15. Логика досократовской философии (Извините что большой, и так как могла сократила!)

  Рассмотрим эту логику последовательно в развитии материализма и идеализма, высокий теоретический уровень.     Первый шаг в развитии античной философии – это творчество милетской школы. Творчество Фалеса, Анаксимандра и Анаксимена представляет единую школу не потому, что они жили и творили в одном городе, будучи современниками, но потому, что ими была выработана первая система философских принципов, заложившая основы античной онтологии. Общие принципы этой школы следующие:     1. Космос един. Основа единства у всех представителей милетской школы материальна.     2. У каждого из милетцев выражена диалектическая идея. У Фалеса все разнообразие космоса возникает из воды посредством замерзания и нагревания. У Анаксимандра из апейрона выделяется сначала теплое и холодное состояние вещества, а из них – все остальное. У Анаксимена из воздуха все возникает посредством сгущения и разряжения. Таким образом, у всех представителей милетской школы космос возникает и изменяется посредством конкретной пары противоположных физических процессов или состояний.    3. Космос одушевлен, поскольку душа имманентна первоначалу.    4. У представителей милетской школы была отрефлексирована только онтология, т. е. у них еще нет гносеологии.

    В творчестве милетской школы выделяется Анаксимандр, совершивший первый переход на уровень абстрактного материального первоначала (лат. abstractio — отвлечение; абстрактное – одностороннее, бедное по содержанию отражение действительности, но его преимущество в том, что оно выражает сущность исследуемого объекта). Если вода, воздух, огонь и земля – это природные стихии, выступающие в философских концепциях в роли эмпирически воспринимаемого первоначала, то апейрон является первым качественно неопределенным материальным первоначалом.     «Отец европейской философии» Фалес был первым сразу в нескольких смыслах. Это первый автор философской концепции, раскрывший при этом природу души как источник самодвижения: «душа подобна магниту и янтарю». Он первый исследователь природы: открыл среднюю продолжительность года и месяца, упорядоченность времен года, впервые измерил высоту самой высокой египетской пирамиды и предсказал солнечное затмение, состоявшееся в 585 г. до н. э. Среди своих современников он был известен как первый мудрец, о чем свидетельствуют две легенды.        Гераклит – автор следующей материалистической концепции, самый яркий диалектик в античной онтологии. Его первоначало – огонь как самая подвижная природная стихия. Гераклит выражает текучесть бытия в афоризмах, ставших широко известными: «все течет, все изменяется», «в одну и ту же реку нельзя войти дважды». Однако самым ярким диалектиком в античной онтологии он выступает потому, что поднимает диалектическую идею на теоретический уровень. Если у каждого представителя милетской школы все разнообразие космоса возникает благодаря конкретной паре противоположностей, то у Гераклита жизнь космоса подчиняется логосу – закону, суть которого – борьба противоположностей. Весь космос пронизан противоположностями: «холодное теплеет, теплое холодеет», «влажное высыхает, сухое увлажняется».     Второй аспект оригинальности Гераклита заключается в том, что он – первый гносеолог, обозначивший при этом все основные аспекты теории познания. Гераклит подчеркивает, что процесс познания достаточно сложен: «природа любит скрываться», – и выделяет две ступени процесса познания, раскрыв роль чувств и разума и обозначив истину как цель этого процесса.

Следующая материалистическая концепция была выработана Эмпедоклом, который преодолевает спор, что первее: вода, воздух или огонь, провозгласив, что существует четыре корня всех вещей: вода, воздух, огонь и земля. Возникает вопрос: каким образом в учении Эмпедокла космос оказывается единым при отсутствии первоначала в строгом смысле этого слова. Подходя к этой проблеме с нашей исторической высоты, мы можем сказать, что у Эмпедокла первоначалом выступает природа в единстве ее стихий, но у Эмпедокла не было такого понимания. Единство космоса у него обеспечивается борьбой двух противоположных космических сил: Любовью и Враждой. Любовь у него также называется Дружбой и богиней любви Афродитой, а Вражда – Ненавистью и богом жестокой несправедливой войны Аресом.     Всей античной философии, каждому античному мыслителю присуща диалектичность либо в онтологии, либо в гносеологии, так же как естественно для спонтанного детского мировосприятия видеть мир текучим и изменчивым. Однако степень диалектичности восприятия мира может быть разной. Первый поверхностный взгляд заключается в понимании изменчивости и текучести всего существующего, что происходит благодаря внешним взаимодействиям: один объект воздействует на другой, а первичный импульс в этой цепочке оформляется в конечном итоге в идею первотолчка, которая становится фундаментальной излюбленной идеей метафизиков в понимании мира в целом. Следующий, более умудренный, взгляд замечает, что в этой изменчивости и текучести происходят качественные изменения и даже переход в противоположные состояния: «Холодное становится теплым, теплое – холодным, влажное – сухим, сухое – влажным» (Гераклит). Однако признание качественных изменений, воспринимаемых как чисто циклический бег по кругу, что мы наблюдаем в окружающем мире: смена времен суток и года, круговорот воды в природе и т. п., – еще не является пониманием сущности диалектики. И только когда мы делаем следующий шаг и начинаем понимать, что причина всех количественных и качественных изменений заключается во внутренних противоречиях, присущих каждому объекту, – только тогда мы становимся полноценными диалектиками во взглядах на мир, окончательно преодолевая соблазн более легкого метафизического объяснения мира. На детски наивном уровне все основные идеи будущей теории диалектики были освоены в Античности, но при этом даже самого яркого в диалектическом отношении материалиста мы не можем назвать диалектическим материалистом, потому что на теоретическом уровне, т. е. в форме закона, не была освоена идея саморазвития всего существующего, что, в принципе, было невозможно в тех исторических условиях, на античном уровне развития социальной практики. Первоначало Анаксагора – это гомеомерии, т. е. семена всех вещей, или подобочастные. Гомеомерии – это не семена моркови на грядке, это мельчайшие частицы вещества, эмпирически не воспринимаемые. Чем эти частицы вещества подобны друг другу? «Все во всем», – утверждал Анаксагор. Каждая гомеомерия содержит в себе все богатство космоса, т. е., говоря современным теоретическим языком, каждая гомеомерия структурно неисчерпаема. Как это возможно? «Потенциально», – ответим мы. У Анаксагора зарождается идея потенциального бытия, им, однако, не отрефлексированная. Но более фундаментальная его идея – это идея структурной неисчерпаемости материи.     В концепции Анаксагора кроме гомеомерий есть еще одно очень важное «действующее лицо» – это Нус, космический Ум (греч. nus — ум, мысль, разум или noos – разум), который выступает у него мироустрояющим принципом. По мысли Анаксагора, сначала все было в смешении, а затем пришел Нус и привел все в порядок.     Вершиной античного материализма выступает учение атомистов: Левкиппа, Демокрита и Эпикура.

К досократической философии относится творчество Левкиппа, о котором мало что известно, кроме того, что он был учителем Демокрита, и самого Демокрита. Как видно из хронологической таблицы, Демокрит – современник Сократа, однако по стилю философствования он относится к досократической философии, поскольку на первом месте в его концепции стоит физика и высшее достижение его материализма – обоснование природной необходимости.     По учению Демокрита, бесчисленное множество миров, существующих в космосе, состоит из неделимых частиц вещества – атомов (греч.atomos – неделимый; термин ввел Левкипп) и пространства – пустоты как небытия, в котором атомы находятся в постоянном движении. Атомы, по Демокриту, отличаются по форме, величине и местоположению. Атом – это абстрактное, эмпирически невоспринимаемое первоначало, так же как апейрон и гомеомерии. Бесконечное разнообразие объектов в мире обусловлено указанными выше тремя характеристиками атомов. Эйдос (греч. eidos — вид, образ) – другое название атома, используемое Демокритом, явно связано с этими характеристиками. Это иное название атомов важно подчеркнуть, чтобы увидеть категориальный диалог между материализмом и идеализмом, поскольку Платон и Аристотель также будут использовать данный термин для обозначения своего идеального первоначала.     Форма, величина и местоположение выступают внешними характеристиками атомов, поэтому движение атомов, по учению Демокрита, предсказуемо: оно имеет постоянный равномерный прямолинейный характер. Из характера движения атомов вытекает тезис Демокрита, что все происходит строго по необходимости. Отсутствие случайности в структуре бытия Демокрит отрефлексировал, утверждая, что «люди измыслили идол случая, чтобы пользоваться им как предлогом, прикрывающим их собственную нерассудительность».     Атомизм Левкиппа и Демокрита является вершиной материалистической линии досократовской философии. Именно в нем наиболее отчетливо-натурфилософски было разработано учение о природной необходимости. Строго закономерная причинность всего существующего представлена у Демокрита механистически, так как вытекает из механического характера движения атомов. Последствия этого в истории культуры нам известны: атомистическая концепция выступит методологической основой первой научной картины мира в эпоху Нового времени.     Идеалистическая досократика менее разнообразна по сравнению с материалистическими концепциями, но при этом выработала не менее значимые для подготовки сократовского переворота идеи. Первая идеалистическая концепция – это учение Пифагора, у которого «числу все вещи подобны». Число как идея выступает у него первоначалом, определяющим сущность бытия. Число нельзя путать с цифрой, которая выступает материализацией идеи числа. Цифру можно написать, произнести; число можно только помыслить.     У первого идеалиста так же, как и в материалистической линии, обнаруживается диалектическая идея. Пифагор любил все исследовать по принципу контрарности (лат. contraries — противоположный). В учении о числе он выделяет прежде всего идею четного и нечетного числа. Идея четного числа – это сущность бытия, в структуре которого нет непарного элемента, поэтому это идея бытия, которое само себя не ограничивает, постоянно изменяется и является несовершенным. Идея нечетного числа – это, напротив, сущность бытия, имеющего непарный элемент, само себя ограничивающего, поэтому оно неизменное и совершенное.         Основателем элейской школы считается Ксенофан, который раскрыл тайну политеизма, провозгласив, что если бы лошади могли фантазировать, то они придумали бы богов по типу «лошадиности

    Парменид более основательно разворачивает учение элейской школы. В поэме «О природе» он выделяет два рода бытия: бытие по мнению и бытие по истине. Бытие по мнению – это постоянно изменяющееся бытие, которое познается с помощью чувств. Бытие по истине – это неизменное бытие, которое познается с помощью разума. На этой основе Парменид вводит категорию «истинно сущее бытие».

    Истинно сущее бытие – это вечное, совершенное, неизменное, неподвижное, сплошное бытие в форме шара.   

Идеалистический характер учения элеатов раскрывается также в исторических взаимосвязях этой концепции. По принципу «скажи мне, кто твой друг», а тем более, «кто твои предки и потомки», мы видим, что единственным предшественником в античной философии, с которым у элеатов есть общность позиции, выступает Пифагор. Их объединяет тезис о том, что совершенное бытие является неизменным. А ярким и очевидным последователем элеатов, как это видно из общей таблицы античной философии, выступает классик объективного идеализма Платон, у которого истинно сущее бытие – это вечные совершенные идеи.     Младший представитель этой школы, ученик и друг Парменида Зенон доказывает характеристики истинно сущего бытия в форме специально им разработанных апорий. Апория (греч. aporia — безвыходность, т. е. логическое затруднение, непреодолимое противоречие при разрешении проблемы) – это логически противоречивое суждение, приводящее к абсурдному выводу. Наиболее знаменитыми стали четыре апории о движении, которые следует рассматривать в системе.     Первая апория называется «Дихотомия», что значит «деление пополам». Допустим, рассуждает Зенон, что движение существует, тогда тело, чтобы переместиться из одной точки пространства в другую, должно сначала пройти половину этого пути, но чтобы пройти эту половину, оно сначала должно пройти половину этой половины… и так до бесконечности. Значит, тело не только не переместится из одной точки в другую, но оно даже не сможет сдвинуться с места, что абсурдно. Значит, исходный тезис, что движение существует, неверен и истинным будет тезис, что движение не существует.     Вторая апория называется «Ахиллес и черепаха». Допустим, что движение существует и Ахиллес догоняет черепаху, тогда в каждый момент времени черепаха тоже проходит некоторое расстояние, не равное нулю. Значит, никогда расстояние между Ахиллесом и черепахой не будет равно нулю и Ахиллес не догонит черепаху, что абсурдно. Отсюда следует, что исходный тезис, что движение существует, неверен. Истинным будет тезис, что движение не существует.     Третья апория называется «Летящая стрела». Допустим, что движение существует и стрела летит. Тогда в каждый момент времени стрела должна занимать определенное место в пространстве и уже находиться в другом месте, что абсурдно. Значит, исходный тезис, что движение существует, неверен и истинным будет тезис, что движение не существует. Если же попытаться преодолеть указанную абсурдность, считая, что стрела движется таким образом, что в каждый момент времени она занимает строго определенное место в пространстве, то получается, что летящая стрела покоится. Выражение уже само по себе абсурдное. Следовательно, исходный тезис, что движение существует, не верен и истинным будет тезис, что движение не существует.     Четвертая апория называется «Стадион» (греч. stadion – в Древней Греции место, где проводились спортивные состязания). В этой апории Зенон рассматривает движение трех колесниц. Допустим, что движение существует и две колесницы движутся навстречу друг другу относительно третьей неподвижной колесницы. Тогда крайние точки движущихся навстречу друг другу колесниц, встретившись относительно середины третьей неподвижной колесницы и пройдя вдоль нее, за один и тот же промежуток времени пройдут вдоль половины неподвижной колесницы и вдоль всей движущейся навстречу ей колесницы, т. е. половина будет равна целому, что абсурдно. Значит исходный тезис, что движение существует, не верен и истинным будет тезис, что движение не существует.