Глава 7. Новгород и псков в XIV—XV вв.

В Северо-Западной Руси находился крупнейший центр древнерусской государственности — Новгород. Сыновья великих киевских князей, будущие правители Руси (Владимир I, Ярослав Мудрый) проходили школу политического управления в Новгородской земле. До начала удельных усобиц Новгородом, по обычаю, владел князь, правивший в Киеве. В Новгород он посылал своего наместника. Однако Новгород развивался относительно независимо от Киева и демонстрировал близость к европейскому пути развития. В то время как остальные русские земли являлись феодальными княжествами, Новгород, и Псков сохранили республиканское устройство. Многие историки подчеркивают, что фактически Новгородская республика была аналогом городам-республикам Ганзейского союза и Италии: Генуи, Венеции.

Отсутствие собственной княжеской династии и княжеского домена в Новгородской земле уберегли ее от удельного дробления. Она не подверглась нашествию и разорению во время походов Батыя и не испытывала жесткого политического и морального давления Орды, хотя и платила дань. В условиях раздробленности Новгород сохранял специфическую социальную и политическую структуру, порожденную особенностями его экономического развития, географического положения и многовековой истории.

В Новгородской и развивающейся аналогично Псковской землях шел процесс формирования класса собственников, боярство активно занималось предпринимательством. «Господин Великий Новгород», опережая Москву, выходил на международную арену экономическими путями и политическими. Крупный торговый центр, уже с XII в. известный в Европе, Новгород развивался в одном темпе с ней и фактически был ее частью. Торговые связи с Западом превратили его в своеобразное «окно в Европу» для всей Руси.

Внешнеполитическое положение Новгородской и Псковской республик определялось давлением как с Запада (Литва), так и с Востока (Москва). Оно не было стабильным и зависело от многих внешних и внутренних факторов. Как в торговле, так и в политике оба государства балансировали между интересами многих стран и земель.

Общие интересы в балтийской торговле и необходимость отпора крестоносцам создавали основу тесных связей с Великим княжеством Литовским, которое стремилось включить Новгородскую и Псковскую земли в сферу своего политического влияния. Часть новгородского и псковского боярства и верхушка купечества, связанного торговыми интересами с Ганзой, ориентировалась на Запад, на Ливонию и вела соглашательскую политику. Попытки Москвы подчинить Новгород и Псков, которые активизировались с XIV в., усиливали прозападные настроения в высшем обществе и заставляли правящие круги обеих республик искать спасения в более тесном союзе с Литвой.

«Промосковскую» партию в Новгородской и Псковской республиках составляло рядовое население, которое пыталось найти защиту от боярских притеснений у великого московского князя. Принявшая католичество Литва не казалась спасением большинству новгородцев и псковичей. Эти внешнеполитические факторы являлись составной частью социальных противоречий и конфликтов, сотрясавших общественную жизнь Новгорода. Тем не менее, в сложных условиях соперничества двух растущих великих княжеств — Московского и Литовского — псковичи и новгородцы упорно отстаивали независимость, собственный тип развития.

Новгородская республика продержалась почти до конца XV в. После ее падения произошла коренная ломка всех общественных отношений. Москва жестоко расправилась с прозападно настроенным боярством и торговыми людьми, конфискация огромного фонда вотчинных земель привела к возникновению поместного землевладения. В 1510 г. была ликвидирована и Псковская республика. Однако традиции республиканских вольностей сохранялись на протяжении многих десятилетий. По обычаю, в переговорах с Ливонией интересы формирующейся России представляли новгородцы, а не москвичи; продолжалась активная торговля с городами Ганзейского союза, и Москве не удалось поставить ее под свой контроль. До Москвы докатилось новгородско-псковское вольнодумство — «антитринитаризм», имевшее многие черты ранней Реформации.

Присоединение Новгородской и Псковской республик к Московскому великому княжеству имело историческое значение и было этапом превращения его в Российское государство. Подчинение Москве не привело к упадку ни Новгорода, ни Пскова, куда по-прежнему прибывали иноземные послы, продолжалась торговля, расширялось каменное строительство. Но произошли перемены в политической сфере — на смену олигархической республике пришло самодержавие Рюриковичей.

I

Новгородские земли и их население. «Господин Великий Новгород» — так называли новгородцы свое государство, раскинувшееся на огромных пространствах и обладавшее несметными богатствами. Новгородская земля включала территорию, по размерам превосходившую великое Владимирское княжество.

На протяжении длительного времени Новгород активно прирастал колониями, превращаясь в метрополию европейского типа. В XIV—XV вв. границы новгородских владений достигали на северо-западе Финского залива, а на северо-востоке — Урала. Эти разнообразные по своим естественным и климатическим условиям земли имели для Новгорода большое экономическое значение. Основная новгородская территория, в которую входили старые владения Новгорода, лежала широким кольцом вокруг Ильменского озера. Она распадалась на несколько «земель» (с XV в. известны как «пятины»). Вдоль Финского залива лежала Водская земля; по обоим берегам Онежского озера была расположена Обонежская земля; территория между реками Мстой и Ловатью составляла Деревскую землю; по обоим берегам реки Шелони лежала Шелонская земля. За Обонежской и Деревской землями на восток простиралась самая плодородная часть новгородских владений — Бежецкая земля. Имелись еще волости, не вошедшие в пятины — Волок Ламский, Торжок, Великие Луки и др. Хозяином всех территорий был Новгород Великий — старший город со всем его свободным населением.

Новгород был окружен двумя десятками подчиненных городов или пригородов: Псков (с середины XIV в. стал самостоятельным), Ладога, Великие Луки, Изборск, Старая Руса и др. Они находились (на запад от рек Волхова и Ловати), откуда грозили Новгороду враги-чужеземцы. От них и заслонялись новгородцы городами-крепостями. На восток от Новгорода, наоборот, совсем не было крепостей; там, в основном по рекам, располагались небольшие неукрепленные поселения, называемые «рядками». Таких рядков было множество, но в них было не более 100—200 дворов. Если не считать Пскова и Старой Русы, то и пригороды Новгорода не были густо заселены; они были сильны своими укреплениями, но бедны населением и насчитывали по 200—300 дворов. Новгород же и Псков были огромными городами, они имели по 6—7 тысяч дворов. За основной новгородской территорией лежали его северо-восточные владения. Среди них самым важным в экономическом отношении было Заволочье, или Двинская земля. Северный берег Белого моря назывался Терским берегом, или Терской землей. В бассейне реки Печоры лежала Печорская земля. За Уральским хребтом была расположена самая восточная колония Новгорода — Югра. Северо-восточные владения Новгорода поставляли продукты морских и лесных промыслов, а сельское хозяйство велось в самых незначительных размерах.

Торги и промыслы. На основной территории Новгорода, особенно в южной и юго-восточной части, было развито сельское хозяйство, хотя климатические условия не благоприятствовали. Поэтому Новгород не мог собственными силами обеспечить себя хлебом и зависел в экономическом отношении от «Низа» — Владимиро-Суздальской Руси. Когда же и там случались неурожаи, Новгороду грозил голод. То же происходило и в случае конфликтов новгородцев с владимиро-суздальскими князьями. Они не пропускали караваны с хлебом, и новгородцам приходилось искать пути примирения.

Недостаток хлеба заставлял новгородцев заниматься рыболовством, охотой, бортничеством, солеварением и другими промыслами. В густых лесах на севере добывали ценные меха соболей, куниц, бобров, на Белом море — ворвань (жир морских животных). В южных пятинах разводили лен и коноплю. Эти продукты и другое сырье новгородцы вывозили на запад в обмен на другие товары. Внешняя торговля стала важной особенностью экономики Новгорода по сравнению с другими городами Руси.

В XIV в. главную роль в торговле Новгорода с западноевропейскими странами играла немецкая Ганза — торгово-политический союз немецких городов балтийского региона. Активная торговля Новгорода с Ганзейским союзом началась в то время, когда северо-восточные земли были разорены татаро-монгольским нашествием и не могли снабжать север хлебом. Кроме зерна, в Новгород завозились необходимые промышленные товары, вина, ткани, соленая рыба и другие продукты, еще не известные на Руси. Ганза же старалась скупить у новгородцев за бесценок лен, пеньку, коноплю, воск, корабельный лес, речной жемчуг, пушнину. Хищничество немецких торговцев являлось причиной новгородско-ганзейских конфликтов, в ходе которых «побивали» немецких торговцев, грабили и жгли склады с товарами. В ответ Ганза то применяла репрессии, то пыталась урегулировать торговые отношения правовыми нормами.

Стремясь монополизировать торговлю, Ганзейский союз прилагал значительные усилия к тому, чтобы не допускать в новгородские земли купцов, не принадлежавших к нему. Однако Ганзе не удалось подавить самостоятельную новгородскую торговлю. Новгородские купцы ездили не только в ближайшие города на Балтике — Нарву, Ревель, Дерпт, — но посещали и Скандинавию, и Северную Германию. Важнейшими товарами вывоза были пушнина и продукция лесных промыслов.

Для обеспечения своих торговых интересов ганзейцы основали в Новгороде собственное экстерриториальное представительство (факторию), которое располагалось на Немецком дворе. Отношения Ганзы с Новгородом определялись договорами, которые носили краткосрочный характер, но периодически возобновлялись. Наиболее значительным из новгородско-ганзейских договоров был так называемый Нибуров мир, подписанный в 1392 г. и названный по имени Иоганна Нибура, посла города Любека. Заключенный на 12 лет, он систематически продлевался в течение целого столетия. Даже после ликвидации самостоятельности Новгорода и присоединения его к Москве торговля с Ганзейским союзом сохранялась еще несколько десятков лет как исключительная прерогатива Новгорода. Только в 1494 г. великий московский князь Иван III ликвидировал новгородское ганзейское подворье; все товары, контора, склады были конфискованы и перешли в великокняжескую казну.

Господствующее положение в Новгороде занимало крупное боярство, владевшее обширными землями и сельскохозяйственными угодьями. Они являлись экономической основой его политического могущества. Особенностью новгородского боярства было его активное участие в торговой и промысловой деятельности. Рангом ниже бояр находились средние землевладельцы — «житьи люди». Они составляли широкий средний слой новгородского и псковского общества, занимались торговлей и ростовщичеством. Мелкими земельными собственниками являлись «своеземцы» (своего рода хуторяне или фермеры). Они сдавали в аренду или сами обрабатывали землю. Значительные земельные владения принадлежали церкви и новгородскому купечеству. Торговля Новгорода, не разрушая натурального хозяйства, все же втягивала его в рыночные связи. Бояре и «житьи люди» участвовали в торговле при посредничестве купцов. Новгородское и псковское купечество было объединено в профессиональные корпорации — «сотни» (общины).

Крестьяне в новгородских землях носили древнее название — смерды. Часть смердов, не попавшая в зависимость от землевладельцев, сохраняла право свободно распоряжаться своей землей. Другая часть смердов жила на частновладельческих землях и постепенно попадала в феодальную зависимость. Так, источники упоминают крестьян-половников, работавших «из-полу» (за часть продукта) на господской земле, закладников, «заложившихся» в кабалу, и холопов.

Политический строй. Особенности исторического развития Новгорода проявлялись и в системе политического устройства, которое сложилось в своей основе уже в X—XII вв., но приобрело завершенность в XIV—XV вв. Несмотря на республиканский строй, Новгород не мог обходиться без княжеской власти, необходимой для защиты новгородских территорий. Однако князь не имел государственной власти и оставался для Новгорода внешней силой, отношения с которой определялись особым договором. В XIV в. установился порядок, по которому новгородским князем становился тот из северо-восточных князей, который получал великое княжение Владимирское. В договорах Новгорода с князьями были точно установлены обязанности и права князя, что ограждало новгородскую независимость от покушений с его стороны.

За защиту и управление Новгородом князь получал установленные доходы: право собирать дань и судебные пошлины с некоторых волостей. Кроме того, на содержание князя и дружины выделялись земли, которые, однако, не могли перейти в собственность князя. Соответственно, он не имел права и покупать села в новгородских пределах. Даже княжеская охота допускалась лишь в определенных местах (в 60 км. от Новгорода) и в определенное время. Новгородцы очень ревниво следили за тем, чтобы князь не стал землевладельцем, чтобы между ним и населением не установились зависимые отношения. Как только вече показывало князю «путь чист из Новгорода», то есть отказывало ему во власти, он был обязан покинуть новгородские земли.

Князь управлял в пределах, установленных вечем. Только с разрешения веча он исполнял представительские функции (представлял Новгород в отношениях с другими землями). Он обладал также судебной властью, но судить имел право только вместе с посадником. Без посредничества новгородцев князь не мог вести торговлю с иностранными купцами. Местопребыванием князя в Новгороде было городище, находившееся в 3 км. от города, центром которого был «княж двор». В XIV и XV вв. великий князь, занятый собственными делами, не мог находиться постоянно в Новгороде и управлял с помощью наместников.

Новгород имел развитые для своего времени формы республиканской демократии. Верховным органом власти в Новгороде являлось вече, в котором могли участвовать все свободные жители как самого Новгорода, так и его пригородов. Вече обычно собиралось на Торговой стороне, на «Ярославовом дворе», по звону вечевого колокола. Должностные лица и выступавшие ораторы располагались на особом помосте, который назывался «степень»; вокруг располагались горожане во главе со старостами и «сотскими». Рядом с вечевой площадью находилась вечевая изба (канцелярия) с вечевым дьяком, который записывал постановления веча.

Круг компетенции веча был широк. На вечевых собраниях новгородцы обсуждали вопросы войны и мира, заключали договоры с князьями, утверждали законодательные акты, выбирали и смещали администрацию, осуществляли суд по важнейшим делам. Если достичь общего согласия не удавалось, и вече раскалывалось, то большинство действовало силой и заставляло подчиниться остальных. Новгородские летописи хранят многие свидетельства таких столкновений, местом которых обычно становился мост через реку Волхов. Иногда вече разделялось на две части — Софийскую сторону (аристократическую часть города) и Торговую (демократическую), после чего обе стороны сходились на мосту, и здесь бывало «большое губление людям». Возникшее как орган народовластия, вече в Новгороде направлялось в своих интересах боярством и крупным купечеством.

Реальная политическая власть в Новгороде принадлежала господствующим классам, опиравшихся на выборных должностных лиц. Высшим административным лицом новгородского управления был посадник. Он руководил деятельностью всей городской администрации, вместе с князем командовал войсками. В договорных грамотах с князьями устанавливалось, чтобы князь без посадника «суда не судил, грамот не давал и волостей не раздавал». Выбирался посадник на вече из состава крупного новгородского боярства. За время с 1126 по 1400 гг. можно насчитать не более 40 фамилий, из которых избирались посадники. Эта узурпация власти родовитым боярством выразилась в резком увеличении в XIV—XV вв. числа новгородских посадников. Если в XII—XIII вв. их было не более двух, то во второй половине XV в. их количество достигало 34—36. Вторым лицом после посадника являлся тысяцкий, который также избирался на вече. Тысяцкий производил суд по торговым делам и в военное время командовал новгородским ополчением.

Кроме отдельных выборных представителей власти, новгородское боярство имело и коллективный орган управления. Это был особый правительственный совет, получивший название «совет бояр» или «совет господ». В его состав входили: новгородский епископ, княжеский наместник, посадник, тысяцкий, старосты концов, на которые делилась территория города; остальные члены совета в иностранных источниках называются «сенаторами» или боярами. Число членов этого совета было велико и достигало 300 человек. Участники его носили золотые пояса, поэтому иностранцы называли их также «золотыми поясами». Совету господ фактически подчинялись и посадский, и тысяцкий. Все важнейшие вопросы обсуждал совет, а вече в большинстве случаев только санкционировало его решения.

Организация вооруженных сил. Ряд характерных черт имела и организация вооруженных сил в Новгородской республике. Поскольку князь не имел в новгородских пределах своей земли и не обладал правом раздачи земель без согласия посадника, новгородские бояре не были военными слугами, вассалами князя. Они были обязаны военной службой перед высшими государственными органами Новгорода и по решению веча должны были являться на конях с дружиной, по количеству пропорциональной размеру земельных владений. Другие города или пригороды по требованию Новгорода также должны были выставлять свои отряды.

Высшей организационной единицей новгородского войска был полк. Полк являлся отрядом отдельного города или частью общих вооруженных сил. Новгородский полк (полк самого города Новгорода) состоял из ополчения пяти концов, на которые был разделен город. В свою очередь, каждая часть города включала в себя две «сотни», а сотни — по несколько улиц. Стройная административная структура города сочеталась с военной и вполне обеспечивала быстрый сбор войска по концам и сотням. Подобная военная организация была характерна и для других городов Новгородской земли, а также для Пскова.

Основным родом войск Новгорода была пехота, составляли которую городские низы, «черные люди», главным образом ремесленники и мелкие торговцы. Это широкое участие городского населения в войске являлось одной из особенностей новгородских вооруженных сил. В то же время на протяжении XIV — XV вв., в связи с активизацией агрессивной политики Ливонского ордена и Швеции, постоянно увеличивалось значение конницы. Конное войско состояло из княжеской дружины и боярских отрядов. Отдельный конный полк имел также архиепископ.

Вооружение новгородского войска было разнообразным и богатым. Высокий уровень развития ремесла позволял обеспечить хорошим оружием большинство ратников. Новгородский полк, кроме оружия рукопашного и метательного боя, располагал в большом количестве добротным защитным вооружением, в том числе кольчугами, шлемами и другими доспехами. Богатые конные ратники для защиты ног надевали кольчужные чулки. В случае необходимости воины, призванные в войско из беднейших слоев, вооружались за государственный счет. Главным оружием конника был меч. Новгородская пехота («пешцы») имела на вооружении копья и боевые топоры. Новгородцы изготовляли «пороки» — машины, из которых по вражеским укреплениямметались «железо с огнем и огненные горшки».

Новгород Великий располагал значительным морским и речным флотом, состоявшим из больших парусных кораблей и легких судов, ходивших и под парусом, и под веслами. В борьбе за Балтийский торговый путь флот Новгорода неоднократно одерживал победы над шведским флотом.

Социально-политические конфликты. Население Новгорода и его земель делилось по своему имущественному и социальному положению на людей «лучших» и людей «молодших» или «меньших». К первой группе принадлежали новгородские бояре, житьи люди и «добрые» (богатые) купцы. Вторую группу составляла «чернь» (черные люди) — мелкие торговцы, ремесленники. По мере развития новгородской торговли возрастало богатство и влияние знати, противопоставленной «меньшим» людям. Конфликты между этими социальными слоями являлись характерной чертой истории Новгорода и в конце XIV—XV в. стали постоянным явлением. Боярство и купечество стремились к полному контролю над вечем, что встречало противодействие со стороны демократических слоев, отстаивавших право собственного голоса на вече. Протест народа нередко выливался в открытые восстания.

Одно из крупных выступлений произошло в 1418 г. Началось оно с расправы над одним из новгородских бояр, обвиненного в «обидах», причиненных черным людям. Затем народ напал на монастыри, где находились боярские житницы. Начались вооруженные столкновения между плебейскими кругами города и боярством. Чтобы прекратить восстание, архиепископ, посадник и тысяцкие обещали народу выполнить его требования. Эти события вынудили правящие круги Новгорода внести в новгородский судебник («Новгородскую судную грамоту») специальные статьи, определившие права вечевого суда.

Очередное обострение социальной борьбы произошло в 1446—1447 гг. и было связано с событиями феодальной войны в Северо-Восточной Руси. Длительные княжеские усобицы привели к хозяйственному разорению, росту цен на продовольствие, к перебоям в снабжении хлебом Новгорода, к «порче монеты» — выпуске серебряных денег того же номинала, но пониженного веса. Инфляция, в свою очередь, вызвала новое повышение цен. Возмущенный народ обвинил не только денежных мастеров, но и бояр, обязанных контролировать чеканку серебряных денег, но подкупленных фальшивомонетчиками. Собравшись на вече, новгородцы потребовали от посадника отчета о «порче» денег, затем сбросили с моста через Волхов 18 человек, виновных в финансовых преступлениях.

Политическая жизнь Великого Новгорода постоянно сопровождалась борьбой боярских партий и служивших им князей. Поддержка богатого и независимого города особенно много значила для борющихся сторон в период феодальной войны. Именно поэтому на союз с ним пытался опереться Дмитрий Шемяка. Значительная часть боярства и именитого купечества Новгорода поддерживала этого князя, так как его стремление отстоять удельный порядок импонировало боярским сепаратистским кругам. Эта часть новгородского боярства и духовенства в своем противоборстве с Москвой опиралась на поддержку Великого княжества Литовского. Однако, несмотря на это, существенной помощи Шемяка не получил. Лавируя между противоборствующими сторонами, Новгород стремился сохранить свои привилегии.

Начало конца. Конфликт с Москвой разрешился уже после смерти Шемяки и вылился в военный поход, предпринятый Василием II Темным против Новгорода в 1456 г. Поход был вызван не только желанием великого московского князя отомстить новгородцам за поддержку мятежного князя, но и стремлением ликвидировать Новгород как самостоятельную политическую единицу. Захватив город Старую Русу, московские воеводы сразились с превосходящим новгородским войском и добились полной победы. В плен были захвачены влиятельные бояре, подозреваемые в антимосковских настроениях. Новгородцы запросили мира, и он был заключен в феврале 1456 г. в деревне Яжелбицы на условиях, продиктованных великим князем и ограничивающих новгородскую «старину».

По договору новгородцы выплачивали огромную контрибуцию в пользу Москвы и обязывались подчиняться наследнику престола (Ивану Васильевичу). Московские наместники должны были контролировать все внешнеполитические акции Новгорода: он лишался права внешних сношений и обязывался впредь не оказывать поддержки противникам великого князя. Законодательная власть веча была отменена. Отныне все новгородские грамоты должны были заверяться великокняжеской печатью. За Москвой были закреплены перешедшие еще при Василии I новгородские города Бежецкий Верх, Волок Ламский и Вологда с окружающими волостями.

В 1460 г. Василий II совершил еще один, «мирный», поход на Новгород, во время которого он договорился об уплате жителями Новгородской земли «черного бора» — дани великому князю. Все эти акции московского правительства были предвестниками окончательного падения новгородской вольности. Внутренние социальные и политические противоречия, военная слабость, экономическая зависимость от Северо-Восточной Руси постепенно подтачивали республиканские устои Новгорода и, в конечном счете, предопределили его судьбу.

«Господин Великий Псков». Из всех пригородов Новгорода самым крупным был Псков, который с середины XIV в. стал главным городом отделившейся от Новгорода Псковской земли. Эта территория была расположена вдоль Чудского и Псковского озер и реки Великой. Главная масса населения была сосредоточена именно в бассейне этой реки, там же находились все псковские пригороды, в том числе Изборск, Опочка, Остров. Они являлись пограничными крепостями-фортами, окружавшими Псков, и были приписаны к «концам» города.

Псковская земля была самой северо-западной частью владений, входивших в систему великого княжества Владимирского, поэтому ей приходилось принимать на себя первые удары со стороны Ливонского ордена и Великого княжества Литовского. Борьба с внешними врагами способствовала укреплению политической самостоятельности Пскова. Уже во второй половине XIII в. псковичи без согласия новгородцев стали приглашать князей для военной защиты своих городов. Таким князем был, например, Довмонт, бежавший на Русь из Великого княжества Литовского и успешно оборонявший Псков от немцев (1299). С его именем связано начало независимости Пскова. Также не зависел Псков от Новгорода в торговых сношениях с Прибалтикой, центром которых была Рига.

«Господин Великий Псков» обособился от Новгорода уже во второй половине XIII в., но формально обрел независимость в 1348 г. По Болотовскому договору, заключенному между обеими республиками, Новгород отказался от права посылать в Псков посадника, признал свой бывший пригород самостоятельным и назвал его «братом молодшим». С тех пор псковичи сами выбирали своих посадников, а князья почти всегда назначались Москвой.

Связь с Новгородом сохранялась только через церковную организацию. Не имея своего архиерея, Псков подчинялся новгородскому архиепископу. Церковная зависимость Пскова носила в основном фискальный характер и выражалась в праве новгородского архиепископа посвящать в сан и судить псковское духовенство, что было связано со сбором значительных пошлин. Необходимость являться в Новгород «по зову владыки» вводила в расходы псковских священников и вызывала их недовольство. Многочисленные протесты с их стороны привели в середине XIV в. к тому, что сбор «владычних» пошлин был поручен местному должностному лицу, и независимость псковской церкви увеличилась.

Псковская земля по социально-экономическому строю и административной структуре напоминала Новгородскую. Крестьяне в Псковской земле носили названия «смерды» и «изорники». Последние являлись наиболее зависимой частью крестьянства. Они работали на господской земле, отдавая половину урожая. Часть изорников получала от землевладельца «подмогу» серебром. Покинуть владельца они могли только раз в году (14 ноября), возвратив взятую «подмогу». Крупнейшими земельными собственниками в Псковской земле были бояре, державшие в руках все главные административные должности. Как и новгородские, псковские бояре организовывали торгово-промышленные предприятия, вели торговлю с западными соседями (городами Ганзейского союза) и с княжествами Руси.

По форме политического устройства Псковская земля, как и Новгород, была республикой. Князь являлся в Псков со своей дружиной для защиты псковских владений и пользовался еще меньшим влиянием на внутренние дела, чем в Новгороде. Новгородскому боярскому совету в Пскове соответствовали «господа». Вместо тысяцкого Псков ежегодно избирал двух равноправных посадников. Вечевое устройство Пскова было сходно с новгородским, но вече здесь функционировало более мирно. В Пскове не было такой значительной социальной розни, поэтому общественные конфликты не проявлялись так бурно и часто. Особенности устройства Псковской республики, его судебные и гражданские порядки определялись самостоятельным законодательством, выработанным на вече. Памятником этого законодательства является «Псковская судная грамота», составленная в XV в.

Суверенитет Псковской республики был значительно ограничен после походов Василия II на Новгород. В 1461 г. в условиях угрозы со стороны Ливонского ордена Псков был вынужден признать свою зависимость от Москвы и принять наместника великого князя.

Организация церкви. Церковь в Новгороде также была самостоятельна. В то время, когда Новгород входил в Киевское государство, митрополит киевский присылал сюда епископа. Однако, провозгласив республику, новгородцы обособились и в церковных делах. С 1156 г. они сами стали избирать архиепископа. Ни до, ни после Новгородской республики православная церковь не знала подобного демократического избрания руководителя церкви.

По должности и сану новгородский архиепископ подчинялся митрополиту, но эта зависимость имела формальный характер и почти не затрагивала ни прав «Господина Великого Новгорода», ни прав его архиепископа. Московский митрополит, не имея полномочий для отвода кандидатуры, только посвящал в сан избранного на вече архиепископа, получая за это установленную пошлину. Один раз в четыре года митрополит обязан был появляться в Новгороде, чтобы осуществить свое право верховного суда, принять «кормы и дары». Иногда митрополит вызывал архиепископа в Москву «по святительским делам». Вмешательства, а тем более руководства церковной жизнью Новгорода со стороны Москвы не было вплоть до его подчинения. Избранный вечем новгородский владыка вершил не только духовные, но и гражданские, светские дела. Его наместники управляли рядом новгородских волостей. Особенно усилились теократические тенденции в государственно-политической эволюции Новгорода при архиепископе Евфимии. То обстоятельство, что Евфимий получил посвящение от митрополита в Великом княжестве Литввском, укрепляло фактическую автономию новгородской архиепископии.

Новгородский владыка не испытывал сильного давления княжеской власти и зависел только от веча. В его распоряжении находились огромные земельные владения, пожалованные вечем. Для управления разветвленным хозяйством, его собственным двором и судом архиепископ располагал целым рядом служилых людей, которые в источниках встречаются под разными названиями: владычные дворяне, софияне. По аналогии с западноевропейским духовенством, новгородский владыка нес военные обязанности. В некоторых случаях он должен был выставлять со своих земель особый полк, так называемый, «владычный стяг». Воевода, который был поставлен во главе этой боевой единицы, обязан был согласовывать все свои действия с владыкой, который по своему духовному статусу лично командовать полком не мог.

Религиозная жизнь в Новгородской и Псковской землях, где процветали торговые города, где уцелели еще свободные крестьянские общины, текла в гораздо более свободных рамках, чем в Северо-Восточной Руси. Это проявлялось, в частности, в свободе религиозного выбора. Жители одного конца или большой улицы на собранные деньги строили собственные церкви и считали своими богами-покровителями тех святых, имя которых носили эти храмы. Такие же церкви или часовни на свои деньги строили и крестьяне богатых новгородских колоний.

Стригольничество. Неудивительно, что в Новгороде и Пскове получило распространение еретическое учение «стригольников». Возглавляли это движение попы-расстриги, от чего и произошло название. Ересь стригольников появилась в Пскове в первой половине XIV в., затем распространилась на Новгород, стала известна в Твери и Москве. Несмотря на все меры против нее, ересь в течение полутора веков находила своих сторонников в Москве и в других городах, изменяя формы и содержание, но неизменно критикуя официальную церковь и призывая на борьбу.

Стригольники слыли образованными, «книжными» людьми, у них была собственная литература («писание книжное»), созданная для обоснования своих взглядов, но не дошедшая до нас и (скорее всего, уничтоженная как еретическая) Судя по обличениям стригольников со стороны представителей официальной церкви, еретики критиковали как отдельные богословские догматы, так и всю церковную организацию. Стригольники отрицали и некоторые церковные таинства — причащения, исповеди, крещения, что сближало их с европейскими реформаторами. Философской основой этого отрицания был рационализм — непризнание с позиций разума элементов сверхъестественного и чудесного, содержащихся в церковных таинствах, стремление их устранить. Стригольники сосредотачивали внимание на внутреннем, духовном мире человека, считали, что религиозное миропонимание должно быть основано на разуме человека, а не на вере в чудеса и таинства.

Отрицание церкви как учреждения было наиболее радикальной стороной их учения. Они восставали также против поборов за церковные службы и поставления священников «по мзде», т. е. за деньги. Сами они, даже по признанию своих противников, были безупречны, образованны и соблюдали все обряды.

И время, и место возникновения ереси не были случайны. Зарождению критической мысли и элементов рационализма способствовали условия жизни развитого и богатого средневекового города со свойственной ему остротой социальных противоречий и высоким уровнем культуры. Учение стригольников во многом было сходно с идеями европейской Реформации, однако проявились эти тенденции в Новгороде значительно раньше.

Московское духовенство, активно выступавшее против стригольников, нередко вызывало их в Москву на расправу, посылало ортодоксальных пастырей в Новгород, но эффекта не добилось. К концу XIV в. стригольничество достигло такого распространения, что руководители новгородской церкви сочли необходимым принять против еретиков самые крутые меры. В 1375 г. над руководителями стригольников была совершена публичная казнь. Однако казнь не привела к пресечению ереси. Тогда в события вмешался сам Константинопольский патриарх, приславший в 1382 г. своего специального представителя, архиепископа Дионисия для обличения ереси. В 1386 г. в Новгород прибыл крупнейший церковный деятель того времени — Стефан Пермский, составивший фундаментальное поучение против еретиков.

К концу XIV в. движение стригольников в Новгороде пошло на убыль, возможно, в результате репрессий. Зато в Пскове ересь получила дальнейшее распространение в первой половине XV в. Этому во многом способствовал больший демократизм псковской церкви, ее связь с посадским населением и относительная слабость высшего духовенства. О широком распространении стригольничества в Пскове говорят четыре грамоты митрополита Фотия в Псков, написанные в конце XIV — первой четверти XV в.

Псковские стригольники пошли еще дальше, чем их новгородские предшественники. Они отвергали не только церковь, но и монашество. Среди псковских стригольников выделилась радикально настроенная группа, которая в своем рационализме пришла даже к отрицанию воскресения из мертвых, утверждая, что смерть заканчивает существование человека.

Стригольничество всколыхнуло общество, пробудив в нем страсть к полемике. С него начинается цепь церковных «разоров», которые потрясали православную церковь в последующие века. Именно благодаря новгородско-псковским еретикам на Руси оформились гуманистические требования религиозной веротерпимости.

Натиск Ливонии. Новгородцам и псковичам приходилось отражать настойчивые попытки захватов со стороны Ливонии, Швеции, Дании. Военное затишье, установившееся после разгрома шведов и немцев на Неве и на Чудском озере, продолжалось немногим более 10 лет. С начала 50-х гг. XIII в. шведы возобновили наступление на новгородские земли с севера, а ливонцы — с запада на Псков. Отражая вражеские вторжения, новгородцы и псковичи при малейшей возможности переходили в наступление, нередко опираясь на помощь союзников — местное население Ливонии — корелов, ижору, водь, чудь.

Особенно удачным был поход объединенного новгородско-псковского войска, поддержанный великим князем владимирским, в 1268 г. Главной целью похода было наказать датчан за их нападения на Псков. Ливонцы при этом обещали не помогать датчанам. Однако магистр, нарушив только что заключенный договор, прислал на помощь датчанам большое войско. Летопись сообщает, что против русских выступила «вся немецкая земля». 18 февраля 1268 г. под городом Раковором произошло сражение, которое закончилось полным разгромом немцев и датчан. В Раковорской битве, которая по количеству участвовавших в ней войск намного превосходила Ледовое побоище, участвовал во главе псковской рати литовский князь Довмонт. Через год немцы нанесли ответный удар и осадили Псков. Десятидневная осада не увенчалась успехом. В апреле 1269 г. был подписан договор, который в течение 20 лет обеспечивал мир на новгородско-псковско-ливонских границах.

К концу XIII в. Тевтонский орден, завершив свою консолидацию, стал крупнейшим государством в Прибалтике, вытеснив из этого региона Данию. Борьба ливонских рыцарей за покорение местных народов и обращение их в христианство была завершена. Эсты, латгалы, латыши, пруссы были превращены в крепостных и рабов. Сильное военно-теократическое государство — лен Священной Римской империи — теперь стал стремиться к расширению собственной территории за счет приграничных земель Руси.

Ситуация на ливонской границе особенно осложнилась в связи с тем, что в 20-х гг. XIV в. обострились отношения Пскова и Новгорода. Псковское боярство давно боролось за свою автономию и стремилось к полной независимости от Новгородской республики. В этой борьбе против более сильного противника псковские правящие круги искали поддержку в Великом княжестве Литовском, что создавало угрозу оформления псковско-литовского союза, направленного против Новгорода. Опасаясь этого, новгородское правительство в 1323 г. вступило в переговоры со своим давним противником — Ливонским орденом и заключило с ним союзный договор, направленный против Пскова. Это соглашение, отразившее всю глубину новгородско-псковских противоречий, имело характер политического воздействия на Псков. До прямого конфликта не дошло, и официально Псковская земля осталась составной частью Новгородской республики.

Этот вираж новгородской политики сказался немедленно. Уже в марте 1323 г. ливонские немцы «со всею силою» подошли к Пскову и три дня осаждали его, но псковичи отбились. Через два месяца более крупные немецкие силы «в кораблях, и в лодьях, и на конех» подступили к Пскову, намереваясь взять город штурмом. 18 дней псковские укрепления выдерживали обстрел каменными ядрами. Псков переживал один из самых опасных моментов своей истории. Псковичи неоднократно отправляли гонцов за помощью в Новгород, но она не пришла.

В 1330 г. рыцари Ливонского ордена снова начали военные действия против Пскова, ссылаясь на то, что псковичи выступали союзниками Великого княжества Литовского, когда ливонцы воевали с ним. В 1341 г. ситуация повторилась. Военные действия шли на всем протяжении границы. Постепенно приграничные земли пустели, становились «ничейными». Именно на этой широкой полосе, где никогда не существовало точной административной границы между Русью и Прибалтикой, стремился закрепиться Орден. Данная тактика принесла рыцарям успех: в 1341—1342 гг. на захваченных землях они возвели крепость Нейгаузен и несколько укрепленных замков. Граница между Ливонией и Псковской землей была отодвинута далеко от «старой» межи (по реке Пижве), определенной при князе Александре Невском, что создавало новый плацдарм для дальнейшего продвижения Ордена на восток. Результатом этих акций явилось новое нападение ливонцев и осада Изборска в 1342 г. На этот раз псковичи обратились за помощью к великому литовскому князю Ольгерду, и осада была снята.

Нападения немцев на Псков неоднократно возобновлялись в течение XIV в., но заметного успеха не приносили. В 1348 г. Псков отделился от Новгорода и стал самостоятельным государством. Не случайно в 1349 г. ливонцы попытались обосноваться на реке Нарове, поставив там свою крепость. Попытка не удалась: собрав всенародное ополчение, псковичи окружили крепость и сожгли ее вместе с гарнизоном. Однако собственные военные силы Пскова были немногочисленны, поэтому в ряде случаев псковичам приходилось обращаться за помощью то к Великому княжеству Литовскому (1342), то к Новгороду (1362, 1370).

Кроме непосредственных военных акций, Новгород имел и другие средства воздействия на ливонцев. Типичным способом давления был, например, арест и захват в заложники всех немецких купцов, находившихся в момент вооруженного конфликта на территории новгородской земли. Эти санкции, как правило, имели успех и заставляли ливонцев идти на уступки, но заключенный в этих случаях мир был зыбким и непродолжительным.

В 1367—1370 гг. происходили постоянные военные конфликты, в которых на стороне Пскова участвовали и новгородцы. Завершились они заключением в 1371 г. в Нейгаузене псковско-новгородско-ливонского мирного договора, который не нарушался в течение двух десятилетий. В 1406 г. началась новая «полномасштабная» псковско-ливонская война, в которой с обеих сторон участвовали значительные военные силы. Закончилась она осенью 1407 г. битвой на Логозовицком поле. Современники сравнивали ее и с Ледовым побощем, и с Раковорским сражением, но результаты битвы были трагичны. В ней полегли все высшие представители власти Новгорода и Пскова, командующие полками и три новгородских посадника. Однако победа досталась ливонцам ценой больших потерь, и развить успех им не удалось. Осенью 1410 г. был подписан мир «по старине», т. е. восстанавливалось «status quo» в разграничении территорий (по линии Нейгаузена). Несомненно, что на уступчивость ливонских послов повлияли результаты Грюнвальдской битвы (15 июля 1410), в которой объединенные силы Польши и Великого княжества Литовского наголову разгромили войска Тевтонского ордена. Эта битва нанесла Ордену смертельный удар и стала началом его упадка. Несмотря на то, что ливонские рыцари не принимали в ней участия и сохранили свои силы, все же Орден в Ливонии являлся составной частью тевтонских военных сил, подчинялся прусскому магистру и больше рассчитывать на помощь из Пруссии не мог. Между Ливонией, Псковом и Новгородом начался период сдержанных, настороженных отношений, регулируемых правовыми актами.

Немалое значение для отношений обеих сторон имел торговый фактор. С 1446 г. единственными представителями Ганзы в Новгороде стали ливонские города (Рига, Ревель, Дерпт). Ганзейско-ливонские купцы в ряде случаев оказывали давление на орденское руководство, побуждая его к соблюдению мира. Поэтому мир 1410 г., заключенный первоначально на 10 лет, неоднократно продлевался, нарушаясь только мелкими пограничными стычками и один раз войной (1444—1448). С 1448 г. для решения спорных пограничных и торговых дел ежегодно стали собираться съезды представителей сторон. В этом же году между Новгородом, Псковом и Ливонией был заключен «вечный» мир на 25 лет.

Отражение агрессии Швеции. Экспансия Шведского государства на восточные берега Балтики, начавшаяся в середине XII в., продолжалась до 20-х гг. XIV в. Она проходила в форме крестовых походов, якобы для крещения язычников Финляндии, Карелии, Ижорской и Водской земель. Организаторы походов не считались с тем, что в XIII в. местное население было обращено в христианство Русью. Однако целью шведской экспансии был захват северных и восточных берегов Финского залива, в том числе и всего принадлежавшего Руси побережья. В борьбе со Швецией решался исключительно важный для Руси вопрос о сохранении прямых морских связей с Европой.

Швеция была в то время самой сильной морской державой на Балтике, и ее мощный флот мог неожиданно появиться в устье Невы. Если в сражениях против ливонских рыцарей новгородцы и псковичи нередко выступали в союзе с Великим княжеством Литовским, то в борьбе со Швецией Новгород имел только поддержку финского и карельского населения и в качестве потенциальных союзников — князей Северо-Восточной Руси. Кроме того, в отношениях с Ливонией большую роль играла торговля через Ганзу, в которой были заинтересованы широкие слои как новгородского, так и рижского купечества. Эта «торговые» партии в известной степени влияли на весь спектр новгородско-псковско-ливонских отношений и в некоторых случаях приводили к компромиссному решению конфликта. В отношениях со Швецией не было подобного «буфера»; если ганзейские города и оказывали влияние на новгородские и шведские власти, подталкивая их к примирению, оно не было определяющим.

1249—1250 гг. шведы предприняли крестовый поход в центральную Финляндию, подвластную Новгороду. Несколько месяцев крестоносные войска под началом ярла Биргера сражалось в землях еми. Зимой 1250 г. центральная Финляндия была покорена. Это был серьезный удар и по новгородскому влиянию в крае. В 1256 г. шведы попытались овладеть устьем реки Наровы. Однако, узнав о том, что в Новгород прибыли силы Александра Невского, шведы отошли от Наровы, а Невский двинулся на Копорье, затем по льду Финского залива повел войско в земли еми, захваченные ранее шведами. Одновременно началось восстание местных народов против шведского господства и насильственной христианизации. Опорные пункты шведов в центральной Финляндии были разгромлены.

Этот поход на четверть века приостановил дальнейшее наступление шведов в данном регионе, однако коренного изменения ситуации не принес. Борьба за Балтийское побережье, за торговые пути в Северной Европе продолжалась. В 80-х гг. шведы неоднократно вторгались в Карелию, нападали на побережье Ладожского озера. К концу XIII в. была захвачена Финляндия.

В 1293 г. шведы организовали очередной крестовый поход, захватили часть Карельского перешейка и основали город Выборг, который стал военной базой для дальнейшего продвижения. В свою очередь, новгородцы для противодействия агрессии шведов основали на берегу Ладоги город Корелу. Однако уже в 1295 г. шведы захватили ее и построили здесь же свою крепость Кексгольм. К концу XIII в. древняя граница Новгородской Руси со Швецией по реке Кюми оказалась продвинутой до 200 км. на восток.

Начало XIV в. отмечено постоянными попытками Новгорода вернуть утраченную инициативу. Неоднократно новгородские рати вторгались в земли еми, атаковали шведские форпосты и штурмовали крепости. Борьба шла с переменным успехом. В 1322 г. новгородское вече обратилось за помощью к московскому князю Юрию Даниловичу как верховному сюзерену Новгорода. Став во главе объединенных дружин Москвы и Новгорода, он изгнал шведов из Корелы (Кексгольма) и организовал поход на главную шведскую крепость — Выборг. В течение месяца продолжалась осада, но взять мощную крепость не удалось. Тогда Юрий Данилович поставил на Ореховом острове, при выходе Невы из Ладожского озера крепость Ореховец (при Петре I переименованную в Шлиссельбург), преградившую шведам путь в Ладогу.

В 1323 г. шведы прислали послов для переговоров. Они проходили в только что отстроенной крепости Ореховце. Переговоры возглавлял Юрий Данилович. Итогом переговоров явилось заключение договора о «вечном мире», который устанавливал границу новгородских владений на условиях «status quo». Карельский перешеек и берега Невы остались за Русью, а шведы сохранили свои владения в Финляндии. Кроме того, договор обеспечивал новгородцам право «чистого пути», т. е. свободного плавания по Неве и торговлю в Балтийском море. Ореховецкий договор 1323 г. служил основой для заключения последующих соглашений между Швецией и Россией. Он обеспечивал мир, в течение 272 лет, продлеваясь на разные сроки, и был аннулирован только в 1595 г.

В 1348 г. Швеция последний раз в ходе своей двухвековой экспансии на востоке Балтики предприняла крупную военную акцию против Руси. Это был четвертый крестовый поход, возглавленный королем Магнусом VIII Эрикссоном. Главной целью похода, как и в 1240, и в 1300 гг., был захват Невы — жизненной артерии новгородской внешней торговли. Король также намеревался захватить прилегавшую к берегам Невы Ижорскую землю и основную часть Карелии. Флот короля Магнуса, пройдя через Балтийское море, дошел до истоков Невы, где стояла крепость Ореховец. Военные действия начались с осады крепости. Одновременно сухопутные войска приступили к покорению Ижорской и Водской земель. Великий князь Семен Гордый, номинально считавшийся и князем новгородским, послал на помощь новгородцам войско во главе со своим братом, князем Иваном Ивановичем. Князь Иван, дойдя до Новгорода, почему-то не пошел на соединение с новгородским войском, собравшимся в Ладоге. Таким образом, новгородцы были брошены Москвой на произвол судьбы.

Ненадежным оказалось и немногочисленное ополчение, пришедшее из Пскова. Псковское боярство, пользуясь военными и политическими трудностями Новгорода, провозгласило независимость Псковской республики, и псковские войска демонстративно покинули территорию военных действий. Новгородцы могли рассчитывать только на собственные силы. Помогла им недальновидность шведского командования. Король Магнус, добившись крупной победы — захвата Ореховца — и считая, что тем самым он закрепил Неву за Швецией, оставил в крепости сильный гарнизон и двинулся в обратный путь. Отъезд короля изменил военно-политическую ситуацию в пользу новгородцев, и они развернули крупные наступательные операции. После полугодовой блокады в феврале 1349 г. удалось вернуть Ореховец. Новгородское государство, фактически лишенное помощи, смогло собственными силами отбить последнее в его истории крупное нашествие с Запада. В качестве демонстрации своей победы пленных шведов новгородцы отправили в Москву.

Добившись крупной победы, Новгород с 1349 г. перешел к открытым ответным действиям против короля: набеги на побережье Норвегии летом 1349 г., поход на Выборг в 1351 г. демонстрировали военную мощь Новгородской республики. В 1351 г. Магнус VIII Эрикссон был вынужден согласиться на подтверждение незыблемости Ореховецкого мира. Все попытки захватить Неву и отрезать Русь от Балтийского моря потерпели неудачу.

II

1249—1250 — захват Швецией Финляндии.

1268 — поход объединенных новгородских, псковских, владимиро-суздальских войск в Ливонию Победа над немецкими и датскими рыцарями при Раковоре (18 февраля).

1269 — поход ливонцев на Псков. Мир с Ливонским орденом. Стабилизация западных границ Новгорода и Пскова.

1293 — захват Швецией Карелии.

1266—1299 — княжение в Пскове литовского князя Довмонта.

1323 — основание московским князем Юрием Даниловичем и новгородцами крепости Юрьева у истоков Невы. Ореховецкий мирный договор между Новгородом и Швецией.

1323, 1330, 1341—1342 — походы Ливонского ордена на Псков.

1341 — основание орденской крепости Нейгаузена.

1349—1351 — походы новгородцев на побережье Норвегии. Подтверждение Ореховецкого мирного договора.

1348 — Болотовский договор между Новгородом и Псковом о признании самостоятельности Псковской республики.

1371 — мирный договор между Новгородом и Ливонией в Нейгаузе.

1375 — казнь еретиков-стригольников в Новгороде.

1392 — Нибуров мир между Новгородом и Ганзой.

1406—1407 — война Пскова и Новгорода с Ливонией.

1407, осень — разгром новгородско-псковских войск ливонцами на Логозовицком поле.

1410 — мирный договор между Новгородом, Псковом и Ливонией, закрепивший существующие границы.

1418 — восстание в Новгороде.

1444—1448 — война Ливонии с Псковом и Новгородом, завершившаяся 25-летним миром.

1447 — восстание в Новгороде.

1444—1448 — война Новгорода и Пскова с Ливонией.

1456 — карательный поход великого московского князя Василия II на Новгород. Яжелбицкий договор между Новгородской республикой и великим княжеством Московским.

1460 — второй поход великого московского князя Василия II на Новгород. Заключение соглашения о выплате новгородцами «черного бора».

1494 — ликвидация ганзейского подворья в Новгороде.

III

Довмонт — литовский князь, родственник Миндовга. В ходе междоусобной войны был изгнан из Великого княжества Литовского и приглашен на псковское княжение (1266—1299). В 1266 г. принял православие (христианское имя — Тимофей). Вел успешную борьбу с крестоносцами, которые нападали на Новгород и Псков, возглавлял псковское войско в битве при Раковоре (1268). За свои воинские подвиги и заслуги перед Псковской землей был посмертно признан псковским святым. Ему посвящен псковский литературный памятник XIV в. «Сказание о Довмонте», сохранившееся в составе Псковских летописей.

Евфимий II Вяжищский (в миру Иоанн) — архиепископ новгородский (1429—1458). Сторонник усиления роли церкви в государстве и обществе. Руководил гражданским и церковным строительством в Новгороде. Инициатор создания Софийского летописного свода (1430—1440). Канонизирован Русской православной церковью.

Иоганн Нибур — бургомистр города Любека, уполномоченный представитель Ганзы. Курировал отношения Ганзы с Новгородом. В 1375 г. в Новгороде подписал от имени Ганзы перемирие сроком на один год. В 1392 г. в городе Изборске подписал мирный договор между Новгородом и Ганзой сроком на 12 лет, названный по его имени «Нибуровым». В 1405 г. подписал договор с Новгородом о продлении мира 1392 г. на срок его заключения (12 лет).

Карп — по некоторым источникам уроженец Пскова, в середине XIV в. получил известность как один из руководителей движения еретиков-стригольников. По одним данным — дьякон, по другим — поп расстрига. Был образованным человеком. По свидетельству его идейного противника Стефана Пермского, имел «писание книжное», созданное «на помощь ереси своей», не дошедшее до нас и, по-видимому, уничтоженное врагами стригольников. О роли Карпа в идейном обосновании стригольничества свидетельствует тот факт, что все оппоненты еретиков обращались именно к нему. Это дало основание исследователям называть стригольников «карпистами». В 1375 г. был утоплен в Волхове вместе с другими руководителями стригольников.

Магнус VIII Эрикссон — король Норвегии и Швеции (1319—1363), представитель норвежской династии. Боролся против знати, стремившейся к ослаблению королевской власти, издал общешведский свод законов. В 1348—1349 гг. возглавил крестовый поход в Карелию и Новгородскую землю. Был разбит новгородским войском.

Никита — дьякон, один из руководителей движения стригольников в Новгороде. Был утоплен в Волхове вместе с другими вождями еретиков (1375).

IV

Архиепископ — глава новгородской и псковской церквей, избираемый на вече. Являлся крупнейшим землевладельцем. Фактически возглавлял совет господ — новгородское правительство. Играл большую роль в управлении Новгородской республики не только в церковных, но и в светских делах. В его ведении был не только церковный суд, но и многие дела, подсудные ранее князю.

Болотовский договор — заключен в 1348 г. между Новгородской и Псковской республиками. По договору «Господин Великий Псков», обособившийся от Новгорода уже во второй половине XIII в., формально обрел независимость и получил право самостоятельно избирать посадников, но по отношению к Новгороду считался «братом молодшим». Церковная организация во главе с новгородским архиепископом осталась общей для обеих республик

Ганза, Великая Немецкая Ганза — крупнейший в Западной Европе торгово-политический союз северонемецких городов. Окончательно оформился в середине XIV в. (впервые упоминается под данным названием). Осуществлял активную посредническую торговлю между востоком, западом и севером Европы по Балтийскому и Северному морям. Ганзейский союз имел постоянное представительство в Новгороде, заключал соглашения, регулирующие торговлю с новгородским купечеством. В 1478 г. ганзейские купцы были изгнаны из Новгорода. С середины XV в. начался упадок Ганзы. Окончательно распалась в XVII в.

Грюнвальдская битва (15.07.1410) — генеральное сражение в ходе Великой войны (1409—1411) между Тевтонским орденом, с одной стороны, Польским королевством и Великим княжеством Литовским, с другой. Закончилась окружением и разгромом орденских войск. Битва положила конец экспансии Тевтонского ордена на восток и стала началом его упадка.

Емь (ямь) — историческое название прибалтийско-финского племени, проживавшего с середины I тысячелетия н. э. во внутренних районах Финляндии. Платило дань киевским князьям. С XIII в. под властью Швеции.

Ереси — особые течения в христианстве, отклоняющиеся от официальной церковной доктрины или канонов. В древней Руси известны с XI в. В XIII—XV вв. широко распространились в Новгороде и Пскове, в XVI в. — в Москве.

«Житьи люди» — в XII—XVI вв. богатые, но не родовитые землевладельцы в Новгородской, и Псковской землях, «меньшие бояре», занимались также торговлей и ростовщичеством. Приближались по своему положению к боярству.

«Иванское сто» — объединение купцов в Новгороде в XII—XV вв. вокруг церкви Ивана Предтечи на Опоках. К объединению принадлежали купцы, ведшие оптовую торговлю воском. Они владели монопольными правами взвешивания, контроля за качеством воска, в церкви хранились эталоны мер. Старосты объединения являлись постоянными представителями торгового суда Новгорода, участвовали в заключении торговых договоров и были членами правительственного Совета Новгородской республики. Права и обязанности членов корпорации были зафиксированы в «Уставе» и «Рукописании» князя Всеволода Мстиславича.

Ижора — историческое название населения Ижорской земли — территории по берегам Невы и юго-западному побережью Ладожского озера, которая с 1228 г. являлась владением Новгорода.

Изорники — в Псковской земле в XIV—XVI вв. основная масса частновладельческих крестьян, получивших от землевладельца надел и денежную ссуду и обязанных за это выполнять натуральные и отработочные повинности. Согласно Псковской судной грамоте, изорник мог уйти от землевладельца к другому господину, вернув ему ссуду и уплатив половину урожая. Сроком ухода являлся один день в году — 14 ноября («Филиппов день»).

Логозовицкое поле — местность близь села Логозовичи, неподалеку от Изборска, где осенью 1407 г. состоялась решающая в ходе псковско-ливонской войны 1406—1409 гг. битва между новгородско-псковскими войсками и ливонскими рыцарями. Ливонцы во главе с магистром Конрадом фон Фетингофом разгромили псковичей и новгородцев. В битве были убиты три новгородских посадника и все командующие полками. Однако этот успех ливонцам развить не удалось, и мир был заключен на прежних условиях в 1409 г.

Нибуров мир — мирный договор между Новгородом и Ганзой, заключенный в 1392 г. в Изборске и названный по имени представителя Ганзейского союза на переговорах, бургомистра города Любека Иоганна Нибура. По условиям договора Ганза восстанавливала в Новгороде на Немецком дворе свою факторию (подворье, контору, склады и церковь). Мир был заключен на 12 лет, но продлевался в 1405, 1417 г. и действовал до 1434 г.

Новгородская земля — территория, расположенная в бассейне озера Ильмень и по течениям рек Волхова, Ловати, Мсты и Мологи. В ее состав входили также обширные владения Новгорода в бассейнах рек Онеги, северной Двины, Мезени, Печоры.

Новгородская судная грамота — правовой кодекс Новгородской республики XV в., сохранившийся в единственном списке редакции 1471 г. Возникла вследствие обострения социальной борьбы. Посвящена организации суда и судопроизводства в Великом Новгороде. Устанавливала компетенцию суда архиепископа, посадника, тысяцкого, великокняжеского наместника, тиуна. Определяла размеры судебных пошлин. Отражала политику великого московского князя Ивана III по ограничению произвола новгородского боярства в пользу великокняжеской власти. Юридическими источниками при ее составлении явились Русская Правда, местное новгородское право и др.

Новгородская феодальная республика — государство XII—XV вв. Географическое положение и высокий уровень развития экономики способствовали возникновению в Новгороде стремления к отделению от Киева. Выразителем сепаратизма являлось новгородское боярство и верхи купечества. В 1136 г. во время народного восстания в Новгороде был изгнан князь Всеволод Мстиславич и провозглашена независимая республика. Высшим органом власти было вече, в котором участвовало городское и свободное сельское население. Вече избирало посадника, тысяцкого и архиепископа (с 1156). Реальная власть находилась в руках боярства. Во главе исполнительной власти стоял архиепископ, ведавший казной, внешними сношениями, судом Вече приглашало в Новгород князя и заключало с ним договор, ограничивающий его права военными функциями. Социальные отношения были сложными и выливались в вооруженные конфликты (1207, 1228 — 1229, 1270, 1446—1447). Новгородская республика признала зависимость от Орды и выплачивала дань, вела постоянную борьбу с агрессией Швеции и Ливонского ордена. Древними центрами Новгорода Великого были Старая Русса, Ладога, Торжок, Корела, Орешек, Псков (до 1348), считавшиеся его вассалами. С XIV в. начинаются попытки Москвы и Великого княжества Литовского подчинить Новгородскую республику. Умело используя социальные противоречия в Новгородском государстве, Москва добилась включения его в свои границы. В 1478 г. республика перестала существовать.

Новгородские летописи — списки летописных сводов, излагающие историю Новгородской и других земель Руси с XI до XVII вв. Изданные летописи условно разделены на пять текстов. Содержат уникальные известия по истории древней Руси. В состав Новгородской I летописи входят краткая редакция Русской Правды, часть древнейшего летописного свода, предшествовавшего «Повести временных лет» и др.

Ореховецкий (Ореховский) мир — мирный договор, заключенный в городе Ореховце (Орешке) в августе 1323 г. между Новгородом и Швецией после окончания военных действий. Устанавливал новую новгородско-шведскую границу по Карельскому перешейку. Новгород уступал Швеции три погоста (области) в Финляндии, но на этой территории сохранял за собой промысловые угодья. Договор запрещал шведам приобретение недвижимости в новгородской части Карелии и заключение антиновгородских союзов. Ряд статей определял правила свободного проезда купцов и взаимной выдачи перебежчиков. Ореховский мир неоднократно продлевался и был аннулирован в 1595 г.

Посадник — высшая государственная должность в Новгороде (до 1478) и в Пскове (до 1510). Посадники избирались на вече из представителей наиболее богатых и знатных боярских семей. В Новгороде в 1354 г. вместо одного было избрано 6 посадников, правивших пожизненно («старые» посадники). Из их числа ежегодно избирался «степенный». По реформе 1416—1417 гг. число посадников было увеличено втрое, а «степенные» стали избираться на полгода. В Пскове с 1308 по 1510 гг. известно 78 посадников. С присоединением Новгорода и Пскова к Москве институт посадничества в них был ликвидирован.

Псковская земля — территория, занимавшая бассейн реки Великой, земли вокруг Псковского озера, восточное побережье Чудского озера и бассейн реки Плюсы. Центром был город Псков. Крупными городами являлись Изборск, Опочка, Гдов, Остров и др. В XI—XIV вв. входила в состав Новгородской феодальной республики, в 1348 обособилась от Новгорода, в 1510 была включена в состав Российского государства

Псковская феодальная республика — государственное образование средневековой Руси первой половины XIII — начала XVI в. Входила в состав Новгородской республики, сохраняя в ней особые права (строительство пригородов). В связи с участием псковичей в борьбе с Ливонским орденом значение Псковской республики усилилось, а с середины XIII в. она стала фактически самостоятельной (особенно после победы над Орденом под Раковором в 1268). Обособление Псковской республики юридически оформил Болотовский договор (1348). На псковских землях было развито пашенное земледелие, рыболовство; из ремесел — ювелирное и строительное. Развитие внутреннего обмена, торговля с Новгородом и другими городами Руси, а также с Прибалтикой и Западной Европой привели к тому, что Псков стал одним из крупнейших центров Руси. В отличие от Новгородской феодальной республики здесь не было крупного феодального землевладения. Сложившиеся социальные отношения были оформлены в своде законов — Псковской судной грамоте. Особенности экономики, форм зависимости крестьян, пограничное положение привели к развитию в Пскове вечевого строя. Князья играли подчиненную роль. Вече избирало посадников, сотских, регулировало социальные отношения. Особое влияние на решения веча имел совет бояр — господ, собиравшийся «на сенях» Троицкого собора. Там же были канцелярия и архив веча. Усиление экономических связей с Москвой, общие задачи внешней политики подготовили условия для вхождение Псковской республики в состав Российского государства (1510).

Псковская судная грамота — свод законов Псковской республики XIV—XV вв. Состоит из 120 статей. Включает постановления веча, совета бояр, княжеские грамоты, нормы Русской Правды, традиционное право. Регулировала земельные, долговые и иные имущественные отношения, наследственное право. Предусматривала смертную казнь за политические и уголовные преступления. Остальные преступления наказывались денежным штрафом. Судебные функции исполняли вече, князь совместно с посадниками и сотскими, городские судьи, наместники князя и посадники пригородов, а также псковский наместник новгородского архиепископа. Псковское законодательство являлось важным средством укрепления феодальных отношений.

Псковские летописи — литературно-исторические памятники XIV—XVI вв. Разделяются на три редакции, каждая из которых имеет свои списки. Доминируют сведения по местной истории. Включают жития — «Житие Александра Невского», «Житие Довмонта» и др.

Пятины — административно-территориальные области, на которые делилась Новгородская земля: Бежецкая, Шелонская, Водская, Деревская, Обонежская. Окончательно сложились в XV в., были упразднены в XVIII в.

Своеземцы — в XIII—XVI вв. слой мелких землевладельцев в Новгородской и Псковской землях. Нередко сдавали свои участки в аренду.

Священная Римская империя — средневековое государство, занимавшее значительную часть Западной Европы (германские, итальянские, чешские земли, Нидерланды и ряд других территорий). Господствующее положение в империи занимала Германия. Была основана в 962 г. германским королем Оттоном I как Римская империя, в 1157 г. при Фридрихе I Барбароссе стала называться Священной Римской империей, с конца XV в. — Священной Римской империей германской нации. Проводила политику экспансии в славянские земли, в XII—XIII вв. захватила земли полабских и балтийских славян. С XVII в. существовала как конгломерат независимых государств. Формально просуществовала до 1806 г.

Снетогорский монастырь — основан в XIII в. как мужской, вблизи Пскова, на берегу реки Великой. В XIII—XV вв. отражал нападения ливонских рыцарей, шведов и литовцев. Братия монастыря отличалась образованностью, часть ее придерживалась еретических взглядов — стригольничества, антитринитаризма.

Совет господ — боярское правительство Новгородской республики. Состояло из высших должностных лиц: архиепископа, тысяцкого, посадников, кончанских старост. Имело олигархический (боярский) характер. Играло важнейшую роль в политическом управлении новгородской земли, оттесняя демократический орган (вече) на второй план.

Софийский дом — главное церковное учреждение Новгорода, местопребывание и вотчина новгородских владык — епископов, затем архиепископов и с 1592 г. — митрополитов, центр управления новгородской епархией. Возник в конце X в., был крупнейшим вотчинником, что позволяло новгородским архиепископам оказывать значительное влияние на политическую жизнь Новгорода и Пскова. После присоединения Новгорода к Москве значение Софийского дома упало.

Стригольники — новгородско-псковские еретики. Происхождение названия является спорным. Одни исследователи выводят его из обряда стрижки волос, которому подвергались еретики, другие связывают с профессией — стрижкой овечьей шерсти, третьи считают стригольников попами-расстригами (добровольно отказавшимися от сана или лишенными его за какой-то проступок). Стригольничество охватывало круги низшего духовенства, посадских и торговых людей в Новгороде и Пскове во второй половине XIV — начале XV в. Во главе движения стоял дьяк Карп. Стригольники отвергали церковную иерархию, некоторые таинства, монашество. Отстаивали идеалы раннего христианства, право мирян на проповедь, критическое отношение к церковным авторитетам. В 1375 г. руководители стригольников были казнены в Новгороде.

Сумь — историческое название древних финских племен, проживавших на юго-западе Финляндии. К XIV в. были завоеваны Швецией.

Тысяцкий — военачальник, возглавлявший новгородское ополчение («тысячу»). Избирался на вече из числа влиятельных бояр на определенный срок (чаще всего на год) и являлся помощником посадника. Он предводительствовал новгородскими горожанами и наблюдал за состоянием укреплений; был также судьей по торговым делам. Тысяцкий, выполнявший свои обязанности, назывался «степенным», а после избрания на вече другого получал название «старого».

Черный бор — ежегодная дань в пользу, великого князя, наложенная великим московским князем Василием II на Новгород в 1460 г.

Яжелбицы — село под Новгородом, где после разгрома новгородских войск московской армией в феврале 1456 г. между Новгородской республикой и великим княжеством Московским был подписан мирный договор. По его условиям Новгород обязывался выплатить великому князю Василию II контрибуцию в 10 тысяч рублей, прекратить отношения с врагами Москвы, не наказывать новгородцев, присягнувших московскому князю, возвратить земли, купленные в Ростовской и Белозерской землях. Яжелбицкий договор лишал вече высших судебных и законодательных полномочий и ограничивал политические права Новгорода.

V

Алексеев Ю. Г. Псковская судная грамота и ее время. Развитие феодальных отношений на Руси XIV—XV вв. Л., 1980.

Бернадский В. Н. Новгород и Новгородская земля в XV в. М.-Л., 1961.

Борисов Н. С. Политика московских князей (конец XIII — первая половина XIV в.) М., 1999.

История внешней политики России. Конец XV—XVII век. М., 1990.

Кафенгауз Б. Б. Древний Псков. М., 1969.

Любавский М. К. Обзор истории русской цивилизации. М., 1996. С. 195—257.

Похлебкин В. В. Татары и Русь. 360 лет отношений Руси с татарскими государствами в XIII—XVI вв. М., 2000.

Рыбаков Б. А. Стригольники. Русские гуманисты XIV столетия. М., 1993.

Скрынников Р. Г. Трагедия Новгорода. М., 1994.

Хорошев А. С. Церковь в социально-политической системе Новгородской феодальной республики. М., 1980.

Хорошкевич А. Л. Торговля Великого Новгорода с Прибалтикой и Западной Европой в XIV—XV вв. М., 1963.

Янин В. Л. Новгород и Литва: пограничная ситуация XIII—XV вв. М., 1998.

Янин В. Л. Новгородские посадники. М., 1962.

Янин В. Л. Новгородская феодальная вотчина. М., 1981.