Калуга в Смутное время

Калуга 16-17 веков – это большой военный лагерь тех времён. Военный характер Калужских городов налагал свою печать на жителей, которые были мало склонны к гражданскому порядку и спокойной жизни. А так как к тому же Иван Грозный не мешал уходить на эту украйну преступникам, беглым холопам и вообще «ворам», по терминологии того времени, то естественно, что в бурную эпоху лихолетья Калуга играет видную роль, оказывая самозванцам радушный приём. Большое значение и печальную известность приобретает Калуга в смутное время. Она была в это время сильным укреплённым пунктом. Со времени Годунова в ней был большой деревянный острог, внутри которого помещалась пять храмов – Покровский, Архангельский, Егорьевский, Богоявленский и Рождественский. Город делился на шесть сотен, и дворов в нём вместе со слободами было свыше 600. Когда появился первый самозванец, калужане в числе других городов встали на его сторону.

В 1606 году в Калугу пришёл со своей десятитысячной армией Иван Болотников. Горожане радушно встретили его и пообещали содержать его войско целый год. Со своей стороны, Болотников укрепил город, обнёс его тыном и двойным рвом.

Царские воеводы во главе с братьями царя Василия Шуйского (1606-1610) осадили Калугу 30 декабря. Но все штурмы были отбиты. Не помог и немец Фидлер, взявший «извести» Болотникова ядом за 1000 рублей. Тогда царские воеводы решили сжечь острог. Для этой цели они натаскали дров и построили башню, чтобы поджечь её, когда ветер будет дуть в сторону города.

Осаждённые сделали вылазку и сожгли башню в удобное для них время. Раздосадованные царские воеводы приказали строить башню вновь, но примкнувший к восставшим князь Телятьевский разбил отряд правительственных воск под Пчельней, а в это время Болотников снова сделал вылазку и во второй раз спалил башню. Осада была снята 2 мая 1607 года. Теперь крестьянское войско могло идти спокойно, так как к нему примкнули ещё около 15 тысяч человек. Болотников пошёл в Тулу (в каменном кремле взять его царским воеводам оказалось значительно проще), а в Калуге деревянной оставил гарнизон со своим соратником воеводой Скотницким. Ещё год тот стойко защищался от царских войск, так и не сумевших взять город.

Лжедмитрий II занимал особое место в истории города. Его встретили с почестями обманутые горожане и присягнули на верность. Лжедмитрий II приказал утопить в Оке воеводу Скотницкого (открывшего ему ворота), а попавшего к нему в плен воеводу и окольничего Ивана Ивановича Годунова сбросили с городской башни. Но тот остался жив, тогда его бросили в Оку. Несчастный пытался удержаться за край лодки, но руку сразу отрубили и воевода утонул на глазах у своей семьи. Затем самозванец пошёл на Москву «воевать» престол. Но ему это не удалось, и «Тушинский вор», как тогда его называли, в самом конце 1609 года бежал в Калугу. Он добрался до Лаврентьевского монастыря (Святой Лаврентий – покровитель Калуги) и послал монаха со своим воззванием в город. Вот, что говорит об этом летопись калужская: «…поганый король неоднократно требовал от меня страны Северской, называя оную вместе с Смоленском своею собственностью, но как я не хотел исполнить сего требования, опасаясь, чтобы не укоренилась та м вера поганая, то Сигизмунд замыслил погубить меня и уже успел, как я известился, склонить на свою сторону полководца моего Рожинского и всех поляков, в стане моём находящихся. К вам, калужане, я обращаю слово: отвечайте, хотите ли быть мне верны? Если вы согласны служить мне, я приеду к вам и надеюся с помощью Святого Великомученика Николая, при усердии многих городов мне присягнувших, ответить не только Шуйскому, но коварным полякам. В случае же крайности, готов умереть с вами за веру православную: не дадим только торжествовать ереси; не уступим королю ни двора, ни кола, а тем менее города или княжества!..» Эта речь очень полюбилась мятежным калужанам. Они явились в монастырь к самозванцу с хлебом-солью, поводили его с торжеством в город, дали ему дом Скотницкого и снабдили всем нужным: одеждами, конями, винами, съестными припасами. Лжедмитрий окружил себя царской пышностью, учредил для себя новый двор, и современники называли его калужским цариком. Приехала к нему, переодевшись подростком, Марина Мнишек, жена убитого Лжедмитрия I, и тут же «признала» в «Тушинском воре» своего якобы чудом спасшегося мужа.

«Приезд «царицы» произвёл радость неизъяснимую…» Основными его занятиями были развлечения и охота. В свите были ногайские ханы, сыгравшие в его жизни роковую роль. Среди них были старый хан Урмамет и его сын. Сын решил избавиться от старого отца и очернил его в глазах самозванца. Лжедмитрий, не долго думая, собственноручно убил старого Урмамета. Это вызвало возмущение ногайской знати, и Араслан (в крещении - Пётр) Урусов открыто высказал своё недовольство, за что тут же был посажен в темницу. По прошествии некоторого времени Урусова выпустили. Самозванец в это время охотился в пойме Яченки. Урусов подскакал со своими людьми к Лжедмитрию, прострелил его насквозь и отрубил голову со словами: «Я покажу тебе, как убивать и сажать в тюрьмы ханов». Затем, он перебив спутников самозванца подался в сторону Крыма.

Обо всём этом поведал чудом спасшийся личный шут Лжедмитрия II – Кошелев. Марина Мнишек, полунагая, с факелом в руках, подняла стрельцов и жителей города, устроила погром в ногайской и берендейской слободе (находились за Березуйским оврагом), предав их огню и мечу: «…несчастных татар гоняли из улицы в улицу, хуже чем зайцев в поле, дубинами и саблями, пока их всех перебили…» После чего покинула город, найдя себе утешение в образе красавца Заруцкого. Над убитым Лжедмитрием же калужане долго горевали (тело лежало в Троицком соборе 60 дней), отпели своего царька как полагается и похоронили в этом же соборе.

На смену Лжедмитрию явились литовцы с гетманом Сапегой во главе, которые «воевали» край в этом же 1610 году, но Калугу не тронули. Позднее Калуга объединилась с Москвой в борьбе против иностранной интервенции. В 1611 году горожане направили на помощь Москве свой отряд под предводительством воеводы князя Д.Г.Трубецкого. В 1612 году этот отряд присоединился к ополчению под предводительством Минина и Пожарского и участвовал в боях за освобождение Москвы.