Глава VIII. Социальная механика или двигатели социального движения [прод.] 1. Двигатели эгоистические – принуждение

Вторым двигателем общественного порядка является принуждение… Под принуждением в обширном смысле мы разумеем осуществление какой-либо цели, посредством преодоления воли. ...

Совокупность всех относящихся сюда явлений и основных положений мы называем организацией или системой социального принуждения. Потребность общества в организации находящейся в его распоряжении естественной, принудительной власти принадлежит к одной из самых ранних и неотразимых, при удовлетворении этой потребности общество достигает двух задач: одной – внешней, другой – внутренней. Первая заключается в установлении внешнего принудительного аппарата и таким аппаратом служит государство. Государство есть само общество, как держава организованной принудительной силы. Вторая, внутренняя задача имеет своей целью установление основных правил, положений для применения принудительной власти. Совокупность этих правил называется правом. Право есть система социальных целей, гарантируемых принуждением. …

2. Человек – самообладание власти

Жизнь сильнейшего за счет слабейшего, уничтожение последнего при столкновении с первым – таков склад совместной жизни в мире животных; обеспеченное существование наислабейшего и наибеднейшего рядом с сильнейшим и могущественным – таков вид общежития в человеческом мире. ...

...Интерес обуздывает страсть, стремящуюся уничтожить врага, и рекомендует силе ради ее самой, умеренность, то есть мир с врагом на справедливых условиях. Мир вызывает договор, последний родит право, право же как результат борьбы, представляет сознание сильного, что в интересе его самого необходимо допускать существование рядом с собой слабого – сознание необходимости самоограничения власти в ее собственном интересе. ...Мир более соответствует обоюдным интересам, чем война.

Таким образом, власть разумная и способная к самоодолению является источником права. Это будет возникновение права из власти сильнейшего; такому виду возникновения права противополагается другой, ...а именно: возникновение права из соединения власти равных. ...

...В моих глазах право представляется властью, сознавшей собственную выгоду, а вместе с тем и необходимость меры, следовательно не чем-либо в сущности различным от власти, а лишь одной из форм ее проявления: властью правою, правильной, обусловленной правилами, следовательно дисциплинированной властью в противоположность к власти или силе дикой, грубой, определяющейся лишь страстью и временной выгодой, к власти бесправной. Таким образом, не право владычествует вместо власти, а сама власть, притом постоянно и всюду; она восседает на престоле, она вооружена мечом и право служит ей так же, как компас штурману. Но подобно тому, как не компас стоит на руле, а штурман, так точно не право, а власть управляет рулем. Поэтому право не есть нечто противоположное власти, а придаток ее самой, усвоенное ею правило, превратившееся, вследствие постоянного соблюдения его, в свойство власти, в ее вторую природу. Уклонение власти от этого правила мы должны представлять себе не в виде того, что власть, нарушая обычный порядок, отстраняет право, а в виде акта постоянно господствующей власти, совершая который власть изменяет своим собственным принципам, увлекается импульсом минуты – это момент самозабвения, непоследовательности, уклонения в сторону первоначальной необузданности. ...

Желая выразить вышеизложенное сжато, скажем: право есть политика власти. Но, само собой разумеется, не отдельного, конкретного случая, – это политика близорукого, политика глупца, недостойная названия политики, – а, напротив, политика разумная, дальновидная, никогда не теряющая из виду абстрактной, то есть постоянно подлежащей преследованию цели в связи ее с целями человеческой жизни, – следовательно, политика,, которая coзнает, что низшей или мимолетной выгодой следует поступаться для достижения высшей, продолжительной. ...