29. Восточнославянская цивилизация между Западом и Востоком. Основные факторы и предпосылки консолидации восточнославянских народов.

Восточнославянская цивилизация представляет собой специфическое цивилизационное образование. Она не является моноэтничной. Она не является монокультурной. Восточные славяне, находясь на стыке культур, на перекрестках мировых цивилизаций, находились в состоянии «дрейфующего» общества, постоянно «раскачиваясь» между двумя полюсами — Западом и Востоком.

Встает вопрос о цивилизационной идентичности славян. Важнейшим фактором становления любой цивилизации выступает фактор единства ее ядра — культуры, ее базовых духовных ценностей, менталитета. В иерархии духовных ценностей и традиций славянства можно выделить:

1) Общеславянские ценности;

2) Ценности восточного славянства;

3) Духовные ценности национального славянства.

1. Специфику славянской духовности, в отличие от западного образа мышления Вл. Соловьев. видел в сплаве язычества (мифологизм), христианства (мудрость) и европейского мышления (рационализм).

Формированию некоторых духовных ценностей общеславянства способствовала общая конфессиональная основа — христианство, соответствующая природная среда, географическое расположение, цивилизационное (маятниковое) положение между Востоком и Западом, которые ответственны за склад характера, образ жизни, мирочувствия народов, за сакральный, трудовой, бытовой и другие типы народного опыта.

Традиционные качества славян: святость и добродетель, коллективизм и соборность, вера в идеал, служение обществу в противоположность таким ценностям, как агрессивность, уверенность в себе, умение владеть собой, прагматизм, характерным для западного общества.

2. Формирование духовных ценностей восточного славянства связано с влиянием православно-византийского духовного наследия, ордынского подневолья и тяжкого пути освобождения от него. Формировались такие черты ментальности восточного славянства, как стойкость к жизненным испытаниям и невзгодам, твердость душевной организации, готовность нести свой тяжкий крест перед лицом судьбы, особая преданность в сохранении христианских заветов.

3. В эволюции духовных ценностей восточного славянства решающую роль сыграли такие исторические факторы как формирование Киевской Руси, Московского княжества и Великого княжества Литовского, единого Российского и позже советского государства, а также современная суверенность трех восточнославянских народов.

Духовные ценности белорусов, несомненно, формировались в контексте восточно-славянского менталитета, испытывая трудности существования между Востоком и Западом и осуществляя поиск собственного пути развития. Белорусская ментальность впитала в себя и униатскую склонность к компромиссам, и героику католицизма, и строгую воздержанность вместе с индивидуализмом протестантизма. Белорусы миролюбивы, для них не характерно чувство национального превосходства над другими национальностями. Говоря о толерантности белорусской нации, обычно выделяют такие черты, как рассудительность и поиск справедливости, неприятие насилия, стремление к разумному компромиссу, терпимость, чуткость, уважение людей с иным мировосприятием и стилем мышления.

Отмечается неоднородность белорусской ментальности в зависимости от местонахождения. Так для районов Западной Беларуси характерна индивидуализация жизни. В Полесье преобладает культ сельской общины, в белорусском Поозерье проявляется православная соборность.

В последнее время все чаще слышен призыв к единению славян, который зародился в глубине веков. Объединительная программа всех славян, т. е. восточных, южных и западных (европейских) католиков, православных и др., именуется панславизмом. Еще во времена Московской Руси, в царствование Алексея Михайловича, появились идеи и попытки такого объединения. Сторонниками единения славянства были, например, мыслители Великого княжества Литовского С. Будный, Л. Зизаний, М. Смотрицкий, Я. Веслицкий, Н. Гусовский, Я. Длугаш и др.

Влиятельнейшим центром единства славянства стала Прага, которую называли «Славянскими Афинами». В ней и состоялся в 1848 году первый Славянский конгресс, сформировалась сильная школа ученых-славистов. Здесь, в Праге состоялся, в 1998 году Всеславянский съезд.

На рубеже XX ‑ XXI столетий одновременно с интеграцией западноев­ропейских стран происходит процесс дезинтеграции славянского мира, сопровождающийся разрушением СССР, расчленением Югославии, Чехословакии. Славянские духовные ценности как проявление особой человеческой цивилизации и ментальности исторически уникальны и во многом самодостаточны.

Восточно-славянскому миру западными идеологами отводится важное место в стратегии противодействия самобытным цивилизациям. Свое отношение к иным типам цивилизации профессор З. Бжезинский четко определил одним понятием — гегемония. «Гегемония стара как мир, — пишет он, — однако современная гегемония Америки отличается стремительностью своего утверждения, своим глобальным характером, а также средствами своей реализации. В течение одного столетия Америка трансформировалась — не без динамики международного развития — из страны, изолированной в западном полушарии, в державу, беспрецедентную по своему влиянию и масштабам». Если такие политики, как Г. Трумэн, Дж. Буш, Р. Рейган, гегемонию США выводили из ее военного и экономического могущества («России следует показать железный кулак», — заявлял в самом начале холодной войны против СССР Г. Трумэн), то З. Бжезинский дополняет этот перечень таким компонентом, как культурная гегемония, выделяя при этом ее привлекательность среди молодежи. Развивая, по сути дела, известную концепцию С. Хантингтона о столкновении цивилизаций, он считает, что в возможном конфликте двух основных цивилизаций XXI в. — западной (атлантической) и конфуцианско-буддистской — восточной, православный регион необходимо использовать как противовес усиления исламского фактора и для недопущения «конфуцианско-мусульманской» связи.

Вместе с тем Бжезинский видит и трудности формирования из восточноправославной цивилизации противовеса конфуцианству и исламскому миру в том случае, если восточное славянство, восстановив свою мощь, может оторваться от Запада и установить тесные связи со странами, способными играть роль цивилизационных или региональных центров: Турцией, Ираном, Китаем. По мнению западных стратегов, это может содействовать России в формировании оппозиции американской гегемонии не только в Евразии, но и в мире, учитывая фундаментальный потенциал восточного славянства в географической, политической, интеллектуальной и военной сферах.

Как ответить на этот вызов времени восточнославянскому миру, как сохранить и умножить славянские духовные ценности и единство славян на рубеже веков, каковы приоритеты дальнейшего развития человечества?

Возможно, именно славянский мир на современном этапе цивилизационного развития с его тенденцией к единству мирового процесса, признанием культурного плюрализма и необходимостью отказа от всякой иерархии культур, а значит, и отрицанием европоцентризма сможет сыграть роль творческого посредника между Востоком и Западом. Находясь же на перекрестке цивилизаций и в силу своего геополитического статуса став местом столкновения Востока и Запада уже внутри славянства, Беларусь в этом процессе мирового единения может сыграть заметную роль.

Отдельный и важный прежде всего для белорусского народа вопрос — о цивилизационной судьбе России как центра восточнославянской цивилизации.

В середине XIX века обозначился знаменательный для русского этноса момент социально-политического (и цивилизационного) самоопределения. Он сопровождался ожесточенной публичной дискуссией между славянофилами и западниками о выборе пути развития России. Славянофилы утверждали, что Россия должна идти самобытным путем, поскольку ее культура, менталитет, историческое поведение не имеют ничего общего ни с Западом, ни с Востоком. Западники считали, что Россия по своим социокультурным истокам и менталитету тяготеет к Западу и должна на него ориентироваться, когда речь заходит о попытках модернизации, о догоняющем развитии страны.

Историческая приобщенность России ко многим ценностям Западной цивилизации и культуры несомненны. Это христианство (в его восточном варианте), это элементы западного рационализма, просветительства, романтизма, социального утопизма, авангардизма, уважения к научной рациональности. В этой концепции присутствует абсолютизация западного опыта, часто отсутствует критическое отношение к опыту развития Запада. Недооценивается обратное влияние России на Запад. Игнорируются восточные элементы в российской культуре.

В 20-х годах XX века в среде русской эмиграции появилась концепция, которая пыталась «примирить» первые две — евразийство.

Ее сторонники утверждали, что Россия представляет собой специфический тип культуры — евразийский, связанный с ее географическим местоположением, исторической судьбой, восточными и западными соседями. На авансцену истории попеременно выступали различные линии социокультурной ориентации: в период Киевской Руси — византийская, в столетия монголо-татарского ига — восточная, со времен Петра I — западная. При этом русская культура синтезировала все эти элементы.

Концепция, наряду с идеей объединения восточного славянства и других народов России, имела ощутимый тоталитарный посыл.

П. Сорокин писал о том, что России присущ «догоняющий» тип модернизации, деспотизм в государственном управлении, особый «иоанновский» тип личности, соединяющий особую чувствительности к высшим морально-нравственным ценностям и идеалам, смирение и стихийность, свободолюбие и привычку к рабству.

Содержание социально-экономической модели России, начиная с середины XIX века, принципиально не отличалось от индустриальной модели, господствовавшей в мире.

После первой мировой войны, революции в России 1917 года, Великой Депрессии возникла новая социалистическая модель. На фоне явного кризиса индустриального общества, что проявилось в невиданной по масштабам первой мировой войне, Россия первой осуществила проект строительства альтернативного капитализму, но индустриального по характеру, социалистического общества. Вернее, социализм был позднеиндустриальной моделью социально-экономического развития.

Россия сформировала обширный мир социализма, противостоявший западной цивилизации во главе с США. Возник двухполюсный мир.

Картина резко изменилась с конца XX века. Возникла новая волна бифуркаций, глубинная суть которых — трансформация индустриального общества и присущих ему моделей в постиндустриальное.

Объективным фактором трагического для СССР (с Россией как центром) кризиса явилось исчерпание того варианта позднеиндустриального общества. Признаки тоталитарного общества, чрезмерная концентрация экономической силы в руках подавлявшей предпринимательскую инициативу правящей бюрократической верхушки, подавление личности и ограничение прав и свобод, что открывало дорогу к периодическим репрессиям; избыточная централизация, игнорирование особенностей и интересов наций и территорий; милитаризация, концентрировавшая лучшие ресурсы и интеллектуальные силы на гонке вооружений.

На какую социально-экономическую модель в настоящей ситуации надо ориентироваться России? Окажется ли восточное славянство при этом единым?

1. Ряд авторов ориентируется на западную модель, на присоединение России и других восточнославянских государств в качестве развитых индустриальных держав к постиндустриальному миру, создав однополюсный мир; постиндустриализм же — далекое грядущее для России.

2. Ряд авторов, отметив, что Россия еще не вошла в постиндустриальную фазу техногенного общества, предлагают двигаться в направлении формирования самостоятельной системы мирового класса, превратиться в мировую этноэкономическую систему. Это развитие должно быть не на постиндустриальной (техногенной) основе, где она будет вечно догонять лидеров, а на основе этноэкономической транснационализации. Шансы такого движения — в плоскости социокультурной, в системе духовных ценностей. Однако этого явно недостаточно. Необходимо, чтобы Россия и возглавляемое ею цивилизационное сообщество не только интегрировали культурное, духовное цивилизационное ядро, но и материализовали интеллектуальные преимущества в технологическом прорыве, конкурентноспособной продукции и эффективной экономике.

3. Ряд авторов вновь обращаются к «стратегии прорыва». Не догоняя — обгонять в тех сегментах техники и технологии, где это возможно. Это основа долгосрочной стратегии.

Каковы факторы интеграции восточнославянской цивилизации?

Большинство авторов отмечают, что пока еще есть шансы на сохранение и последующее возрождение евразийской (и восточнославянской) цивилизации. Основания для такой точки зрения:

• природные ресурсы;

• народ с пока еще мощной интеллектуальной базой, образованными кадрами,

• научный и технологический фундамент (Россия, Беларусь, Украина были наиболее развитым научно-промышленными регионами в СССР);

• смена поколений экономических, политических, культурных лидеров.

Самые большие надежды возлагаются на социокультурные факторы, под которыми понимается совокупность элементов духовной жизни общества, сферы духовного воспроизводства:

• науки, которая имеет единые традиции на всем пространстве восточного славянства;

• культуры, имеющей единые историко-генетические корни и сохраняющей пока мощную интеллектуальную базу;

• христианства изначально православного направления, а сейчас многоконфессионального, но скрепленного веротерпимостью;

• системы образования, которая в советские времена был признана одной из лучших как по результативности, так и по гуманистической направленности;

• языка, который при всех различиях восточнославянских языков, сохраняет историческую память, немалую роль играет русский язык как интегрирующий социокультурную общность восточных славян;

• этики, которой изначально присущи (хотя сейчас находятся в жестоком кризисе) человеколюбие, толерантность, простота, доброжелательность, поиск нравственного идеала.

• идеологии, которая формируется в условиях крушения коммунистической идеологии, потери идеалов и веры в будущее, с одной стороны, формирования идеалов постиндустриального общества, поиска новых интегрирующих идей, с другой. Эта пока еще слабая тенденция названа Питиримом Сорокиным позитивной моральной поляризацией, при которой постепенно появятся здоровые силы, ориентированные на отказ от культа войны и насилия, на бескорыстные акции одних индивидов по отношению к другим, на моральные факторы взаимопомощи, сотрудничества, симпатии и бескорыстной творческой любви, исключающей эгоистическое соперничество, ненависть и грубую силу.

Кроме того, наряду с дезинтеграционными процессами, которыми сопровождается становление постиндустриальной эпохи (Югославия, СССР), к концу XXI века явно развиваются интеграционные процессы (ЕС, Северная Америка). Они обусловлены объективными закономерностями глобализации и сопровождаются межэтническими и кросскультурными взаимодействиями.

Пока контуры движения восточнославянской цивилизации размыты.

30. Идеология современного белорусского государства и инновационный потенциал белорусской модели социально-экономического развития.

1.Идеология – совокупность взглядов и идей, мифов и преданий, политических лозунгов и программных документов партий, философских концепций и т.д., в которых общество или отдельные социальные субъекты (классы, социальные группы, партии и т.д.) осознают и оценивают действительность (прежде всего социальную), ее проблемы и конфликты и выражают свое отношение к ним путем активной деятельности (прежде всего, политической), направленной на сохранение или изменение данных общественных отношений.

2. Современное белорусское государство по своему статусу – это транзитивное общество, переходящее на позиции развития рыночной экономики, демократического правового и социального государства, на пути постиндустриального развития. Это молодое государство, которое, конечно, имеет свои древние традиции государственного развития, но которое испытывает трудности в формировании адекватной историческому моменту идеологической основы государственной жизни. Это очень важный момент в жизни и формировании любого государства, т.к. сегодня именно государству принадлежит главная роль в национальной системе защиты и гарантии всех – гражданских, политических, экономических, социальных и культурных прав и свобод человека. В этом контексте проблема формирования идеологии белорусского государства, заявленная как проблема государственной значимости, выступает как своевременный и оправданный шаг нашего государства.

Сегодня этот процесс во многом имеет ранг «постановки проблемы». В чем видятся трудности процесса формирования новой идеологии?

Прежде всего, необходимо обратить внимание на открытую постановку проблемы поиска идентичной для современного белорусского общества идеологии. Естественноисторический путь европейских государств - формирование наций и национальных государств в эпоху перехода от традиционного к индустриальному, капиталистическому обществу, в эпоху модернизации. Формирование государственной идеологии оказывалось тесно связанным с национальным самосознанием, с процессом рационализации его стихийных уровней - уровня общественной психологии, и формирования его рациональных форм, уровня идеологии и философии.

Белорусское общество не пережило исторического этапа модернизации (индустриализации, формирования национального самосознания и т.д.) в рамках собственного национального государства, поэтому фундамент идеологии - общественная психология ( мотивации, установки, переживания и пр., как составные части национально-культурного опыта государственности) не успел сформироваться. Естественноисторический путь складывания государственной идеологии на базе соответствующей общественной психологии в силу ряда причин оказался нереализованным.

90-е годы ХХ века — период обретения Беларусью государственного суверенитета, национально-культурного возрождения, становления гражданского общества. Эти процессы оказались взаимозависимы в своем развитии. В этих условиях формирование государственной идеологии как регулируемый «сверху» процесс отвечает исторической необходимости «дотягивания» общественной психологии и национального самосознания до уровня, который бы обеспечил интеграцию гражданского общества и государства на национально-культурной почве.

Существуют большие трудности с определением идеологических приоритетов и консолидирующих общество идей.

Сложность формирования государственной идеологии в РБ состоит в том, что сложнейший процесс рационализации общественных настроений, обычно развертывающийся в исторической перспективе, должен быть многократно «сжат» во времени и фактически сведен к технологии селекции, выбора, рациональной отработки, популяризации тех или иных ценностных установок силами существующей в обществе интеллектуальной элиты и политического истеблишмента. Была сформулирована весьма позитивная установка на фундирование государственной идеологии, с одной стороны, ценностями и интересами т.н. открытого общества, с другой, - национальными и государственными приоритетами.

Специфика момента состоит в том, что западное, т.н. открытое общество, исповедующее либеральные ценности, демократическую политику, многоукладную экономику, само находится в поиске новых мировоззренческих структур и отношений к миру, что показали ХХ и ХХ1 Всемирный философский конгресс (1998 г. в США и 2003 г. в Стамбуле). На ХХ конгрессе, в соответствии с его темой «Пайдейя: философия в воспитании человечества» была подчеркнута необходимость рационального поиска путей общечеловеческого существования и воспитания человечества, особенно молодежи, в духе: толерантности, взаимоуважения, диалога культур и терпимости по отношению др. к др., открытой коммуникации, веры в рациональное начало, плюрализма мнений, не силовой стратегии решения конфликтов и преодоления кризисов.

Эти мировоззренческие приоритеты, в соединении с ценностями демократии, правового государства и гражданского общества, уважения прав и свобод личности, повышения качества жизни, создания условий для развития и самореализации каждого человека, стабильного мира, экологизма, культа знания и интеллекта и др. составляют ценностную базу постиндустриальной, в идеале – гуманистической по характеру – цивилизации.

С другой стороны – в основе государственной идеологии должны лежать фундаментальные приоритеты современного белорусского общества, а также исторически сформировавшиеся мировоззренческие ценности и традиции. В качестве таких приоритетов предлагаются: национальная безопасность; экономические приоритеты, направленные на создание динамично развивающейся, рыночной социально- ориентированной экономики; приоритеты в социальной сфере – принципы социальной справедливости, обеспечение условий для свободного развития личности, приоритеты социальной защиты; сохранение интеллектуального и духовного потенциала страны.

Сегодня приоритетными для белорусов становятся такие национальные ценности, как патриотизм, родной язык, собственная история, национальные традиции, обычаи, национальный менталитет, которые в частной, этнической форме преломляют общечеловеческие идеалы добра, правды, справедливости. Белорусы веками нарабатывали уникальный опыт совместной жизни и неконфликтного сосуществования людей различных национальностей и вероисповеданий. Этот опыт в целом созвучен основной задаче постиндустриальной цивилизации – задаче сохранения природы, духовного и культурного богатства, социальных завоеваний человечества. «Охранительный» исторический опыт белорусов имеет в этом смысле большой потенциал. Укрепление этого опыта – важнейшая задача.

Т.о., синтез национально-культурных ценностей с общечеловеческими гуманистическими культурными и социальными завоеваниями как западного, так и восточного общества – это путь, который поможет, с одной стороны, избежать национальной замкнутости, угрозы национального шовинизма. С другой – это гарантия интеграции белорусского общества в объединяющееся мировое сообщество.

Идеологическая доктрина белорусского государства, учитывает исторические традиции белорусского народа, его менталитет и базовые ценности и, разумеется, особенности идентификации. Эта структура массового национального сознания, которая составляет ядро массовой психологии народа и фундирует усилия по созданию идеологии и превращению ее в практически действующие ориентации. Практическая задача государства и общества сегодня - завершения процесса становления белорусской национальной культуры и обретения устойчивости национально-культурной самоидентификации.

Национальная и культурная самоидентификация опирается на особенности национального характера, а также систему ценностей народа. Национальный характер является выражением особенностей исторического, социально-экономического, политического развития народа, а также естественно-природных, географических условий. Он проявляется в поведении людей, их нравах, обычаях, привычках, вкусах, традициях, культуре в целом. В национальном характере любого народа главное место занимает система ценностей. Ценности — это социокультурные предпочтения людей по отношению к различным объектам и явлениям материального и духовного свойства.

Характер государственной идеологии во многом определен выбором социально-экономической модели развития РБ. В свою очередь, государственная идеология задает теоретическое видение этой модели. Можно выделить ряд ее концептуальных положений.