Глава 2. Способы обоснования морали |

лишь к технологии успеха. «Речь идет о необходимо

возникающем ощущении, что вести разговор в

терминах одной лишь общественной пользы — значит

упускать нечто важное в нашем понимании данных

практик. Живое существо способно поддерживать свои

силы, опускаясь в разветвленную сеть установок и

чувств, составляющих существенную часть моральной

жизни, представленной так, как мы ее понимаем, они

совершенно противоположны объективной установке.

Только обращаясь к установкам такого типа, мы

сможем, исходя из доступных нам фактов, раскрыть смысл

того, что подразумевается, то есть смысл всего того,

что мы имеем в виду, когда на языке морали говорим

о вознаграждении, ответственности, виновности,

осуждении и справедливости»1.

Утилитаризм, следовательно, плох не тем, что

обращает внимание на необходимость достижения

счастья и рассматривает мораль как средство,

необходимое для этого. Его беда в том, что мораль при этом не

анализируется с точки зрения ее собственной

специфики, с точки зрения тех мотивов, которые

направлены на уважение других людей, на отношение к

каждому другому как абсолютной ценности. Абсолютное, все

же, фактически полностью устраняется в

утилитаризме из сферы морального. Но ведь ясно, что не все

средства хороши для увеличения счастья. Очевиден,

например, тот факт, что само сознание собственной

свободы многие люди отнюдь не готовы обменять на

сытую и наполненную удовольствиями жизнь, которая

по некоторым критерием вполне могла бы

рассматриваться как счастливая.

| 2.2. Абсолютизм (абсолютно гетерономные,

абсолютно автономные, интуитивные теории)

Абсолютистские теории морали в основном

исходят из того, что нравственность — самое первое,

решающее основание человеческого бытия, без нее

невозможно никакое практическое развитие. Они

утверждают, что есть такие незыблемые нравственные

1 Strawson P.S. Freedom and Ressentment.— London, 1974.— P. 22.

Часть II, Теоретическая этика

принципы, которые не должны нарушаться ни при

каких условиях. Их происхождение может

объясняться по-разному. В абсолютно-гетерономных теориях

нравственность часто непосредственно выводится из

божественной воли, а приоритет морального мотива

утверждается на основе представления о справедливом

воздаянии, о том, что бог судит человека прежде всего

именно за его нравственные дела. В других

концепциях абсолют рассматривается как то, что постоянно

оказывает влияние на весь ход развивающихся в

несовершенной реальности процессов, он создает такую

природу человека, в которой изначально заложены

черты абсолютной нравственности, например, дано

чувство стыда, стремление к нравственному

совершенству, как считал Вл. Соловьев, или печаль и скорбь, как

считал М. Унамуно, полагавший, что именно эти

качества свидетельствуют о зависимости человеческого

бытия от абсолюта. Абсолютно-интуитивные концепции

исходят из идеи приоритета морального добра или

долга над всеми другими, прагматическими мотивами

бытия. В абсолютистских автономных концепциях

делается попытка выведения приоритета морального мотива из

способности человеческого разума, из самой

мыслительной формы, в которой предельное обобщение

представляется как свидетельство практического значения

объединения, наличия моральной связи между людьми.

Кант впервые в истории этики вводит процедуру

мысленной универсализации поступка для контроля

своего поведения. Как уже говорилось, с его точки зрения,

человек перед совершением любого действия должен

представить, смогли бы общество или даже вселенная,

состоящая из существ, наделенных разумом,

существовать, если бы все поступали так же, как собирается

поступить он? Если нет, от предполагаемого поступка

необходимо отказаться, так как он разрушает основы

морального единства человека со всем человечеством.

Здесь, однако, возникает уже упоминавшийся вопрос о

том, что заставляет человека действовать в интересах

всего общества. Аргументация Канта при попытке

ответить на данный вопрос развивается в направлении

исследования тех способностей разума человека, которые

отличают его поведение от иных форм адаптации к

реальности, характерных для природного мира.