3. Коперниканская революция, ее значение. Мировоззренческие выводы Дж. Бруно.

Коперниканская революция является одним из наиболее важных этапов в развитии науки и культуры в целом, в истории отношения религии и науки, а коперниковедение — одна из самых развитых областей современной истории и философии науки. Коперниканская революция — это не только научная, но и мировоззренческая революция, что и обусловило ее колоссальные последствия для всей истории европейской культуры. Однако именно этот мировоззренческий аспект до самого последнего времени недооценивался западной философией и историей науки.  Специфическая черта коперниканской революции, во многом обусловливающая постоянный интерес к ней со стороны исследователей, заключается в том, что теория Коперника была ассимилирована наукой, несмотря на то, что не имела новых эмпирических подтверждений по сравнению с системой Птолемея и не обладала какими-либо прагматическими преимуществами перед ней. 

Астрономия Н. Коперника означала отказ от птолемеевско-аристотелевской картины мира, лежащей в основе средневекового мировоззрения и пауки, удар по христоанско-теологическому комплексу идей, связавшему себя в процессе своей культурно-исторической эволюции с аристотелевско-платонической космологией. Коперниканская астрономия знаменовала собою мировоззренческую революцию, появление совершенно новой картины мира, а также заявку со стороны науки на свою автономию и право судить о мире самостоятельно, независимо от теологических догм. Наиболее ярко этот значительный шаг в истории естествознания был охарактеризован Ф.Энгельсом: "Революционным актом, которым исследование природы заявило о своей независимости... было издание бессмертного творения, в котором Коперник бросил... вызов церковному авторитету в вопросах природы. Отсюда начинает свое летосчисление освобождение естествознания от теологии..." 

Монах одного из неаполитанских монастырей Джордано Бруно (1548 – 1600), личности исключительно яркой, смелой, способной на бескомпромиссное стремление к истине. Познакомившись в 60-e годы с гелиоцентрической теорией Коперника, Бруно сначала отнесся к ней с недоверием. И чтобы выработать свое собственное отношение к проблеме устройства космоса, он обратился к изучению системы Птолемея и к материалистическим учениям древнегреческих мыслителей, и в первую очередь атомистов, о бесконечности Вселенной. Кроме того, большую роль в формировании его взглядов сыграло его знакомство с идеями Николая Кузанского, который отрицал возможность для любого тела быть центром Bceленной в силу ее бесконечности. Пораженный этой идеей, Бруно понял, какие грандиозные перспективы открывал гелиоцентризм, если обогатить его идеей бесконечности Вселенной. Объединив гелиоцентризм с идеями Н. Кузанского об изотропности, однородности и безграничности Вселенной, Дж. Бруно и пришел к построению концепции множественности планетных систем в бесконечной Вселенной. Бруно отвергал замкнутую сферу звезд, центральное положение Солнца во Вселенной и провозглашал тождество Солнца и звезд, множественность “солнечных систем” в бесконечной Вселенной, множественную населенность Вселенной. Бруно писал о колоссальных различиях расстояний до разных звезд и сделал вывод, что поэтому соотношение их видимого блеска может быть обманчивым. Он разделял небесные тела на самосветящиеся – звезды, солнца, и на темные, которые лишь отражают солнечный свет “из-за обилия на них водных или облачных поверхностей”.Бруно утверждал изменяемость всех небесных тел, полагая, что существует непрерывный обмен между ними и космическим веществом. Он утверждал общность элементов, составляющих Землю и все другие небесные тела, и считал, что в основе всех вещей лежит неизменная неисчезающая первичная материальная субстанция. Именно Бруно набросал первый и достаточно четкий эскиз современной картины вечной, никем не сотворенной, вещественной единой бесконечной развивающейся Вселенной с бесконечным числом очагов Разума в ней. В свете учения Дж. Бруно теория Коперника снижает свой ранг: она оказывается не теорией всей Вселенной, а теорией лишь одной из множества планетных систем Вселенной и, возможно, не самой выдающейся такой системы. Но Н. Коперник, будь он современником этих дерзновенных воззрений бескомпромиссного итальянского монаха, как мы сейчас может предполагать, не был бы на него в обиде за такую переоценку гелиоцентрической теории. Новое, ошеломляюще смелое учение Бруно, открыто провозглашавшееся им в бурных и победных диспутах с представителями церковных кругов, определило дальнейшую трагическую судьбу ученого.