2.2 Право на забастовку и его ограничение

Право на забастовку закреплялось в законодательстве под напором рабочего движения. Начиная с конца XVIII в. законодательство, когда говорило о забастовках, только запрещало их. Во второй половине XIX в. под напором нарастающего стачечного движения это запретительное законодательство постепенно смягчается. Рабочий класс требовал юридического закрепления права на забастовку.

В США в 1935 г. было закреплено это право в законе Вагнера, в статье 7 которого предусматривались согласованные действия трудящихся для защиты своих прав. Но антирабочий закон Тафта-Хартли 1947 г. во многом ликвидировал сделанные законом Вагнера уступки рабочим, в том числе ограничил право на забастовки.

Конституционное же признание права на забастовки было получено лишь в некоторых странах после второй мировой войны. [12, с. 422]

В ряде международных правовых актов на государство фактически накладывается обязанность обеспечить «право на забастовки при условии его осуществления в соответствии с законами каждой страны». [13]

Согласно статье 41 Конституции Республики Беларусь гражданам Республики Беларусь гарантируется право на труд как наиболее достойный способ самоутверждения человека, то есть право на выбор профессии, рода занятий и работы в соответствии с призванием, способностями, образованием, профессиональной подготовкой и с учетом общественных потребностей, а также на здоровые и безопасные условия труда. Часть 3 данной статьи предусматривает право на защиту своих экономических и социальных интересов, как раз способом может являться право на забастовку.

В соответствии со статьей 388 ТК право на забастовку не является абсолютным и может быть ограничено законом в той мере, в какой это необходимо в интересах национальной безопасности, общественного порядка, здоровья населения, прав и свобод других лиц [2].

Для предотвращения злоупотребления правом на забастовку Законом введены некоторые ограничения:

Согласно части 5 статьи 36 Воздушного кодекса Республики Беларусь гласит: «Авиационный персонал гражданской авиации, осуществляющий обслуживание воздушного движения и управление полетами, не вправе принимать участие в забастовках». [14]

Кроме того, статья 22 Закона Республики Беларусь «О государственной службе в Республике Беларусь» от 14 июня 2003 № 204-З предусматривает, что государственный служащий не вправе принимать участие в забастовках.[15]

Частью 3 статьи 7 Закона Республики Беларусь "О статусе военнослужащих" от 04 января 2010 № 100-З - участие военнослужащих в забастовках запрещается. [16]

Следует обратить внимание на статью 22 Закона Республики Беларусь «О профессиональных союзах» от 22 апреля 1992 № 1605-XII, которая наделяя профсоюзы правом на организацию и проведение забастовок, одновременно ограничивает их при проведении забастовок в выдвижении политических требований. [17]

На мой взгляд, можно назвать ограничением реализации права на забастовку возможность отложение проведения забастовок или приостановление их, но не более чем на трехмесячный срок во время принятия мер по обеспечению военного положения, согласно п. 15 ч. 1 статьи 12 Закона Республики Беларусь «О военном положении». [18]

В теории права общепринято под правом в субъективном смысле понимать "меру возможного (дозволенного) поведения лица". Из этого определения вытекают три важных вывода:

1. Право не является абсолютной свободой субъекта. В противном случае оно неминуемо столкнется с такой же неограниченной свободой другого лица, и конфликт интересов станет явлением ежечасным. Это приведет к неоправданному ущербу не только этих двух лиц, но и всего общества в целом. Чтобы "развести" эти интересы, закрепить их в определенном соотношении, нужно определить меру поведения (его границы). Хотя это и ограничивает свободу субъекта, вместе с тем право с ясно очерченными границами относительно прав других лиц приобретает такое важное качество, как возможность защиты.

2. Право есть мера дозволенного или возможного поведения. Понятия "возможность" и "дозволение" отнюдь не совпадают по своему значению. Каждое из них обозначает определенный акцент в том или ином субъективном праве. Представляется, что под "возможным" следует понимать такое поведение, которое зависит от воли одного субъекта - самого управомоченного на действия лица. Тогда как "дозволенное" поведение предполагает не только возможность субъекта действовать самостоятельно тем или иным образом, но и дополнительное разрешение второго субъекта действовать именно так. Из этого следует, что субъективное право может иметь либо уведомительный либо разрешительный характер.

3. Если субъективное право есть "мера возможного (дозволенного) поведения", то возникает вопрос о субъекте, определяющем эту меру и порядок его реализации. Как правило, таким субъектом является государство, одна из ведущих функций которого - правотворчество (конечно, это могут быть и иные субъекты, осуществляющие нормотворчество на основе делегированных государством полномочий). Государство, как феномен, объединяющий разрозненных индивидов в единое целое, по своей природе призвано нейтрализовать любые центробежные силы, стремящиеся разрушить это социальное образование.

Все вышесказанное в полной мере относится и к праву на забастовку. Так, если в недавнем прошлом в отечественной литературе общепризнанной была точка зрения, что забастовка - это "акт классовой борьбы", право на осуществление которого в принципе не может быть ограничено никаким законом (ибо противоречие между трудом и капиталом являются исторически неизбежными), то сегодня вопрос об ограничении права на забастовку является актуальным. В настоящее время существует необходимость в выработке научно обоснованных принципов, оснований и пределов ограничения права на забастовку во избежание злоупотребления им работниками, а также защиты интересов общества и государства.

Можно считать, что "ограничение права" - это "сужение его объема", которое следует отличать от запретов. Отличие здесь состоит в том, что в этом случае не происходит сужения объема права, а имеет место уточнение его содержания, обозначение границ, с которыми связано действие этого права. [19]