6. М. Суриано. «комментарии о королевстве франция»

Пояснение см. к документу 1.

Начнем прежде всего с третьего сословия народа, которое постоянно имеет в своих руках четыре рода важнейших должностей, в силу ли закона, или вследствие, старинного обычая, или потому, что дворяне считают недостойным для себя занимать этого рода должности. Первая должность — великого канцлера, который явля­ется на все совещания, хранит у себя большую печать и без участия которого не обсуждается ни одно важное дело, а если обсуждается, то не приводится в исполнение. Другая должность — это секретари, из которых каждому, соответственно его специальной области, по­ручена обязанность отправления дел и хранения бумаг и самых важных тайн. Третий разряд — должности президентов, со­ветников, судей, адвокатов и других, которые ведают суд по уголов­ным и гражданским делам во всем королевстве. Четвертый — должности казначеев, сборщиков и приемщиков податей, высших и низших, через руки которых проходят все денежные операции по доходам и расходам короны.

Т ь с р р и О. Избранные сочинения.— М., 1937.— С. 75.

7. Ж. Б. Молш». «мещанин во дворянстве»

Жан Батист Поклен (1622—1673), известный под псевдонимом Мольер,— знаменитый драматург, артист и директор труппы актеров, автор ряда блестящих комедий как развлекательного, так и сатирически-обличительного содержания. Получив от Людовика XIV задание — вывести на сцену модные тогда турецкие танцы, он воспользовался поручением, чтобы поставить в 1670 г. пьесу в пяти действиях «Мещанин во дворянстве», где высмеял зажиточного буржуа Журдена, жертвующего здравым смыслом ради причуд и подражающего аристократии, этой паразитической части общества. Приводим 8-е и 9-е явления из II действия комедии.

Г-н Ж у р д е н. А, наконец-то! Я уж начал было на тебя сер­диться.

Портной. Раньше поспеть не мог, и так уж двадцать под­мастерьев засадил за ваш костюм.

Г-н Ж у р д е н. Ты мне прислал такие узкие чулки, что я насилу их натянул. И уже две петли спустились.

Портной. Они еще как растянутся!

Г-н Ж у р д е н. Да, только не раньше, чем лопнут все петли. К тому же еще башмаки, которые ты для меня заказывал, жмут невыносимо.

Портной. Нисколько, сударь.

Г-н Ж у р д е н. То есть как нисколько?

Портной. Нет, нет, они вам не тесны.

Г-н Ж у р Д е н. А я говорю: тесны.

Портной. Это вам так кажется.

Г-н Ж у р д е н. Оттого и кажется, что мне больно. Иначе бы не казалось!

Портной. Вот, извольте взглянуть: не у каждого придвор­ного бывает такой красивый костюм, и сделан он с отменным вкусом. Тут с моей стороны требовалось особое искусство, чтобы получился строгий костюм, хотя и не черного цвета. Самому лучшему портному не сшить такого костюма — это уж я вам ручаюсь.

Г-н Ж у р д е н. А это еще что такое? Ты пустил цветочки головками вниз?

Портной. Вы мне не говорили, что хотите вверх.

Г-н Ж у р Д е н. Разве об этом надо говорить особо?

Портной. Непременно. Все господа так носят.

Г-н Ж у р Д е н. Господа носят головками вниз?

Портной. Да, сударь.

Г-н Ж У р Д е н. Гм! А ведь, и правда, красиво. Г-н Ж у р Д е н. Парик и перья — как, ничего? Портной. Все в надлежащем порядке.

Г-н Ж У р Д е н (приглядываясь к портному). Э-ге-ге, господин портной, а ведь материя-то на вас от моего камзола, того самого, что вы мне шили прошлый раз! Я ее сразу узнал.

Портной. Мне, изволите ли видеть, так понравилась ма­терия, что я и себе выкроил на кафтан.

Г-н Ж у р д е н. Ну и выкраивал бы, только не из моего куска.

Портной. Не угодно ли примерить? Г-н Ж у р д е н. Давай.

Портной. Погодите. Это так не делается. Я привел людей, чтоб они вас облачили под музыку: такие костюмы надеваются с особыми церемониями. Эй, войдите! (Подмастерьям.) Наденьте этот костюм на.господина Журдена так, как вы всегда одеваете знат­ных господ.

(Четверо танцующих подмастерьев приближаются к г-ну Журдену. Двое снимают с него штаны, двое других — камзол, а затем, все время двигаясь в такт, они надевают на него новый костюм. Г-н Журден прохаживается между ними, а они смотрят, хорошо ли сидит костюм.)

Подмастерье. Ваша милость, пожалуйте сколько-нибудь подмастерьям, чтоб они выпили за ваше здоровье. Г-н Журден. Как ты меня назвал? Подмастерье. Ваша милость.

Г-н Журден. «Ваша милость»! Вот что значит одеться по-господски! А будете ходить в мещанском платье — никто вам не скажет: «Ваша милость». (Дает деньги.) На, вот тебе за «вашу милость».

Подмастерье. Премного довольны, ваше сиятельство.

Г-н Журден. «Сиятельство». Ого! «Сиятельство»! Погоди, дружок. «Сиятельство» чего-нибудь да стоит, это не простое слово — «сиятельство»! На, вот тебе от его сиятельства!

Подмастерье. Ваше сиятельство, мы все как один выпьем за здоровье вашей светлости.

Г-н Журден. «Вашей светлости»! О-го-го! Погоди, не уходи. . Это мне-то — «ваша светлость»! (В сторону.) Если дело дойдет до «высочества», честное слово, ему достанется весь кошелек. (Под­мастерью.) На, вот тебе за «вашу светлость».

Подмастерье. Покорнейше благодарим, ваше сиятельство, за ваши милости.

Г-н Журден. (В сторону.) Вовремя остановился, а то бы я все ему отдал.

Мольер Ж- Б. Собр. соч.—М., 1957.— Т. 2.— С. 416—418.