Цицерон «законы»*

Марк Туллий Цицерон (106 - 43 до н. э.) – блестящий римский оратор, политический деятель, адвокат. С юности находился под значительным влиянием Платона, Аристотеля, римских стоиков и естественного права. Теоретик и защитник римской республики. Противник тирании и демократии как тирании масс. Убит в период диктатуры Марка Антония.

• «Тем, кому природа даровала разум, она даровала и здравый разум. Следовательно, она им даровала и закон, который есть здравый разум – как в повелениях, так и в запретах. Если она даровала закон, то она даровала и право».

… Итак, государство есть достояние народа, а народ – не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных между собой согласием в вопросах права и общностью интересов. Первой причиной для такого соединения людей является не столько их слабость, сколько, так сказать, врожденная потребность жить вместе. …

Когда верховная власть находится в руках одного человека, мы называем этого одного царем, а такое государственное устройство – царской властью. Когда она находится в руках выборных, то говорят, что это гражданская община управляется волей оптиматов. Народной же (ведь ее так и называют) является такая община, в которой все находится в руках народа. …

При царском образе правления первая и самая неизбежная перемена следующая: когда царь начинает быть несправедлив, этот государственный строй тотчас же рушится, а этот же правитель становится тираном: это наихудший вид государственного устройства и в то же время близкий к наилучшему; если его ниспровергнут оптиматы, как обыкновенно это случается, то государство получает второй из названных видов устройства; это – вид, уподобляющийся царской власти, то есть составленный из “отцов” совет первенствующих людей, заботящихся о благе народа. Если же народ своей рукой убьет или изгонит тирана, то он бывает несколько умерен только до той поры, пока владеет чувствами и умом, радуется своему деянию и хочет защитить им же установленный государственный строй. Но если народ применил насилие к справедливому царю, или лишил его царской власти, или даже (это бывает еще чаще) отведал крови оптиматов и подчинил своему произволу всё государство …, тогда и происходит то, что так ярко изобразил Платон …. «Когда, – говорит Платон, – ненасытная глотка народа пересохнет от жажды свободы и народ, при дурных виночерпиях, вкусит не разумно размешанной, а совсем неразбавленной свободы, он начинает клеветать на магистратов и первенствующих людей, если они не особенно мягки и уступчивы и не дают ему полной свободы, начинает преследовать их, обвинять, называть своевластными, царями, тиранами». …

Ты с полным основанием спрашиваешь, какой из трех видов государственного устройства наиболее одобряю я; ведь ни одного из них самого по себе, взятого в отдельности, я не одобряю и предпочитаю каждому из них то, что как бы сплавлено из них всех, взятых вместе. Но если бы понадобилось выбирать какой-нибудь один строй в чистом виде, то я бы одобрил царскую власть… Имя царя напоминает мне как бы имя отца, заботящегося о согражданах, как о своих детях, и охраняющий их… Но вот встают оптиматы, чтобы заявить, что они делают. Это же самое лучше, и сказать, что мудрости будет во многих больше, чем в одном, а справедливость и честность та же. И народ, оглушая вас, кричит, что он не согласен повиноваться ни одному, ни немногим, что даже для зверей нет ничего сладостнее свободы, и что ее лишены все те, кто находится в рабстве, независимо от того, чьи они рабы – царя или оптиматов. Так, благоволением своим нас привлекают к себе цари, мудростью – оптиматы, свободой – народы, так что при сравнении трудно выбрать, чего можно желать больше всего. …

[Я считаю] наилучшим государственным устройством такое, которое, с соблюдением надлежащей меры, будучи составлено из трех видов власти – царской, власти оптиматов и народной, не возбуждает, наказывая, жестоких и злобных чувств. …

Природа создала нас для того, чтобы мы разделяли между собой всю совокупность прав и пользовались ими все сообща. И я, говоря «природа», хочу, чтобы во всем этом рассуждении меня так и понимали. Но испорченность, связанная с дурными наклонностями, так велика, что от неё как бы гаснут огоньки, данные нам природой, и возникают и укрепляются враждебные им пороки. И если бы люди – как по велению природы, так и в силу своего суждения – признавали, что «ничто человеческое им не чуждо»… то все они одинаково почитали бы право. Ведь тем, кому природа даровала разум, она даровала и здравый разум. Следовательно, она им даровала и закон, который есть здравый разум – как в повелениях, так и в запретах. Если она даровала закон, то она даровала и право; разум был дан всем. Значит, и право было тоже дано всем, и Сократ справедливо проклинал того, кто первый отделил пользу от права. …

…Итак, закон есть решение, отличающее справедливое от несправедливого и выраженное в соответствии с древнейшим началом всего сущего – природой, с которой сообразуются все человеческие законы, дурных людей карающие казнью и оберегающие честных.

__________