2. Что такое «дело-действие»? в чем сущность самосознания по Фихте?

Фихте «Основа общего наукоучения» (1794): первое, совершенно безусловное основоположение всего человеческого знания. Быть доказано или определено оно не может. Оно должно выражать собою то дело-действие, которое не встречается и которого нельзя встретить среди эмпирических определений нашего сознания которое, напротив того, лежит в основании всякого сознания и только одно делает его возможным.При изложении такого дела-действия следует опасаться не столько того, что при этом не будет мыслиться то, что нужно мыслить, – ибо об этом позаботилась уже природа нашего духа, – сколько того, что при этом будет мыслиться то, чего не следует мыслить . Это делает необходимым рефлексию о том, что можно было бы, пожалуй, сначала признать за такое дело-действие, и отвлечение от всего того, что к нему в действительности не относится. Отвлекающая рефлексия дает возможность установить, что дело-действие должно быть необходимо мыслимо как основание всякого сознания. Законы общей логики, согласно которым необходимо должно мыслиться такое дело-действие как основание человеческого знания, или – что то же – правила, согласно которым совершается указанная рефлексия, еще не обнаружены, не раскрыты как значимые; но они молчаливо предполагаются как нечто известное и установленное. (прим-Фихте пытается их вывести). Мышление свободно; и не имеет значения, из какой точки оно исходит. Мы установим какой-нибудь факт эмпирического сознания, и затем одно за другим от него будут отделяться эмпирические определения, пока не останется лишь то, чего уже безусловно нельзя отмыслить прочь и от чего далее уже ничего более нельзя отделить.

<оффтоп>Суждение есть, согласно эмпирическому сознанию, некоторое действие человеческого духа; ибо оно обладает в эмпирическом самосознании всеми условиями действия, которые в целях рефлексии нужно предполагать известными и установленными.

Нечто, безусловным образом положенное и на себе самом основанное, есть основание некоторого достоверного (и всякого) действия человеческого духа, стало быть, являет собою его чистый характер – чистый характер деятельности как таковой, оставляя в стороне ее отдельные эмпирические условия.

Значит, полагание Я самим собою есть его чистая деятельность. Я полагает себя самого, и оно есть только благодаря этому самоположению. И наоборот, Я есмь, и оно полагает свое бытие благодаря только своему бытию. Оно является в одно и то же время и тем, что совершает действие, и продуктом этого действия, а именно: действующим началом и тем, что получается в результате этой деятельности. Действие и дело суть одно и то же, и потому Я есмь есть выражение некоторого дела-действия, и притом дела-действия единственно только и возможного, как то должно выясниться из всего наукоучения.<>

Всякий человек, согласно Фихте, ощущает себя живущим в двух царствах; его сознание включает то, что есть он сам (Я), и то, что не есть он сам (не-Я). Чтобы познать не-Я, человек должен прежде познать самого себя. Конечной реальностью, таким образом, выступает самость, от которой зависит все остальное. Но эта самость далека от классической «души». Вместе с Декартом и Кантом Фихте считал, что эта первичная данность не есть факт,  это – деятельность (дело-действие), деятельность сознания. Но что же является объектом сознания? Это не уже существующий, внешний, природный мир, как мы обычно наивно полагаем; скорее мы имеем дело с сознанием самих себя. Согласно Канту, «ощущения без понятий слепы»; разум ставит простые ряды внешних событий в причинно-следственную связь. Зеркальное отражение бытия в сознании (взгляд наивного реализма) необъяснимо, согласно Фихте, если делать это бытие, в свою очередь, основанием для объяснения сознания. Следовательно, бытие должно зависеть от сознания, а не наоборот. «Наукоучение» должно показать, что всякое сознание, направленное на объекты, на «другое», коренится в первоначальном отношении сознания к самому себе. Таким образом, опыт есть продукт сознания, а не сознание – продукт опыта.

Главным мотивом Фихте, однако, является не осмысление мира природы, но постижение морали. Не существует абсолютной природы, которая бы возвышалась над волей, иначе свобода и разумность, эти фундаментальные данности сознания, были бы невозможны. «Чувство свободы рационально подтверждается реальностью своего объекта». Я должно расшириться до не-Я, чтобы превратиться в реальность. Так возникает мир природы и объектов, сквозь который затем пробивается фундаментальная духовная сила. Однако этот внешний мир не является иллюзией, конструкцией из желаний; напротив, это весьма реальный мир, обычно сопротивляющийся попыткам его рационализировать и сделать «моральным». Сознание знает только себя и свою деятельность, однако его деятельность, так сказать, «выходит из-под контроля». История, которую Фихте называет «божественной педагогикой», возникает из этого раскола между Я и не-Я, чтобы преодолеть необходимость с помощью свободы, природу – с помощью морали.

Решая поставленную И.Кантом проблему преодоления разрыва между познавательной сферой человеческой деятельности и моральным миром человека, Г.Фихте создал философское учение об определяющей творческой деятельности самосознания человека. Ключевым принципом философии он считал очевидность и достоверность полученного им результата. Этим результатом был диалектический механизм развертывания саморефлексии. 

И.Г.Фихте: постановка проблемы практически-деятельной основы познания. Диалектика свободы, необходимости, отчуждения.

Центральное место занимает проблема свободы человека. Свобода – априорное моральное самоопределение, проявляется в деятельности человека. Свобода совпадает с абсолютной разумностью. Мы осознаем мир как реально существующий, и в этом смысле он продукт нашего разума. «Я» опровергает вещи. И это – основа нашей свободы, как следования долгу, нравственным правилам.

Соотношение субъекта и объекта.

Отказавшись от дуалистической позиции Канта, пытался устранить Кантовскую идею предметов самих по себе и вывести все содержание знания из деятельности нашего Я. Основанием знания является самосознание как творческая деятельность, направленная на себя, на «Я». «Я» - это тождество субъекта и объекта.

Фихте указал на противоречие понятия “вещи в себе”, - непознаваемой, не влияющей на мир явлений и в то же время заключающей в себе причину явлений. Устранив это противоречие, он стремился преобразовать критический метод Канта в субъективный идеализм.Для Фихте подлинная реальность – единство субъекта и объекта; мир- это “субъект-объект, причем ведущая роль за субъектом”. Фихте предлагает отличить и противопоставить реальное событие воображаемому, существующему лишь в сознании. Согласно Фихте, внимание сознания может занять и факт, бывший в прошлом. Поскольку и при наблюдении реального события, и при воспоминании прошлых действий у человека как бы исчезает часть жизни, часть времени, то Фихте полагает возможным оба явления – воображаемое и реально существующее – объявить одинаково реальным. А где же критерий такой реальности? В субъекте! – отвечает Фихте. Воспринимая предмет или задумавшись о прошедшем, человек забывает себя. Самозабвение – это одна из особенностей человека, переживающего связь с действительностью. Отсюда определение действительности: то, что отрывает тебя от самого себя, и есть действительно происходящее и наполняющее данный момент твоей жизни.

Придя к такому общему определению действительности, нельзя отождествлять то, что связано с действием человека в области воображения, с тем, что непосредственно не зависит от него. Т.о., получается два ряда действительности: одна создает сама себя, другая возникает в результате творческого акта сознания того, кому нужно ее существование.

Течение всей объективной реальности рассматривается как ее возможное осознание человеком: реальное существует только в связи с жизнью человека. Затем он отвлекается от объективной реальности, занимаясь исследованием “реального” только как факта сознания, как “внутреннего чувства и функции души.

Его наукоучение имеет дело лишь с определениями сознания. В процессе познания сознание субъекта выступает как активное и творческое начало. Процесс познания проходит 3 этапа: (три основоположения теоретического наукоучения)

«Я» утверждает себя само

«Я» противопоставляет себя «НЕ-Я», или объекту

«Я» и «НЕ-Я» ограничивая друг друга, образуют синтез.

Без субъекта нет и объекта.

Волюнтаризм.

Волюнтари́зм (лат. voluntas — воля) — направление в философии, признающее волю первоосновой всего сущего.

Термин «волюнтаризм» был введён в конце XIX века социологом Ф. Тённисом. Однако волюнтаристские идеи в этике и в философии выдвигались и раньше А. Шопенгауэром,Ф. Ницше, А. Бергсоном.

Направление в философии, рассматривающее волю в качестве высшего принципа бытия. Волюнтаризм характерен для философии Августина, Иоанна Дунса Скота и др. Как самостоятельное направление впервые оформилось у Шопенгауэра.

Волюнтаризм явилось учение И. Канта о примате практического разума: хотя существование свободной воли нельзя, по Канту, теоретически ни доказать, ни опровергнуть, практический разум требует постулировать свободу воли, ибо иначе нравственный закон потерял бы всякий смысл.

Исходя из этого, И. Г. Фихте видел в воле основу личности, а в волевой деятельности Я — абсолютный творческий принцип бытия, источник духовного самопорождения мира. При этом воля у Фихте (как и у Канта, а также последующих представителей немецкой классической философии — Ф. Волюнтаризм Шеллинга и Г. Гегеля) является разумной по своей природе, источником осуществления нравственного начала.

Социально-философские идеи Фихте и их эволюция.

Свободная личность не может раскрыться, если не существует других личностей. Моральный закон тоже предполагает множественность субъектов нравственности. Поэтому, как и у Канта, этика Фихте тесно связана с проблемами социальной философии и философией истории. Он выделял пять этапов человеческой истории — 1) «невинности», когда разум выступает в виде инстинкта, 2) «начинающейся греховности», 3) «завершенной греховности», когда люди отказываются от разума вообще, 4) «начинающегося оправдания» и 5) «завершенного оправдания и освящения», «когда человечество уверенной и твердой рукой создает из себя точный отпечаток разума». Внедрение идеалов разума в общественную жизнь невозможно без деятельного участия государства, хотя его роль во многом служебна.

Социально-политические воззрения Фихте серьезно менялись с течением времени. В ранний период он высказывал взгляды, близкие локковской теории государства как гаранта собственности, прав и свобод граждан. К 1800 г. он приходит к выводу о необходимости более активной роли государства в решении вопросов собственности. Государство должно сначала «дать каждому свое, ввести его во владение его собственностью, а уж потом начать ее охранять». Фихте считает, что в вопросах собственности государство должно исходить из принципа равенства всех людей. На этой основе он строит теорию идеального государства, близкую социалистическим учениям и вместе с тем заставляющую вспомнить о цеховом укладе Средних веков. Государство, считает Фихте, должно иметь большие контрольные функции, планировать производство и распределение. Помешать плановой экономике может только международная торговля, развивающаяся по своим законам. Поэтому Фихте предлагает создать «замкнутое торговое государство», которому будет принадлежать монопольное право на коммерческие отношения с другими странами. В поздний период Фихте все больше стал рассуждать о религиозной функции государства.

 Некоторые исследователи считают его отцом немецкого национализма. В условиях французской оккупации Германии Фихте обратился со своими речами «К германской нации» (1808), в которых призывал к моральному и нравственному возрождению немцев и впадал во многие националистические преувеличения. Социализм Фихте отнюдь не исключает полного индивидуализма в сфере духовной деятельности: ведь вся социальная организация предназначена именно для предоставления возможности каждому наилучше утилизировать его досуг для личного совершенствования. Точно так же не противоречит общечеловеческим идеалам и любовь к родине. Предоставляя каждой нации, как социальной группе, обладающей только ей присущими особенностями, предаваться свободному духовному творчеству, Фихте призывает немецкое народное самосознание к раскрепощению от уз поверхностной подражательности. В этом отношении есть нечто общее между Фихте и российскими славянофилами старой формации: только у Фихте с большей ясностью указана та черта, за которой национализм из законного и необходимого условия для самобытной творческой деятельности духа становится лозунгом насильничества, бесправия и жестокости.

В области практической философии чрезвычайно важна связь, установленная Фихте между этикой исоциализмом: он первый понял и доказал, что экономический вопрос тесно связан с этическим. 

История, будучи осуществлением свободы, есть прогрессирующее упразднение мира природы во имя морали. Эмпирическое природное состояние, в котором правят сила и несправедливость, уступает место разумному моральному состоянию, в котором господствуют свободная воля и равенство. Людей объединяет именно моральное сознание, отход от произвола, царящего в мире природы. Вся история есть не что иное, как попытка человечества установить господство над природной необходимостью.

Вся социальная философия Фихте пронизана коллективистскими мотивами. Фихте утверждает, что только государство имеет право на владение землей.