«Общий обзор позитивизма»

Позитивизм по существу слагается из философии и политики, которые по необходимости нераздельны, как образующие одна основание, другая цель единой универсальной системы, где разум и общественность находятся в тесном сочетании. … Действительная систематизация всего человеческого мышления является, таким образом, нашей первой социальной потребностью, относящейся одинаково как к порядку, так и к прогрессу. Постепенное выполнение этого обширного философского предприятия произвольно вызовет на всём Западе новую моральную власть, неизбежное влияние которой создаст прямое основание для окончательного преобразования, ибо оно объединит различные передовые народности единой системой всеобщего образования, системой, которая даст, как для общественной, так и для частной жизни твёрдые принципы суждения и поведения. …

Во всяком нормальном состоянии человечества, каждый гражданин является государственным чиновником, более или менее определенные преимущества которого обуславливают одновременно его права и обязанности. Этот всеобщий принцип должен, без сомнения, распространяться также на собственность, которую позитивизм рассматривает, главным образом, как необходимую социальную функцию, состоящую в накоплении и управлении капиталами, с помощью которых каждое поколение подготавливает поле деятельности для следующих за ним. Эта нормальная оценка облагораживает владение собственностью, не ограничивая его справедливой свободы и даже внушая к нему больше уважения. …

Окончательное преобразование заключается главным образом в замене прав обязанностями, дабы лучше подчинить личность общественности. Слово право должно быть также строго изгнано из политического языка, как слово причина из истинно философского языка. … Настоящие права могли существовать лишь, пока духовная власть исходила из сверхъестественной воли. Чтобы бороться против этих теократических авторитетов, метафизика последних пяти веков ввела мнимые человеческие права, которые могли приносить только отрицательную пользу. Когда же попытались им дать истинно органическое назначение, они тот час же обнаружили свою противообщественную природу, выразившуюся в стремлении всегда поддерживать индивидуальность.

В позитивном строе, не допускающем небесных полномочий, идея права безвозвратно исчезает. Каждый имеет обязанности относительно всех людей, но никто не имеет права в собственном смысле слова. Справедливые индивидуальные гарантии вытекают только из всеобщей взаимности обязательств, которые являются моральным эквивалентом прежних прав, но не представляют серьёзных политических опасностей, сопряжённых с последними. Другими словами, единственное право, которым человек обладает, – это право исполнять свой долг. Только таким путём политика может, наконец, действительно быть подчинена морали, согласно поразительной программе средних веков. …

Главная характерная черта основной деятельности, которая освятит всё наше существование, состоит в необъятном сотрудничестве, представление о котором ни один менее сложный организм не может дать. Эта согласованность действий, одинаково относящаяся ко времени и пространству, требует двух необходимых ступеней социального чувства: действительную солидарность и историческую непрерывность… Действительное подчинение политики морали прямо вытекает из того, что все люди должны быть рассматриваемы не как отдельные существа, но как различные органы единого Великого Существа. Поэтому во всяком правильно устроенном обществе каждый гражданин всегда становится общественным деятелем, выполняющим, худо или хорошо, свои самопроизвольные или систематические обязанности.

__________