25. Реалистическая теория права р. Иеринга. Юридический позитивизм г.Ф. Шершеневича.

В рамках юридического позитивизма различают классический юридический позитивизм и неопозитивизм.

Основоположниками классического юридического позитивизма во 2-й половине XIX в., опирающимися на философский позитивизм О. Конта, считаются немецкий юрист К. Бергбом, английский юрист Д. Остин, российский юрист Г. Ф. Шершеневич и др. Они считали, что право – совокупность общеобязательных норм, установленных или санкционированных государством. Поэтому классический юридический позитивизм называют этатистским, то есть государственным. Классический юридический позитивизм отрицает естественные и неотчуждаемые права и свободы, допускает только октроированные (дарованные, жалованные властью какие-либо права, привилегии) права и свободы и соответствующие им обязанности граждан. Государство может упразднить эти права и соблюдает их по своей «доброй воле».

В 1-й половине XX в. складывается теория юридического неопозитивизма. Ее основоположниками являются немецкий ученый Г. Кельзен [6] и английский юрист, профессор Оксфордского университета Х. Л. А. Харт. Неопозитивизм рассматривал право «в чистом виде», не прибегая к объяснению через социологическое понятие государства и другие социальные явления.

25. Социологическая интерпретация права. Учения с.А. Муромцева, р. Паунда.

Социологический подход к пониманию права сложился во второй половине XIX в., но наибольшее распространение получил в 1-й половине XX в. В отличие от юридического позитивизма, сводившего задачи юридической науки к формально-логическому изучению действующего права социологический позитивизм был направлен на познание права, как социального явления. В представлениях сторонников этой школы право должно рассматриваться в процессе его применения и пониматься не как система норм, а по преимуществу «как порядок отношений», как реализация законов, как юридические действия.

Муромцев Сергей Андреевич (1850-1910 гг.) родился в Петербурге в дворянской семье. Учился на юридическом факультете Московского университета, продолжил образование в Германии в Геттингенском университете, где слушал лекции Р. Иеринга. В 1875 г. защитил магистерскую диссертацию, в 1877 – докторскую. В том же году был избран профессором кафедры римского права Московского университета. В 1880-1881 – проректор университета. В 1884 по «причине политической неблагонадежности» вынужден был оставить университет. Работал присяжным поверенным, преподавал в Александровском лицее в Петербурге, писал многочисленные публицистические статьи. С конца 90-х Муромцев занялся активной политической деятельностью: гласный московской городской Думы, один из основателей и лидер партии кадетов, председатель 1-й Государственной думы. После роспуска Думы принял участие в составлении «Выборгского воззвания», за что был приговорен к 3-месячному тюремному заключению. После освобождения избран председателем только что открытого в Москве частного университета Шанявского. Скоропостижно скончался в октябре 1910 г.

Основные произведения: «Что такое догма права?», «Очерки общей теории гражданского права», «Определение и основное разделение права» и др.

С. А. Муромцев создавая собственное учение о праве, находился в определенной степени под влиянием идей своего учителя Р. Иеринга.[5]

Будучи приверженцем социологической концепции права, Муромцев считал, что юриспруденция не может ограничиваться изучением только догмы права (технико-прикладная дисциплина, занимающаяся описанием, систематизацией и комментированием действующего права). Теория права, как часть социологии в широком смысле, т.е. науки об обществе, как целостной системе, должна стремиться познать закономерности происхождения, развития и функционирования права как одного из видов социальных явлений.

Исходя из этого, Муромцев считал, что право – это отношения, сложившиеся между людьми на основе интереса, т.е. в основе права лежат интересы индивида, общественных групп и т.д. На основе этих интересов и возникают разнообразные отношения, регулируемые с помощью различных санкций: религиозных, моральных, юридических и др., т.е. каждое фактическое отношение может быть предметом не только юридических, но и иных санкций. Однако юридическими санкциями обеспечиваются лишь наиболее важные общественные отношения, а значит «правовой порядок есть элемент общественного порядка, произведенный юридической защитой». Фактический правопорядок, по Муромцеву, и есть реальное право, которому должны соответствовать юридические нормы. Если норма не соответствует фактическому правопорядку, то она становится «мертвой».

Юридическая защита осуществляется судьями, должностными лицами, которые должны применять только те нормы, которые соответствуют правопорядку. Если норма противоречит правопорядку, то необходимо уклоняться от ее применения или должным образом «искусственно интерпретировать ее, применительно к новому содержанию». Именно суду и администрации, а не законодателю предназначена роль действительных творцов правовых норм. Правда может возникнуть опасность некомпетентного решения и откровенного произвола со стороны нечистоплотных судей и должностных лиц. Однако С.А.Муромцев считал, что опасения такого произвола напрасны, т.к. «высокий уровень образования, избрание кандидатов на судейские должности самою судейской корпорацией, развитый контроль гласности при действительной независимости и несменяемости членов этой корпорации гарантирует справедливость судей».

25. США

Идеи Просвещения начали получать реальное воплощение в Америке в конце XVIII в. В отличие от Французской революции, причиной североамериканской революции были не экономический гнет или социальное ущемление, а вмешательство государства (Англии) в гарантированные законом права. Речь шла, прежде всего, о нарушении права, закрепленного в британском Обычном праве, на основании которого колонисты могли выступить против короля, если он нарушал закон, что по их убеждению и произошло.

Обострение противоречий привело к Войне за независимость 1775-1783 гг. По своему характеру со стороны колонистов она была справедливой, освободительной войной. Теория «общественного договора» и концепция «естественного права» человека обосновывали правомерность отделения колоний от метрополии. А принятая Континентальным конгрессом 4 июля 1776 г. Декларация независимости США, основным автором которой был Т. Джефферсон, не только обосновала отделение 13 колоний от Великобритании, но прямо сформулировала право граждан на сопротивление власти и впервые представила права человека как основную программу свободного общества. Второй Континентальный конгресс принял Статьи конфедерации (первую конституцию США). Она вступила в действие 1 марта 1781 г., а в 1787 г. была пересмотрена. Конституционный конвент утвердил новую редакцию конституции США. Из союза отдельных независимых штатов США стали федеративным государством. В 1791 г. вступил в действие Билль о правах – десять поправок и дополнений к конституции: о свободе слова, печати, совести и других основных правах. Таким образом, идеи Просвещения получили практическое воплощение: бывшие английские колонии создали на огромной территории новое государство.

После победы в войне за независимость, при обсуждении проекта Конституции в среде политической элиты США возникают два течения, вошедшие в историю под названием федералисты и республиканцы. Федералисты во главе с А.Гамильтоном стремились создать сильное централизованное правительство с главенством общенациональных интересов. Их противники добивались ограничений полномочий центра, усиления власти штатов и местного самоуправления, поскольку опасались, что концентрация власти приведет к замене демократии аристократией. Лидером республиканцев стал Т.Джефферсон. Спор федералистов и республиканцев, по сути, был спором о будущей форме государственного устройства США. Федералисты отстаивали английскую модель государства, а республиканцы выступали за демократическое развитие Америки.

Теория возрожденного естественного права П. И. Новгородцева

После длительного господства позитивизма в России происходит возрождение интереса к естественному праву. В значительной степени это было продиктовано потребностью в формировании идеологической базы либерализма и борьбой с абсолютизмом.

Новгородцев Павел Иванович (1866-1924 гг.) родился в г. Бахмут Екатеринославской губернии в купеческой семье. В 1888 окончил юридический факультет Московского университета и был оставлен для приготовления к профессорскому званию по кафедре философии и права. Более четырех лет изучал право в Берлине и Париже. С 1894 – приват-доцент, в 1897 защитил магистерскую диссертацию, в 1902 – докторскую и был избран экстраординарным профессором юридического факультета Московского университета. С 1904 – член «Союза Освобождения», с 1905 – член партии кадетов. Депутат 1 Государственной думы. Подписал «Выборгское воззвание»,[7] осужден на 3 месяца тюрьмы. С 1906 по 1918 - ректор Московского высшего коммерческого института. После Октябрьской революции избран по списку кадетов в Учредительное собрание. В октябре 1918 уехал из Москвы на юг России и включился в антибольшевистскую борьбу. Вскоре из-за болезни выехал за границу. В 1920 возвратился в Крым, занятый войсками П. И. Врангеля. После разгрома Врангеля – в эмиграции. Один из основателей и декан Русского юридического института (факультета) в Праге, который он возглавлял до своей кончины.

Основные произведения: «Введение в философию права», «Кризис современного правосознания» и др.

Основные положения теории возрожденного естественного права.

П. И. Новгородцев считал необходимым восстановление естественной школы права, которая «может освободить правоведение от допущенных ошибок». Он противопоставлял естественное право положительному и объяснял это не только вечным противоречием идеала и действительности, но и некоторыми особенностями законодательства, которое это противоречие обостряет, т.к. даже совершенные положительные законы постепенно устаревают, а жизнь в своем развитии уходит вперед и требует новых законов. Отсюда постоянные конфликты между старыми законами и новыми прогрессивными стремлениями. Из этого конфликта «зарождается естественное право как требование реформ и изменений в общественном строе». Обращаясь к истории развития естественного права, он обращает внимание на то, что естественное право, возникнув еще в античности, затем меняло свое содержание с каждой эпохой. Оно действует и в ХХ веке «как идеал положительного права, как требование его реформы, как проявление философской мысли, как сама философия права». Следовательно, содержание естественных прав меняется от эпохи к эпохе, они исторически обусловлены, но сам факт их наличия бесспорен.

Новгородцев разработал учение об антиномичности[8] интересов личности и государства. Он считал, что абсолютно полного гармоничного слияния интересов личности и общества в целом не может быть. У каждой личности есть много обязанностей, отсюда возникают столкновения человека с обществом: одни разрешаются примирением, другие не могут разрешиться. Но даже разрешение конфликта порождает новые. Максимально возможный результат – их разумное сочетание в соответствии с принципами естественного права, а это достигается только в правовом государстве, которое возлагает на себя «миссию общественного служения, встречается с необходимостью реформ, которые лишь частично осуществимы немедленно». Построение правового государства, по мнению Новгородцева, процесс «медленный и необозримый в своем дальнейшем развитии и осложнении».

Кистяковский. Основные произведения: «Философская энциклопедия» в 5-ти томах, «Социальные науки и право» и др. Государство. В 1909 г. Б. А. Кистяковским было введено в научный оборот понятие «социалистическое правовое государство». Он полагал, что термин «правовое государство» служит для определения юридического характера государства. Поэтому ставил социальное и экономическое строение государства выше его юридической природы и в этом видел принципиальное отличие социалистического государства от буржуазного. Кистяковский называл социалистическое государство социально справедливым, народным, демократическим, высшим типом правового государства, отвергая при этом существовавшие в то время идеи о несовместимости социалистического государства с правом.

По его мнению, формальные правовые признаки, положенные в основание буржуазного правового государства, могут и должны быть использованы социалистическим государством, но они должны быть применимы и осуществлены более последовательно и глубоко. Среди таких двух основ правового государства, которые нуждаются в более совершенном их проявлении при социализме, он называл «субъективные публичные права и участие народа в законодательстве и управлении страной». Б. А. Кистяковский писал о «полном единении государственной власти с народом» и «о самом последовательном и самом широком применении народовластия», о расширении субъективных прав.

Обосновывая важность ограничения законами правительственной деятельности, он подчеркивал, что акты правительства, основанные на законе, должны издаваться только с той целью, которая преследуется законом, а не вопреки ей, только тогда они целесообразны.

Право. Кистяковским предлагается несколько подходов к понятию права. По его мнению, сам феномен права можно рассматривать как:

государственно-организационное или государственно-повелительное (право – совокупность норм, исполнение которых вынуждается, защищается или гарантируется государством);

социологическое (право есть совокупность осуществляющихся в жизни правовых отношений, в процессе которых вырабатываются и кристаллизуются правовые нормы);

психологическое (право – совокупность тех психических переживаний долга или обязанности, которые обладают императивно-атрибутивным характером);

нормативное (право есть совокупность норм, заключающие в себе идеи о должном и определяющие внешние отношения людей между собой). Именно это понятие права Кистяковский считал наиболее ценным.

Помимо этого он выделял два практических понятия права:

юридико-догматическое (право есть совокупность правил, указывающих как находить в действующих правовых нормах решения для всех возникающих случаев столкновения интересов;

юридико-политическое (право есть совокупность правил, помогающих находить и устанавливать нормы для удовлетворения вновь возникающих потребностей или осуществления новых представлений о праве и неправе).

1.Нормативистская теория права Г. Кельзена

Основные произведения: «Чистая теория права», «Общая теория норм» (осталась незавершенной) и др.

Г. Кельзен является представителем юридического (легистского) неопозитивизма, являющегося вместе с классический юридическим позитивизмом частью юридического позитивизма.

Юридический неопозитивизм – направление правовой мысли, объясняющее право «в чистом виде», не прибегая к объяснению через социологическое понятие государства и другие социальные явления.

Под «чистой теорией права» Кельзен и понимал доктрину, из которой устранены все элементы, чуждые юридической науке: социология, психология, этика, политология и др., происходит как бы «очищение» права от всего, что не есть право в строгом смысле.

Иногда теорию Кельзена называют нормативистской.

Нормативизм – одно из направлений в правовой науке ХХ в., рассматривающее право исключительно как объективную логическую форму, абстрагируясь от социальных условий его существования и развития.

Право. Происхождение права. Кельзен считал, что право старше государства: оно возникло еще в первобытную эпоху, когда появилась система различных принуждающих запретов и табу, когда общество, в одних случаях разрешало, в других запрещало людям самим совершать акты принуждения (например, такие, как месть). В процессе исторического развития общество переросло в государство, где функции принуждения перешли к органам власти.

Система права. Важнейшей особенностью права, по Кельзену, является согласованность образующих его норм. Эту согласованность праву придает «основная норма». Основная норма – это «трансцендендентально-логическое понятие»,[1] она выражается формулой: «Должно вести себя так, как предписывает конституция».

Кельзен представляет право как замкнутую иерархическую систему правовых норм в виде пирамиды во главе с "основной нормой", где каждая верхняя ступенька обусловливает нижнюю, а нижняя вытекает из верхней и ей подчиняется. Высшая ступень права – конституция «черпает свою обязанность» непосредственно в основной норме. Далее следуют «общие нормы», установленные в законодательном порядке или путем обычая, нижняя ступень – индивидуальные нормы, создаваемые судом или административными органами применительно к отдельным правовым ситуациям.

Право – это принудительные нормы, составляющие в совокупности иерархическую систему предписаний, обеспеченных санкциями.

Международное право. Из этой конструкции верховенства «основной правовой нормы» выводится идея примата, верховенства международного права над национальным (внутригосударственным), рассмотрения его в качестве исходной нормы всякого национального права. Национальный правопорядок не должен противоречить международному правопорядку утверждает Кельзен. Если же возникают коллизии между международным и национальным правом, то это будет конфликт между высшей и низшей нормами и разрешается он в пользу вышестоящей, т.е. в пользу нормы международной.

Государство. Кельзен отождествлял государство и право. Государство – это «единство внутреннего смысла всех правовых положений», т.е. он полагал, что понятия правопорядка и государства тождественны. Государство в его трактовке представляет собой урегулированную, упорядоченную, нормативную систему принуждения.

Правовое государство. С этих позиций отождествления государства и права он полагал, что такое понятие, как правовое государство, представляет собой плеоназм,[2] что «всякое государство есть правовое государство», поскольку с юридической точки зрения любое государство предполагает наличие принудительных норм. Но все же, подчеркивал Кельзен, термин «правовое государство», являясь теоретически избыточным, используется для обозначения такого типа государства, «который отвечает требованиям демократии и правовой безопасности». Эти требования сводятся к следующим: правосудие и управление основываются на законах, принимаемых парламентом, избранным народом, с участием или без участия главы государства; члены правительства ответственны за свои акты;

суды независимы;гарантированы определенные гражданские свободы (свобода вероисповедания, совести, слова).Таким образом, в понятие правового государства входит то, что считается и признается ценным для человека и общества в европейской культуре, а не вообще любой принудительный порядок централизованного насилия над людьми