Энеты Гесиода и Скилака, венеты Геродота и инды Софокла: греческие авторы о благородном мужестве праславян Янтарного берега

В самый разгар скифского нашествия на сколотов оставим на время Восточную Европу, где в ту лихую годину каждый день звенели мечи, свистели стрелы и лилась кровь. И перенесёмся на запад, в земли лужицких и поморских праславян. Западная поло­вина славянской прародины на осталась в стороне от общего дела борьбы с грозными скифами. И как раз в то время, когда Арпоксар отражал на Роси нападение меланхленов, а Колаксар насмерть стоял на Тисмени против царских скифов, вступили в схватку с кочевой конницей и праславяне Центральной Европы.

В прошлой главе мы оставили их в добрые времена. На рубеже VIII-VII вв. до н.э. сын языческого бога Сварога юный вождь Сварожич помог поморянам и лужицким племенам отра­зить последнее киммерийское нашествие на запад. Сварожич стал достойным преемником легендарного Святовита, что за пол­века до него также бил Огненного Змея.

Сохранил и достроил Сварожич неприступную праславянскую крепость на белой горе Аркона. Укрепил лужицкие крепости на горных перевалах Карпат. Зорко стерегла дружина Сварожича Ян­тарный берег — южное побережье китайского моря. Землепа­шество, скотоводство и рыбный промысел прибавляли силы пра­лавянскому роду.

Прибыльным делом была для поморских праславян и морс­кая торговля. Сами они далеко ещё не выходили в Янтарное мо­ре. Но к соседним народам плавали. Обменива­лись товаром и с гер­манцами, и с балтами. Морскую стражу несли дружинники Сва­ро­жича на лодьях.

Но главное, что давало море по торговой части, — корабли заморских купцов. Ещё в IX в. до н.э. при Святовите первые фи­ни­кийцы — великие мореплаватели достигли Янтарного берега. Финикийцы, вероятно, первыми стали называть праславян по имени прежних хозяев Южной Балтики венетов (отсюда — винды). Финикийские купцы называли виндами и тех, и других.

При Сварожиче обменивали свои товары на янтарь торго­вые люди не только из Финикии, но и из её колонии в Северной Африке — Карфагена. Карфаген вскоре стал самостоятельным городом и превратился в могущественную морскую державу. Его моряки часто преодолевали Геракло­вы столбы (Гибралтарский пролив) и пускались в полные опасностей плавания к Азорским островам, Западной Афри­ке, Оловянным (Британским) островам и к Янтарному берегу праславян и прабалтов.

Постепенно карфагеняне вытеснили финикийцев с запад­ных морских путей и сами стали поставлять в Средиземно­морье янтарь и олово. Финикийцам было трудно тягаться с растущим могуществом Карфагена. Тем более, на финикий­ские города по­сто­янно накатывались орды завоевателей. Таких, как Египет, Ас­си­рия» Вавилония и другие державы Передней Азии и Восточ­ного Средиземноморья. Бывали под их стенами и киммерийцы со скифами во время своих дальних азиатских походов.

Карфаген же был расположен в Западном Средиземно­мо­рье, вне опасной близости от сильных мира того. Возникший в се­редине VIII в. до н.э. в Италии Рим был ещё очень далёк от бу­дущей славы. А Карфаген уже распространял свою власть на мно­гие моря и земли. Ещё дальше плавали карфагенские купцы.

Военный флот Карфагена никогда не угрожал Янтарному бере­гу. Это было немыслимо за дальностью расстояния. Зато торговля кар­фагенян с праславянами и прабалтами Янтарного берега ве­лась при взаимной выгоде. При Сварожиче поморяне встречали в гаванях Балтики уже не финикийские, а карфагенские корабли.

Связь с далёкими южными цивилизациями обогащала пра­сла­вян Янтарного берега и материально, и духовно. Мудрый Сва­рожич всячески поощрял развитие такого обме­на. Отдавал он дань и мужеству мореходов, преодолевавших по дороге на далё­кий север тысячи морских миль. Сварожич подолгу беседовал с при­плывавшими. Появились у него и первые толмачи для толко­вания чужого языка.

Однако наибольший след оставили среди праславян Янтар­ного берега посещения греческих судов. В конце жизни Сварожича их было ещё очень мало. Но позднее, в VI-IV вв. до н.э., смелые мо­ре­плаватели из Эллады и её колоний всё чаще заходили на своих кораблях в балтийские гавани. Кстати, о самих праславянах Ян­тар­ного берега мы знаем не из финикийских, а из греческих ис­точ­ников.

Поморяне Балтики, славные мужеством и благородством, бы­ли известны древним грекам с VII в. до н.э., т.е. со времён Сва­рожича и первых плаваний эллинов в Янтарное море. В VII в. до н.э. поэт Гесиод воспевал в стихах энетов, добывающих янтарь. Греческий писатель Скилак в VI в. до н.э. также упоминает энетов. А «отец истории» Геродот в V в. до н.э. повествует о мужествен­ных венетах (энетах), живущих по реке Эридан и собирающих янтарь⁶⁵. Его знаменитый современник Софокл рассказывает об индах, живущих на берегах Северного Океана (Балтийского моря), чьи земли богаты янтарем.

Все упомянутые греческие авторы писали об одном и том же народе. Энеты Гесиода и Скилака, венеты Геродота, инды Со­фо­кла — все это суть праславяне Балтики. Наиболее известное из всех созвучных наименований жителей Янтар­ного берега — вене­ды. Так будем звать их и мы. Кстати, соседей праславян на Ян­тар­ном побережье — прабалтов античные авторы также назы­вали венедами.

Позднее венедами назвали всех потомков лужицких племён — обитателей западной половины славянской пра­родины, И тех, кто ловил рыбу в Балтийском море. И тех, кто распахивал землю в долинах Вистулы (Вислы), Одры и Лабы. И тех, кто добывал руду в Татрах и Карпатах.

Иногда венедами называют всех древних славян, в т.ч. жителей Восточной Европы. Были венеды и в узком смысле этого слова. Они издревле жили в устье Одры. Ещё в X в. н.э. сущест­во­ва­ло здесь славянское Вендское королевство, позд­нее погло­щён­ное Германской империей. В описываемое нами время (VII в. до н.э.) самым авторитетным военным вождём венедов Централь­ной Европы был Сварожич.