Е.А. Власова Алтайский государственный университет, Барнаул

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КАТЕГОРИИ КОММУНИКАТИВНО-ПРЕДМЕТНОГО ПОЛЯ В МОДЕЛИРОВАНИИ КОММУНИКАТИВНОГО ПРОЦЕССА (К вопросу о структуре коммуникативно-предметного поля)

Речевая деятельность включена в процесс коммуникации и является одной из частей коммуникативной деятельности. «Речевая деятельность неразрывно связана с контекстом коммуникации/дискурсом, сопутствующими действиями и оценочными/ когнитивными операциями субъектов коммуникации» [1]. Социальные условия создания и реализации текста, влияние социальных процессов (дискурсов), в рамках которых функционирует текст, на понимание (оценочно-когнитивные операции субъектов) и эффективность коммуникации исследовались в разных направлениях такими учеными, как Т.А. ван Дейк, Дж. Р. Серль и др.

Один из основателей теории речевых актов Дж. Р. Серль так определил взаимную зависимость речевого поведения человека и коммуникативной ситуации, где это поведение реализуется: «Или существующий порядок вещей приспосабливается к слову (…), или слово приспосабливается к миру» [2, c. 170]. В этом замечании скрыто намеренье субъекта повлиять на существующее положение вещей в мире, и это изменение является прагматической целью субъекта, которую он реализовывает в коммуникативном акте (в том числе через речевую деятельность).

Т.А. ван Дейк в работе «Макростратегии» выделяет и структурирует основные характеристики коммуникативной ситуации, которые влияют на порождение и восприятие текста [3, c. 57].

В макростратегиях ван Дейка присутствуют общекультурные знания, социокультурная ситуация (тип социального взаимодействия, категории участников), коммуникативная ситуация (цели участников, глобальные и локальные речевые акты).

Структура макростратегии позволяет описать коммуникативную ситуацию и дает представление о месте речевой деятельности в процессе социального взаимодействия. Однако макростратегия не дает ответа на вопрос: почему участники коммуникации достигают/ не достигают в рамках дискурса своих прагматических/ коммуникативных целей. Незатронутой остается проблема эффективности коммуникации.

Эффективность как реализация прагматических / коммуникативных целей в процессе коммуникации - область интереса неориторики. В связи с этим Н.А. Безменова охарактеризовала речевой акт как « … директивный, т.е. направляющий действия другого человека» [1, c. 63]. Коммуникативную ситуацию в аспекте эффективности рассмотрел Лассвел. Его схема является простейшей и включает в себя: коммуникатора, собственно сообщение, канал передачи, аудиторию и эффект [4, c. 95]. Данная схема не учитывает динамических отношений между ее элементами и недостаточно психологична.

Более сложна и интересна «матрица убеждающей коммуникации» Марвелла. [там же, с. 97] (см. схему 1). Первый столбец матрицы образуют коммуникативные стимулы: сообщение, коммуникатор, канал, ситуация. Четвертый столбец – коммуникативные эффекты: изменение мнения, поведения, установки аудитории. Наблюдаемые коммуникативные стимулы и коммуникативные эффекты образуют две крайние точки процесса речевого воздействия. Второй столбец – установочные факторы реципиента: установки, связанные с общением, коммуникатором, каналом, ситуацией. Третий столбец – внутренние опосредующие процессы: внимание, понимание, приятие. Для аналитического проектирования коммуникации данная схема недостаточна в силу того, что «ориентированна на «схватывание», действие целеориентированного разума» [там же, с. 99]. Коммуникативное поведение аудитории обусловленно связностью коммуникативного поля, что совсем не учитывает эта схема бихевиористической направленности.

Схема 1. Матрица убеждающей коммуникации Марвелла.