Железная булава Светозара: сколоты помогают племенам Восточной Европы освободиться от дани скифам

Худую весть принёс гонец со «Змиевых валов» в его столь­ный град паралатов Тясмин, что на реке Тисмени стоит. Нет бо­лее грозного Арианты. Зато есть новый царь у скифов — Ана­хар­сис. Ведёт он на сколотов свежие кочевые орды. Жаждет ски­ф­ская знать сделать то, что не удалось великому предшест­веннику Анахарсиса — покорить праславянскую лесостепь.

Много успел сотворить зла на своем веку Арианта. Не ос­та­вил камня на камне от дивной цивилизации Урарту. Держал под рукой всё Северное Причерноморье. Покорил Северный Кавказ и Задунайскую Фракию. Совершил великий поход на реку Оар (Волгу) и обложил данью все тамошние племена. Опустошил лу­жицкую землю и край агафирсов. Но так и не добрался до ско­ло­тов. Возвращаясь из лесов и болот Невриды, замышлял уже уда­рить всей силой и покончить с праславянами Среднего Бо­рисфена и Гипаниса. Да оборвала список чёрных дел стрела от­важного невра-волка.

Все те годы, что разбойничал Арианта в соседних краях, на­сылал он на сколотскую лесостепь огромные полчища скифов-кочевников, гелонов, маланхленов, особых скифов и алазонов — всех людей скифского языка. Но молнией сверкал небесный меч Светозара, из метеоритного железа кованный. И всякий раз разбивал в пух и прах кочевые полчища. Так же крепко держали в руках мечи-кладенцы старшие братья Светозаровы.

... Сидел Светозар в княжьем тереме (а он давно уж князем паралатов стал) на Тисмени, поджидал рати великие для отра­же­ния полчищ нового скифского царя и бурную свою жизнь вспо­минал. Окидывал зорким оком прошлое. Искал, всё ли сде­лал для защиты родной земли. Не дал ли где промашки? На­дежно ли прикрыл рубежи славянской прародины? Не токмо за сколотов, за всех людей славянского языка болела душа ле­гендарного богатыря. За венедов: отобьются ли от кельтов? За невров и дреговичей-болотников: остановят ли балтов? За верхнеднепровских праславян: не убоятся ли не давать дани ски­фам?

Да только ли люди славянской речи обращались к бес­ко­рыстному Светозару и его братьям за подмогою? При Арианте совсем извели степняки непосильными поборами угрофинские племена, что с севера и востока граничат с праславянами. Ходили слухи, что скифские отряды в поисках дани с Верхней Во­лги на Верхний Днепр хотят перебраться. Да и что такое пла­тить дань скифам? Как ни дай — всё равно мало. Все подне­вольные народы знали: приходят степняки получать богатые да­ры, но никогда тем не довольствуются. Грабят зависимый люд, измываются над ним. Многих в рабство угоняют, а поселения сжигают.

Едва поспевали Светозар с братьями отбивать набеги тех орд, что насылал на сколотов Арианта, но и соседей не за­бы­ва­ли. А как же — в общем доме живут. В перерывах меж степными нашествиями старший брат Светозара ходил с храброй дружи­ною на закат солнца в край агафирсов.

Крепкие то воины, но мало их было против скифов-кочев­ников. В жестоком сражении на реке Арар (Серет) агафирсы и сколоты разбили кочевые орды. В то же время средний брат Светозара пробирался через Карпатские перевалы и вместе с вождём венедов Бодричем отражал удары кельтов. Вернулся весь в шрамах от их ужасных боевых топоров, но со славою.

Но всё это было лишь начало великой борьбы Светозара и его сколотских богатырей за освобождение лесной и лесо­степ­ной Восточной Европы от скифов, борьбы за право земледель­ца любого языка уверенно растить хлеб без оглядки на буйный степной юг. Когда, наконец, удалось трём сколотским богатырям (Светозару с братьями) разбить полчища, что навёл на них Арианта, собрался князь паралатов в дальний поход на Волгу. Не была она тогда ещё русской матушкой-рекой. Не слышалась на её берегах славянская речь. Жили по Верхней и Средней Вол­ге люди финского языка. Сильно страдали они от скифских набегов. И решил Светозар положить конец тому злу, осво­бо­дить соседей от дани и степного разбоя.

Тем паче угроза уже и над Верхним Днепром нависла. Где-то в тех краях, по Геродоту, обитали андрофаги, «народ особен­ный, вовсе не скифский». Греческий историк отмечал также, что андрофаги «одеваются по-скифски, но язык имеют особенный». По­скольку скифские нравы и одежды он часто приписывал пра­славянам (особенно сколотам), возможно, и здесь идёт речь о праславянах верхнеднепровских. То была самая малочисленная ветвь наших древнейших пращуров, значительно уступавшая по мощи сколотам, венедам, неврам и болотникам Полесья.

Занимались верхнеднепровцы земледелием, разводили ко­ров и свиней. В особых глиняных сосудах с отверстиями на дне сбивали творог и сыр. Ловили рыбу и охотились на лесного зверя. В эпоху скифских походов эти племена получали железо путём обмена с южными соседями — неврам и и сколотами. В дни торга сотни челнов с Верхнего Днепра сплывались в гавань Почайны. Здесь на Боричевом току, отдавая сколотам пушнину и мёд, северные праславяне получали взамен железные крицы. На Верхнем же Днепре не только наконечники стрел и копий, но и разнообразные острия, шила, мотыги, орудия для обработки ко­жи изготовлялись из кости и рога.

Население Верхнего Днепра в середине I тысячелетия до н.э. было очень пёстрым. Здесь как братья жили три народа: праславяне, угро-финны и балты. Все они находились на одном уровне развития, любили свою общую родину и смело высту­па­ли против угрозы скифских набегов. В верховьях Западной Дви­ны и Днепра сложилась самобытная днепро-двинская культура. Носителями её считают древних балтов. Может они, а не пра­сла­вяне, скрываются под именем андрофагов. А возможно, так звали всех жителей Верхнего Днепра — сыновей трёх народов. В любом случае борьба против общего врага сплотила их. Так зарождалась дружба народов Восточной Европы, которой пред­стояло пройти через тысячелетние испытания на прочность.

Зарождение той дружбы сказалось и на делах богатырских. Когда Светозар прибыл на Верхний Днепр, к нему присоедини­лись два могучих витязя тамошних народов. Один, богатырь-жрец Криве, был родом из племени балтов. Тогда никто не ве­дал, что спустя столетия он станет языческим богом, а ещё че­рез некоторое время его именем назовутся местные славяне — кривичи.

Ко времени встречи Светозара и Криве авангард скифской орды, что кочевал с целью грабежа на Средней Волге, проник на Верхний Днепр. Ряд балтских и праславянских посёлков были захвачены и сожжены. Дружина Светозара и отряд Криве, соединившись, настигли ведущего полон врага на Десне. У Благовещенской горы скифы были разбиты наголову. От топора Криве и небесного меча Светозара не было им спасения. По прошествии ряда лет на том памятном месте благодарные жители воздвигли святилище из вертикальных столбов, образующих большой круг, в центре которого возвышался языческий идол. Так верхнеднепровские праславяне, балты и финны были избавлены от угрозы скиф­ского гнёта.

Светозар с Криве поклялись не прекращать борьбы, пока не про­гонят врага подальше от тех краев. Для этого надо было ос­во­бодить от скифской дани дьяковские и городецкие племена. От ис­то­ков Днепра витязи двинулись к Москве-реке. Под городи­щем Дьяково (в совр. Москве) встретили большой скифский от­ряд. С богатырями же всего три десятка дружинников было, ос­таль­ные шли другой дорогой. Не дрогнули Светозар и Криве, вступили в бой.

Неожиданная помощь пришла к ним с тыла. Кто-то неве­роятно мощный с такой силою врубился во вражеские ряды, что кочевники кинулись врассыпную. Светозар и Криве познакомились с ещё одним богатырём. Им оказался финский кузнец Ильмари­нен из далёкого края синих озёр и карельских берёз. Он первым среди северных людей-гипербореев стал выплавлять железо из бо­лотной руды. То было настоящее чудо в краю рыболовов и охот­ников, только осваивавших земледелие. Потом кузнецу Ильма­ринену посвятят целые песни в народном эпосе «Калевала».

Но это произойдёт значительно позже. А сейчас Ильмаринен с ватагой удальцов присоединился к Светозару и Криве и пове­дал им о том, что все люди финского языка поднялись против степных грабителей. Не желают более давать тяжёлую дань пуш­ниной и терпеть дикие грабежи кочевников. Все прибалтийс­кие племена западных финнов (предки эстов и ливов) и многие из иных гипербореев решили помочь дьяковским сородичам, попавшим в неволю. Прослышал об их горе первый богатырь Севера Ильмаринен, взял свой исполинский молот и, собрав дружину храбрецов, поспешил на Верхнюю Волгу.

Так встретились и подружились три славных богатыря, сы­но­вья трёх народов-братьев. У скифов в Поволжье не было тогда си­лы, способной сколь-нибудь долго продержаться против витя­зей. В то время как раз отряд степняков осаждал Старшее Ка­шир­ское городище на Оке, жители которого отказались посы­лать дары скифскому царю Арианте. Стояло оно на мысу, от­делённом от остального берега валом и рвом. Кочевники прео­до­лели их и уже взбирались на тын из массивных дубовых брё­вен, как появились у городища трое витязей. Бой был недолгим. Враг с позором бежал. Когда же друзья-богатыри близ Кондрать­евского городища (тоже на Оке) уничтожили ещё один скифский отряд, то с посягательствами Арианты на дьяковские племена было покончено.

...Богатыри держали путь на Среднюю Волгу. Готовились они к упорной борьбе. Ибо там кочевали одна из трёх орд царских ски­фов и особые скифы. Сколотская дружина Светозара была уже каплей в море присоединившихся к ней финнов и балтов. Хотя, нет, не каплей — ядром!

Устье Оки дружины освободителей прошли спокойно. А при впадении Суры в Оар (Волгу) разыгралась жестокая битва. Гро­мадная орда царских скифов внезапно атаковала союзников. Войско дьяковцев было рассеяно. Тогда в дело вступили балты Криве и сколоты Светозара. Они и решили исход сражения. За­лизывая раны, степная орда отошла в Прикамье.

В то время как Ильмаринен и Криве начали её преследо­вать, Светозар спустился по Суре на юг в глубь городецкой зем­ли. Ехал он по-прежнему на своём богатырском коне, но уже без небесного меча. Верно послужил он ему. Да, видим кончился срок той службы. В последней битве с царскими скифами, где витязь рассекал чудо-мечом всадника вместе с лошадью, запри­метил он номарха орды. Решив взять живым, погнался за ним. Тот с коня. И витязь тоже.

Некогда уже меч в ножны бросать, воткнул его в землю. Схва­тил изворачивающегося ужом номарха, обернулся - трое скифов, напрягшись, тянут меч из земли. А дело на крутом во­лж­ском берегу было. Вытащили степняки меч и в Волгу швырну­ли. А сами на Светозара набросились. Да не могли с ним спра­виться, даже невооруженным. В досаде от потери небесного ору­жия сбросил богатырь вслед за мечом всех врагов. После битвы долго нырял. Усердствовали и тамошние финны. Но чудо-меч был утерян навсегда. Может и поныне лежит он на волжском дне, занесённый многометровым слоем ила?

Надёжно служил меч Светозару. Тяжела была его потеря, от великого Колаксара достался меч богатырю. Оружие предлагали ему местные племена, ломалось в могучих руках исполина. Тогда кузнец Ильмаринен оставил все дела и выковал для сколотского витязя огромную железную булаву. Испытал её Светозар. По душе ему пришлась. Поблагодарил он друга и через три дня испробовал новое оружие в бою у укреплённого посёлка Горо­дец. Сюда подошли крупные силы особых скифов. Бой для них закончился столкновением со сколотской конной дружиной. Не­сдобровать городецкому войску, если бы не сколоты! Железная булава Светозара производила ужасное опустошение во вра­жеских рядах. Особые скифы в ужасе бежали прочь. Так, вслед за дьяковской, была освобождена от уплаты дани городецкая земля.

Как раз к тому времени воротились из Прикамья Ильмари­нен с Криве. С примкнувшими к ним ананьинцами (людьми фин­с­кого языка) они повсюду преследовали остатки орды царских скифов, разбитых на Суре. После нескольких мелких стычек ко­чевники еле прорвались по левому берегу Волги в степи. Стала вольно дышать и земля ананьинских племён.

Когда все три богатыря собрались вместе, задумали они про­должить походы и выйти в степи Среднего Поволжья. Мыс­ли­мое ли дело — сразиться со скифской конницей в степи?! Да, невелики были конные дружины Светозара и Криве. Но зато большая рать собралась у городецких фиссагетов. А главное, подошло конное войско йирков, восставших против ига царских скифов.

Страшная сеча произошла на реке Медведице. Сильнейшие из воинов обеих сторон намного превосходили яростью и силою медведиц, давших имя реке. На подмогу особым скифам подо­шли меланхлены и новая орда царских скифов. Светозар был ранен, но со всех концов сражения виднелась его исполинская булава со стальными шипами. Она то вздымалась над головами отпрянувших в ужасе врагов, то опускалась на них. Немало вра­гов побил Светозар. Сражался сколотский богатырь в центре.

На правом фланге крушил степняков своим гигантским молотом могучий кузнец Ильмаринен. А на левом прокладывал боевым топором дорогу сквозь вражеские ряды безстрашный Криве. В самый разгар сражения особые скифы отделились от кочевого войска и перешли на сторону их противников. Надоело им погибать по прихоти жестокого Арианты. Вспомнили особые скифы, как деды их ушли от притеснений царских скифов на реку Воронеж, и последовали их примеру.

Сражение на реке Медведице закончилось полной победой трёх богатырей, йирков и фиссагетов. Так рухнуло скифское владычество в Поволжье. Мало того, что йирки и фиссагеты перестали приносить дары царским скифам. Савроматы, что кочевали в Нижнем Поволжье от Танаиса (Дона) до Лика (Ура­ла) также отложились от них, вслед за особыми скифами.

Волжский поход Светозара закончился. Первый праславян­с­кий богатырь с боями прошёл по тем местам, где через полторы тысячи лет свершит великие подвиги полководец Киевской Руси князь Святослав. После битвы на Медведице друзья-богатыри не расстались. Решено было идти в междуречье Танаиса (Дона) и Борисфена (Днепра). Там по рекам Сейм, Северский Донец, Псел, Ворскла, Оскол обитали южные будины и скифоязычные гелоны. На севере этого края стали появляться отступавшие под натиском балтов-голиндов милоградские невры. Будины и невры страдали от гнёта царских скифов. А последние, кроме то­го, заставляли участвовать в своих грабительских походах ге­лонскую конницу.

В лесном краю будинов (людей финского языка) последний раз сражались вместе друзья-богатыри. Они отразили нападе­ние на ту землю орды царских скифов, пришедшей с Меотидс­кого озера, и разбили союзных с ней меланхленов. А гелоны, что породнились с будинами, восстали и выступили против царских скифов. Так пришла свобода и в этот край. Будины, гелоны и нев­ры зажили мирно и дружно. Родственники скифов — гелоны и меланхлены перестали участвовать в грабительских походах Арианты.

Друзья-богатыри готовились сразиться с самим владыкой сте­пей. Но дошла до них весть о том, что сгинул Арианта в вол­шебной стране Невриде. Сменивший его царь Анахарсис не спе­шил бросаться в новые авантюры. При нём царские скифы оставались хозяевами Северного Причерноморья, но в леса Восточной Европы более не ходили. Праславяне, финны и бал­ты могли дышать свободнее...

Простились витязи и ушли в свои земли. Светозар воротился на Тисмень. Криве отправился на Верхний Днепр и Двину. А Ильмаринен пустился в дальний путь к синим озёрам Восточной Суоми, в полуночные края гипербореев.