Пресса при Александре II
Либеральная пресса
Михаил Никифорович Катков. У него был ежемесячный журнал «Русский вестник», еженедельник «Современная летопись» и ежедневная газета «Московские ведомости», также у него была своя типография.
Получил высшее образование, преподавал философию в университете. В 1849 году был отстранен от преподавания потому, что в это время философию могли преподавать только люди духовного звания. Прежде всего, он взял в аренду «Московские ведомости», сделал из них яркий научный журнал. Когда пришло время оттепели, он решил издавать свой собственный журнал, им стал «Русский вестник» - Катков одним из первых добивается политического одела, что важно для развития русской политической печати. Возглавлял журнал 30 лет. Журнал объединил лучшие силы русской литературы: «Накануне», «Отцы и дети», «Дым» Тургенева, «Преступление и наказание» Достоевского и другие романы Достоевского, Салтыкова-щедрина, Фета, Тютчева, Толстого, публиковались многие ученые, историки и естествоиспытатели. В этому журнале было два отдела: научно-литературный и хроникально-политический. В Русском вестнике важную роль играли передовые статьи и политические обозрения. По преимуществу, их автором был сам Катков. Он писал на многие темы, был спецом в области экономики. Также летопись включала в себя полемические статьи. С 1862 года он взял в аренду «Московские ведомости», сделал их общероссийской универсальной политической газетой.
Вначале издания Каткова славились своим либеральным направлением. Они выступали за освобождение крестьян с землей, но за выкуп. Затем писали о реорганизации армии, отмене телесных наказаний, судопроизводстве. Много они писали о свободе печати, он был автором знаменитой записки русских литераторов царю о свободе прессы. Часто сам Катков занимал весьма резкую позицию, когда возникали какие-то цензурные недоразумения, бывали случаи, когда он напрямую обращался русскому царю, чиновникам открытыми письмами. Бывали случаи, когда «Московские ведомости» Каткова были закрыты на некоторое время, но он выпустил их вопреки запрету. К Каткову стали прислушиваться, он завоевал авторитет, «Московские ведомтси» стали чтением русских чиновников. Много писалось на экономическую тему, Катков за развитие промышленности в России и рациональное хозяйствование в сельском деле. Идеалом правления для Каткова является конституционная монархия, все взоры обращены к Англии. Англия у русской либеральной прессы западного плана была образцом и эталоном: и в политическом, и в техническом плане. На неё ориентировались, её противопоставляли Франции. Когда Катков писал об Англии, он указывал тот путь, которым должна была идти Россия.
Он организовывал кампанию против Герцена, выступал против нигилизма, антинигилистические романы публиковались в «Русском вестнике». Он выступал за классическое: он считал, что старинные языки отвлекают молодежь от революционных действий.
Взгляды Каткова менялись постепенно, от либерально-оппозиционных к либерально-консервативным. Он считал, что любые преобразования должны происходить на основе уже существующих, считал, что, если вырвать монархическое начало, то оно возвратится в форме деспотизма и диктатуры, он стал защитником государства и монархии. Он прошел школу восстания в Польше, возможно, это и стало причиной: он считал необходимым подавить восстания. Он считал, что стоит вопрос: либо Россия, либо Польша, и необходимо сохранить целостность страны, но восстание произошло и в связи с ошибками правительства. Он был сторонникам жестких мер. Со второй половины 60-х годов занимает охранительную позицию. В эти годы вёл продворянский курс. В каком-т смысле издания Каткова были зеркалом эпохи: они прошли через времена Александра II и III, себя оценил как «сторожевого пса самодержавия».
Но речь пока идёт об умеренно-либеральном Каткове.
Ещё одно издание – издание братьев Достоевских.
В журнале публиковались критики и разночинцы. В это время Достоевский высказал философскую концепцию – почвиничество. Это была такая модификация идей славянофильства, но он не критиковал западников, наоборот, считал, что нужно идти на объединение. Нужно объединить цивилизацию и народное самобытное начало, необходимо объединение и братство, потому что у России великая миссия. Западные идеи пришли с реформами Петра, временно они были необходимы, но теперь классы разошлись, а теперь нужно объединить их на почве почвы: нужно вернуть образованному классу понятия о братстве, религии, а образованный класс должен дать необразованному знания. Достоевский выступал за целостность русской нации, за отсутствие конфликтов и единение. Он призывал к единению сословий и народа и правительства. Есть цикл статей «Зимние заметки о летних впечатлений» - после путешествия по Европе он пришел к выводу, что в Европе нет братства, там царит культ индивидуализма и наживы, эти идеи не свойственны русской нации. Он считает, что идеи социалистические, во многом правильные, нельзя вводить насильственно, надо, чтобы они вызрели в сознании людей. Достоевский считал, что за основу нужно брать природу человека, не смотреть на него, как на механизм. Он считал, что социализм в Европе невозможен, но возможен в России. «Время» уделяло много внимания образованию, реформам. Одной из серьезных статей стала статья «Роковой вопрос» Страхова о польском восстании: вначале он говорил, что более цивилизованные поляки хотят жить отдельно, но потом заявил, что поляки наоборот должны держаться за Россию. В итоге журнал был обвинен в полянофильстве и был закрыт.
В статье «Господин Бов» Достоевский фиксирует наличие двух школ: эстетической и реальной. Он видит крайности и в том, и в другом направлении, но решает разбирать прежде всего позицию утилитаристов, то есть, реальной критики. Достоевский в своих размышлениях опирается на статьи Добролюбова, в том числе о рассказе «Маша», который демонстрирует главную идею, что народ склонен к свободе и ради неё готов на очень многое, а Достоевский доказывает, что герои показаны схематично, рассказ слаб и идея не реализована. Достоевский пишет, что художественность ценна сама по себе, что у искусства собственные законы и ему нельзя ставить задачу быть полезным, ведь оно полезно всегда, т.к. отражает стремление человека к гармонии и красоте. Достоевский защищает Пушкина и говорит о том, что он образец свободно вдохновения и не шел на потребу дня, а поднимал важные вопросы. Он называет направление Добролюбова утилитарным – то есть, по требования полезности.
Русское общество тогда разделилось на лагерь «постепеновцев» и «нетерпеливцев» в зависимости от отношения к реформам. Первые считали, что нужны реформы, вторые стремились к быстрым результатам и предпочитали радикальные средства, в том числе и революцию.
Нетерпеливцами были журнал «Современник» (там печатались Добролюбов и Чернышевский) Некрасова и Панаева и «Русское слово» (Писарев) Благосветлова. «Современник» был журналом Пушкина, Некрасов и Панаев приобретают права на аренду у Плетнева, друга Пушкина, в период мрачного семилетия и после смерти Белинского журнал затухает, с приходом к власти Александра II журнал возобновляет свою деятельность, туда приходят Добролюбов и Чернышевский – оба разночинцы-провинциалы, начинавшие свой путь с духовной семинарии. Они учились в Петербурге, Чернышевский – на историко-филологическом факультете, Добролюбов – на педагогическом, оба занимались педагогической деятельности. Оба относились к лагерю революционеров-демократов, они – материалисты, рассматривают литературу с точки зрения той социальной идеи, которую несет литература. Проявили себя в разных ипостасях: были сатириками, литературными критиками и публицистами. Чернышевский с 53 по 57 год возглавлял отдел критики, потом отдал его Добролюбову и стал заниматься политикой. Чернышвский в своей диссертации «Эстетическое отношение искусства к действительности» он пишет, что прекрасное есть жизнь: «прекрасен тот предмет, который высказывает в себе жизнь», потому задача человека – преобразовывать жизнь, а не мечтать о жизни. По его мнению, цель искусства – не прекрасное, оно должно изображать общеинтересное. Задача художника – отразить объективную реальность, искусство – суррогат действительности. Искусство должно быть учебником жизни, оно должно судить жизнь, высказываться по поводу её недостатков. У него есть знаменитая статья, посвященная ранним произведениям Толстого. В этой статье Чернышевский даёт фактически хрестоматийное таланта Толстого: «диалектика души» и «чистота нравственного чувства». Чернышевский даже в этом видит расширение возможностей реализма. У него появляется критические статьи. В статье «Не начало ли это перемен?» он считает, что нужно признавать народ равным себе сословием и помогать ему исправлять свои недостатки. Он много пишет о художественном типе - неком наслоении сложившихся образов жизни, характеров. Если художник рисует героя как определенный тип, можно составить понятие о времени.
На литературный тип обращает внимание Добролюбов, он анализирует явление обломовщины. Он видит обломовщину как символ деградации, неумение и нежелание претворить слово в жизнь, он относит слово «обломовщина» не только к Обломову, но и ко многим. Он показывает несостоятельность дворянской интеллигенции.
На статьи «Что такое Обломовщина?» и «Русский человек на randes-vous» обратил внимание Герцен, написав две статьи, сказав, что нельзя давить гласность, что Обломов – не лишний человек, потому что лишние люди не имели возможности действовать и были оппозиционны к власти и достойны уважения.
Возникает вопрос, кто же должен прийти на смену «лишним людям», Добролюбов считает, что это должны быть такие люди, как Ольга Ильинская и Катерина из «Грозы». Также внимание уделяется роли реальной критике. «Мерой достоинства писателя», - пишет Добролюбов в Обломовщине, - «надо принять то, насколько это произведение является выражением стремлений народа». Вторая позиция – «у литературы сила служебная, значение которой состоит в пропаганде, а достоинство определяется тем , что и как она пропагандирует». Критик должен обращать внимание на реализм и народность работы, любой писатель должен стоять на уровне требований времени. Статья «Когда же придёт настоящий день» Добролюбов пишет, что осталось ждать недолго, всего-то только ночь разделяет их. Тургенев ответил на это, что у него не было идеи о том, что России нужны русские революционеры.
В 1856 году Некрасов заключил обязательное соглашение с рядом писателей: они имели право помещать свои статьи только в «Современнике» Некрасова, за это им полагалась часть дохода журнала. Многие либеральные писатели покинули журнал, в итоге «Современник» формируется из Панаева, Салтыкова-Щедрина, Добролюбова и Чернышевского.
Накануне отмены крепостного права было много статей, призывали освободить крестьян без выкупа или с минимальным выкупом, не разбивать общину. Когда вышел манифест об освобождении крестьян, революционно-демократические журналы обошли манифест молчанием, и лишь через несколько месяцев стали выступать с критическими статьями. В ту пору усиливается сатирическая линия журнала, при нем создается сатирический отдел «Свисток», а участников «Современника» стали называть свистунами. Инициатором был Некрасов. Журнал этот связан с линией «Современника», весело говорят о событиях современности. Они высмеивали то, что препятствует развитию русского общества, обсуждали и осуждали либеральную прессу, которая восторгалась реформами, выступали против консерваторов, буржуазной наживы, академизма в науке и использовали широкий спектр жанров – фельетоны, сатирические обозрения, выработали свой Эзопов язык. Псевдонимы Добролюбова: 1. Япов Хам – маска австрийского шовиниста, под Австрией имелась в виду 2. Конрад Лилиеншвагер – образ восторженного либерала, выступающего за эмансипацию, намек на Розенгейма. 3. Апполон Капелькин – юное дарование, интересующееся чистой поэзией.
За нелегальную деятельность Чернышевский посажен в Петропаловскую крепость в 1862 году, там он провел 22 месяца, затем был подвергнут гражданской казни и был отправлен в Сибирь до 1883 года. В ссылке он и пишет «Что делать?» - учебник жизни, по которому строили свою жизнь очень многие молодые люди. Журнал был приостановлен на 8 месяцев, в 1863 году Некрасову удалось добиться возобновления издания. Но к этому времени Добролюбов умер, Чернышевский был в ссылке, тогда появились Салтыков-Щедрин, Антанович, и журнал постепенно начинает получать предупреждения по новым правилам печати 1865 года, и в 1866 году, после покушения на царя, журнал был закрыт.
Второй революционно-демократический журнал – «Русское слово»: в 1862 году был приостановлен, в 1866 запрещен, Писарев был в Петропавловской крепости, как и другие авторы журнала.
Вначале журнал издавал Кошелев-Безбородко, он был либерально-модного тона, потом приглашен Благосветлов, разночинец. Он был сначала управляющим редакции, затем – редактором. Он выступал за четкое направление журнала – пропаганда реализма, нигилизма, материализма. Он привлекает Шелгунова, они ведут домашнюю летопись – внутреннее обозрение; поэта Минаева – ведущий дневника темного (наивного) человека; историка Щапова, был и иностранный корреспондент – Эли Реклю. Главным лидером этого журнала стал Дмитрий Иванович Писарев.
Его статьям свойствен максимализм, полемическая резкость, утилитарный подход к оценке того или иного явления, абсолютная оппозиционность по отношению к официальной идеологии. Он был лидером русских нигилистах. Уже в первых его статьях – «Схоластика 19 века» и «Нигилизм Платона» - он говорил, что личность должна быть эмансипирована: необходимо бороться против всяких непрактических теорий. Необходимо поколебать веру во мнимую святость существующего порядка и отвергнуть все авторитеты. В этих статьях он заявил свои ультиматумы: «Что можно разбить, то и нужно разбивать», если выдержит удар – достойно, нет – и не надо. Он развивает эти идеи в целом ряде статей. Он осуждает реформа. На стороне правительства стоят ы Александра Второго, высказывается о положении дел в России: «примирения нет». За это он попал в Петропавловскую крепость. Он низпровергает Пушкина, критикует его за то, что он не возбуждал энергию в его современниках. Это первое «затмение солнца Пушкина».
«Современник» и «Русское слово» полемизировали друг с другом, в том числе и по поводу Отцов и детей. В Современнике Базарова критикуют, Писарев наоборот хвалит Базарова и критикует Катерину, которая не является светлой личностью – у неё нет светлого и развитого ума.
Ещё одна важная статья – «Реалисты». Писарев много выступает по поводу реализма и реалистов, по его мнению, реалисты и способны совершить нужные России изменения. Прежде всего, Писарев обращает внимание на естественные науки, ведь именно в них можно открыть новые законы, умственный труд должен быть полезным. Именно реалисты и разумно эгоистичные люди, обладая знаниями, могут решить проблемы России. Есть два пути – революционный и химический, под вторым понимается перевоспитание людей – тогда и общество станет другим. Также журнал в это время уделял внимание вопроса буржуазного развития, они опасались жажды наживы и предупреждали об этом. Журнал был закрыт в 1866 году, тогда же Писарев вышел из тюрьмы, стал сотрудничать в «Отечественных записках» Некрасова.
В 1868 году Писарев утонул.
Сатирическая журналистика Александровского времени
Появляются уличные листки – «Ералаш», «Муха», появляются журналы «Арлекин», «Оса», «Заноза».
Появляется и сатирическая журналистика – «Свисток» и «Искра», еженедельный журнал с карикатурами. Основатели – Курочкин и художник-карикатурист Степанов. Сотрудничали там Минаев, Лейкин, Буренин, Бабарытник и многие другие. Этот журнал установил контакт с провинцией, у них был отдел «Нам пишут», выходила рубрика «Хроника прогресса» - в ироничном ключе, была информация из-за рубежа. Их позиция была близка к журналу «Современник»: путем отрицания разрабатывать общественные вопросы.
Цензура много чего запрещала, потому журнал вынужден был ввести свой собственный язык: например, Псковского губернатора Муравьева называли «Му-му», использовали игру слов.
Ещё один сатирический журнал – «Гудок» Минаева.