Источники жеты жаргы.
История Казахстана ханствого периода ознаменова созданием законодательного памятника Жеты Жаргы семь установлений. Его создателем принято считать хана Тауке.
Поэтому этот свод законов также именуют Законы Тауке хана. По одной из версий Тауке собрал для совета трех влиятельных биев из старшего жуза Толе бия, из среднего Казбек бия, из младшего Айтебе бия. Обсудив наиболее часто встречающиеся ситуации правового характера, они составили и утвердили законоположения. Повремени их появление относится, вероятнее всего, к 70 годам 17 века. Это было сложное время в истории Казахского ханжества. Тауке приходилось вести войну на два фронта – с аштарканидами за присырдарьинские города и на юго-востоке с ойратами. Изнурительная жестокая война с джунгарами была неизбежной. К тому же не прекращались распри в самом ханстве. Чтобы внутренне укрепить его, и были приняты эти законоположения.
Трудно сказать что0либо определенное об источниках «уложения хана Тауке» некоторые ученые ищут их в Ясе Чингис хана, другие говорят о полной независимости «Жеты Жаргы» от Ясы. Поскольку Яса представляла собой продукт обычного права, то естественно, что его традиционные нормы, вошедшие в свое время в состав Ясы и не потерявшие своего значения в условиях казахского общества конца 17 века, были учтены составителями «Жеты Жаргы», но в соответствии с требованиями своего времени. Очевидно, в качестве основного источника. «Жеты Жаргы» скорее всего, следует признать старое обычное право казахов, а также неписанные законоположения казахских ханов, предшественников Тауке. В законы вошли в основном установление потребностям военно-политической и социальной жизни казахского общества 17 столетия.
Создание «Жеты Жаргы» преследовало цель приспособить существование нормы обычного права к новым потребностям казахского феодального общества, сохранив при этом лишь те из них, которые соответствовали интересам феодальной знати. В уложение хана Тауке, таким образом, были юридически закреплены социальные и правовые нормы казахского общества того времени.
«Жеты Жаргы» содержат нормы административного, уголовного, гражданского права, а также положения о налогах, религиозных воззрениях, т.е. охватывались все стороны жизни казахского общества.
Административно-правовые нормы и уголовное право.
Верховная власть, по Жеты Жаргы, должна быть сосредоточена в руках хана. Судя по отдельным статьям законов, хан был верховным судьей, он судил и наказывал за преступления и поступки, разбирал иски, издавал порядок наглого обложения. Одним из пунктов Жеты Жаргы уточнялся порядок управления ханством по средством султанов и рода – племенных старейшин.
«Жеты Жаргы» узаконивали различные сборы в пользу хана и биев. Одно из положений законов гласило «Чтобы всякий могущий носить оружие, кроме султанов, платил хану и правителям народным в подать 20-ю часть своего имущества, ежегодно».
Как и в других правовых памятниках средневековья, основное место в «Жеты Жаргы» отводилось уголовно-правовым нормам. В перечень преступных действий включались убийство, увечье, изнасилование, побои, воровство, оскорбление, несоблюдение правил сыновей почтительности, прелюбодеяние и др. В «Жеты Жаргы» предусматривались ответственность за преступления против личности, против имущественных отношений, за преступления в области семейно-брачных отношений и религии и т.д.
За совершение преступлений виновные подвергались различным наказаниям. В «Жеты Жаргы» сохранялся закон «за кровь мстить кровью, за увечие увечьем». Но наказания могли быть смягчены по приговорам судей или по согласию истцов, тогда преступник наказывался только установленной за всякое преступление платой. Возможность откупа, однако, предоставлялась не всегда. В четырех случаях узаконивалась смертная казнь:
Если жена умертвит мужа и родственники не простят её;
Если жена умертвит от стыда младенца, незаконно прижитого;
Если муж становиться свидетелем прелюбодеяния своей жены;
Если установлен факт богохульства.
Смертная казнь был 2х видов: повешение и убивание камнями ( за богохульство). Самым распространенным наказанием был выкуп – кун. Уплатой куна даже убийца с согласия истцов мог сохранить себе жизнь. Размер куна, варьировавший в зависимости от социальной принадлежности преступника и потерпевшего (знатный – не знатный, господин – раб). Свидетельствует о классовом характере «Жеты Жаргы». Так за убитого рядового мужчину убийца платил его родственникам 1000 баранов, за женщину 500, а за убийство султана и ходжи кун взимался как за семь человек: стоимость раба приравнивалась к стоимости беркута или охотничьей собаки. За членовредительство также платили определенным числом скота: большой палец стоил 100 баранов, мизинец 20 и т.д. При совершении воровства хозяину «трижды девять раз» должна быть возмещена стоимость украденного. Если совершалась кража скота, то виновный должен был «придать к верблюдам одного пленного к лошадям – одного верблюда, к овцам – одну лошадь. Сто верблюдов равняются 300 лошадям или 1000 овцам».
Кроме смертной казни выкупа в «Жеты Жаргы» предусматривались и другие наказания: конфискация имущества, остракизм и предание публичному позору. Первый вид наказания применялся по отношению к людям принявшим христианскую религию; второй – к беременным женщинам за убийство мужей; третий – за несоблюдение правил сынов его плетена (оскорбление или избиение родителей).
Совершение одновременно двух преступлений (воровства и убийства) влекло за собой просто суммирование наказаний, и виновный нес ответственность за оба преступления. Хотя по Жеты Жаргы уголовная ответственность обычно распространялась лишь на непосредственного виновника, однако сохранялся и принцип коллективной ответственности родственной группы (ближайшие родственники, сородичи, свойственники) за своего члена. Если, например, ответчик к суду не являлся или не мог заплатить положенного куна, то пеня взыскивалась с его родственников или с его «аула». И в таком случае сородичам и жителям аула предоставлялось право поступать с преступником по своему усмотрению.
Субъектом права мог быть только свободный, раб не признавался юридически лицом. «Жалоба раба на господина нигде не примется», - гласит один из пунктов закона. За владельцем признавалось неограниченное право над жизнью принадлежавшего ему раба. Но личная свобода, которой обладала основная масса членов казахского общества, не всегда представляла собой юридическое равноправие, и в ряде случаев ущемлялись права и свободных лиц, в первую очередь женщин. Например, женщины «равно как работники, слуги и рабы», не могли выступать на суде в качестве свидетелей. Полноправным юридическим лицам мог быть только взрослый «могущий носить оружие» мужчина – хозяин дома, глава семьи. Права, которыми обладал или которых лишился каждый свободный мужчина, устанавливалась в прямой зависимости от его социального статуса в обществе.