40. Процессуальные и тактические особенности деятельности гособвинителя в судебном следствии с участием присяжных заседателей.

У некоторых юристов создалось мнение, что суд присяжных – это «суд толпы», «суд эмоций», который выносит решение не столько на основе доказательств, сколько под давлением театральных приемов и краснобайства ловких адвокатов или прокуроров. Практика показывает, что это далеко не так. Присяжные внимательно и заинтересованно относятся к исследованию доказательств. Красноречие государственного обвинителя и защитника важно, но решающим фактором судебного разбирательства по-прежнему остаются выводы судебного следствия. Результат обвинения в основном зависит от умелого участия в нем прокурора. С этой задачей государственные обвинители не всегда успешно справляются: как отмечалось выше, в таких судах в среднем оправдывается почти каждый пятый подсудимый.  Эффективное участие прокурора в судебном следствии зависит прежде всего от знания им положений ст. 335 УПК РФ, регламентирующей особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей.  Оно начинается со вступительных заявлений государственного обвинителя и защитника (ч. 1 ст. 335 УПК РФ).  Во вступительном заявлении государственный обвинитель излагает существо предъявленного обвинения и предлагает порядок исследования представленных им доказательств (ч.2 ст. 335 УПК РФ).  По форме и содержанию заявление прокурора должно представлять собой краткое и понятное для присяжных заседателей изложение существа предъявленного обвинения, но без упоминания о фактах судимости и иных данных, способных вызвать у них предубеждение.  Для формирования у присяжных заседателей уверенности в доказанности предъявленного подсудимому обвинения важное значение имеет право государственного обвинителя высказать суду предложения о порядке исследования представленных им доказательств (ч.2 ст. 335 УПК РФ).  «Если...производить судебное следствие без всякой системы, допрашивать свидетелей и прочитывать документы как попало, то получится не такое ясное, цельное впечатление, как получится, если судебное следствие будет производиться систематически. Иногда даже впечатление меняется – ослабевается или усиливается только оттого, что одни доказательства разрабатываются прежде или после других, их отменяющих и тем дающих им известное впечатление. Поэтому порядок рассмотрения доказательств на суде, т.е. управление ходом судебного следствия, несомненно, может оказать влияние на силу, а в некоторых случаях даже на характер впечатления доказательств» .  Установление оптимального порядка исследования доказательств (с учетом требований ст. 274 УПК РФ) позволяет разумно организовать судебное разбирательство, провести его наиболее рационально, целеустремленно, чтобы обеспечить исследование всех доказательств, необходимых для выяснения возникающих по делу вопросов, при наименьших затратах сил и времени суда, сторон и вызываемых в судебное заседание граждан. Это особенно важно, например, при рассмотрении громоздких, многоэпизодных групповых дел, где необходимо определить очередность следственных действий, прежде всего допросов подсудимых, потерпевших, свидетелей: допрашивать ли их по каждому из эпизодов обвинения, или последовательно исследовать доказательства в отношении каждого из подсудимых, или как-то иначе.  Прокурору целесообразно определять такой порядок исследования доказательств, который является оптимальным для обоснования позиции обвинения, формирования у присяжных заседателей правильного внутреннего убеждения по относящимся к их компетенции вопросам о фактической стороне дела и виновности подсудимого, а также о том, заслуживает ли он снисхождения.  Очевидно, в первую очередь следует представлять присяжным в логической последовательности доказательства события преступления, например: показания лиц, обнаруживших труп; протоколы осмотров места происшествия и трупа; показания потерпевших из числа родственников погибшего, заявивших об исчезновении последнего, а затем опознавших труп, и т.п.  Затем исследуются иные обстоятельства, образующие объективную сторону состава преступления (способ совершения преступления, квалифицирующие обстоятельства и т.д.); после этого – данные о характере, степени и форме вины подсудимого; наконец, обстоятельства, отягчающие и смягчающие ответственность, причины и условия, способствовавшие совершению преступления.  Разумеется, эта схема не носит жесткого характера и может быть изменена в зависимости от ситуации по конкретному делу.  Так, если говорить о последовательности допросов подсудимых по групповым делам (согласно ч. 4 ст. 274 УПК РФ очередность допросов подсудимых в этих случаях определяется с учетом мнения сторон), то с позиции обвинения, по общему правилу целесообразно первыми допрашивать тех, кто признает себя виновными и дает «развернутые» показания: таким путем можно получить наиболее полную информацию об обстоятельствах преступления.  Кроме того, показания этих подсудимых могут оказать определенное влияние на других подсудимых, а может быть, и свидетелей, предупредить изменение ими (в целях выгораживания обвиняемых) показаний, данных в ходе предварительного следствия.  С этих же позиций допросы целесообразнее начинать не с главных, а с второстепенных участников преступления, от которых более вероятно ожидать правдивых и полных показаний.  Наконец, иногда имеет смысл предложить допрос того или иного подсудимого в отсутствие других подсудимых, если есть основания опасаться, что на него будет оказываться давление (особенно это относится к делам, по которым наряду со взрослыми в числе подсудимых есть и несовершеннолетние).  Прокурору следует продумать предложения о порядке производства допросов и исследования других доказательств таким образом, чтобы они воспринимались слушателями в логической последовательности. Особенно это важно по делам, где обвинение основывается главным образом на косвенных доказательствах. Когда, например, такими доказательствами подтверждается обвинение в убийстве, целесообразно вначале допросить свидетелей, дающих показания о неприязненных отношениях между потерпевшим и подсудимым, об угрозах со стороны последнего; затем тех, кто видел подсудимого вместе с потерпевшим незадолго до его смерти; далее исследовать заключение экспертов о том, что ранение потерпевшему могло быть нанесено ножом, обнаруженным впоследствии у подсудимого, что на этом ноже обнаружены следы крови, совпадающие по группе с кровью потерпевшего, и т.д.  После вступительного заявления государственного обвинителя защитник высказывает согласованную с подсудимым позицию по предъявленному обвинению и мнение о порядке исследования представленных им доказательств (ч. 3 ст. 335 УПК РФ).  После допроса подсудимого, потерпевшего, свидетелей, эксперта сторонами присяжные заседатели через председательствующего вправе задать им вопросы. Вопросы излагаются присяжными заседателями в письменном виде и подаются председательствующему через старшину. Эти вопросы формулируются председательствующим и могут быть им отведены как не относящиеся к предъявленному обвинению (ч. 4 ст. 335 УПК РФ).  Судья по собственной инициативе, а также по ходатайству сторон исключает из уголовного дела доказательства, недопустимость которых выявилась в ходе судебного разбирательства (ч. 5 ст. 335 УПК РФ). По смыслу закона исключение из разбирательства дела в суде присяжных недопустимых доказательств может проводиться как в подготовительной части судебного заседания, так и на всем протяжении судебного следствия.  Председательствующий судья не вправе отказать стороне в исследовании доказательства, если оно не исключено из разбирательства как недопустимое.  В процессе судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей стороны, как уже указывалось, не могут упоминать о существовании исключенных из разбирательства доказательств. В тех случаях, когда сторона защиты или другие участники процесса начинают ссылаться на исключенные или подлежащие исключению доказательства, прокурор должен незамедлительно сделать соответствующее заявление.  Если вопрос о недопустимости доказательств возник во время судебного разбирательства, то он рассматривается в отсутствие присяжных заседателей. Заслушав мнение сторон, судья принимает решение об отказе в удовлетворении ходатайства либо об исключении доказательства, признанного им недопустимым (ч. 6 ст. 335 УПК РФ).  Прокурор обязан следить за соблюдением этого процессуального порядка, особенно в тех случаях, когда подсудимый заявляет о применении к нему недозволенных методов ведения следствия. Отсутствие должной реакции со стороны государственного обвинителя на такое заявление подсудимого, прозвучавшее в судебном заседании, побуждает присяжных заседателей воспринимать его как соответствующее действительности, а это в свою очередь вызывает у них сомнение в виновности подсудимого и может привести к его необоснованному оправданию.  Прокурор также должен своевременно реагировать на необоснованные ходатайства защиты об исключении допустимых доказательств, так как подобные ходатайства направлены на подрыв доказательственной базы обвинения.  Следует учитывать, что исключение из судебного разбирательства допустимых доказательств приводит к неполноте судебного следствия. Как отмечалось выше, при неполноте судебного следствия у присяжных заседателей проявляются непреодолимые сомнения, колебания, не формируется нравственно-психологическая готовность вынести обвинительный вердикт, у многих из них «не поднимается рука» дать положительный ответ на вопрос о виновности, даже если им кажется, что подсудимый скорее виновен, чем невиновен.  Для обеспечения полноты судебного следствия, убеждения присяжных заседателей в виновности подсудимого важное значение имеет реализация сформулированного в ст. 240 УПК РФ принципа непосредственности и устности судебного разбирательства, поскольку:  ● присяжные выносят обвинительный или оправдательный вердикт, не знакомясь с материалами уголовного дела, и все, что не рассмотрено в их присутствии в судебном заседании, останется для них неизвестным и не сможет быть учтено при решении вопроса о виновности или невиновности подсудимого:  ● уголовно-процессуальный закон обязывает присяжных заседателей «принимать во внимание все рассмотренные в суде доказательства» (ч.1 ст. 332 УПК РФ – текст присяги), основывать свой вердикт «лишь на тех доказательствах, которые непосредственно исследованы в судебном заседании» (п.5 ч.3 ст. 340 УПК РФ);  ● в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ оглашение ранее данных в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства показаний потерпевшего и свидетеля допускается с согласия сторон в случаях:  1) наличия существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде;  2) неявки в судебное заседание свидетеля или потерпевшего.  Необходимо отметить, что в суде с участием присяжных заседателей неявка в судебное заседание потерпевшего и свидетелей обвинения часто бывает невосполнима даже в тех случаях, когда государственному обвинителю удается добиться оглашения ранее данных ими показаний, так как отсутствие свидетелей препятствует формированию у присяжных заседателей правильного внутреннего убеждения о доказанности предъявленного подсудимому обвинения.  Так, по делу М., обвинявшегося в убийстве с особой жестокостью двух лиц (Московская обл.), председательствующий удовлетворил ходатайство обвинителя и постановил закончить судебное следствие без неявившихся свидетелей. Из 13 лиц, указанных в списке, приложенном к обвинительному заключению, в судебном заседании были допрошены только 5 второстепенных свидетелей, которые очевидцами происшествия не являлись. В результате присяжные заседатели вынесли оправдательный вердикт (впоследствии приговор судом надзорной инстанции был отменен).  Что же касается случаев вынесения присяжными заседателями оправдательного вердикта при достаточном, казалось бы, количестве непосредственно исследованных в суде обвинительных доказательств, то одной из причин этого является представление и непосредственное исследование доказательств зачастую только в расчете на профессионального судью. Однако обвинителю важно овладевать навыками общения с присяжными заседателями, хорошо представлять себе особенности восприятия ими доказательств, принимать меры к тому, чтобы они полно и правильно уясняли их суть.  41.Речь прокурора в судебных прениях судебного разбирательства

 В речи государственного обвинителя-прокурора подводятся итоги обвинительной деятельности, направленной на изобличение подсудимого в совершении преступления. По своей структуре речь прокурора состоит из нескольких логически взаимосвязанных частей, последовательность и содержание которых может различаться в зависимости от обстоятельств рассматриваемого дела. Однако при всех условиях обвинительная речь прокурора должна включать в себя следующие содержательные элементы. Прокурор в своей речи раскрывает общественную опасность и противоправность совершенного подсудимым деяния, тот вред, который нанесен преступлением интересам граждан и общества. Эту оценку необходимо увязать с конкретными обстоятельствами совершенного деяния в том виде, каком они были установлены судебным следствием. В выступлении государственного обвинителя обосновывается, доказывается выдвинутый им обвинительный тезис, т. е. необходимо показать, какие доказательства подтверждают виновность подсудимого, какое обвинение прокурор считает обоснованным и что из исследованных доказательств, версий, обстоятельств не нашло подтверждения в результате судебного разбирательства и должно быть отвергнуто. Силой конкретных аргументов прокурор должен стремиться убедить суд в правильности занимаемой им позиции, строго руководствуясь при этом требованиями ст. 20 УПК и критически оценивая собранные по делу фактические данные". Обязательным элементом обвинительной речи является обоснование уголовно-правовой квалификации совершенного подсудимым преступления Прокурор приводит аргументы, указывающие на то, что в действиях подсудимого имеется конкурентный состав преступления и что это преступление должно быть квалифицировано по определенной статье, такой-то части и такому-то пункту этой статьи. Прокурором должна быть обоснована и мера наказания, подлежащая, по его мнению, применению к подсудимому. Поэтому в обвинительной речи дается оценка личности подсудимого.