3.1.2.3. Философский контекст лингвистики начала хх в.

При рассмотрении философского контекста становления лингвистических направлений начала ХХ в. явно выделяются  различные философские течения, актуализирующие разные аспекты бытия языка в его соотношении с миром и человеком. Пожалуй, объединяющим началом всех течений является признание важности обращения к языку при разрешении кардинальных философских вопросов.  Лингвистическая дискуссия структурализма и функционализма начала прошлого века соотносима с философской дискуссией позитивизма и антипозитивизма.

Лингвистическая теория структурализма испытывала  воздействие логического позитивизма и неопозитивизма, аналитической философии, в то время как функционально-коммуникативные теории языка были соотносимы прежде всего с идеями идеалистической философии А. Бергсона, в русской философии – С.Л. Франка, В. Соловьева, П. Флоренского.

Неопозитивизм 1920—30-х гг. критически относился  к «естественному языку» с его смысловой непоследовательностью, продолжая линию логического анализа языка эпохи рационализма.

Философия языка Венского кружка ставила целью выработать такой искусственно построенный понятийный язык, семантические правила которого были бы свободны от этих недостатков естественного языка. 

Критика позитивистской концепции венского кружка является одной из  центральных тем русской философии начала века. 

Философы этого направления выдвигают идею существования принципиальной разницы законов существования  материального и духовного мира.

Материальный мир дискретен, определенен, развертывается линейно во времени и пространстве, в то время как духовный мир существует согласно другим модусам. Вследствие этого и язык, непосредственно соотнесенный со всеми формами духовной жизни, также не может быть описан в методологии логического позитивизма, но требует принципиально иных подходов к описанию.

«Душевная жизнь, не будучи определенным множеством, не есть и определенное единство... Она есть некоторая экстенсивная сплошность, которой так же недостает интегрированности, как и дифференцированности, замкнутости и подчиненности подлинно единому центру, как и отчетливого расслоения на отдельные части» (С.Л. Франк, Душа человека. Опыт введения в философскую психологию, 2 изд., Paris: YMCA Press, 1964, стр. 135)).

Философская концепция Л.Витгенштейна

Положения  философской концепции Л.Витгенштейна принадлежат к числу тех, что активно используются современным теоретическим языкознанием. При всем различии ранней и поздней концепций Л. Витгенштейна, изложенных в двух базовых трудах «Логико-философский трактат» (1912 – 1920 гг.) и «Философские исследования» (1929 – 1951 гг.), их объединяет убеждение в том, что философия представляет собой «особое  вслушивание», «всматривание» в  работу языка, наблюдение за поведением слов. При этом, как и философы-рационалисты ХУ11 вв., он убежден в том, что язык  не только облегчает проникновение в суть мироустройства, а следовательно, способен составить основу философствования, но исбивает философа с истинного пути, расставляя  множество самых неожиданных ловушек,  мешающим пониманию.

Задача философа – разобраться в лабиринтах языка и проложить путь  к познанию мира. Первый путь такого решения представлен в «Логико-философском трактате»: философ должен обратиться к выявлению устойчивых логических структур языков, определяющих ядро грамматики языка, синтаксических структур, ядро лексикона. Как видим, такая концепция является философским обоснованием структурализма, направляя на выявление стоящих за эмпирической реальностью строго организованных идеальных структур, лежащих в основе порождения реальных конкретных текстов.

 Однако  в дальнейшем  Л. Витгенштейн приходит к выводу о том, что такая модель слишком упрощает исследуемую реальность. Неудовлетворенность результатом познания на пути разложения языка-продукта на составляющие его компоненты и их структурные связи приводит философа к осознанию деятельностного аспекта в бытии языка. Взгляд на язык как  деятельность  координирует с пониманием философии как живого действия, творчества. Суть философии  – в совокупности приемов, навыков уяснения,  которые являются особой формой жизни. Язык также интерпретируется в бесконечном варьировании своих действенных воплощений, предстает вплетенным в многообразные формы жизни людей, реализуя себя в речевых актах и утрачивая свою суть в статике, покое.

Представить же себе какой-нибудь язык - значит представить некоторую форму жизни. ….

Термин "языковая игра" призван подчеркнуть, что говорить на языке - компонент деятельности или форма жизни. Представь себе многообразие языковых игр на таких вот и других примерах:

- Отдавать приказы или выполнять их

- Описывать внешний вид объекта или его размеры

 ...

- Распевать хороводные песни

- Разгадывать загадки

- Острить; рассказывать забавные истории

- Решать арифметические задачи

- Переводить с одного языка на другой

- Просить, благодарить, проклинать, приветствовать, молить.

(Витгенштейн Л. «Философские исследования»// Витгенштейн Л. Философские работы. Часть 1. М., 1994. С. 90).

Философия проясняет действие механизмов языка, его ролей, смысловых функций в разных ситуациях жизни, проявления которых обозначены Л. Витгенштейном  термином «языковые игры».

"Языковой игрой" я буду называть также единое целое: язык и действия, с которыми он переплетен (Витгенштейн Л. «Философские исследования»// Витгенштейн Л. Философские работы. Часть 1. М., 1994. С. 83).