20. Органы церковного управления. Высшая власть в церкви

20.1. Кафоличность Церкви.

Церковь Христова — Божествен­ное учреждение, в котором совершается спасение и обожение чело­века. Одно из свойств Церкви, отраженных в 9-м Символе веры, — кафоличность, соборность. Кафоличность Церкви проявляется не только в том, что она не ограничена пространством и объемлет весь мир, но и в том, что каждая ее живая часть, обладающая полно­той даров Святого Духа, мистически тождественная всей Церкви, есть Церковь. Общество верных, возглавляемых епископом, кото­рый находится в общении с другими епископами, — это Церковь, и в ней нет неполноты. Тем более самодостаточна в мистическом и экклезиологическом отношении поместная Церковь, возглавляемая сонмом епископов и поэтому не имеющая нужды обращаться к по­мощи других Церквей для поддержания апостольского преемства епископской власти.

Вместе с тем кафоличность Церкви проявляется и в том, что в поместной Церкви, разрывающей общение с другими Церквами, выпадающей из вселенского церковного Тела, повреждается ее богозданный строй, и она в конце концов лишается благодатных да­ров Святого Духа, ибо дары эти ниспосланы апостольскому сонму, соединенному любовью и оттого причастному Троической Божест­венной жизни: «Да будет все едино; как Ты, Отче. во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин. 17, 21).

В церковно-канонической науке XIX века и в современной ев­харистической экклезиологии проявилась тенденция подчеркивать поместный характер Церкви за счет ее вселенскости. В старых руководствах по церковному праву, даже в лучших из них, ха­рактеристика управления в поместной Церкви оттесняет на за­дний план описание иерархической структуры Вселенской Церк­ви. Например, у профессора А. С. Павлова Вселенские Соборы рассматриваются лишь как один из способов общения автоке­фальных Церквей. Такой крен в церковно-каноническом сознании связан, вероятно, с ослаблением интенсивности переживания все­ленского единства Христовой Церкви, характерным для нового времени, которое совпадает с синодальным периодом нашей цер­ковной истории.

Воззрения современной евхаристической экклезиологии особен­но резко выражены протоиереем Н. Афанасьевым. В книге «Цер­ковь Духа Святого» он утверждает, что Священное Писание знает только поместную Церковь, а мысль о Вселенской Церкви впервые была высказана святым Киприаном Карфагенским.²² Между тем разве о поместной Церкви Господь сказал: «...Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18).

Глубокое понимание соотношения вселенского и поместного на­чала в Кафолической Церкви мы находим у архиепископа Василия (Кривошеина). «Поместная Церковь, — писал он, — не является только частью Кафолической Вселенской Церкви, но ее полным вы­явлением. Всецелым неуменьшенным выявлением в определенном ме­сте. Она является Кафолической Церковью в известном месте, тож­дественною с Вселенскою Кафолическою Церковью, которая сущест­вует только в ее поместных выявлениях, но в то же время (и здесь мы встречаемся с богословской антиномией) она не тождественна с Все­ленской Церковью, отлична от нее. Троическая аналогия может по­мочь нам несколько проникнуть в этот экклезиологический пара­докс. И мы можем пользоваться такими аналогиями, поскольку жизнь Церкви является отражением Троической Божественной Жизни, но мы должны это делать с осторожностью, помня то важное различие, что Божественная Жизнь троична, в то время как помест­ных Церквей не три, но много. Мы можем сказать таким образом, что как Божественные Лица — Отец, Сын и Дух Святой — не являются частями Пресвятой Троицы, но в каждом из Них все Божество пол­ностью выявлено, так что каждое Божественное Лицо является ис­тинным Богом, мы не можем однако сказать, что каждое лицо есть Пресвятая Троица или тождественна Ей. Подобным образом полно­та Кафолической Церкви выявлена в каждой поместной Церкви, ко­торые не являются «частями» Вселенской, но не могут однако, быть просто отождествлены с ней».²²²