8. Элеатская школа. «Путь истины» и «путь мнения» в учении Парменида. Апории Зенона и их философский смысл.

Совершенно иной подход к осмыслению мир был разработан в элейской школе. Если Гераклит подчеркнул изменчивость и текучесть бытия, то элеаты акцентировали момент устойчивости и стабильности в мире. Школа существовала с конца VI в. до н.э. до начала 2-й половины V в. до н.э. Ксенофан из Колофона (ок. 565 – 473 до н.э.) выступал против традиционных мифологических представлений, считая, что боги – это плод фантазии народов. Показателем этого является то, что богам всегда приписываются человеческие качества: боги эфиопов курчавы, плосконосы и темнокожи, боги же фракийцев – голубоглазы. Ксенофан писал: «если бы быки, лошади и львы имели руки и могли бы ими рисовать и создавать произведения [искусства], подобно людям, то лошади изображали бы богов похожими на лошадей» (В 15). Хуже того, мифологические боги наделены еще и человеческими пороками. На самом же деле, как считает Ксенофан, бог – чистый ум, он всевидящ и всезнающ, «не подобен смертным ни телом, ни мыслью». Бог один и един, он подобен покоящемуся шару, он неизменен. В ряде фрагментов содержатся сведения, позволяющие считать, что Ксенофан отождествлял бога с миром, развивая тем самым пантеизм.

Наиболее видным представителем школы, учеником Ксенофана является Парменид (род. ок. 540 г. до н.э.) Его важнейшее сочинение – поэма «О природе», из которой сохранился пролог, первая часть практически полностью, от второй части – не более 10 процентов. Парменид выступил против Гераклита. Основными его вопросами были вопросы о соотношении бытия и мышления, бытия и движения, бытия и познания. Бытие, как оно существует по истине (а не так, как оно нам представляется в чувствах), есть огромный шар, неподвижно покоящийся в центре мира. Бытие существует, небытия вовсе нет. Небытие невозможно ни помыслить, ни выразить в слове. Парменид признает существующим, таким образом, только то, что выразимо в словах и мыслимо. Он утверждает, что «одно и то же мысль о предмете и сам предмет», что мышление и бытие одно и то же» (В 3). Если Парменид считал, что все мыслимое реально существует, то он заблуждался. Если же он подразумевал, что мысль всегда предметна (то есть, направлена на что-либо), то он был абсолютно прав. «Нужно отметить глубокую мудрость этой идеи. И в самом деле: попробуйте помыслить то, чего нет, т.е. небытие. У вас ничего не получится. Ваша мысль будет метаться в поисках небытия, при этом каждый раз как бы «хватая» нечто сущее. Небытие не доступно ни чувствам, ни мыслям. Тут у Парменида выявляется исключительно глубокая идея о предметной соотнесенности мысли; эта фундаментальная идея остается непоколебимой в веках».

Есть и еще один аспект идеи Парменида о тождестве бытия и мысли. Конечно, существование реального предмета и существование содержания мысли различны. Предмет относится к материальному бытию, содержание мысли – к идеальному. Однако все то, о чем мы мыслим (кентавры, инопланетяне, неземные цивилизации, будущие формы жизни и т.п.) хотя и не существует в материальном мире, но существует в мире идеального.

Рассуждения Парменида о бытии имеют космологическое значение. Небытие – это пустота, пространство. Поскольку же небытия нет, то и пустого, незаполненного пространства просто нет. Мир – это сплошная масса вещества, шаровидное тело. Постулирование отсутствия в мире пустоты приводит Парменида к утверждению, что подлинное бытие едино, в нем нет множественности отдельных вещей. По истине существует только единство, множества нет. Отсутствие пустоты приводит и к отрицанию движения, возникновения, уничтожения. Бытие неподвижно и вечно.

Множественность, изменчивость, движение – это лишь результат действия наших чувств. Все это – мнения, которые не соответствуют истине. Лишь разум может дать истинное знание о бытии.

Эти идеи Парменида оппозиционны идеям многих мыслителей Древней Греции, в том числе Гераклита и Пифагора. Они вызывали серьезные споры, что потребовало от сторонников Парменида выработки доказательств элейского учения. Примечательны в этом смысле идеи Зенона Элейского (ок. 490 – 430 гг. до н.э.), любимого ученика Парменида. Зенон построил систему доказательств против движения, пространства, множественности, разработав субъективную диалектику – искусство опровергать противника и посредством возражений ставить его в затруднительное положение. Зенон использовал доказательство от противного, подводя к противоречию идеи противника, в первую очередь – тезисы о том, что в мир существуют движение, пустота, множественность. Рассуждения Зенона назывались «апории» – безвыходные положения, трудности, непроходимости. Наиболее известны апории против движения. В апории «Стрела» Зенон доказывает, что в каждый момент полета летящая стрела занимает определенное пространство, пребывает в этом пространстве, то есть покоится. Таким образом, движущееся тело находится в покое. Поскольку предположение движения приводит к противоречию, движение невозможно. В апории «Ахилл и черепаха» Зенон утверждает, что тело с большей скоростью никогда не догонит тело с меньшей скоростью. Так Ахилл не догонит черепаху. По истечению определенного промежутка времени черепаха успеет пройти расстояние, которое, каким бы оно незначительным не было, никогда не будет равно нулю. То есть ни в один момент бега расстояние между Ахиллом и черепахой не превращается в нуль. Следовательно, Ахилл никогда не догонит черепаху. В апории «Дихотомия» Зенон показывает, что если пространство бесконечно делимо, то движение вообще не может начаться. Так, чтобы пройти из точки А в точку Б, нужно сначала пройти половину этого пути, а чтобы пройти половину, нужно сначала пройти половину этой половины и так до бесконечности. Таким образом, чтобы попасть из одой точки в другую, нужно пройти бесконечное количество отрезков, что невозможно, по мнению Зенона. Математически эта апория разрешима (сумма бесконечного ряда дробей, предел которой равен всему пути и принят за единицу), однако физический смысл того, что бесконечно малый отрезок пути стремится к нулю, но не исчезает, не вполне ясен. Аналогичным образом современная математика позволяет решать и иные апории.

Нужно, тем не менее, иметь в виду, что апории Зенона относятся не к видимому миру наших чувств, а к миру бытия, миру мышления, мыслимому миру. Он лишь пытается доказать, что тогда, когда мы мыслим движение и множественность, разум впадает в противоречие.

Родиной Парменида является город Элея. Если верить Платону, то следует считать, что он родился в 514 г. до н. э. Парменид прославил свой родной город величием своего учения. Он стал знаменитостью всей Эллады. Элея благодарна ему еще и тем, что он разработал законы для города.

Платон в диалоге «Парменид» рассказал о встрече Парменида с Сократом, которая состоялась в 449 г. до н. э. в Афинах. Парменид приехал в Афины со своим учеником и последователем Зеноном, автором знаменитых апорий. В момент встречи Пармениду было 65 лет, Зенону – 40, Сократу 20. Вот что пишет Платон: «Однажды приехали на Великие Панафинеи Зенон и Парменид. Парменид был уже очень стар, совершенно сед, но красив и представителен; лет ему было примерно за шестьдесят пять. Зенону уже тогда было около сорока, он был любимцем Парменида… Сократ был в то время очень молод».

Главное сочинение Парменида – философская поэма «О природе». Книга состоит из пролога и двух частей. В прологе рассказывается о фантастической поездке Парменида к богине справедливости Дике. Богиня советует Пармениду: истину ищи разумом. В первой части поэмы «Путь истины» предлагается концепция бытия, – отношение бытия и не бытия: отношение бытия и мышления. Вторая часть поэмы называется «Путь мнения». Здесь излагаются космологические взгляды Парменида. В поэме Парменид выступает с критикой гераклитовского тезиса: все течет, все изменяется.

Основным для Парменида, как и для всей элейской школы, является наука о бытии, о сущем. Аристотель его взгляды комментирует так: «Парменид… утверждает, что наряду с сущим, не сущее является ничем, с необходимостью полагая, что сущее есть одно и что нет ничего иного». У Парменида имеется также отрицание «сотворения» сущего, утверждение его вечности. Сущее не только вечно в своем существовании, оно также и неизменно. Почему Парменид отвергает движение и развитие? Ответ на этот вопрос вытекает из его характеристики бытия и небытия. По Пармениду, несущее не существует. Все, что существует, есть сущее (бытие), которое есть всюду, во всех местах, и поэтому оно не может двигаться. Хотеть нечто переместить, согласно Пармениду, означало бы либо поместить его на место другого сущего, а это невозможно, так как одно сущее уже там находится, либо поместить его на место, где ранее было не сущее, но, как вытекает из ранее сказанного, не сущее не существует, поэтому и этот вариант отпадает. Отсюда: сущее является наполненным и неподвижным. Бытие имеет материальный характер, но из него исключены изменение, движение и развитие. В гносеологии Парменид проводит весьма резкое различие между подлинной истиной (алетейа), являющейся продуктом рационального освоения действительности, и мнением (докса), опирающимся на чувственное познание. Чувственное познание, по Пармениду, дает нам лишь образ кажущегося состояния вещей, с его помощью нельзя постичь их подлинную сущность. Истина постигается лишь разумом.

Огромная заслуга Парменида в том, что он сформулировал проблему единого и много, бытия и становления. С этого момента начинается спор между философами о сущности бытия. Одни решают проблему с материалистической позиции, другие – с идеалистической. Постепенно возникает и существует поныне целая область философского знания, называемая онтологией (учение о бытии).

Зенон Элейский (490 – 430 гг. до н. э.). О его жизни сведения не сохранились.

В своих онтологических взглядах Зенон однозначно отстаивает позицию единства, целостности и неизменного сущего. Сущее, по Зенону, имеет материальный характер. Согласно взглядам Зенона, все в природе происходит от тепла, холода, сухого и влажного или их взаимных перемен; люди же произошли из земли, а души их есть смесь вышеназванных начал, ни одно из которых не пользуется преобладанием. Наиболее известным изложением элейского отрицания движения и постулирования неизменности и неподвижности сущего являются апории Зенона, доказывающие, что если допускается существование движения, то возникают непреодолимые противоречия.

Первая апория названа «Дихотомия» (деление пополам). В ней Зенон стремится доказать, что тело не может сдвинуться с места, т.е. движение не может ни начаться, ни закончиться. Суть апории состоит в следующем: предмет, который движется к цели, должен пройти сначала половину пути между местом нахождения и местом цели. Однако, чтобы дойти до этого места, предмет должен пройти половину намеченной половины пути. Это повторяется до бесконечности. Поэтому тело не может никогда достичь своей цели, ибо оно должно было бы «пройти» за конечное время бесконечное множество точек.

Вторая апория Зенона – «Ахилл и черепаха». Эта апория показывает, что самый быстрый из людей (Ахилл) не сможет никогда догнать самое медленное создание (черепаху), если она вышла в путь раньше него. Смысл данной апории состоит в следующем: Ахилл, чтобы догнать черепаху, должен вначале пройти расстояние от своего места и до места, где в то время находилась черепаха. Но прежде, чем он пройдет это расстояние, черепаха опять продвинется вперед на определенный отрезок, и эта ситуация повторяется вновь и вновь. Поэтому Ахилл, преследующий черепаху, должен был бы за конечное время пройти бесконечное число отрезков. Эти логические конструкции показывают противоречивость движения и находятся в видимом противоречии с жизненным опытом. Суть обоих апорий («Дихотомия» и «Ахилл и черепаха») в том, что если пространство бесконечно делимо, то движение не может ни начаться, ни закончиться.

Самое интересное доказательство Зенона против истинности движения содержится в третьей апории - «Стрела». Смысл этой апории в том, что движение невозможно и при допущении непрерывности пространства. Апория гласит, что летящая стрела покоится, ибо движущийся предмет всегда занимает равное себе место, то есть покоится в нем в каждый момент, а потому он вообще неподвижен. Ведь движение не может сложиться из суммы состояний покоя.

Впоследствии Гегель истолковал эту апорию в смысле утверждения, что в каждый момент движения любая точка стрелы находится и не находится в одной и той же точке пространства. Такая интерпретация Гегелем зеноновской апории вызвала обширную полемику. Впрочем споры вокруг апории «Стрела» начались еще в античности. Среди разных мнений выделяются рассуждения Аристотеля. Он верно указал на одну из метафизических по духу ошибок, которую Зенон допустил при ее конструировании: ошибка от допущения, будто «время состоит из отдельных теперь». Действительно моменты времени и точки пути – это не физические объекты, а математические идеализации, которым в реальном мире соответствуют лишь приблизительные прообразы.

Четвертое рассуждение Зенона против «истинности» движения известно под именем «Стадиойн». Суть апории «Стадиойн»: если два тела движутся друг к другу с одинаковой скоростью, то они встретятся на половине пути через определенный промежуток времени; если же одно из них будет двигаться с той же скоростью, а другое покоиться, то они встретятся через промежуток времени вдвое больший. Следовательно, движение, то есть приближение одного тела к другому будет разным в зависимости от точки зрения на него, то есть само по себе оно вовсе не есть движение. Рациональный момент данной апории сводится к указанию на диалектический характер проблемы соотношения относительного и абсолютного движения. Причем эта апория еще раз обращает внимание на шаткость мнений, опирающихся на чувственную наглядность.

Смысл обеих апорий («Стрела» и «Стадиойн») в том, что движение невозможно и при допущении непрерывности пространства. Поэтому две первые апории образуют как бы тезис, а две вторые – антитезис. В целом получается, что движение невозможно при прерывности пространства, ни при его непрерывности. Зенон верно подметил диалектику в понятии движения, но разорвал это понятие на две части и противопоставил их друг другу. На самом деле пространство и время прерывны и непрерывны, и движение есть разрешение противоречия между прерывностью и непрерывностью как пространства, так и времени.