессильными справиться  с массовыми  «разбоями», и  даже,

наоборот,   их самоуправство   и   хищничество приводили

к   увеличению   числа   «розбоев»   на  местах.   Под  прямым

давлением   широких   кругов   феодалов  дворянства   уже

   ПСРЛ,  т.  VIII,  стр.   295;   т.   XIII,  ч.   1,  стр.   127;   М,   Я.   Тихо¬

миров,  Малоизвестные  летописные  памятники  XVI  в.,  стр.  90.

2  л/.   Н.   Тихомиров,   Записки   о   регентстве   Елены   Глинской,

стр.   285.

3  В свое время   Даниил,   вообще избегавший   ходатайство¬

вать за политических противников великого князя, добился

помилования   Ивана Вельского, осужденного   на смерть   после

неудачного   казанского  похода   1530  г.

4   ПСРЛ, т.  VIII, стр.   285; т.   ХПІ,   ч.   1, стр.   127; ср.  ААЭ,

т.  I,    184.  С  апреля  1538  г.  по  распоряжению  Шуйских  Троиц¬

кому  монастырю  был  передан  ряд  крупных  земельных  пожало¬

ваний   и   выдано   несколько   иммунитетных   грамот   (Троице-Сер-

гиев   м.,  кн.   521,  л.   129   об.   и   др.;   С,   М.   Каштанов,   Феодальный

иммунитет   в годы боярского правления 1538—1548   гг., стр.

241—270).

5  ПСРЛ,   т.   XIII,   ч.   1,   стр.   127—128.   Первый   был   похоронен

в 1542   г.   в   Кириллове   монастыре,   а   второй  в   Ферапонтове

(Н.   Ф.   Лавров,   Заметки   о   Никоновской   летописи  ЛЗАК,   вып.

ХХХІѴ/1,  Л.,   1927,  стр.   82).

®  Подробнее   см.   главу  VI.

253

Шуйские  должны  были  пойти  на  проведение  губной  ре¬

формы.   Первые   губные   грамоты относятся к октябрю

1539  г.»

Сущность  реформы  сводилась  к  тому,  что  важнейшие

уголовные  дела  по  делам  о  «ведомых  лихих  людях»   от¬

ныне  изымались  из  компетенции  наместников  и  переда¬

вались  в  ведение  дворянства,  из  среды  которого  для  этой

   ААЭ,  т.   I,     187;   ДАИ,  т.   I,    31.  Н.   Е.  Носов  начало  ре¬

формы   относит   еще ко времени правления   Елены   Глинской

(Я.   Е.   Носов,   Очерки,   стр.   292):   за   это, как кажется,   говорит

основная   линия   губной реформы—защита   интересов   дворян¬

ства. В   грамотах,   кроме того, указывается,   что разбойники

могут   бежать   в   города   и   волости,   где   <(дети   боярьские...   учи¬

нены  у  того  дела  в  головах»   (ДАИ,   т.   I,    31).   Следовательно,

реформа  к  концу  1539  г.  затронула  уже  многие  города.  К  тому

же во   главе   комиссии   бояр,   ведавшей   разбойные   дела,   нахо¬

дился   И.   Д.   Пенков,   один   из   видных   деятелей правительства

Елены   Глинской.   Н.   Е.   Носов считает,   что   около   1538   г.   было

издано   специальное   уложение   по   губным   делам и ссылается

при  этом  на  упоминание   о  «Судебнике»  1538/39  г.   (П.  П.   Смир¬

нов,   Челобитные   дворян  и   детей   боярских   всех  городов   в   пер¬

вой половине XVII   в.  Чтения   ОИДР, 1915, кн.   3, стр. 12).

Однако   деление   территории   страны   на   «губы»   скорее   напоми¬

нает   северные административные единицы Пскова и неко¬

торых новгородских земель, с которыми связаны были

именно Шуйские. Более широкое распространение реформа

получила   в 1539—1541   гг.:   дошедшие   до   нас   губные   грамоты

относятся  к  этому  времени;  в  том  числе,  кроме  названных выше

грамот 1539   г.,   февральская   грамота   1540   г.   на   Вятку («На¬

местничьи,   губные и   земские уставные   грамоты   Московского

государства», стр. 55—58); мартовская грамота 1542 г. на

Вятку («Труды Вятской ученой архивной комиссии», 1905,

вып.   III,   стр.   82—84);   августовская   грамота   1540   г.   в   Соль   Га-

лицкую   (ААЭ,  т.  I,    192),  две  грамоты  1541  г.  Троине-Сергиеву

монастырю   (там  же,     194).  Все  эти  грамоты  связаны  с  север¬

ными   землями,   где   было   сильно   влияние   Шуйских.   Допустить

существование   общегосударственного   «Уложения»   о  губных  де�

лах   трудно,   ибо   реформа  осуществлялась   путем   создания учре¬

ждений   на   местах   отдельными распоряжениями (грамотами).

Дата  «Судебника»  1538/39  г.   («47-го»)   возможно,  просто  явилось

простым неверным прочтением даты Судебника Ивана ІП

(«7006»,   т.   е. 1497),   а   именно Зз прочтено как «мз-го»

(знак   Ф   как   «м»,   а   «з»,   как   надстрочное   «г»   с   вертикальным

титлом).   Как   показал   С.   М.   Каштанов,   и   сама «документация

губной реформы оформлялась дьяками, возвышенными руко¬

водством   правительств   конца   1538—1541   гг.,   а   не   Елены   Глин¬

ской (С. М. Каштанов, К проблеме местного управления..,

стр.   148).

254

цели выбирались «излюбленные головы» (старосты)

Таким  образом,  реформа  отвечала  прежде  всего  классо¬

вым  интересам  дворянства  и  была  направлена  против  ра¬

стущего  сопротивления  крестьянства.   Она  также  подры¬

вала   судебно-административную   власть   феодальной   ари¬

стократии на местах. Контроль над деятельностью

губных  органов в центре осуществляла специальная комис¬

сия   Боярской   думы («бояре,   которым   разбойные   дела

приказаны»)   во   главе  с  И.   Д.  Пенковым, сторонником

укрепления  политики  дальнейшей  централизации  государ¬

ственного  аппарата.  Н.  Е.  Носов  считает,  что  в  1538/39  г.

был  уже  создан  Разбойный  приказ�.  С  этим  согласиться

нельзя.   У  комиссии  по  разбойным  делам  не   было  даже

своего  дьячего  аппарата   (губные  грамоты  еще  подписы¬

вались  обычно  дворцовыми  дьяками).  Да  и  сама  комис¬

сия,  как  мы  увидим,   не  существовала  с   1539  г.  непре¬

рывно, а неоднократно заменялась другими учрежде¬

ниями.  В  конце  30-х  начале  40-х  годов  XVI  в.  реформа

проводилась  еще  не  повсеместно:  новые  учреждения,  по¬

лучившие  название  «губных»   (от  слова  «губа»  округ),

вводились  в  отдельных районах,  главным  образом  в  север¬

ных,  по  челобитью  дворянства  и  посадских  людей.  Завер¬

шение   ее   относится   к   более   позднему   времени  к   пе¬

риоду  реформ  середины  XVI  в.

Начало   1540   г.   было   временем  роста   политического

влияния  Шуйских.  В  феврале  1540  г.  И.  В.  Шуйский име¬

нуется  уже  «боярином  и  наместником  московским».  Нам

неизвестно  ни  одного  имени  наместника  московского  ни

до  И.  В.  Шуйского,   ни   после   него�.   Существовала   ли

реально  эта должность   до 1540  г.,   остается   неясным.

'   В   черносошных   волостях   «головами»   должны   были   изби¬

раться   «лучшие»,   т.   е.   зажиточные,   крестьяне,   а на посадах

в   «сотские»   и   «десятские»   выбирались   «прожиточные»   посад¬

ские  люди.