23. Інтермедіальні елементи в поетиці американського повоєнного роману.

Для понимания авторского замысла очень важны параллели с американским "суперроманом" "Моби Дик, или Белый кит" гениального писателя-романтика Г. Мелвилла. Сигнал к такому восприятию дается с первых же страниц романа, поначалу в комически-сниженном ключе. Целая стая белых китов резвится на подштанниках только что поступившего в больницу Макмерфи. Растиражированное изображение легендарного Моби Дика — это еще и примета времени, порождение современной массовой культуры. Цепочка мелвилловских ассоциаций прослеживается в романе достаточно определенно. Отметим лишь узловые моменты их смысла.

Так, мисс Гнусен, с ее полным бездушием, отсутствием человечности и неограниченными полномочиями, ассоциируется с самим чудовищным Моби Диком, воплощением непостижимых, неподвластных человеку сил. Недаром, постоянно подчеркивается невероятная белизна ее твердой от крахмала униформы, белое лицо, очень светлые глаза "без глубины". Эта белизна воспринимается не как чистота, а как отсутствие цвета, равнодушие, холод, мертвенность. Это белизна Моби Дика, к которой Кизи добавляет еще один аспект — стерильность. Как и Моби Дик, мисс Гнусен воплощает нечто надличное, хотя и более конкретное — воинствующий общественный порядок, идею полной нивелировки человеческой индивидуальности.

Для Макмерфи же она является средоточием мирового зла — как Белый кит для капитана Ахава. И отчаянная борьба между ними напоминает борьбу Ахава с Моби Диком: один из них должен быть уничтожен. Вместе с тем временами акценты смещаются, и уже аскет-фанатик мисс Гнусен начинает напоминать Ахава, а Макмерфи — Белого кита в ином его значении — стихийности, природности и масштабности. В роман же таким образом входит идея амбивалентности добра и зла.

Еще один момент очень важен для понимания авторского замысла. Этнически пестрый состав пациентов отделения явно ассоциируется с многонациональной командой "Пекода", корабля капитана Ахава, который, как мы помним, выступал у Мелвилла моделью США. Мелвилловские ассоциации как бы укрупняют масштаб происходящего. Во многом именно они заставляют воспринимать роман как размышление о судьбе нации и человечества, предупреждение о грозящей им опасности.

Хрестовий похід дітей» – повинен, за задумом автора, нагадати читачеві про реальний подій 1213 року, коли під виглядом походу в Палестину були зібрані діти Франції і Німеччини, з тим щоб бути проданими в рабство. «Хрестовий похід» Б.П. проти «бійні», в той час як його син стає героєм війни у В’єтнамі, ріднить його з «дитячому наївним» Дон Кіхотом. Б.П., що потрапив на війну помічником капелана, не будучи при цьому правовірним католиком, змушує замислитися про значення релігії в житті людини. У критиці називали його і Христом XX століття, і дитиною, підданих розп’яття. «Універсальний людина-дитя», як називає його П. Рід.

Все це, разом узяте, зробило Б.П. символом пацифізму, що звинувачує «бійню» в тому, що вона знищує в людині одвічно притаманні йому етичні уявлення, несе порожнечу і безвір’я людської душі. Для того щоб бути ідеальним солдатом, необхідно бути роботом.

Критика намагалася спростити образ Б.П., відносячи роман до жанру «чорного гумору» і навіть абсурду в стилі Сартра і Камю. Б.П. – герой сучасного інтелектуального роману, в якому соціальні проблеми розглядаються з філософських позицій. Стиль такого роману органічно поєднує елементи реалізму, сатири і фантастики. Цьому стилю слід в США і Джозеф Хеллер. Традиції образу Б.П. »Швосходят до героїв Вольтера, Дж.Свіфта, Ф. Рабле, А. Франса, К. Чапека, М. Твена, Р. Бредбері.