74.Фиксация процесса и результатов допроса.

Основное средство фиксации показаний, получаемых в ходе допроса, – протокол .

В соответствии со ст. 190 УПК показания допрашиваемого записываются от первого лица и по возможности дословно. Вопросы и ответы на них фиксируются в той последовательности, которая имела место в ходе допроса. В протокол записываются все вопросы, в том числе и те, которые были отведены или на которые допрашиваемый отказался отвечать, с указанием мотивов отвода или отказа.

Излишняя информация, первоначальные утверждения допрашиваемого, от которых он отказался еще до того, как следователь успел записать их, не фиксируются. Как правило, не фиксируются жаргонные и ненормативные выражения.

Если в ходе допроса допрашиваемому предъявлялись вещественные доказательства и документы, оглашались протоколы других следственных действий, воспроизводились материалы аудио– или видеозаписи и киносъемки следственных действий, об этом делается соответствующая запись в протоколе допроса. Если при допросе применялись фотографирование, звукозапись, видеозапись, киносъемка, в протоколе фиксируются: факт применения технических средств и условия их применения; если видеозапись или киносъемка были приостановлены – причина и продолжительность остановки; заявления допрашиваемого по поводу применения технических средств. При допросе чаще всего используется звукозапись .

Звукозапись показаний допрашиваемого создает «эффект присутствия» на допросе, т.е. позволяет получить представление обо всем ходе допроса, о том, как он проводился, как формулировал вопросы следователь, в какой форме давались ответы и т.д. Она обеспечивает полноту и точность фиксации,исключает возможные ошибки при записи показаний.

Более эффективна фиксация допроса с помощью видеозаписи , особенно если надлежащая оценка показаний возможна лишь с учетом обстановки этого следственного действия, состояния или каких-нибудь физических либо психических качеств допрашиваемого. Разумеется, видеозапись целесообразно применять не всегда, а лишь в особо сложных случаях, например:

• когда следователь предполагает в дальнейшем проанализировать поведение допрашиваемого с целью выработать более эффективную тактику следственного действия; • при допросе на месте происшествия; • при допросах лиц, страдающих физическими или психическими недостатками; • при допросах малолетних потерпевших и свидетелей; • для запечатления показаний обвиняемых, признавших свою вину, с целью воспроизвести их соучастникам преступления, не желающим давать правдивые показания, когда проведение очной ставки нецелесообразно по тактическим соображениям.

Допрашиваемым в ходе допроса могут быть изготовлены схемы, чертежи. Они приобщаются к протоколу, о чем делается соответствующая запись. По окончании допроса протокол предъявляется допрашиваемому для прочтения либо по его просьбе оглашается следователем. Ходатайство допрашиваемого о дополнении или уточнении протокола подлежит обязательному удовлетворению.

В конце протокола делается запись по установленной традиционной форме примерно такого содержания: «Дополнений не имею. Протокол записан с моих слов правильно, прочитан мною лично» (или «прочитан мне вслух»). Далее следует подпись допрашиваемого, а затем следователя. Допрашиваемый подписывает также каждую страницу протокола. В протоколе указываются все лица, участвовавшие в допросе. Каждый из них должен подписать протокол, а также все сделанные к нему дополнения и уточнения.

75. Контроль и запись переговоров. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами.

УПК определяет контроль телефонных и иных переговоров как прослушивание и запись переговоров путем использования любых средств коммуникации, осмотр и прослушивание фонограммы (п. 141 ст. 5 УПК). Эта, несколько расплывчатая, формула не проясняет познавательного значения данного приема. В процессуальной литературе не сложилось единого взгляда на сущность контроля и записи переговоров. Уголовно-процессуальный закон (186 УПК) регламентирует данное действие в главе 25 УПК, наряду с обыском и выемкой, вследствие чего ряд исследователей видят в нем новое следственное действие. Другие же ученые разделяют высказанное автором суждение о том, что при контроле переговоров отсутствует определяющий признак следственного действия – непосредственное извлечение следователем доказательственной информации из соответствующего источника и ее закрепление, поскольку следователь сам переговоры не прослушивает и не фиксирует. Также обращается внимание на совпадение требований, регламентирующих контроль переговоров, в УПК РФ и прослушивание переговоров в п. 9 ст. 6 Закона об ОРД, что свидетельствует об одинаковой природе указанных действий. Кроме того, следователь, вправе организовать прослушивание телефонных переговоров за рамками ст. 186 УПК. Согласно п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК и ч. 3 ст. 7 Закона об ОРД он может поручить проведение прослушивания оперативному органу и в этом случае речь явно идет не о следственном, а об оперативно-розыскном мероприятии. Следователь также вправе истребовать от оперативного органа материалы прослушивания, независимо от того, проводилось ли прослушивание и запись в качестве следственного действия или оперативно-розыскного мероприятия, оперативный же орган и в том и в другом случае представляет фонограмму следователю со своим сопроводительным документом (ст. 186 УПК, ст. 11 Закона об ОРД). Из сказанного следует, что предусмотренный ст. 186 УПК контроль и запись переговоров – это типичное оперативно-розыскное мероприятие. Но, с другой стороны, УПК РФ содержит и несовпадающие с Законом об ОРД, правила контроля и записи переговоров и признает полученную в результате этого информацию доказательством по делу, что несколько сближает данный познавательный прием с другими следственными действиями.

Уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность контроля и записи не только телефонных, но и иных переговоров. К последним относятся переговоры с использованием радио и других переговорных устройств (мобильные телефоны, пейджинговая связь, телетайп, электронная почта). Но нельзя считать, что «иные переговоры», это любой диалог, который люди ведут в обычной для них обстановке, не применяя технических средств, т.е. дома, на работе, в транспорте и т.д. В то же время, указанное действие может иметь различные цели.

В одном случае оно направлено на получение информации, имеющей значение для расследования и раскрытия тяжкого или особо тяжкого преступления, содержащейся в телефонных переговорах, которые подозреваемый, обвиняемый и другие лица ведут между собой. «Другими» могут быть лица, из числа родственников и близкого окружения обвиняемого и подозреваемого, а также лица, находящееся с ними в криминальных связях. Однако, как правильно отмечено в литературе, недопустим контроль переговоров между защитником и подзащитными. В этом случае оказалось бы нарушенной охраняемая законом профессиональная тайна адвоката (п. 3 ч. 3 ст. 56), раскрыта линия защиты, что фактически подрывало бы состязательное построение процесса.

Вторая цель – защита потерпевших, свидетелей, их родственников и близких от угроз совершения в отношении их преступлений, осуществляемая посредством изобличения лиц, высказывающих в контролируемых переговорах такие угрозы, а также раскрытие этих преступлений.

Контроль переговоров является существенным ограничением конституционного права граждан на тайну переговоров, которое допускается лишь на основании судебного решения (ст. 23 Конституции РФ). Поэтому правовая регламентация контроля переговоров призвана определить пределы вмешательства в личную жизнь. Различие в целях контроля обусловило и различие в основаниях его проведения. В первом случае для получения разрешения суда следователь должен иметь достаточно веские основания предполагать, что в телефонных переговорах подозреваемого, обвиняемого и других лиц могут содержаться сведения, имеющие значение для уголовного дела (ч. 1 ст. 186 УПК), и на этом основании возбудить перед судом ходатайство о прослушивании. Ходатайство облекается в форму постановления, согласованного с прокурором, и должно содержать развернутую информацию, определяющую фактические основания и пределы ограничения тайны телефонных и иных переговоров. Указывается дело, в ходе расследования которого необходимо осуществить контроль переговоров, основания контроля (имеющиеся в деле доказательства), данные о лице, переговоры которого будут контролироваться и фиксироваться, срок в течение которого предполагается осуществлять контроль (он не может превышать шести месяцев), а также наименование органа, которому получается техническое осуществление контроля и записи.

Во втором случае основанием для прослушивания телефонных переговоров потерпевшего, свидетеля, их близких является заявление этих лиц о том, что по телефону подозреваемый, обвиняемый или лица из их окружения высказывают в их адрес угрозы совершения насилия, или других преступных действий с тем, чтобы побудить их отказаться от изобличающих показаний, либо передать вымогателям какие-либо ценности, совершить в их интересах какие-либо действия и т.д. При таких обстоятельствах согласия суда на контроль и запись переговоров не требуется ибо указанные лица высказали свое согласие на прослушивание. Свое решение о прослушивании следователь, с согласия обратившихся к нему лиц,  оформляет мотивированым постановлением.

Однако если потерпевший, свидетель, близкие им лица с таким заявлением не обращаются, но в тоже время имеются данные о том, что угрозы вымогательством, совершением других преступных действий, высказываемые при переговорах, могут быть зафиксированы и послужить уликами, способствующими успеху расследования, следователь вправе проявить инициативу в установлении контроля. В этом случае он, также с соблюдением указанных выше требований закона, возбуждает перед судом ходатайство о даче разрешения на контроль и запись переговоров.

Свое постановление, либо разрешение суда следователь направляет в соответствующее подразделение ФСБ или МВД, которые осуществляют прослушивание. В течение всего срока контроля следователь вправе истребовать фонограмму для ее осмотра и прослушивания. Но подразделение, осуществляющее контроль и запись, вправе и по своей инициативе представить фонограмму следователю. Она направляется ему в опечатанном виде с сопроводительным письмом, в котором должны быть указаны даты и время начала и окончания записи переговоров и краткая характеристики использованных при этом технических средств. Непосредственное восприятие сведений, зафиксированных в фонограмме, осуществляется следователем путем ее прослушивания после осмотра фонограммы. При осмотре и прослушивании участвуют понятые, при необходимости специалист а также, как об этом сказано в ч. 7 ст. 186, лица, чьи переговоры записаны (возможно оба участника переговоров).

Из контекста этой нормы следует, что привлечение этих лиц к прослушиванию фонограммы не является обязательным. Это представляется правильным. Преждевременное придание этому оперативному, и негласному по существу, мероприятию открытого характера, т.к. осведомление лиц, ведших переговоры, о том, что их содержание известно следователю фактически представляло бы собой разглашение данных предварительного следствия, способное серьезно осложнить ход расследования.

К тому же содержание переговоров позже, в момент ознакомления с делом, станет известно обвиняемому, если он был участником переговоров, что даст ему возможным оспаривать достоверность результатов прослушивания. При таком положении привлечение к прослушиванию лиц, чьи переговоры записаны, целесообразно лишь в ситуации, сходной с предъявлением доказательств при допросе: участники переговоров могут пояснить их содержание (например, убедить следователя в том, что произнесенные ими слова не имеют отношения к делу), т.е. способствовать определению их относимости (либо неотносимости). Эти пояснения (они же замечания) данные лица могут согласно закону, изложить в протоколе об осмотре и прослушивании фонограммы (в этой части протокол будет несколько напоминать протокол допроса).

В протоколе также излагается внешнее состояние фонограммы, факт прослушивания, указываются присутствующие при этом лица. Главное содержание протокола – дословное изложение той части фонограммы, которая по мнению следователя имеет отношение к расследуемому делу, т.е. содержит доказательственную информацию; остальные части фонограммы в протоколе не воспроизводятся. Если относящихся к делу сведений при прослушивании не выявлено, этот факт также отражается в протоколе. Участвовавшие лица могут изложить свои замечания к протоколу отдельно и тогда они  приобщаются к протоколу. Результатом контроля может оказаться распечатка словесных сообщений, посланных на пейджер, переданных по электронной почте, телетайпу, копии отправленных факсов. Содержание этих сообщений также фиксируется в протоколе. Если звукозапись переговоров проводилась соответствующими органами в качестве оперативно-розыскного мероприятия, предусмотренного ст. 6 Закона об ОРД, по поручению следователя или по инициативе оперативно-розыскного органа, фонограмма представляется следователю в порядке ст. 11 Закона об ОРД.

На основании постановления следователя фонограмма и полученные текстовые сообщения в полном объеме приобщаются к протоколу осмотра и прослушивания в качестве вещественного доказательства и хранятся при уголовном деле в опечатанном виде. В постановлении также указывается на прекращение дальнейшего контроля и записи переговоров. Следователь должен обеспечить сохранность и техническую пригодность фонограммы для повторного прослушивания, в т.ч. и в суде. После вступления приговора в законную силу и в случае прекращения дела, ее часть, не имеющая отношения к делу, уничтожается. Об уничтожении части фонограммы должна быть сделана отметка на протоколе ее осмотра и прослушивания.

Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами

При наличии достаточных оснований полагать, что информация о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами имеет значение для уголовного дела, получение следователем указанной информации допускается на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса.

2. В ходатайстве следователя о производстве следственного действия, касающегося получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, указываются:

1) уголовное дело, при производстве которого необходимо выполнить данное следственное действие;

2) основания, по которым производится данное следственное действие;

3) период, за который необходимо получить соответствующую информацию, и (или) срок производства данного следственного действия;

4) наименование организации, от которой необходимо получить указанную информацию.

3. В случае принятия судом решения о получении информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами его копия направляется следователем в соответствующую осуществляющую услуги связи организацию, руководитель которой обязан предоставить указанную информацию, зафиксированную на любом материальном носителе информации. Указанная информация предоставляется в опечатанном виде с сопроводительным письмом, в котором указываются период, за который она предоставлена, и номера абонентов и (или) абонентских устройств.

4. Получение следователем информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами может быть установлено на срок до шести месяцев. Соответствующая осуществляющая услуги связи организация в течение всего срока производства данного следственного действия обязана предоставлять следователю указанную информацию по мере ее поступления, но не реже одного раза в неделю.

5. Следователь осматривает представленные документы, содержащие информацию о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, с участием специалиста (при необходимости), о чем составляет протокол, в котором должна быть указана та часть информации, которая, по мнению следователя, имеет отношение к уголовному делу (дата, время, продолжительность соединений между абонентами и (или) абонентскими устройствами, номера абонентов и другие данные). Лица, присутствовавшие при составлении протокола, вправе в том же протоколе или отдельно от него изложить свои замечания.

(в ред. Федерального закона от 04.03.2013 N 23-ФЗ)

6. Представленные документы, содержащие информацию о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, приобщаются к материалам уголовного дела в полном объеме на основании постановления следователя как вещественное доказательство и хранятся в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность ознакомления с ними посторонних лиц и обеспечивающих их сохранность.

7. Если необходимость в производстве данного следственного действия отпадает, его производство прекращается по постановлению следователя, но не позднее окончания предварительного расследования по уголовному делу.