Глава 1. Послевоенное развитие административной системы японии исторические корни послевоенной системы государственного управления

Административная система любого государства всегда формируется под воздействием целого ряда исторических факторов. С одной стороны, можно выделить группу перманентных, т.е. долговременных либо константных факторов, действующих на протяжении целого ряда исторических эпох. Сюда в первую очередь относятся исторические традиции государственного управления (различные модели властной структуры, в первую очередь системы центрального правительства и местного административного управления), особенности национального характера, социально-экономические, морально-нравственные и этнопсихологические характеристики управляющей элиты, харак-терные черты модели национальной экономики и т.д. Эти факторы обладают определенной преемственностью и формируют общность административной модели государства вне зависимости от исторической эпохи. Применительно к Японии следует отметить, что в эпоху новейшей истории наличие подобных факторов нередко использовалось правящими кругами страны в пропагандистских целях для идеологического обоснования уникальности японского государства, богоизбранности японской нации, легальности полуабсолютистской модели императорской власти. С другой стороны, следует выделить группу временных факторов, которые на каждом историческом этапе определяют специфику модели государственного управления. К их числу относятся особенности данной исторической эпохи, специфика задач, решаемой государственной властью, внешние и внутренние условия, в которых происходит функционирование административной сферы (международная обстановка, экономическая ситуация в стране, внутриполитическое положение, уровень социального напряжения и т.д.)

Обе группы факторов находятся в состоянии взаимозависимости и взаимной флуктуации. На каких-то этапах временные факторы приобретают характер перманентных и, наоборот, перманентные факторы утрачивают свое значение и становятся временными. Так, для Японии фактор внешней угрозы, проявившийся как временный в конкретных условиях позднетокугавского периода как вполне конкретная опасность экономического порабощения страны и ставший толчком для мейдзийских преобразований, постепенно превратился в перманентный фактор, который определял направленность «догоняющей модели» развития на протяжении не только довоенного, но и послевоенного периода. В то же время действовавший на протяжении многих веков фактор изоляции, напротив, быстро утратил свое значение с переходом страны в стадию стремительной модернизации. Эпоха интернационализации, развивающаяся на фоне глобализации мировых экономических процессов, ставит государственную власть перед принципиально новыми задачами.

Говоря о Японии, следует отметить, что послевоенная модель государственного управления обладала значительной преемственностью в отношении не только довоенного, но и мэйдзийского и постмэйдзийского периодов. Эта преемственность проявлялась в первую очередь в общности управленческих задач, которые вставали перед административной сферой на разных этапах исторического развития. Наряду с общими для многих стран Запада управленческими проблемами периода модернизации, связанными с необходимостью усиления и центра-лизации государственной власти, повышения эффективности государственного управления, оптимизации правительственной структуры, Япония на протяжении всего периода новейшей истории была вынуждена решать важные вопросы, которые с полным основанием можно отнести к специфике ее административной модели: вопросы межведомственной разобщенности центрального правительства и слабой координации принимаемых различными ведомствами решений.

Административная система новейшего времени формировалась в Японии параллельно процессу разделения властей. Хорошо известно, что в основных европейских странах государственное строительство шло в основном вокруг парламента и иных структур представительной власти, которые были первичны по отношению к административным органам управления. В 17 – 18 веках термин «правительство» в Европе подразумевал не только и не столько административный орган, но также парламент и судебную власть. В противоположность этому, для традиционной политической культуры Японии понятие представительной власти всегда было чуждым. Парламентская система и система законодательная власти вообще были заимствованы из стран Запада только в период Мэйдзи, в конце 19 века, и появились в Японии не исходя из потребностей государственного управления, а во многом в русле общей логики вестернизационного процесса, стремления страны стать в ряд цивилизованных стран. Как и в других автократических режимах, центральное правительство традиционно всегда обслуживало власть монарха и формировалось согласно его воле и под его началом. Не исключением был и период мэйдзийских преобразований, в ходе которых правительство создавалось авторитарными методами и не было связано никакими взаимными отношениями с возникшими позднее парламентом и политическими партиями, характерными для концепции разделения властей. В этих условиях неизбежным было превращение правительства в главный объект политического соперничества и появления административной модели «прямого представительства».