Огненный Змей простирает крылья над праславянской землёй: походы киммерийцев в глубь Восточной Европы.

Когда в IX в. до н.э. киммерийские цари впервые потребо­вали от чернолесских племён дани девушками, за их честь вступились все окрестные праславяне. Не бывать тому, чтобы Черноморский Змей глумился над нашими дочерьми, решили они.

С междуречья Днепра и Десны пришла в чернолесские зем­ли рать подгорцевских праславян. Из городища Горошков на Днепре и от устья Припяти прибыли две милоградские рати с тяжёлыми медными топорами. Даже племена штрихованной керамики с верховьев Днепра, что гутарили не на праславянс­ком, а на балтском языке, прослышав об изощрённом коварстве кочевников, прислали небольшую дружину с каменными се­ки­рами.

Надо ли говорить, что все четыре чернолесские племени собрали большие рати. В их ряды встали все, кто мог носить оружие после недавних киммерийских набегов. Так собралось на реке Тисмени (современное название Тясмин) войско, какого ещё не видала праславянская земля. Кроме лужицких племён Центральной Европы, что не успели подослать подмогу лишь из-за огромного расстояния, сыновья всех праславянских родов собрались здесь.

Верховодили всем чернолесские старейшины. Окружать конных степняков — дела зряшное, решили они. И поставили самых опытных воинов чернолесских в центре. Три такие рати встали ряд за рядом — с Южного Буга, с Днестра и с Ворсклы. Левое крыло праславянского войска составили милоградские рати, а правое — подгорцевские воины. В резерве держали чернолесских воинов со Среднего Днепра и балтов.

Старший из киммерийских царей поставил днестровских кочевников слева, приазовских — справа. А центр перегородил насильно приведённой пехотой из кобанских и меотских племён Северного Кавказа. Их заставили сражаться на стороне Черноморского Змея, взяв в заложники детей. Основные же ударные силы — крымских да керченских киммерийцев — верховный царь приберёг.

Началась грандиозная битва атакой киммерийцев на обоих флангах. Галопом доскакали кочевники до праславянских ратей. Взвился в воздух рой бронзовых стрел и опустился в праславянском стане. А конный киммериец — вот он, рядом. Уже рубит с плеча длинным прямым мечом.

Много подгорцевских да милоградских ратников пало в той первой атаке степняков. Но не дрогнули сыновья праславянской земли. Выставив вперёд деревянные щиты с медными бляхами, заступили дорогу вражьей коннице. Стали рубить её медными топорами и колоть бронзовыми да кремневыми копьями. Как ни ярились днестровские и приазовские киммерийцы, не смогли они опрокинуть крылья праславянского войска. Честь и хвала милоградским да подгорцевским ратникам, не выдавшим своих братьев!

Битва только разгоралась. Киммерийские цари бросили в атаку тасманскую орду, что таилась в центре за рядами ко­бан­ской и меотской пехоты. На едином вскрике с выбросом вперёд тяжёлых бронзовых и костяных копий встретили её опытные чернолесские ратники. Это вам за девушек наших, получайте! За­хлеб­нулась в крови киммерийская атака. Рассеялась поре­девшая таманская орда.

И решили чернолесские старейшины, что пришёл уже час отмщения. Перешли в наступление праславянские рати в центре. Не могла остановить их бегущая таманская орда. Схватились чернолесские воины с кобанцами да меотами. Пе­ший на пешего! Хорошие воины на Северном Кавказе! Бьются, не хотят уступать. Дома дети в полоне томятся. Да нет вдохновения в их ударах — за неправое дело бросили их в бой.

Так постепенно чернолесские рати стали теснить вражий центр. Всё быстрее и быстрее пятятся назад кобанцы, меотов уже рассеяли всех. Вот-вот побегут вражеские пехотинцы. Воодушевлённые успехами в центре, подгорцевская и милоградские рати тоже изготовились к наступлению на боковые головы Змея — фланги киммерийского войска.

Вот и они перешли в наступление. И лишь лес бронзовых стрел, непрерывно посылаемых всадниками днестровской и приазовской орды, останавливает их. Но в центре-то кто может остановить чернолесских ратников? Берегись, Черноморский Змей! Вот-вот отсекут праславяне твою главную пасть.

Однако не зря в русском фольклоре Змей Горыныч многолик. Отсечёшь одну голову — вырастет другая. Так и с киммерийцами. Не ведали чернолесские воеводы, что не вступили в сражение две самые зубастые головы дракона — крымская да керченская лавы.

С самого начала битвы далеко обошла праславянское войско керченская орда. Её удар в спину чернолесским ратям был страшен. Запасная дружина из днепровских воинов была буквально сметена массой конницы. Предводитель дружины погиб под копытами киммерийских коней. Так керченские кочевники прорвались в тыл трём чернолесским ратям центра.

Храбрая дружина балтов, что так же стояла в резерве, пыталась отвести удар и принять его на себя. Самоотвер­жен­ные балты, размахивая мощными каменными топорами, стара­лись заманить керченскую орду за собой в болото. Но хитрые киммерийцы разгадали манёвр и расстреляли почти всех балтов из луков.

Подвиг племени шнуровской керамики на какое-то время за­держал продвижение керченской орды в тыл центру праславян­с­кого войска. И чернолесские старейшины успели развернуть свою наступавшую последней ворсклинскую рать лицом к врагу. Первая атака керченских киммерийцев была отбита. Казалось, ещё можно было спасти битву. Ещё бы один мудрый ход прас­ла­вянских воевод и... нет, видно, не родился ещё полководец, равный легендарным Таргитаю и Радигощу...

Киммерийские цари ввели в сражение свой последний резерв — мощную крымскую орду. Опрокинув на левом крыле милоградских ратников из городища Горшков, она предоставила право добивать вторую милоградскую рать приазовской орде. А сама развернулась к центру и стремительно ударила во фланг трёх чернолесских ратей.

Те не успели перестроиться, ведь они уже были взяты в клещи керченской ордой и кобанской пехотой. Две чернолесские рати были отброшены на берег Тисмени, где и приняли смерть. Многие бросались в речные воды, но мало кто доплыл до того берега. Киммерийские стрелы летели быстрее. Так погибли воины Ворсклы и Днестра.

Передовая же чернолесская рать, что набиралась на Южном Буге, изрядно поредела и была окружена кобанцами. Те горели желанием оправдаться перед киммерийскими царями за своё отступление в центре. И не давали окружённым пощады. Да те её и не просили. Всех южнобугских воинов вырезали кобанцы.

Что же подгорцевские и милоградские рати? Они честно пытались помочь чернолесским ратям. Но были связаны боем с приазовской и днестровской ордами. А единого командования у праславян давно не было. Чернолесские воеводы пали в самой гуще сражения.

Покончив с чернолесскими ратями, керченская и крымская орды обрушились на милоградских и подгорцевских воинов. Те поздно начали отходить (что значит поздно? Честь не позволяла им оставить братьев в беде). И многих своих оставили на поле боя. Не уйти пешему от конного. Про то знали подгорцевские и милоградские славяне. Потому отходили лицом к врагу: побежавший сразу получит от кочевника стрелу в спину.

Так, отбивая кремневыми и медными топорами наскоки вражеской конницы, укрываясь деревянными щитами, лесные воины скрылись в росших по Тисмени чащах и дубравах.

На следующий день неисчислимые множества воронья справляли свой кровавый пир на поле, где лежали тысячи убитых воинов. Не удалось праславянским воинам остановить на Тисмени Огненного Змея.

Из разорённых чернолесских деревень без разбору хватали киммерийцы женщин, что не успели схорониться в оврагах да буреломах. Даже подгорцевским и милоградским племенам пришлось дать Змею страшную дань девушками.

В преданьях той немилосердной поры сохранился рассказ о подвиге милоградских девушек. Тех, что были крепче духом и са­ми вызвались, чтобы отвезли их в качестве дани кимме­рий­цам. Не было тогда сил у милоградцев противостоять Черно­мор­скому Змею. А не дашь красных девиц ему — грозился извести со света всех праславян. Вот и пожертвовали собой безымянные героини...

Сберёг народ предание и о событиях в подгорцевской земле. Здесь собрали старейшины народ и объявили ему: мы водим вас на пашню, на охоту и в бой. Нам и ответ держать, раз не уберегли покой родного края. И порешили те старейшины отправить Огненному Змею своих младших дочерей — писанных красавиц. Поклонился народ в пояс юным спасительницам — что он мог ещё для них сделать? И поклялся страшно отомстить лютому Змею за позор праславянской земли...

Не довольствуясь присланными красавицами, киммерийские цари требовали всё новых и новых девушек от праславян. Те не могли снести этого и не раз ещё выступали против киммерийцев с оружием в руках. Ещё много раз Черноморский Змей налетал на праславянскую землю.

Дотягивались его хищные лапы до всех праславянских племён Восточной Европы: чернолесских, милоградских, под­горцевских. Тянулись и дальше, на север и на запад. Но под­тачивалась мощь киммерийцев в безконечных сражениях и боях с праславянами. Вот так и спасали последние своих западных соседей — кельтов, иллирийцев да германцев от опаляющего дыхания Огненного Змея.

Часто праславянские племена Восточной Европы выступали вместе против киммерийцев. Но почти весь IX в. до н.э. сила была на стороне Черноморского Змея. Победы праславянского оружия были впереди.