Глава II

Речь идет об особом, систематическим образом организован-

ном коде (своде четких правил), который Соссюр пытался обна-

ружить в анаграммах, коде, который был бы ответственен за по-

рождение поэтического смысла. Как считает Лейч, Соссюр хотел

"создать новый тип чтения, двигаясь от самого знака к изолиро-

ванному слову" (214, с. 9-10).

Сама подобная интерпретация соссюровских усилий свиде-

тельствует уже скорее о постструктуралистском понимании вопро-

са. Соссюру несомненно удалось нащупать некоторые закономер-

ности древнеевропейского стихосложения, ориентированные на

анаграмматический принцип построения, когда передача имени

бога или героя в отдельных слогах или фонемах слов, отмечает

В. В. Иванов, "напоминающая способ загадывания слова в ша-

радах, определяла звуковой состав многих отрывков из гомеров-

ских поэм и ведийских гимнов". И далее: "Теперь уже нельзя

сомневаться в существовании общеиндоевропейской поэтической

традиции, связанной с анализом состава слова и тем самым под-

готовившей и развитие науки о языке, в частности в Индии...

Следы сходной традиции в последнее время обнаружены и в ир-

ландских текстах, что представляется особенно важным потому,

что существуют и другие черты сходства между индийским и ир-

ландским, которые удостоверяют древность целого ряда явлений

индоевропейской духовной культуры" (39, с. 635, 636).

Однако эти во многом весьма плодотворные поиски и дали

тот побочный результат, которым воспользовались теоретики

постструктурализма, увидев в приведенном выше высказывании

Соссюра указание на специфический характер анаграмматической

коннотации, нарушающей естественный ход обозначения и, что

самое главное, ставящей под сомнение нерасторжимость и четкую

определенность связи означающего с означаемым. Трудно ска-

зать, насколько эту мысль можно однозначно вывести из доволь-

но хаотических записей "Анаграмм", не систематизированных в

единое целое, но тем не менее, очевидно, некоторые основания

для этого были.

Бессознательное как структура языка

Лакана потому и можно

считать предшественником пост-

структурализма, что он развил

некоторые потенции, имманентно

присущие самой теории произ-

вольности знака, сформулированной Соссюром, и ведущие как

раз к отрыву означающего от означаемого. Кардинально пере-

смотрев традиционную теорию фрейдизма с позиций лингвистики

61

ОТ ДЕКОНСТРУКТИВИЗМА К ПОСТМОДЕРНУ

и семиотики, Лакан отождествил бессознательное со структурой

языка: "бессознательное является целостной структурой языка", а

"работа сновидений следует законам означающего" (207, с. 147, 161).

"Сон есть текст"

В этом и заключается один

из основополагающих постулатов

Лакана, подхваченный затем

постструктуралистами, -- его

тезис о том, что сновидение структурировано как текст, более

того, "сон уже есть текст": "Сновидение подобно игре в шарады,

в которой зрителям предполагается догадаться о значении слова

или выражения на основе разыгрываемой немой сцены. То, что

этот сон не всегда использует речь, не имеет значения, поскольку

бессознательное является всего лишь одним из нескольких эле-

ментов репрезентации. Именно тот факт, что и игра, и сон дейст-

вуют в условиях таксемического материала для репрезентации

таких логических способов артикуляции, как каузальность, проти-

воречие, гипотеза и т. д., и доказывает, что они являются скорее

формой письма, нежели панто-

мимы" (207, с. 161).

Процессы внутри сна: конденсация и замещение

В сновидениях Лакан вслед

за Фрейдом выделяет два основ-

Процессы внутри ных процесса: конденсацию и

замещение. Реинтерпретируя

традиционные понятия психоана-

лиза, подразумевающие под первым совмещение в одном образе,

слове, мысли, симптоме или акте несколько бессознательных же-

ланий или объектов, а под вторым -- сдвиг ментальной энергии с

одного явления в мозгу на другое. Лакан переосмыслил их в язы-

ковом плане. Для него при конденсации происходит наложение

одних означающих на другие, полем чего служит метафора. В

результате даже самый простой образ приобретает различные

значения. Замещение же трактуется им как другое средство, ис-

пользуемое бессознательным для обмана психологической само-

цензуры, и ассоциируется им с метонимией.

"Замещение" в трактовке Кристевой и Дерриды

Впоследствии эти два тер-

мина стали ключевыми для тео-

ретической основы постструкту-

ралистской риторики. Кристева,

например, в своем исследовании

"Революция поэтического языка" (1974) (203) анализирует ран-

62