94. Обязательства из односторонних юридических действий (публичное обещание награды, публичный конкурс, проведение игр и пари).

Публичное обещание награды

Сущность публичного обещания награды раскрывается в п.1 ст. 1055 Гражданского кодекса (далее по тексту – ГК РФ), согласно которому “Лицо, объявившее публично о выплате денежного вознаграждения или выдаче иной награды (о выплате награды) тому, кто совершит указанное в объявлении правомерное действие в указанный в нем срок, обязано выплатить обещанную награду любому, кто совершил соответствующее действие, в частности отыскал утраченную вещь или сообщил лицу, объявившему о награде, необходимые сведения”. Это легальное определение обязательства публичного обещания награды.

Можно выделить два фактора возникновения обязанности выплатить награду:

Данная обязанность возникает независимо от факта совершения соответствующих действий в связи со сделанным объявлением.

Данная обязанност возникает при условии возможности установления лица, сделавшего такое обещание.

Лицо, которое отозвалось на обещание, вправе потребовать подтверждение обещания в письменном виде. Если выяснится, что обещание награды в действительности не было сделано указанным в нем лицом, то лицо, отозвавшееся на обещание, несет риск последствий не предъявления этого требования. Если в публичном обещании награды не указан размер награды, то он определяется по соглашению сторон, а при не достижении соглашения – судом.

Если действие, указанное в обещании, совершили несколько лиц и невозможно определить их очередность, то право на получение награды имеет лицо, совершившее действие первым. Такой же порядок предусмотрен при совершении действия двумя и более лицами одновременно.

Соответствие выполненного действия содержащимся в объявлении требованиям определяется лицом, публично обещавшим награду, а при возникновении спора – судом, если иное не предусмотрено в объявлении о награде или не вытекает из характера указанного в нем действия.

Лицо, объявившее о выплате награды, может в такой же форме отказаться от данного обещания, за исключением следующих случаев:

В самом объявлении предусмотрена недопустимость отказа или это вытекает из обещания.

Установлен определенный срок для совершения действия, за которое обещана награда.

К моменту объявления об отказе в выплате награды одно или несколько отозвавшихся лиц уже выполнили указанное в объявлении действие.

Необходимо отметить, что лицо, отменившее публичное обещание награды, обязано возместить отозвавшимся лицам расходы, понесенные ими при совершении указанных в объявлении действий, но только в пределах размера награды.

Публичный конкурс

Обязательство публичного конкурса урегулировано главой 57 ГК РФ (ст. ст. 1057-1061). Суть публичного конкурса раскрывается в п.1 ст. 1057 ГК РФ, согласно которому “Лицо, объявившее публично о выплате денежного вознаграждения или выдаче иной награды (о выплате награды) за лучшее выполнение работы или достижение иных результатов (публичный конкурс), должно выплатить (выдать) обусловленную награду тому, кто в соответствии с условиями проведения конкурса признан его победителем”. Требования, предъявляемые к публичному конкурсу, состоят в следующем:

Публичный конкурс должен быть направлен на достижение общественно полезных целей.

Объявление о публичном конкурсе должно содержать условия о существе задания, о критериях и порядке оценки результатов работы и иных достижений, о месте, о порядке и о сроках их представления, о размере и о форме награды, о порядке и сроках объявления результатов конкурса. Это обязательные условия объявления конкурса, однако могут быть включены и другие условия.

В ГК РФ установлен порядок изменений условий отмены публичного конкурса, состоящий в следующем. Лицо, объявившее публичный конкурс, вправе изменить условия конкурса или вообще его отменить только в течение первой половины установленного для предъявления работ срока. Извещение об этом производится тем же способом, что и объявление конкурса. При этом, лицо, объявившее о конкурсе, обязано возместить расходы лицу, которое выполнило предусмотренную в условиях работу до момента, когда стало илидолжно было стать известно об изменении условий публичного конкурса или его отмене. Однако, лицо, объявившее конкурс, освобождается от вышеназванной обязанности. если докажет, что указанная работа была выполнена не в связи с публичным конкурсом (в частности, до объявления о конкурсе или заведомое несоответствие условиям конкурса). Если нарушены все вышеперечисленные условия, то лицо, объявившее конкурс, обязано выплатить награду тем лицам, которые выполнили работу, удовлетворяющую указанную в объявлении условиям.

Решение о выплате награды должно быть вынесено и сообщено участникам публичного конкурса в сроки и в порядке, установленные в объявлении о конкурсе. Если совместно двое и более лиц выполнили работу и достигли указанных в объявлении результатов, то награда распределяется между ними согласно достигнутому соглашению, при недостижении соглашения, определяется судом.

Если иное не предусмотрено условиями конкурса и его предмет составляют создание произведения науки, литературы или искусства, то лицо, объявившее публичный конкурс, приобретает преимущественное право на заключение с автором произведения, удостоенного обусловленной награды, договора об использовании соответствующего произведения с выплатой ему за это вознаграждение.

Проведение игр и пари

Рассмотрим основные положения, характеризующие данное обязательство:

Данное обязательство регулируется ст. ст. 1062 и 1063 ГК РФ.

Отношения между организаторами лотерей, тотализаторов (взаимных пари) и других основанных на риске игр – Российской Федерацией, субъектами РФ, муниципальными образованиями, лицами, получившими от уполномоченного государственного или муниципального органа разрешение (лицензию), с одной стороны, и участниками соответствующих игр основываются на договоре, который в определенных правилами организации игр случаях может оформляться выдачей лотерейного билета, квитанции или иного документа. Следует отметить, что предложение о заключении данного договора должно включать условия о сроке проведения игр и о порядке определения выигрыша и его размера.

Если лица признаются выигрывшими в соответствии с установленными условиями, то организатор должен им выплатить выигрыш в предусмотренном размере, форме (денежной или натуральной) и в установленный срок, а при отсутствии последнего – в течение десяти дней с момента определения результатов игр.

Если организатор игр отказывается от их проведения в установленный срок, то участники игр вправе потребовать от него возмещения реального ущерба, причиненного вследствие отмены игр или переноса их срока.

Если организатор игр не выплачивает согласно установленным условиям выигрыш выигрывшему участнику игр, то выигрывший участник вправе потребовать от него выплаты выигрыша и возмещения убытков, причиненных нарушением договора. При дальнейшем отказе выигрывший участник вправе обратиться за защитой своих интересов в суд.

По общему правилу, защита интересов граждан и юридических лиц, связанных с проведением игр, не допускается, за исключением указанного в предыдущем пункте случая, а также требований лиц, принявших участие в играх или пари под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения их представителя с организатором игр или пари.

Публичное обещание награды – это обращенное к неопределенному кругу лиц обещание имущественного вознаграждения за достижение обусловленного результата тому, кто достигнет этого результата. Обещание может быть выражено в любой форме (письменно, устно, в печати, по радио). Это односторонняя условная сделка.

Лицо, объявившее публично о выплате денежного вознаграждения или выдаче иной награды тому, кто совершит указанное в объявлении правомерное действие в указанный в нем срок, обязано выплатить обещанную награду любому, кто совершил соответствующее действие. Обязанность выплатить награду возникает при условии, что обещание награды позволяет установить, кем она обещана. Лицо, отозвавшееся на обещание, вправе потребовать письменного подтверждения обещания и несет риск последствий непредъявления этого требования, если окажется, что в действительности объявление о награде не было сделано указанным в нем лицом.

Если в публичном обещании награды не указан ее размер, он определяется по соглашению с лицом, обещавшим награду, а в случае спора судом. Обязанность выплатить награду возникает независимо от того, совершено ли соответствующее действие в связи со сделанным объявлением или независимо от него.

В случаях, когда действие, указанное в объявлении, совершили несколько лиц, право на получение награды приобретает то из них, которое совершило соответствующее действие первым.

Лицо, объявившее публично о выплате награды, вправе в такой же форме отказаться от данного обещания, кроме случаев, когда в самом объявлении предусмотрена или из него вытекает недопустимость отказа или дан определенный срок для совершения действия, за которое обещана награда, либо несколько отозвавшихся лиц уже выполнили указанное в объявлении действие.

Лицо, объявившее публично о выплате денежного вознаграждения или выдаче иной награды за лучшее выполнение работы или достижение иных результатов (публичный конкурс), должно выплатить обусловленную награду тому, кто в соответствии с условиями проведения конкурса признан его победителем. Публичный конкурс должен быть направлен на достижение каких-либо общественно полезных целей. Публичный конкурс может быть открытым, либо закрытым. Объявление о публичном конкурсе должно содержать по крайней мере условия, предусматривающие существо задания, критерии и порядок оценки результатов работы или иных достижений, место, срок и порядок их представления, размер и форму награды, а также порядок и сроки объявления результатов конкурса.

Лицо, объявившее публичный конкурс, вправе изменить его условия или отменить конкурс только в течение первой половины установленного для представления работ срока. Извещение об изменении условий или отмене конкурса должно быть сделано тем же способом, каким конкурс был объявлен.

Лицо, объявившее публичный конкурс, обязано возвратить участникам конкурса работы, не удостоенные награды, если иное не предусмотрено объявлением о конкурсе и не вытекает из характера выполненной работы.

Требования граждан и юридических лиц, связанные с организацией игр и пари или с участием в них, не подлежат судебной защите, за исключением требований лиц, принявших участие в играх или пари под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения их представителя с организатором игр или пари.

На требования, связанные с участием в сделках, предусматривающих обязанность стороны или сторон сделки уплачивать денежные суммы в зависимости от изменения цен на товары, ценные бумаги, курса соответствующей валюты, величины процентных ставок, уровня инфляции или от значений, рассчитываемых на основании совокупности указанных показателей, либо от наступления иного обстоятельства, которое предусмотрено законом и относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит, правила настоящей главы не распространяются. Указанные требования подлежат судебной защите, если хотя бы одной из сторон сделки является юридическое лицо, получившее лицензию на осуществление банковских операций или лицензию на осуществление профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, либо хотя бы одной из сторон сделки, заключенной на бирже, является юридическое лицо, получившее лицензию, на основании которой возможно заключение сделок на бирже.

Требования, связанные с участием граждан в вышеназванных сделках, подлежат судебной защите только при условии их заключения на бирже.

95. Обязательства, возникающие из неосновательного обогащения (понятие, основания возникновения, соотношение требований из неосновательного обогащения с другими требованиями о защите гражданских прав).

Понятие и основания возникновения ответственности из неосновательного обогащения

Обязательство из неосновательного обогащения, в настоящее время в том или ином виде известное практически всем развитым правопорядкам континентальной Европы, является результатом заимствования из римского права института condictio (лат. condictio – получение). В результате развития взглядов римских юристов на condictio sine causa1 к этой категории стали относиться ошибочный платеж долга, в действительности не существующего (condictio indebiti); передача истцом ответчику определенной суммы денег или движимой вещи для достижения какой-либо цели, невозможность достижения которой существовала изначально или возникла впоследствии (например, передача денег в качестве приданого при несостоявшейся впоследствии женитьбе, получение наследства по подложному завещанию). Во всех приведенных случаях получатель имущества не мог возражать против изъятия у него приобретенного имущества ввиду отсутствия основания (sine causa) по иску condictio. Различные типы и виды condictio, классифицированные в Дигестах Юстиниана2, а также конструкция общей condictio sine causa послужили основой для создания норм об обязательствах из неосновательного обогащения.

Российское дореволюционное законодательство не содержало норм, посвященных неосновательному обогащению как специальному обязательству, хотя судебной практике и правовой теории тоговремени они были хорошо известны. При разрешении споров о неосновательном обогащении применялось общее правило т. X Свода законов Российской империи о праве на вознаграждение за понесенные вред и убытки, согласно которому «как по общему закону никто не может быть без суда лишен прав, ему принадлежащих, то всякий ущерб в имуществе и причиненные кому-либо вред и убытки, с одной стороны, налагают обязанность доставлять, а с другой – производить право требовать вознаграждение»3. Впервые легальные установления об обязательствах вследствие неосновательного обогащения появились в России в ГК РСФСР 1922 г. (ст. 399–402). В ст. 399 этого Кодекса давалось следующее определение: «Обогатившийся за счет другого без достаточно установленного законом или договором основания обязан возвратить неосновательно полученное. Обязанность возврата наступает и тогда, когда основание обогащения отпадает впоследствии». Близкое к приведенному определение содержалось в ГК РСФСР 1964 г. (ч. 1-2 ст. 473).

Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК (п. 1.ст. 1102ГК).

Неосновательное приобретение или сбережение могут возникнуть вследствие действий и событий.

Действия, приводящие к неосновательному приобретению (сбережению) имущества, разнообразны. Это могут быть действия самого потерпевшего (уплата чужого долга, повторная оплата уже оплаченного товара и т. п.); действия третьих лиц (ошибочная выдача груза железной дорогой не получателю, указанному в накладной, а другому лицу и т.п.); действия самого приобретателя имущества (получение почтового перевода, пришедшего на имя однофамильца, и т.п.) Сами действия могут быть как правомерными, так и неправомерными. Если, выполняя поручение, поверенный, не изучив должным образом указаний доверителя, вручит долг последнего не кредитору доверителя, а другому лицу, то налицо неправомерное действие. Но если сам доверитель ошибочно указал в договоре поручения не то лицо, то действия поверенного правомерны. Неосновательное обогащение может возникнуть вследствие действий в чужом интересе. Например, если действия, непосредственно направленные на обеспечение интересов другого лица, в том числе в случае, когда совершившее их лицо ошибочно предполагало, что действует в собственном интересе, привели к неосновательному обогащению другого лица (ст. 987 ГК).

События, приводящие к возникновению обязательств из неосновательного обогащения, также многообразны. Таковыми могут быть: буран, разразившийся в горах и заставивший стадо овец, принадлежащее одному хозяйству, смешаться со стадом другого хозяйства; наводнение, в результате которого урожай овощей был смыт с участка собственника на соседский участок и т.д.

Разнохарактерность юридических фактов, способных породить обязательства из неосновательного обогащения, послужило причиной создания нормып.2 ст. 1102 ГК, согласно которой правила об обязательствах из неосновательного обогащения, предусмотренные главой 60 ГК, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Неосновательным считается приобретение или сбережение, не основанное на законе, ином правовом акте либо сделке. Иначе говоря, о неосновательности приобретения (сбережения) можно говорить, если оно лишено законного (его иногда именуют правовым) основания: нет соответствующей нормы права, административного акта или сделки.

Соотношение требований о возвращении неосновательного обогащения с другими требованиями о защите гражданских прав.

В ст.1103 ГК РФ было впервые законодательно установлено соотношение требований из неосновательного обогащения с другими требованиями о защите гражданских прав. Из статьи 1102 ГК РФ следует, что обязанность возвратить неосновательное обогащение возникает у лица, которое "без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего)". При этом подчеркивается, что правила ГК РФ о неосновательном обогащении применяются независимо от того, являлось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Для всех случаев неосновательного обогащения в качестве общего правила в ст.1104 ГК РФ названо возвращение неосновательно приобретенного имущества в натуре.

В соответствии с п.1 ст.1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

При возврате неосновательно полученного или сбереженного имущества или возмещении его стоимости приобретатель вправе требовать от потерпевшего возмещения понесенных необходимых затрат на содержание и сохранение имущества с того времени, с которого он обязан возвратить доходы с зачетом полученных им выгод. Право на возмещение затрат утрачивается в случае, когда приобретатель умышленно удерживал имущество, подлежащее возврату (ст.1108 ГК РФ).

Сопоставив перечисленные нормы о возврате неосновательного обогащения с нормами ст.301 и 303 ГК РФ о возврате собственником имущества из чужого незаконного владения, можно найти много сходных моментов. Однако, по мнению А.Л. Маковского, их недостаточно, чтобы разграничивать кондикционный и виндикационный иски. Ученый отмечает, что, даже учитывая сохранившееся со времен еще римского права положение о применении положений о виндикации в отношении индивидуально-определенных вещей, нельзя говорить о запрете по ГК РФ взыскивать индивидуально-определенную вещь по правилам о возврате неосновательного обогащения8.

Такой запрет в ГК РФ действительно отсутствует, однако в науке гражданского права с давних пор существует четкое разграничение виндикационного и кондикционного исков. Еще Савиньи в исследованиях о природе кондикции по римскому праву противопоставлял кондикции виндикацию и отмечал применительно к договору займа, что кредитор, давая взаймы, решается пожертвовать правом собственности и соответствующей ему защитой в форме виндикации; взамен виндикации кредитору дается обязательственная защита в виде особого иска кондикции, так что кондикция есть замена виндикации, утраченной вследствие отчуждения предмета займа9.

Действительно, "в процессе и в результате получения приобретателем имущественных выгод в виде определенных родовыми признаками вещей, наличных денег или ценных бумаг на предъявителя происходит обезличивание указанных видов имущества, потеря приданной им индивидуализации... В таком обезличенном или по-новому индивидуализированном состоянии они становятся объектами права собственности (иного вещного права) приобретателя, а прежний собственник утрачивает права на них"10.

Иную позицию занимал А.Н. Арзамасцев. Соглашаясь с необходимостью взыскания неосновательно полученных вещей, определенных родовыми признаками, посредством требования о возврате неосновательного обогащения, он утверждал, что фактическое завладение имуществом или потребление неосновательно полученного (сбереженного), хотя и определенного родовыми признаками, имущества не означает приобретения на него права11.

В отличие от вещей, определенных родовыми признаками, индивидуально-определенная вещь не становится собственностью приобретателя, а остается в собственности потерпевшего, несмотря на переход фактического владения данной вещью к приобретателю. Как писала Е.А. Флейшиц, о приобретении имущества можно говорить только в случаях, когда у обогатившегося возникло то или иное имущественное право12. Поскольку право собственности сохранилось за потерпевшим, он может обратиться с виндикационным иском; иск из неосновательного обогащения в данном случае не может применяться, так как обязательственное правоотношение по возврату неосновательного обогащения не возникло.

Таким образом, говоря о соотношении требований из неосновательного обогащения и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует отметить, что, когда предметом обогащения является имущество, определенное родовыми признаками, следует применять кондикцию, а когда имущество является индивидуально-определенным, должен применяться иск о виндикации. При этом к отношениям по истребованию имущества из чужого незаконного владения могут субсидиарно применяться положения главы 60 ГК РФ, например, об ответственности держателя за ухудшение состояния имущества, выбывшего из владения собственника. Если индивидуально-определенное имущество по каким-либо причинам не может быть возвращено собственнику в натуре, к виндикационному иску обратиться нельзя, так как нормы главы 20 ГК РФ не предусматривают возможности заменить истребуемое имущество денежным эквивалентом. В этом случае права собственника защитят положения ст.1105 ГК РФ о возмещении стоимости неосновательного обогащения.

Отграничение кондикционных обязательств от деликтных являлось и является самой сложной задачей при выяснении сферы применения кондикционных обязательств. Господствующей в науке гражданского права до недавнего времени оставалась точка зрения, согласно которой разграничение деликтного и кондикционных исков следует проводить по принципу вины:

- если обогащение возникло в результате виновного поведения обогатившегося лица, предъявленный к нему иск следует рассматривать как деликтный;

- если же оно явилось следствием обстоятельств, которые нельзя вменить обогатившемуся в вину, предъявленный к нему иск следует оценить как кондикционный13.

Камнем преткновения для отмеченного подхода являлись нормы, закрепленные в ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. и в ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. Согласно ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. обогатившийся за счет другого лица вследствие противозаконного или направленного в ущерб государству действия этого лица обязан внести неосновательно полученное в доход государства, а согласно ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. имущество, приобретенное за счет другого лица не по сделке, но в результате других действий, заведомо противных интересам социалистического государства и общества, если оно не подлежит конфискации, взыскивается в доход государства.

Из данных норм как бы вытекало, что неосновательное обогащение могло возникнуть в результате виновных действий обогатившегося лица. Именно нормативные конструкции ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. и ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. послужили основой для вывода о парадоксальности положения, при котором общий критерий - принцип вины, положенный в основу разграничения деликтного и кондикционного исков, оказывается начисто опровергнутым при анализе одного из частных случаев неосновательного приобретения имущества14. Но в действительности парадоксальность заключается в другом: до настоящего времени не подмечено, что в ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. и в ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. речь шла не о кондикционных обязательствах (исках), сущность которых заключается в обязанности обогатившегося возвратить потерпевшему по его требованию неосновательное обогащение, а об отказе (запрете) в кондикции имущества, приобретенного в результате действий антисоциальных, противоречащих основам правопорядка и нравственности. При отказе в кондикции нет и не может быть кондикционного обязательства. Уже римские источники давали богатый материал по данному вопросу. Тот, кто стремился подкупить судью или свидетеля, или прелюбодей, уплативший заставшему его с чужой женой за молчание, или, наконец, оплативший неблаговидные поступки других лиц не могли требовать возврата уплаченных денег15. Говоря современным языком, взяткодатель не может по суду требовать от взяткополучателя возврата суммы взятки со ссылкой на недействительность сделки, так как подобная кондикция запрещена, а обогащение взяткополучателя подлежит взысканию в доход государства в качестве меры наказания. При этом требования государства как кредитора являются конфискационными, а не кондикционными, поскольку обогащение взяткополучателя произошло не за счет имущества государства, а за счет имущества взяткодателя. Случаи отказа в кондикции присутствуют и в действующем законодательстве при установлении конфискационных санкций в качестве последствия недействительности сделок.

В настоящее время отграничение кондикционного иска от деликтного по принципу вины невозможно. Во-первых, в соответствии с п. 4 ст. 1103 ГК нормы о неосновательном обогащении подлежат субсидиарному применению к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица. Во-вторых, очевидно, что такая форма неосновательного обогащения, как покушение на чужие права (особенно такой ее вид, как незаконное использование чужих прав), может быть использована приобретателем умышленно, в результате виновных действий. В сложившейся законодательной ситуации с теоретической точки зрения наиболее правомерно разграничение деликтного и кондикционного исков в зависимости от того, образуется ли на стороне правонарушителя имущественная выгода.

Как известно, имущественным вредом является любое уничтожение или умаление охраняемого правом имущественного блага16. Но сами формы уничтожения и умаления имущественных благ весьма различны. Если указанные действия происходят в форме уничтожения, порчи имущества, причинения вреда жизни или здоровью, то правонарушитель, умаляя имущественные блага потерпевшего, не обогащается за счет него, а причиняет вред. Если же умаление имущественного блага осуществлено в форме похищения, иного неосновательного присвоения имущества правонарушителем, то в результате этого правонарушитель причиняет потерпевшему убытки и одновременно неосновательно обогащается.

Обогащение правонарушителя за счет другого лица (потерпевшего) путем умаления имущественного блага последнего в форме причинения убытков - это пограничный случай для институтов, регламентирующих обязательства из причинения вреда и обязательства из неосновательного обогащения. Но в той мере, в какой законно отнесение к неосновательному обогащению любого случая приобретения без достаточных правовых оснований чужого имущества лицом, действовавшим невиновно, в той же мере возможно и отнесение к неосновательному обогащению случаев виновного обогащения правонарушителя за счет потерпевшего путем причинения ему убытков. Данные явления однородны, ибо в обоих случаях происходит обогащение одного лица за счет другого.

Истребование убытков, причиненных в результате обогащения лица, путем предъявления кондикционного иска оправдано также тем, что данный иск наиболее полно обеспечивает принцип полного возмещения имущественного урона потерпевшего, ибо в обязательствах, возникших из неосновательного обогащения, вина потерпевшего не может служить основанием для уменьшения размера его требований, в то время как в обязательствах из причинения вреда при наличии вины потерпевшего его требования могут быть ограничены.

Важно также иметь в виду, что обязательство из неосновательного обогащения в случае неправомерного присвоения правонарушителем имущества потерпевшего может иметь место лишь тогда, когда объектом присвоения было имущество, обладающее родовыми признаками. Если правонарушителем будет присвоена индивидуально-определенная вещь и она сохранится в натуре, то потерпевший как не потерявший титула собственник может истребовать такую вещь путем предъявления виндикационного иска.

Кондикционный иск не может быть применен вместо деликтного, но это не исключает возможности субсидиарного применения кондикционного иска наряду с деликтным. Нормы гл. 60 ГК об обязательствах из неосновательного обогащения могут субсидиарно применяться к требованиям о возмещении вреда в следующих типичных случаях. Например, делинквент некоторое время незаконно владеет вещью и в процессе использования допускает ее порчу, приводящую к утрате вещью своего хозяйственного назначения (цели), либо уничтожает вещь. Или субъект длительное время незаконно использует чужие железнодорожные пути и при этом допускает их постепенное разрушение. В таких ситуациях делинквент должен будет возместить собственнику вещи не только причиненный ущерб, но и неосновательное сбережение, возникшее в результате неосновательного использования чужой вещи. Субсидиарное применение норм об обязательствах из неосновательного обогащения возможно при незаконном использовании субъектом чужих исключительных прав в ситуации, когда такое использование вызывает у правообладателя имущественный ущерб (например, падение объемов продаж в связи с появлением на рынке товаров, произведенных с незаконным использованием изобретения), а у пользователя чужих прав - сбережение имущества в результате неуплаты лицензионных платежей.

Выявление сферы применения норм об обязательствах из неосновательного обогащения, определение границ их субсидиарного применения к требованиям, вытекающим из иных способов защиты гражданских прав, дают основание для утверждения о том, что конкуренция между основными видами исков (виндикационным, договорным, деликтным и кондикционным) невозможна. Каждый из указанных способов защиты гражданских прав имеет собственное основание применения.

Кондикционные обязательства регламентированы в гл. 60 ГК РФ (ст. 1102 - 1109).

Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Фактический состав, порождающий обязательства из неосновательного обогащения

или сбережения имущества, состоит из следующих элементов:

а) одно лицо приобретает или сберегает имущество за счет другого;

б) имущество приобретается или сберегается без предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Приобретение имущества одним лицом за счет другого означает увеличение объема имущества у одного лица и одновременное уменьшение его объема у другого.

Приобретение предполагает количественные приращения имущества, повышение его стоимости без произведения соответствующих затрат приобретателем, например, когда гражданин, действуя по поручению другого, ошибочно передает долг доверителя не займодавцу, а другому лицу; когда организация повторно оплачивает полученные на ее имя товары и т.п. Сбережение имущества означает, что лицо должно было израсходовать свои средства, но не израсходовало их либо благодаря затратам другого лица, либо в результате невыплаты положенного вознаграждения другому лицу. Неосновательное приобретение или сбережение могут возникнуть вследствие действий и событий. Действия, приводящие к неосновательному приобретению (сбережению) имущества, разнообразны. Это могут быть действия самого потерпевшего (уплата чужого долга, повторная оплата уже оплаченного товара и т. п.); действия третьих лиц (ошибочная выдача груза железной дорогой не получателю, указанному в накладной, а другому лицу и т.п.); действия самого приобретателя имущества (получение почтового

перевода, пришедшего на имя однофамильца, и т.п.) Сами действия могут быть как правомерными, так и неправомерными. Обязательство из неосновательного обогащения как вид гражданско-правового обязательства имеет следующие признаки:

1. Кондикционные обязательства, наряду с обязательствами вследствие причинения вреда, относятся к группе внедоговорных обязательств, которые отличаются от договорных тем, что они опосредуют аномальные имущественные отношения, а также возникают преимущественно вопреки воле их участников. 2. Основная функция, которую выполняют внедоговорные обязательства, охранительная, что присуще соответственно и обязательствам вследствие неосновательного обогащения.

3. Кондикционные обязательства направлены на восстановление имущественной сферы потерпевшего приобретателем, неосновательно обогатившимся за его счет.

Наиболее распространенной формой неосновательного обогащения является получение приобретателем недолжного имущества. Основная разновидность этой формы - исполнение недолжного, т.е. передача потерпевшим приобретателю имущественной выгоды, которая не должна была передаваться, потому что лежащие в основе передачи сделка или иное правовое основание изначально отсутствовали, или были недействительны, или отпали впоследствии.