Леон дюги «общество, личность и государство»*

Дюги Леон (1859-1928) – французский юрист, теоретик права, конституционалист, декан юридического факультета в Бордо. Развил взгляды О. Конта и Э. Дюргейма, видя предназначение государства не в господстве какого-то класса, а в качестве системы общественно-полезных служб, выполняющих социальные функции. Насилию и классовой борьбе Дюги противопоставляет идею солидарности и социального партнёрства между синдикатами (профсоюзами).

• «Образование могущественных синдикатов из всех индивидов всех социальных классов, путем коллективных соглашений, определяющих юридические отношения, даст могучую, единственно надежную гарантию против всемогущества правящих лиц…»

Первая лекция

... Я действительно предполагаю… что учение о борьбе классов есть отвратительная доктрина, и что, если буржуазия не имеет исключительного права обладать орудиями производства, то рабочий класс, коллектив также не имеет этого права, и что ни классы, ни общество, ни сами индивиды не имеют как таковые, никакого права. ...

…Я считаю, что понятие субъективного права, т. е. понятие принадлежащей человеку власти противопоставить другому свою индивидуальность, есть понятие метафизического порядка, которое не должно иметь места в позитивной организации современных обществ… Думаю, что вырабатывается новое общество, из которого будут исключены как понятие принадлежащего коллективу права повелевать индивидом, так и понятие принадлежащего индивиду права противопоставлять себя коллективу и другим индивидам. И если для удобства изложения мы олицетворяем коллектив в государстве, то я отрицаю и субъективное право государства и субъективное право индивида.

I. НОРМА ПРАВА, ИЛИ ОБЪЕКТИВНОЕ ПРАВО

...Я глубоко убежден, что люди уже вследствие того, что они являются частью социальной группы и даже всего человечества, подчинены обязательному для них правилу поведения. Я думаю… что все индивиды обязаны повиноваться социальной норме, так как они суть существа социальные, что всякий индивидуальный акт, нарушающий эту норму, непременно вызывает социальную реакцию, проявляющуюся в различных формах в зависимости от времени и места, и что всякий индивидуальный акт, соответствующий этой норме, получает социальную санкцию, также не одинаковую сообразно эпохе и стране.

Эта социальная норма, какое бы название и основание не подыскивали для нее, безусловно существует, не может не существовать, так как без нее не существовало бы и общества. Всякое общество есть дисциплина; и так как человек не может жить без общества, то он может жить не иначе, как подчиняясь дисциплинe. ...Я также думаю, что социальная норма, о которой я говорю, основана на факте социальной солидарности. ... В солидарности я вижу только факт взаимной зависимости, соединяющей, в силу общности потребностей и разделения труда, членов человеческого рода и, в частности, членов одной социальной группы. ...

…Эта норма поведения есть не правило морали, а норма права. Она касается только внешних проявлений человеческой воли; она не обязательна для внутренней жизни человека; она есть норма его внешних актов, а не норма мыслей и желаний, каковой должна быть всякая нравственная норма.

… Глубокая пропасть отделяет мою концепцию социальной нормы, которую я называю нормой права, от прежней концепции естественного права. Последняя есть концепция права идеального, абсолютного, правильного, как геометрическая истина, к которой люди должны стремиться возможно более приблизиться. Наоборот, наша норма права не имеет ничего абсолютного. Она – не идеал, а факт. Она по существу изменчива, как и человеческие общества; она берет свое начало в их бесконечно меняющейся структуре, т. е. изменяется вместе с различными формами жизни, какие представляют нам человеческие общества.

Наконец, традиционная доктрина естественного права покоится на признании за всяким человеческим индивидом известных прав, естественно принадлежащих ему в силу того, что он – человек, в силу... высокого достоинства человеческой личности. Эти права я энергично отвергаю, потому что это – априорные метафизические понятия, не могущие служить основанием для позитивной системы. …

II. МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР ПОНЯТИЯ СУБЪЕКТИВНОГО ПРАВА

Я уже определил субъективное право, как власть лица утверждать свою индивидуальность, как таковую, противопоставляя себя другим лицам… Определение, данное мною субъективному праву, встречается часто в вариантах, в которых легко заметить влияние доктрины Гегеля. ...

Если это понятие субъективного права удержалось до наших дней, то, разумеется, лишь благодаря могучей броне, в которую одели его римские юристы. Из фактической власти более сильных индивидов над менее сильными они создали два субъективных права: imperium, или публичную власть, когда эта власть принадлежит коллективу или его представителям, и dominium, или собственность, когда эта власть принадлежит индивидам. И отдельные части этого учения были так сильно скреплены друг с другом, что на них долгое время смотрели, и теперь смотрят, как на абсолютные истины, тогда как это были лишь случайные решения социальных проблем, совершенно непохожих на те, которые ставятся ныне. ...

...В настоящее время французское общество окончательно освобождается от этих метафизических концепций dominium'a u imperium'a и создает политический строй, совершенно свободный от понятия публичной власти, и экономический и социальный режим, где безусловно не будет также понятия dominium'a, т. е. понятия собственности, субъективного права индивида. Я не говорю, что исчезает индивидуальная собственность; я говорю только, что она перестает быть индивидуальным правом, чтобы сделаться социальной функцией. ...

III. ОТСУТСТВИЕ ПУБЛИЧНОЙ (ГОСУДАРСТВЕННОЙ) ВЛАСТИ, ПОНИМАЕМОЙ КАК СУБЪЕКТИВНОЕ ПРАВО

Я хорошо знаю, что для юриста, и особенно для профессора государственного права, слишком парадоксально защищать мнение, что публичной власти не существует, что это понятие не находит себе оправдания в действительном мире, что, к счастью, оно исчезает и в близком будущем исчезнет. И все же я в этом глубоко убежден. Публичная власть есть пустая схоластическая форма, концепция, в известное время отвечавшая потребности и оказавшая услуги, но теперь бесполезная и опасная. ...

…Все согласны признать, что преимущественное свое выражение государственная власть получает в законе. Как же в действительности создается закон? Если он прямо голосуется народом, то непременно образуется большинство и меньшинство, и большинство вотирует закон. Таким образом, закон в действительности не есть проявление (эманация) воли; он создается только большинством индивидов, составляющих народное собрание. ...Имеется закон, принятый большинством, напр., 10000 граждан и обязательный для 5000 других, – и только, не больше. … Что следует за всеми обеспечить право участия в создании законов, под этим я подписываюсь обеими руками. Но что власть числа создает субъективное право публичной власти, это я безусловно отвергаю...