10. Причины диктата над редакционной политикой

Таким образом, диктат над редакционной политикой бывает вызван финансовыми интересами многих заинтересованных сторон.

Все большее число журналистов отмечают вмешательство хозяев их каналов или изданий в вопросы редакционной политики. А на вопрос, хорошо ли СМИ выполняют задачу информирования общества, пишущие и снимающие профессионалы год от года дают все более пессимистичный ответ.

Конечно, никакие конкретные цифры опросов не могут точно измерить масштаб цензуры в СМИ, — равно как и факты, касающиеся этой проблемы, очень редко становятся достоянием общественности.

Билл Ковач, 6ывший шеф Вашингтонского бюро газеты «Нью-Йорк Таймс» и соавтор книги «Элементы журналистики: Что должны знать "новостийники" и что должна ожидать публика», очень аккуратно выразился по поводу редакционной политики «Эн-би-си»: «Я не имею фактов, показывающих, что они передали что-то неправильно о "Дженерал Электрик". Я имею очень сильные подозрения, что "Эн – Би - Си" не стремится освещать антиядерные протесты из-за глубоких интересов "Дженерал Электрик" в атомной энергетике»,

Также никто еще не «схватил за руку» «Эй-Би-Си», но всем прекрасно известно, что она тщательно стремится обходить проблематику нарушения прав человека в Китае в связи с широчайшими интересами Kopпорации Дисней в этой стране.

Владелец СМИ всегда и везде оказывал, оказывает и будет оказывать влияние на политику вещателя или издания — так устроен мир.

Между тем нельзя полностью согласиться с колумнистом «Ю – Эс - Эй Тудэй» Майклом Гартнером, утверждавшим: «Нет никакой разницы, владеет ли СМИ корпорация, семья или частное лицо. Имеет значение честность, интеллект и смелость владельца».

Но корпоративная собственность в данном случае принципиально отличается от индивидуальной. «Частник» может быть движим самыми разными мотивами, в том числе любовью к честной журналистике или желанием утвердиться в глазах других как принципиальный человек, пекущийся об общественном интересе. Его могут не интересовать эти материи вовсе.

Корпорация же имеет один закон - прибыли, и обязательство регулярно выплачивать дивиденды своим многочисленным акционерам. По мере роста и диверсификации гигантской агломерации компаний относительная значимость того, что составляет главный актив любого СМИ — доброго имени — неуклонно снижается.

В свете всего сказанного убедительно звучат слова Эдварда Хермана, сказанные в одном из интервью: «Система общественного радиовещания на годы опередила коммерческие СМИ в представлении оппозиционных мнений. Это показывает, насколько страшны коммерческие СМИ. Ограничения, вытекающие из интересов коммерции и выгоды, перевешивают ограничения, происходящие от государственного квазиуправления. Вот почему правые ненавидят Систему общественного радиовещания и убеждают ее ликвидировать».

Процесс концентрации и монополизации СМИ на национальном рын­ке характерен для большинства стран; однако в настоящее время он допол­няется активным внедрением в информационный бизнес транснациональ­ных корпораций.

В современных условиях процессы концентрации капитала и монополизации СМИ продолжаются. Независимо от форм собственности и методов руководства предприятиями, концентрация и монополизация СМИ в coвременных условиях идет по целому ряду направлений. Наращивают свою мощь уже существующие монополии, неуклонно сокращая число «независимых» СМИ; усиливается связь СМИ с транснациональными корпорациями; органы правительственной власти играют все более значительную роль в ориентации и инспирации массмедиа.

Транснациональные медиакомпании все большее и большее влияние оказывают на практику современной зарубежной журналистики, в том числе и своим экономическим могуществом.

Как отмечает А. Ю. Быков, «в мире сформировалось 10 вертикально интегрированных медиа-конгломератов. Шесть из них на самом деле занимаются непосредственно выпуском медиа-продукции и распространением.

Появились транснациональные предприятия СМИ с «рассеянным» капиталом, когда практически невозможно установить их национальную принадлежность.

Любое средство массовой информации можно рассматривать как торгово-промышленное предприятие, на которое воздействуют законы и закономерности экономики.

Можно эффективность СМИ определить и по-иному: новость рассматривается как товаp, а аудитория — как капитал.

Чтобы поддержать видимость свободной конкуренции и самим иметь возможность активно регулировать информационные потоки, государства вынуждены вводить антитрестовские законодательства.

Подобные законы ограничивают концентрацию СМИ в одних руках; запрещают создавать монопольные многопрофильные группы и т.п.

Кроме того, государственные органы имеют возможность оказывать на СМИ экономическое воздействие.

Так, во многих странах средствам массовой информации выдаются прямые субсидии и предоставляются различные льготы. Среди них — продажа бумаги по сниженным ценам из государственных резервов, снижение тарифов на почтовые расходы, аренду помещений и др.

Важную роль играет публикация платных «правительственных объявлений» и размещение социальной рекламы.

В ряде случаев СМ И освобождаются от некоторых налогов. Особое значение имеют различные правительственные гранты, что позволяет прямо влиять на содержание публикаций.

Как видим, у властей есть возможности активно влиять на медиаэкономику и через экономические рычаги воздействия на конкретное содер­жание средств массовой информации.

Включение средств массовой информации в промышленно-финансовые группы позволяет добиваться финансовой устойчивости СМИ.