3. Европейская геополитика

Начало перелому в Европе во второй половине 80-х годов положили изменения в политике СССР, руководство которого постепенно отказывалось от стереотипов "классовой борьбы" на международной арене, проявило готовность к сокращению военных потенциалов на принципах разумной достаточности, делало первые шаги по демократизации политической системы, пошло на участие в международных механизмах обеспечения прав человека. Принципиальное значение имел отказ СССР от "доктрины Брежнева", оправдывавшей прямое, в том числе военное вмешательство в дела стран, входивших в сферу советского влияния. После частичных выборов в Польше в июне 1989 г., в результате которых правящая рабочая партия лишилась монополии на власть, лидеры ряда ортодоксальных коммунистических режимов призывали силой вернуть ПОРП руководящую роль в Польше. Выступление М.С. Горбачева в Совете Европы 6 июля 1989 г. окончательно подвело черту под этими спорами: "Любое вмешательство во внутренние дела, любые попытки ограничить суверенитет государств - как друзей и союзников, так и кого бы то ни было - недопустимы".

Отказ СССР от "доктрины Брежнева" открыл дорогу демократическим революциям второй половины 1989 г., в ходе которых в большинстве случаев практически без сопротивления пали коммунистические режимы в ГДР, Болгарии, Чехословакии, Румынии и Албании. Эти государства, как до них Венгрия и Польша, встали на путь реформ, в основу которых были положены ценности демократии, политического плюрализма, рыночной экономики. Состоявшиеся в большинстве стран Восточной Европы в 1990 г. первые за послевоенный период свободные многопартийные выборы привели к окончательному крушению коммунизма в Европе, а вместе с ним и послевоенной ялтинско-потсдамской системы. Одним из важнейших символов окончания холодной войны и раскола Европы стало падение Берлинской стены и объединение Германии, завершившееся 3 октября 1990 г.

Стремительные перемены в Восточной Европе не остались без ответа на Западе. В мае 1989 г. президент Дж. Буш заявил Брюсселе, что США готовы отказаться от доктрины "устрашения", составлявшей основу их политики в послевоенный период. Принятая главами государств и правительств стран НАТО в июле 1990 г. в Лондоне декларация наметила существенные перемены в политике блока. В ней констатировались, в частности, отсутствие у альянса агрессивных намерений, приверженность мирному разрешению споров и отказу от применения первым военной силы; необходимость отказа НАТО от доктрины обороны на передовых рубежах и гибкого реагирования; готовность к сокращению вооруженных сил, к изменению задач и количества ядерного оружия в Европе; согласие на институционализацию Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ).

19-21 ноября 1990 г. в Париже состоялись совещание глав государств и правительств 34 государств - участников СБСЕ, а накануне его открытия - встреча руководителей 22 государств Варшавского договора (ОВД) и НАТО. Парижская Хартия СБСЕ для новой Европы констатировала окончание эры конфронтации и раскола Европы, а государства ОВД и НАТО заявили в совместной декларации, что "в новую эпоху, которая открывается в европейских отношениях, они больше не являются противниками, будут строить новые отношения партнерства и протягивают друг другу руку дружбы".

Поиск механизмов управления ситуацией В основе принимавшихся в 1990 – 1991 гг. решений лежали представления о том, что с крахом коммунизма в Восточной Европе и продолжением реформ в СССР отпала главная причина раскола Европы. Понимая, что реформы на востоке континента потребуют времени, участники СБСЕ исходили из того, что путь к единой демократической Европе может быть проложен благодаря постепенному сближению между Востоком и Западом на основе закрепленных в парижской Хартии ценностей. Этому были призваны способствовать новые механизмы взаимодействия европейских государств, формирование которых началось на рубеже 80 – 90-х годов. Имеются в виду следующие процессы:

1. институционализация политического диалога и взаимодействия в рамках СБСЕ, которому отводилась важная роль в закреплении общих ценностей, норм и стандартов поведения государств в отношениях друг с другом и во внутриполитическом плане; в продолжении переговоров по контролю над вооружениями и разоружению; разработке механизмов реагирования на чрезвычайные ситуации, предотвращения конфликтов и регулирования кризисов; организации сотрудничества в сфере экономического и человеческого измерений СБСЕ;

2. реформа многосторонних организаций стран Востока (СЭВ, ОВД) и Запада (НАТО, ЕС, ЗЕС);

3. налаживание сотрудничества между НАТО, ЕС, ЗЕС, Советом Европы, с одной стороны, и государствами Восточной Европы - с другой;

4. формирование субрегиональных организаций, к числу которых относятся, в частности, Центрально-европейская инициатива, вишеградская группа, Совет государств Балтийского моря (СГБМ), Совет Баренцева/Евро-арктического региона (СБЕР), Черноморское экономическое сотрудничество, Инициатива по сотрудничеству в Юго-Восточной Европе.

Сочетание различных форм общеевропейского, регионального и субрегионального сотрудничества должно было обеспечить управление процессами формирования новой системы межгосударственных отношений в Европе. Однако события начала 90-х годов поставили под сомнение реалистичность многих из первоначальных расчетов.

1. В течение короткого времени прекратили свое существование организации, обеспечивавшие в годы холодной войны господство СССР в Восточной Европе. Эти организации никогда не были эффективными инструментами равноправного сотрудничества их участников. Ввиду же усилившихся с конца 1990 г. в странах Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ [61] ) опасений по поводу возможного возврата советского руководства к той или иной форме "доктрины Брежнева" судьба СЭВ и ОВД в 1991 г. была предрешена. 27 июня 1991 г. был подписан протокол о роспуске СЭВ, а 1 июля того же года - протокол о прекращении действия Варшавского договора, уже с 1990 г. существовавшего лишь на бумаге. В 1991 г. страны ЦВЕ ускорили процесс пересмотра двусторонних политических договоров с СССР. Советские войска были выведены из Венгрии, Польши и Чехословакии. Сформировалась новая система внешнеполитических приоритетов стран ЦВЕ, которые свою главную задачу видели в интеграции в Совет Европы, ЕС, НАТО.

2. Возникновение югославского кризиса, начало в 1991 г. военного противостояния между Сербией и заявившими о выходе из состава федерации Хорватией и Словенией, а с 1992 г. - война в Боснии и Герцеговине (БиГ); распад СССР в конце 1991 г. - все это привело к глубоким изменениям ситуации в Европе, о которых и не помышляли авторы парижской Хартии. Главное среди них - исчезновение "Востока", мыслившегося контрагентом "Запада" в процессе их постепенного сближения. Это привело к снижению управляемости внутригосударственных и международных процессов на посткоммунистическом пространстве в условиях отсутствия эффективных региональных и субрегиональных механизмов.

3. В новых условиях сохранили свою роль институты западноевропейского (ЕС, ЗЕС, Совет Европы) и евроатлантического сотрудничества (НАТО). Однако и эти организации оказались перед необходимостью определения своей новой роли в решении проблем европейского развития, а также формирован новых отношений с посткоммунистическими государствами.

Процессы трансформации в Восточной Европе

Динамика внутреннего развития и внешней политики стран Восточной Европы в 90-е годы определялась рядом факторов. Искусственность навязанных им коммунистических режимов предопределила не только стремительный распад последних в условиях ослабления блокового противостояния и отказа СССР от "доктрины Брежнева", но и относительно безболезненное расставание с коммунистической идеологией, переход бывших коммунистических рабочих партий на позиции социал-демократии. К началу 90-х годов после короткого периода дискуссий в этих странах сформировался более или менее широкий консенсус в отношении основных внутренних и внешнеполитических целей. Его суть сводится к определению путей реинтеграции стран Восточной Европы в Европу, под которой понимается вступление в Совет Европы, ЕС и ЗЕС, а также в НАТО. Различия между консервативными и левыми партиями, сменяющими друг друга у власти, касаются главным образом средств и методов достижения этой цели.

На положении стран Восточной Европы и их внутреннем развитии в возрастающей степени сказывается ряд факторов. Во-первых, процесс реформ здесь оказался намного более сложным и продолжительным, чем это изначально прогнозировалось. Во-вторых, с течением времени все более рельефной становилась дифференциация стран Восточной Европы с точки зрения прогресса в осуществлении политических и экономических реформ. Оба эти обстоятельства определяют наметившиеся различия как в темпах, так и в перспективах реинтеграции в Европу отдельных стран Восточной Европы.

Наследие плановой экономики, сложности, обусловленные комплексным характером преобразований, а также сравнительно низкий уровень экономического развития относятся к числу основных проблем в осуществлении реформ в странах Восточной Европы. На проводимых преобразованиях негативно сказывается наследие коммунизма: дефицит власти, неразвитость гражданского общества, отсутствие устойчивых ценностных ориентиров. Проведение системной и структурной реформ экономики осложняется прочностью позиций бюрократии и групп интересов. Порожденные прежней системой стереотипы поведения - патернализм, уравниловка и др. - мешают утверждению новой модели экономического поведения. Необходимость структурной реформы экономики предопределяла неизбежность социального шока при любом варианте проведения преобразований. Немало сложностей порождает одновременное осуществление перехода к рыночной экономике и преобразования политической системы.

Одна из десяти стран Восточной Европы - Албания, согласно классификации ООН, относится к государствам с низким уровнем доходов (ВВП на душу населения менее 750 долл. США в 1994 г.). Большая часть государств относится к группе с низкими средними доходами (до 3 тыс. долл. США). Лишь три страны (Чехия, Венгрия и Словения) попадают в группу с высокими средними доходами. В группу же с высокими доходами не попадает ни одно из государств Восточной Европы. Отсталость в развитии усугублялась начавшимся после 1989 г. и связанным с процессами трансформации спадом производства, хотя в странах Восточной Европы этот спад был значительно меньшим, чем в бывшем СССР, что предопределило относительно быстрое возобновление экономического роста. Низкий уровень экономического развития, быстрый распад коммунистической системы, бремя старых проблем и спад производства явились, в свою очередь, причиной многих негативных социально-экономических процессов.

В ходе преобразований в странах Восточной Европы в зависимости от сочетания исходных предпосылок для проведения реформ, последовательности и целенаправленности проводившейся политики а также внешних условий наметилась дифференциация государств региона во всех сферах преобразований. В зависимости от достигнутого прогресса в осуществлении политических и экономических преобразований, а также экономического оздоровления в Восточной Европы выделяют две группы государств, хотя границы между этими группами подчас нечетки, а внутри каждой из них существует своя дифференциация. Пять государств Восточной Европы - Чешская Республика, Польша, Венгрия, Словакия и Словения считаются лидерами в осуществлении реформ. Остальные страны Восточной Европы (некоторые из них прилагают усилия, для того чтобы догнать группу лидеров) находятся в состоянии хрупкого равновесия, при котором позитивные и негативные факторы уравновешивают друг друга.

Лидирующая пятерка стран Восточной Европы добилась заметного прогресса в осуществлении реформ, во второй половине 90-х годов улучшилось их экономическое положение. В силу более благоприятных стартовых условий системные преобразования в этих странах были начаты быстрее и оказались успешнее. С 1993-1994 гг. во всех пяти странах отмечается экономический рост. Спад производства здесь был менее существенным – падение ВВП с 1990 г. составило всего 15%. Благоприятными для этих стран факторами являются рост инвестиций и умеренные темпы инфляции, которая в 1997 г. составила от 6,4% (Словакия) до 1% (Венгрия). Считается, что в перспективе названные пять стран по своим экономическим показателям могут выйти на уровень наименее развитых стран ЕС. К негативным факторам здесь относятся относительно высокий уровень безработицы (исключение составляет лишь Чехия); снижение уровня реальной средней заработной платы; нарастание социальной дифференциации; отсутствие эффективной системы социального обеспечения; обнищание части населения.

Страны Балтии – Латвия, Литва и Эстония относятся к странам, способным вплотную подтянуться к лидирующей пятерке Восточной Европы. Однако они по-прежнему сталкиваются с серьезными экономическими и социальными проблемами, в том числе в силу того обстоятельства, что спад здесь был более глубоким. Несмотря на многочисленные проблемы краткосрочного плана, страны Балтии заметно расширили свободу маневра в результате быстрого хотя и болезненного выхода из экономического пространства бывшего СССР. Процессы трансформации в странах Юго-Восточной Европы – Албании, Болгарии и Румынии характеризуются нестабильностью и хрупкостью достигнутых результатов, что в наиболее острой форме проявилось в условиях албанского кризиса 1996-1997 гг. Общий низкий уровень экономического развития усугубляет существующие в этих странах проблемы.

Во внешнеполитическом плане ситуация в Восточной Европы характеризуется отсутствием эффективных механизмов регионального политического и экономического сотрудничества. Практически все страны Восточной Европы, уже являющиеся членами Совета Европы, отдают приоритет односторонним усилиям по интеграции в ЕС и НАТО, порой вступая в конкуренцию друг с другом. После окончания холодной войны здесь возникли различные субрегиональные организации, стало более интенсивным двустороннее взаимодействие между отдельными государствами. Страны Восточной Европы являются участницами Центрально-европейской инициативы, вишеградской группы, СГБМ, ЧЭС, сотрудничества карпатских регионов (включая Украину). Болгария проявляет инициативу по налаживанию регулярного диалога государств Юго-Восточной Европы. Собственную политику субрегионального сотрудничества проводит Румыния, выстроившая в 90-е годы сложную систему "треугольников" взаимодополняющих трехсторонних пактов сотрудничества (с Польшей и Украиной, Болгарией и Турцией, Молдовой и Украиной, Венгрией и Австрией, Болгарией и Грецией).

Тем не менее, участие в различных формах субрегионального сотрудничества чаще всего рассматривалось странами Восточной Европы либо как временный вариант регулирования отношений с соседними государствами на период до вступления в ЕС, либо - в случае реализации менее благоприятного сценария - как запасной, хотя и не оптимальный вариант внешнеполитической стратегии. Примером интенсивного, но в итоге малоэффективного субрегионального взаимодействия, охватывавшего в соответствии с изначальными планами сферы экономики, внешней политики и политики безопасности, является взаимодействие стран вишеградской группы, на основе которой в 1993 г. была создана Центрально-европейская зона свободной торговли (в 1995 г в нее вошла Словения). Однако она не способствовала существенному оживлению региональной торговли.

Современная геополитика стран Восточной Европы

На протяжении столетий Восточная Европа чаще всего была объектом, а не субъектом глобальной мировой политики. В последние десятилетия с этим регионом напрямую связаны интересы держав Европы, а в XXI в. – и мира. Нередко она являлась источником конфликтов между великими державами. Обе мировые войны начались в этом регионе, так как в нем сошлись главные геополитические противоречия между самыми могущественными странами.

Многое разделяет страны Восточной и Западной Европы – разные социально-политические идеалы, конфессии, груз исторической враждебности, этническая пестрота и т.п. И надо сказать, что торгово-экономические, экспортно-сырьевые и другие факторы предопределяют тяготение большей части Восточной Европы к России, а не к западным странам. На основе этого можно утверждать, что Запад вряд ли в исторической перспективе получит выигрыш, привлекая к себе страны данного региона, добиваясь ослабления России. Да и культивирование у населения стран Восточной Европы неприязни к России — это тупиковый путь, и прежде всего для них самих. Россия тоже чрезвычайно заинтересована в нормализации отношений с соседями. История и география обусловили заинтересованность ее в добрососедских, торгово-экономических контактах с Восточной Европой. Они отвечают ее безопасности, коренным интересам.

В силу обстоятельств к концу XX в. Россия могла выходить на страны Восточной Европы только через суверенные государства – Украину и Белоруссию, исключением является анклав – Калининградская область, будущность которого тоже вызывает много вопросов. Этот фактор (ограничение, сужение географического пространства России) внес фундаментальные изменения в отечественные геополитические возможности. Изменения, произошедшие в регионе за последние 12–15 лет, вновь превратили Европу в серьезный источник международной напряженности. Очаг этой напряженности – не только государства Восточной Европы, но также Калининградская область и страны Прибалтики.

Политико-психологический климат в регионе, за исключением Калининградского анклава, неблагоприятен для России. Но он также неблагоприятен и для Запада (в Польше, Словакии, например, чрезвычайно сильны антигерманские настроения). Это объясняется во многом тем, что народы Восточной Европы десятилетиями были разменной монетой в руках политиков стран Запада. Положение стран — сателлитов той или иной державы, т.е. Запада или Востока, давало, конечно, и определенные выгоды, но они не могли ослабить общего впечатления от их сугубо подчиненного положения. Подобный статус-кво после войны устраивал в определенной мере и СССР, и Запад. Система государств-сателлитов, или клиентов, была своего рода буфером, «санитарным кордоном» между Востоком и Западом, обеспечивающим относительную безопасность существования двух блоков. И включение стран Восточной Европы в сферу влияния Запада — далеко не однозначный исторический факт.

В объединении Германии уже заложен узел многих европейских противоречий. Оно дало не только позитивные результаты. Даже для мощной экономики ФРГ объединение принесло пока больше минусов, чем плюсов. А присоединение государств Восточной Европы к Западу произошло на правах бедных родственников. Это предопределяет качество всех отношений между странами Европы. В перспективе этот регион может превратиться в «Балканы». События в Югославии — только предвестник обострения межнациональных и межгосударственных отношений. Распад Чехословакии — начало цепной реакции размежевания. Некоторые западные политологи утверждают, что Европа XXI в. будет иметь больше общего с Европой XIX в., чем с Европой середины прошедшего столетия. В XIX в. здесь царило буржуазное соперничество, приводившее к цепи бесконечных конфликтов. Сейчас, как и тогда, в качестве пороховой бочки выступает Югославия, где в течение почти десяти лет тлеет бикфордов шнур межнациональных конфликтов, периодически перерастающих в военное противостояние.

Структуры, созданные в Западной Европе после 1945 г., сейчас или значительно ослаблены, или сталкиваются с неопределенностью целей. «Фрагментация» нынешней Европы позволяет утверждать, что реальная угроза безопасности европейским государствам исходит не извне, а друг от друга. Развитие Восточной Европы определяют такие факторы, как стремление к суверенности и возрождению, а также рост национализма. Они носят объективный характер, этот процесс присущ почти всем без исключения странам мира. Набирает силу тенденция возрождения коалиций и союзов между группами государств. В Европе создаются подобные коалиции для решения в короткие сроки экономических, политических, территориальных, экологических и других важных проблем. Например, союзы Венгрии и Чехословакии, Польши, Австрии и Италии. Расширяются между ними двусторонние связи. Все больше умов захватывает идея создания системы европейской безопасности в противовес НАТО. Но в пику этой идее усиленно пропагандируется тезис западного «ядра мощи», причем страны Восточной Европы должны будут поддерживать усилия «ядра» в институционализации демократии и становлении рыночной экономики.

Региональная геополитика выступает в этих концепциях как звено общей глобальной геополитики. Она должна способствовать реализации геополитических устремлений стран Запада, прежде всего США, Германии, Франции. Фактически транснациональные компании меньше всего берут в расчет такие понятия, как суверенитет восточно-европейских государств, что идет в разрез с основными тенденциями, протекающими в регионе. Мы уже отмечали выше особую роль объединенной Германии в комплексе отношений в Европе. Ее даже называют господином политико-экономического европейского баланса, а экономическое и дипломатическое влияние чувствуется не только в регионе, но почти во всех уголках Земли.

Мы уже говорили о том, что возможно возрождение, хотя в иных формах и при иной аргументации, старой концепции общеевропейской роли Германии, а в перспективе – претензий на роль мирового гегемона. Многие европейцы (особенно французы и англичане) высказывают опасения, что в центре континента может появиться «Четвертый рейх». Об этом в свое время предупреждала М.С. Горбачева бывший премьер-министр Англии М. Тэтчер. Именно этим можно объяснить вновь вспыхнувшую страсть в Германии к публичным обсуждениям концепций отцов-геополитиков, особенно концепции «Центральной (Срединной) Европы» (Mitteleuropa). Автор ее – «отец немецкого либерализма» Ф. Науманн (1860—1919). Его работа «Mitteleuropa» во время Первой мировой войны была практически настольной книгой в Германии и Австрии.

Отсюда рукой подать до тезиса П. де Лагарде, который в середине XIX в. требовал для Германии доступа к Средиземному морю, в частности овладения портом Триест, а также устьем Дуная. Эти идеи высказывал в антиславянской статье один из основателей марксизма Ф. Энгельс. В 1849 г. он писал, что словенцы и хорваты отрезают Германию и Венгрию от Адриатического моря, а Германия и Венгрия не могут дать отрезать себя от Адриатического моря по «географическим и коммерческим соображениям, которые... представляют для Германии и Венгрии такой же жизненный вопрос, как, например, для Польши берег Балтийского моря от Данцига до Риги».

Нельзя забывать и такое немаловажное обстоятельство, как растущее желание немцев «восстановить историческую справедливость». Сделать это можно, как они полагают, путем возвращения территории бывшей Восточной Пруссии и земель, принадлежащих сейчас Польше. Варшава находится в полной зависимости от США, Германии, НАТО и ЕС. Хотя в Польше и сейчас, через столько лет после Второй мировой войны, не только среди обывателей, но и среди правящей элиты сильны антигерманские настроения, тем не менее глобализм США диктует полякам, как им жить.

Практически Польша потеряла независимость, и, как пишет польский журналист Б. Тейковский, «не надо ходить туда, где нас хотят уничтожить...» Он видит Польшу в системе славянских народов. Сейчас американский империализм диктует свой глобализм всему миру. В результате 80% населения планеты будет жить в условиях бедности, 15% – удовлетворительно и только 5% – в богатстве, в основном американцы. «Сегодня Германия, – пишет далее автор, – с другими странами скупила в Польше десятки тысяч гектаров земли, 60% торговли, 70% – промышленности, 80% – банков, 90% издаваемых газет, программ радио и телевидения. Вооруженными силами руководят США и НАТО. Атлантисты готовятся к войне с Россией, и с этой целью блок НАТО создал в Щецине военную базу».

Мир значительно изменился не только за последние 150 лет, но даже за последнюю половину XX в. Признаком этих перемен могут служить весомые шаги в Европе – в экономике, финансах, политике. Целенаправленно осуществляется курс на интеграцию стран Западной Европы: упрочнение экономических связей, политического союза (Европарламент в Страсбурге), финансов (в Европе делает первые шаги новая общеевропейская валюта – евро).

Скорее всего, усилия Германии будут направлены на Восток, как на наиболее слабое звено в окружающих ее странах. И применять она будет не военные, а экономические средства. Экономический поход на Восток, по сути, уже начался. Кредитная (в меньшей степени инвестиционная) экспансия ведется против всех стран, включая, конечно, и Россию. Направление экспансии на Запад исключается по многим причинам. Важнейшие из них – экономическая и политическая стабильность больших стран Западной Европы, а также присутствие войск США.

Нейтрализация влияния, экспансии Германии может быть осуществлена активизацией внешней политики России, более тесным сотрудничеством с другими мощными европейскими державами, и прежде всего с Францией. Второе средство, играющее вспомогательную роль, – подключение РФ к западно-европейским структурам. Важно только не сводить роль России к сырьевому придатку Европы (хотя энергоносители тоже можно превратить в козырную карту), а главным образом активно включиться в межгосударственную кооперацию, в общественное разделение труда, когда каждый зависит от каждого. В иных случаях, особенно при социально-экономических потрясениях, в Германии могут значительно окрепнуть пока что довольно слабые реваншистские силы, которые при определенных условиях смогут оказывать серьезное влияние на внешнеполитический курс страны. Таким образом, лидерам стран Восточной Европы надо помнить, что германский экспансионизм в его потенциале сохранился. Надо не забывать об этом и народам стран Прибалтики, которые добровольно стремятся в геополитическое поле Запада, прежде всего Северной Европы и Германии.

Суммируя сказанное, можно сделать вывод, что в Европе идет процесс возврата от биполярной военно-политической структуры к динамично развивающейся многополярной системе международных отношений. Военные проблемы в данном процессе пока играют важную роль, но к концу XX в. центр тяжести переместился в сторону финансово-экономических проблем — это во-первых. Во-вторых, в Европе формируется фрагментарная система национальных государств (страны Прибалтики тяготеют больше к Скандинавии, Польша, Венгрия, Чехия — к Германии и т.д.). Страны Восточной Европы образуют временные коалиции, которые текучи, меняют свои ориентиры, исходя из сиюминутных интересов (чаще всего финансовых, экономических, политических, военных). Эти интересы нередко формулируются политиками-однодневками, носят субъективно-вкусовой характер, не отмечены печатью серьезного анализа с позиций присущей современности глубокой всеобъемлющей взаимозависимости. Но нельзя забывать, что эта взаимозависимость может быть разрушена ростом национализма и сепаратизма национальных государств (как произошло со странами восточного блока, с Советским Союзом). Трения на национальной основе стали одним из важнейших признаков и тревог не только стран Прибалтики, Восточной и Западной Европы, но и всего мира.

Восточная и Западная Европа в потенциале могут рассматриваться как геополитическое кризисное ядро, способное взорвать общестратегическую обстановку. Исчезновение Варшавского блока сняло вопрос системного противостояния, изменило расстановку геополитических сил, ее структуру, внесло много новых элементов.

Геополитические процессы в Западной Европе

Исторически Англия (как и США) придерживалась в геополитических отношениях талассократического подхода к построению политических, экополитических и других отношений со странами Западной и Восточной Европы, с Евразией и Юго-Восточной Азией. Талассократия, или «морское могущество, как уже было сказано выше, тип цивилизации, связанной с мореплаванием и торговлей, предопределяющими быстрое техническое развитие. Этот тип обусловливает, как считают идеологи талассократии, дух индивидуального предпринимательства, наживы и накопительства (подробнее см. главу 2). Морская цивилизация, по мнению А. Мэхена, — это торговая цивилизация, требующая смелости и риска, воспитывающая энергичных людей. И надо признать, что такой тип людей был во многом характерен для Англии. Они сделали ее «владычицей морей», над ее колониями почти до середины XX в. не заходило солнце. До конца XIX в. Англия была «мастерской мира», а в Сити проводились самые крупные коммерческие сделки.

Но Первая мировая война внесла серьезнейшие коррективы в мировой расклад геополитических сил. Затем эти коррективы углубили октябрьская социалистическая революция и появление на карте мира сначала РСФСР, а затем и СССР. СССР и Североамериканские Штаты в течение полувека превратились в две сверхдержавы. В геополитическом плане с 50-х до 90-х гг. Западная Европа, включая Великобританию, объективно играла роль буферной зоны. Из метрополии эти государства превратились в государства-сателлиты. Безусловно, такая роль не подходила сильным политикам типа бывшего президента Франции, ее национального героя, генерала Шарля де Голля. Ему принадлежит идея выйти из-под контроля США, создав ось Париж — Бонн. Эту попытку можно рассматривать как зародыш современной Европы, пытающейся путем глубокой интеграции создать сильную Европу, способную противостоять заокеанскому могучему покровителю. Внутри западноевропейского сообщества идут невидимые поверхностному взгляду перемены в отношениях США и Европы. На поверхности это выглядит как традиционное противостояние Парижа и Вашингтона. Оно касается в первую очередь условий «европеизации» НАТО, повышения в нем роли европейцев, а также реформы блока.

Свое место на капитанском мостике альянса, тесня других, пытается занять мощная объединенная Германия. Поэтому идеи атлантазма переживают определенную трансформацию. Расширяются многосторонние формы сотрудничества блока (создан Совет Североатлантического сотрудничества, запущена программа «Партнерство ради мира», сформированы многонациональный силы, которые вели войны в Персидском заливе и Югославии). Идет также усиление двусторонних связей: между европейскими державами (ФРГ — Франция), между малыми странами Северной Европы, между странами Балтийского региона. Усиливаются интеграционные отношения (связи) в сфере политики, экономики, финансов. Конец XX в. ознаменовался созданием единой европейской валюты евро и отказом от таможенного контроля.

К концу XX в. в Европе и НАТО четко обозначились две группы: с одной стороны, США, Канада и часто примыкающая к ним Великобритания, а с другой — большие страны Западной Европы. Процесс разделения носит объективный исторический характер. После Второй мировой войны США, нажившиеся на торговле оружием, боеприпасами, продовольствием и т.п., смогли продиктовать разрушенной Европе свои условия, в частности по плану Маршалла, и попытались превратить этот центр одной из древнейших мировых цивилизаций в «ничейную землю», колониальную зону. Но регион для этой роли оказался совершенно непригодным. Чувство национальной гордости французов и немцев было глубоко уязвлено.

Первыми о желании выйти из-под контроля заокеанского партнера (или патрона) объявили французы (в середине 60-х гг. президент Франции генерал де Голль решил выйти из НАТО и заявил об «обороне по всем азимутам»). Это решение было обусловлено политической целесообразностью — желанием укрепить свои ракетно-ядерные, военно-морские силы для сдерживания двух сверхдержав. Хотя де Голль не одобрял внутриполитический строй в СССР, но в 60-х гг. политика Франции в отношении СССР стала резко отличаться от политики США. В Париже возобладала концепция разрядки напряженности. У Франции не было никаких претензий к СССР, не было военного соперничества. В развивающихся странах интересы Парижа не пересекались с интересами Москвы и Вашингтона. Франция стремилась к ослаблению блокового противостояния, снижению опасности войны, преодолению послевоенного раскола в Европе, усилению ее экономического роста и укреплению политической стабильности Европы.

Немцы в 60-х гг. были не столь строптивы, но подобные мысли были и у них на уме. В 70-х гг. капиталистический мир переродился в устойчивую систему трех сил: первая — США, вторая — Западная Европа, третья — Япония. С начала 70-х гг. история проходит под знаком относительного ослабления американского влияния и укрепления экономической и геополитической мощи двух других центров. От американской гегемонии в важнейших сферах жизни сохранились военная и политическая. Поэтому в борьбе с американцами и надо искать причину, корни европейской интеграции: создание единой европейской валюты и объединение сил Западной Европы как решение финансово-экономических задач к началу нового тысячелетия, достижение политических целей в первом десятилетии нового тысячелетия и успеха в возможной вооруженной борьбе за сырье (в первую очередь энергоносители), рынки сбыта и приложения капиталов, эксплуатации дешевой рабочей силы. Разрушение СССР сняло с повестки дня вопрос об интенсивной интеграции Европы, как уже сказано выше (даже мощная экономика ФРГ с трудом переваривает огромный кусок восточных земель), но в перспективе этот вопрос вновь встанет перед лидерами стран Западной Европы.

Кроме того, Вашингтон и его верный союзник Лондон выражают чаще всего устами Джорджа Буша-младшего (нынешнего президента США) озабоченность ускорением строительства многонациональных европейских сил под эгидой ЕС. Безусловно, ядром этих сил будут войска Германии и Франции. Это говорит о многом.

Интеграционные процессы в Западной Европе.

Окончание холодной войны, исчезновение блокового противостояния в Европе, объединение Германии, начало системной трансформации в ЦВЕ поставили страны ЕС перед новыми вызовами. Стремление "растворить" возрастающее влияние Германии на европейскую политику подталкивало партнеров Бонна к углублению интеграции в рамках ЕС. Сторонниками этой линии, хотя и с определенными оговорками, выступали, в частности, Франция, Италия, ряд малых стран ЕС. С самого начала эту линию поддержала и Германия. Наиболее скептично относившаяся к углублению интеграции Великобритания отдавала предпочтение иному варианту адаптации ЕС к новым условиям, а именно - расширению состава ЕС за счет государств ЦВЕ. В течение короткого периода основные дискуссии в рамках ЕС сводились к обсуждению дилеммы: углубление или расширение? В итоге, выбор был сделан в пользу углубления интеграции, которое сопровождалось бы ее последующим расширением сначала за счет развитых западноевропейских государств, а затем и стран ЦВЕ.

Усилия по углублению интеграции в рамках ЕС неоднократно предпринимались и до окончания холодной войны, хотя в силу разногласий между основными государствами-участниками они ограничивались, как правило, половинчатыми решениями. В 1985 г. главы государств и правительств стран ЕС согласовали пакет реформ и дополнений к договорам о ЕС, сведенных в Единый европейский акт, вступивший в силу в 1987 г. Этот документ предусматривал, в частности, завершение формирования общего внутреннего рынка до конца 1992 г., возврат к принятию значительной части решений в ЕС большинством голосов, а также расширение полномочий Европарламента. Одновременно с этим расширялась сфера компетенции ЕС за счет включения в нее политики в области исследований, технологии и охраны окружающей среды. С принятием единого европейского акта была создана договорная основа деятельности Европейского совета, а также "европейского политического сотрудничества", предполагавшего согласование внешней политики государств ЕС.

Перемены в Европе подтолкнули страны ЕС к более радикальным шагам в деле углубления интеграции. 9 и 10 декабря 1991 г. на встрече лидеров стран ЕС в Маастрихте (Нидерланды) был одобрен проект договора о Европейском союзе, подписанного министрами иностранных дел и финансов 7 февраля 1992 г. и вступившего в силу 1 ноября 1993 г.

Маастрихтский договор 1992 г. был первым крупным шагом в экономической и политической интеграции большинства стран Западной Европы. Следующая встреча глав правительств в Амстердаме в 1997 г. должна была превратить Западную и Центральную Европу в конфедеративное государство с единой валютой евро к 1999 г. Однако ликвидация национальных валют и переход к единой денежной единице требуют жесткой финансово-бюджетной дисциплины, в частности сокращения бюджетного дефицита до 3% валового национального продукта. Правительства стран Евросоюза хотели достичь этого, урезав бюджетные расходы на социальные нужды: на пенсии, пособия по безработице, на здравоохранение, образование и т.п. Но сделать этого не удалось. По призыву профсоюзов по всем странам ЕС прокатилась мощная волпа протестов трудящихся и студентов. В результате значительно полевели парламенты Франции, Англии, Германии. Все это осложнило процесс создания конфедерации в Европе. Кроме того, втянув 14 стран Европы в войну в Югославии (весной 1999 г.), США нанесли сильнейший удар не только по интеграционным политическим и экономическим процессам, протекающим в Европе, но и по еще не окрепшей новой денежной единице. Война в Косово (о чем мы расскажем подробнее в другом разделе главы) — это умело подброшенная мина на юге Европы.

В Амстердаме было принято принципиальное решение о приглашении в состав Евросоюза десяти стран Центральной и Восточной Европы, бывших членов СЭВ и даже некоторых бывших республик Советского Союза (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия, Болгария, Румыния, Албания, Эстония, Латвия и Литва). Таким образом Евросоюз в 2002—2005 гг. будет значительно расширен. В перспективе это может иметь негативные последствия для России, так как рынок перечисленных стран будет отгорожен от нас еще более мощным таможенным барьером, чем в конце XX в. Из года в год члены ЕС расширяют дискриминацию в отношении российских товаров путем повышения пошлин.

Договор предусматривает существенное углубление интеграции на ряде направлений:

1. Европейское экономическое сообщество, учрежденное Римским договором 1957 г., преобразовано в Европейский союз. Заметно расширена сфера деятельности ЕС. Таможенный союз, общий рынок, общая сельскохозяйственная и внешнеторговая политика с 1999 г. были дополнены Европейским валютным союзом (ЕВС), согласованной политикой в сферах охраны окружающей среды, здравоохранения, образования и социальной сфере. В силу компромиссного характера Маастрихтского договора компетенция органов ЕС в перечисленных областях неодинакова и не всегда безусловна. Договором предусматривается введение института "гражданства ЕС", не отменяющего гражданства отдельных государств. Сформирован комитет по региональным вопросам. Расширены полномочия Европарламента.

2. Новым направлением деятельности ЕС стало осуществление совместной внешней политики и политики безопасности (СВПБ), развивающей опыт "европейского политического сотрудничества" и предусматривающей согласование и осуществление странами ЕС совместных внешнеполитических действий на основе единогласно принятых решений.

3. Новым направлением стало сотрудничество в сфере внутренней политики. Речь идет, в частности, о согласовании политики стран ЕС по предоставлению политического убежища, регулированию иммиграционных процессов, борьбе с незаконным оборотом наркотиков и преступностью, о более тесном сотрудничестве полицейских служб. Однако и в этой области для принятия согласованных мер требуется единогласие в Совете министров ЕС.

Сам Маастрихтский договор стал результатом сложных компромиссов между еврооптимистами и евроскептиками внутри союза. Договором была предусмотрена возможность пересмотра и дальнейшего развития его положений межправителъственной конференцией стран ЕС, к компетенции которой относилось рассмотрение вопросов дальнейшего развития сотрудничества в областях СВПБ, внутренней политики и юстиции. Конференция открылась 29 марта 1996 г. в Турине (Италия) заседанием Европейского совета на уровне глав государств и правительств и завершилась в Амстердаме 1617 июня 1997 г. принятием Амстердамского договора, подписанного министрами иностранных дел 2 октября 1997 г. Договор оформил продвижение вперед на ряде направлений, в том числе являвшихся предметом разногласий в процессе подготовки Маастрихтского договора. Договор, вступивший в силу 1 мая 1999 г., в частности, предусматривает:

расширение компетенции ЕС в сфере внутренней политики. Европол, созданный в Гааге в качестве центра по сбору, обработке и обмену информацией, наделяется оперативными функциями. Расширяется международное сотрудничество национальных полицейских и таможенных ведомств, органов правосудия. В течение пяти лет после вступления договора в силу должен быть снят контроль на границах между всеми странами ЕС (за исключением Великобритании и Ирландии) и установлены общие стандарты контроля за внешними границами. Расширяется компетенция ЕС в сфере политики по предоставлению политического убежища, иммиграции, в отношении беженцев;

регулирование правового положения граждан стран ЕС. Расширяются возможности ЕС принимать меры против проявлений дискриминации. Обязательным для всех стран союза становится принцип равноправия мужчины и женщины;

расширение функций союза в сфере социальной политики. В договоре впервые появилась глава о координации политики занятости. Великобритания впервые согласилась признать в полном объеме обязательства, вытекающие из согласованной социальной политики стран ЕС. Договором устанавливаются минимальные стандарты в области здравоохранения. Политика ЕС в любой области должна соответствовать экологическим критериям ,

укрепление и совершенствование механизма СВПБ. Усовершенствована процедура принятия решений в рамках СВПБ. Хотя принципиальные решения по-прежнему требуют единогласия, так называемые исполнительные решения могут теперь приниматься большинством голосов. Учреждена должность генерального секретаря Европейского совета, ответственного за разработку и осуществление СВПБ;

новые функции по регулированию международных кризисов Амстердамским договором к компетенции ЕС отнесено осуществление гуманитарных акций, а также операций по поддержанию и укреплению мира. На основе единогласия ЕС может принимать политические решения, уполномачивающие ЗЕС на проведение таких операций. Поскольку в ходе межправительственной конференции так и не был решен вопрос о перспективе интеграции Западноевропейского союза (ЗЕС) в структуры ЕС, была предусмотрена возможность принятия ЕС политических решений на основе единогласия, уполномачивающих ЗЕС на проведение миротворческих операций. После изменения негативной позиции Англии в отношении интеграции ЗЕС в Европейский союз (что нашло отражение во французско-британской декларации, подписанной в Сен Мало 4 декабря 1998 г.) на данном направлении сотрудничества стран ЕС обозначился принципиальный сдвиг. На саммите ЕС в Кёльне 34 июня 1999 г. было принято решение о разработке и реализации в рамках СВПБ совместной европейской политики в области безопасности и обороны. Кёльнское решение, предусматривающее предоставление полномочий для самостоятельного осуществления военных операций по обеспечению мира в условиях вооруженных кризисов при опоре на инфраструктуру НАТО, а также создания необходимых для этого органов ЕС, включая комитет по политике безопасности, военный комитет, штаб ЕС и др., по существу означает полную интеграцию ЗЕС в структуры Европейского союза,

реформу структур и институтов ЕС. Ее цель - укрепление позиций Европейского парламента и Европейской комиссии, совершенствование правил принятия решений, в том числе путем Расширения перечня вопросов, по которым решения принимаются большинством голосов.

15 июля 1997 г. Комиссия ЕС представила "повестку дня 2000", содержащую рекомендации относительно основных направлений реформы в деятельности союза, обусловленных положениями Амстердамского договора и предстоящим расширением ЕС на Восток. Эти рекомендации были одобрены главами государств и правительств стран ЕС на специальном заседании Европейского совета в Берлине 26 марта 1999 г.

Согласование "повестки дня 2000" призвано разрешить противоречия, возникающие в ходе одновременного углубления интеграции и расширения Европейского союза. Наименее спорным был вопрос о вхождении в ЕС развитых стран Европы. В 1993 г вступило в силу соглашение между странами ЕС и Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ) [63] о создании Европейского экономического пространства (ЕЭП), фактически позволившее странам ЕАСТ войти в единый рынок ЕС. Однако соглашение о ЕЭП довольно быстро отошло на задний план в связи с тем, что Швейцария не ратифицировала его в ходе референдума, а четыре государства - Австрия, Норвегия, Финляндия и Швеция начали переговоры о вступлении в ЕС. С 1 января 1995 г. Австрия, Финляндия и Швеция стали членами ЕС, число участников которого возросло с 12 до 15.

Наиболее сложным и спорным был вопрос о вступлении в ЕС стран ЦВЕ. В течение ряда лет после краха коммунистических режимов в Европе ЕС не занимал ясной позиции по этому вопросу, хотя уже на раннем этапе им была разработана стратегия более тесного сотрудничества со странами ЦВЕ на основе соглашений об ассоциации, известных как "европейские соглашения". Первыми такие соглашения с ЕС 16 декабря 1991 г. подписали Венгрия, Польша и Чехословакия. Впоследствии они были подписаны со всеми 10 государствами ЦВЕ.

"Европейские соглашения" предоставили подписавшим их странам статус ассоциированных членов и предполагают возможность их вступления в ЕС, регулируют политические и экономические отношения с союзом, включая установление режима свободной торговли. Соглашениями устанавливаются механизмы поддержания постоянного диалога между сторонами, обеспечивается более широкий доступ стран ЦВЕ к информации о процессе принятия решений в ЕС, определяются механизмы оказания технической и финансовой помощи реформам, в частности, в рамках программы ФАРЕ

Однако само по себе приобретение статуса ассоциированных членов не являлось гарантией вступления в Европейский союз. Лишь на заседании в Копенгагене 21-22 июня 1993 г. Европейский совет принял политическое решение о том, что "ассоциированные страны Центральной и Восточной Европы, желающие того, станут членами Европейского союза". При этом высший политический орган ЕС не обозначил временные рамки возможного вступления, оговорив лишь, что для полноправного членства в союзе кандидаты должны соответствовать ряду экономических и политических критериев. При этом совет оговорил, что вступление новых членов не должно нанести ущерб дееспособности союза. Помимо ориентации программы ФАРЕ на подготовку стран ЦВЕ к вступлению в ЕС в Копенгагене странам-кандидатам было предложено вступить в "структурированный диалог" с ЕС, в ходе которого могли бы быть прояснены все вопросы их отношений с союзом.

Более конкретная стратегия ЕС по интеграции стран ЦВЕ была принята на заседании Европейского совета в Эссене (Германия) 9-10 декабря 1994 г. Совет отметил, что переговоры о вступлении стран ЦВЕ в ЕС смогут начаться лишь после завершения межправительственной конференции, а также после тщательного анализа возможного влияния расширения ЕС на его дееспособность и готовности кандидатов к вступлению в союз. Совет определил набор краткосрочных и долгосрочных мер по подготовке стран ЦВЕ к вступлению в союз.

Несмотря на существовавшие в союзе разногласия и наличие сторонников одновременного начала переговоров со всеми странами-кандидатами, ЕС в конечном счете проводит дифференцированную политику в отношении стран ЦВЕ. В пятерку первых кандидатов из числа стран ЦВЕ вошли Венгрия, Польша, Словения, Чехия и Эстония. 31 марта 1998 г. с ними, а также с Кипром были начаты переговоры. Считается, что они смогут вступить в ЕС в 2001 г., хотя Комиссия ЕС исходит из более реалистичного срока - 2003 г.

Остальным пяти кандидатам на вступление в ЕС была предложена особая программа партнерства, учреждена специальная конференция с участием всех стран - кандидатов на вступление ЕС для обеспечения более тесной координации и гармонизации их политики с политикой союза.

Совет Европы

Совет Европы возник в 1949 г. и в настоящее время включает в свой состав 41 государство. Цель этой организации - добиваться сближения между государствами-участниками путем содействия расширению демократии и защите прав человека, а также сотрудничеству по вопросам культуры, образования, здравоохранения, молодежи, спорта, права, информации, охраны окружающей среды.

Дважды (в 1993 г. и в 1997 г.) проводились встречи глав государств и правительств стран Совета Европы. В рамках Комитета министров, который является высшим органом организации и собирается дважды в год в составе министров иностранных дел стран-членов, обсуждаются политические аспекты сотрудничества в указанных областях и принимаются (на основе единогласия) рекомендации правительствам стран-членов, а также декларации и резолюции по международно-политическим вопросам, имеющим отношение к сфере деятельности Совета Европы. Недавно созданный в качестве органа Совета Европы Конгресс местных и региональных властей призван содействовать развитию местной демократии. Несколько десятков комитетов экспертов занимаются организацией межправительственного сотрудничества в областях, относящихся к компетенции Совета Европы.

Весьма активно функционирует Парламентская ассамблея Совета Европы, в которой представлены парламентарии национальных законодательных органов (в том числе из оппозиционных партий). Она является главным инициатором осуществляемой Советом Европы деятельности и проводит свои пленарные заседания трижды в год, принимая большинством голосов рекомендации Комитету министров и национальным правительствам, организуя парламентские слушания, конференции, коллоквиумы, формируя различные комитеты и подкомитеты, исследовательские группы и т.п. Значительна политическая роль Генерального секретаря Совета Европы, который избирается Парламентской ассамблеей, организует повседневную работу организации и выступает от ее имени, осуществляя многообразные контакты на международной арене.

По всем основным направлениям своей деятельности Совет Европы осуществляет многочисленные мероприятия, содействующие не только развитию сотрудничества между государствами-членами, но и формированию некоторых общих для них ориентиров в организации общественной жизни. Особое значение имеют свыше 170 разработанных и принятых общеевропейских конвенций, соблюдение которых обязательно для ратифицировавших их государств.

Существовавшая на континенте международно-политическая конфронтация делала невозможным участие в Совете Европы социалистических стран. С окончанием холодной войны деятельности этой организации был придан новый импульс, побудивший ее сконцентрировать внимание на вопросах демократических преобразований. В результате даже само вступление в Совет Европы становилось дополнительным стимулом для их осуществления. Так, вновь принимаемые в Совет Европы государства должны были взять на себя обязательство подписать Европейскую конвенцию по правам человека, вошедшую в силу в 1953 г., и принять всю совокупность ее контрольных механизмов. Условиями присоединения новых членов к Совету Европы являются также наличие демократического правового устройства и проведение свободных, равных и всеобщих выборов. Важно и то, что многие вопросы становления гражданского общества в постсоциалистических странах стали предметом внимания в рамках Совета Европы. В их числе проблемы защиты национальных меньшинств, вопросы местного самоуправления.

Совет Европы является авторитетной международной организацией, само участие в которой служит для всех государств-членов своего рода свидетельством их соответствия высоким стандартам плюралистической демократии. Отсюда возможности воздействия на те страны, входящие в Совет (или кандидатов на присоединение к Совету Европы), где на этой почве возникают те или иные проблемы. Вместе с тем это может вызывать опасения соответствующих стран относительно недопустимого вмешательства в их внутренние дела. Иными словами, деятельность Совета Европы нередко оказывается вписанной в тот или иной международно-политический контекст и рассматривается участниками прежде всего через призму их непосредственных внешнеполитических интересов; естественно, что в результате могут возникать достаточно серьезные коллизии. Это не раз происходило на деле, например, в связи с внутриполитической обстановкой в Турции в Беларуси, проблемой прав русскоязычного населения в некоторых странах Балтии, сепаратистским движением в Чечне (Россия), при обсуждении вопроса о присоединении Хорватии к Совету Европы.

Для обеспечения ядерной безопасности в странах бывшего Советского Союза этого предназначена специальная программа Тасис, на финансирование которой в 1999 году было выделено 23 миллиона евро. Эта сумма используется для предоставления технического и практического содействия, в котором особое внимание уделяется закрытию реакторов Чернобыльской АЭС и проблемам, связанным с отработанным ядерным топливом с подводных лодок и ледоколов на северо-западе России.

Европейское Агентство по охране окружающей среды (EEA) создано для проверки соответствия стран – кандидатов на вступление в ЕС высоким стандартам экологической безопасности. EEA предоставляет актуальную, надежную информацию по различным темам, необходимую для применения кандидатами экологических законов ЕС, создания эффективных систем мониторинга и надежных сетей сбора данных. Приоритетная программа экологических инвестиций для вступления (PEPA) предоставляет определенную финансовую поддержку для соответствия стран-кандидатов стандартам ЕС. По тщательным подсчетам, около 120 миллиардов евро потребуется для соответствия 10 наиболее важным экологическим законам.

Помимо расширения преимуществ участия в существующих программах, ЕС так же требует от кандидатов принятие мер для увеличения уровня ядерной безопасности. К концу 1999 года, он добился твердых уверений со стороны Словакии, Литвы и Болгарии о немедленном закрытии восьми ядерных реакторов на своей территории, которые были признаны опасными и не подлежащими модернизации.

Ведомство гуманитарной помощи ЕС (ECHO) оказывает эффективную гуманитарную поддержку жертвам природных катаклизмов и военных конфликтов. Сегодня ECHO является крупнейшим поставщиком гуманитарной помощи в мире.

Помощь ECHO оказывается посредством его партнеров – агентств ООН, более 170 неправительственных организаций, таких, как Оксфам и Врачи без Границ, а так же других международных организаций. Начиная с 1992 года, было подписано более 7000 отдельных контрактов о предоставлении помощи, сумма которых составила около 5 миллиардов евро и по которым гуманитарная помощь поставляется более 85 странам. Такая помощь не избирательна и направляется напрямую нуждающимся, независимо от расы, пола, вероисповедания и политических взглядов. В нее могут входить предметы первой необходимости, продукты, медицинское оборудование, лекарства и такие услуги, как медицинская помощь, очистка воды и поддержка снабжения.

ECHO самостоятельно оценивает необходимость проведения гуманитарных операций и отслеживает реализацию проектов. Оно осуществляет и координирует меры по предотвращению стихийных бедствий путем обучения специалистов, усиления учреждений и проведения пробных микро-проектов. Оно финансирует деятельность по уничтожению пехотных мин. ECHO так же поддерживает осведомленность граждан и проводит информационные кампании, нацеленные на повышение понимания гражданами гуманитарных вопросов.

Помощь в чрезвычайных ситуациях должна быть связана с долгосрочной реконструкцией, политика ECHO состоит в уменьшении уязвимости и поощрении самостоятельности получателей гуманитарной помощи для того, чтобы они не становились зависимыми от нее. С этой целью Ведомство помогает в разработке долгосрочных стратегий.

Европейский банк реконструкции и развития был создан в 1991 году, когда в Центральной и Восточной Европе рушились коммунистические режимы, а бывшие страны советского блока нуждались в поддержке для создания нового частного сектора в условиях демократии. Это региональный межгосударственный банк по долгосрочному кредитованию стран Центральной и Восточной Европы. Место расположения - Лондон. Члены ЕвБРР - 40 стран, а также Европейский инвестиционный банк и Европейские сообщества. Цель банка - оказание кредитного и финансового содействия странам Центральной и Восточной Европы, СНГ в переходе к рыночно-ориентированной экономике.

Сегодня инвестиционные инструменты ЕБРР используются в целях становления рыночной экономики и демократии в 27 странах - от Центральной Европы до Центральной Азии.

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) –Банк предоставляет поддержку в самых разных сферах и отраслях, уделяя особое внимание финансовому сектору, а также малым и средним компаниям. К приоритетным для ЕБРР направлениям также относится сельское хозяйство и инфраструктура, в том числе транспорт и такие муниципальные услуги, как электроснабжение и телекоммуникации.

ЕБРР придает особое значение реформированию энергетики и внедрению энергоэффективных технологий. Одной из ключевых задач банка является обеспечение ядерной безопасности. ЕБРР управляет Чернобыльским фондом "Укрытие", который поможет Украине превратить Чернобыль в безопасную и экологически стабильную зону.

Устав ЕБРР предусматривает его деятельность только в тех странах, которые привержены принципам демократии. Забота об окружающей среде является составным элементом надежно работающей системы корпоративного управления и фигурирует во всех инвестиционных операциях ЕБРР.

Европейское сообщество по атомной энергии, Евратом, международная государственно-монополистическая организация, созданная 6 странами — участницами Европейского экономического сообщества: Францией, ФРГ, Италией, Бельгией, Нидерландами и Люксембургом. Соглашение об учреждении Евратома подписано в 1957 и вступило в силу с 1 января 1958. Официальной задачей сообщества является деятельность по созданию и развитию ядерной промышленности, предусматривающая совместное проведение исследовательских работ странами-членами, обмен технической информацией, создание общего рынка оборудования и сырья, контроль над использованием расщепляющихся материалов и т. д. Главный исполнительный орган — Комиссия — наделён необходимыми полномочиями для руководства развитием ядерной энергетики. Уже в начале работы организации были созданы исследовательские центры Евратома в Испре (Италия), Моле (Бельгия), институт трансурановых элементов в Карлсруэ (ФРГ) и др. Быстрое развитие ядерной энергетики позволило за короткое время странам — членам Евратома ввести в действие около 200 атомные объекты: урановые рудники, заводы по производству ядерного горючего, предприятия по изготовлению тепловыделяющих элементов, реакторы и др.

Европейский инвестиционный банк. Учрежден в 1958 в соответствии с Римским договором о создании «Общего рынка» (1957). Во главе банка стоит Совет управляющих, в который входят министры финансов стран-членов. Правление банка — в Брюсселе. Банк предоставляет займы государственным и частным предприятиям, в том числе и африканскими государствам. Основная масса кредитов предоставлена на создание и улучшение инфраструктуры (строительство железных и автомобильных дорог, гаваней, предприятий связи) и на развитие сельского хозяйства.

Европейский социальный фонд, финансовая организация в механизме Европейского экономического сообщества (ЕЭС). Начала свою деятельность в конце 1960. По уставу средства фонда предназначены для финансирования мероприятий, обеспечивающих занятость и свободу перемещения рабочей силы в странах ЕЭС. Из средств фонда компенсируется при соблюдении соответствующих условий 50% затрат, произведённых правительствами или государственными организациями стран ЕЭС на переквалификацию рабочих, а также 50% средств, выданных на субсидии переселяющимся рабочим и на временную (до восстановления их полной занятости) помощь рабочим, полностью или частично потерявшим работу в связи с переключением предприятий, где они работали, на производство др. видов продукции. Фондом распоряжается Комиссия ЕЭС. Операции фонда включаются в её бюджет.

Европейский союз радиовещания (ЕСР), крупнейший международный радиовещательный союз. Основан 12 февраля 1950 частью государств, вышедших из Международной организации радиовещания и телевидения. Высший орган — Генеральная ассамблея (созывается ежегодно). Исполнительный орган — Административный совет. В 1959 создан Секретариат ЕСР по делам Евровидения. Штаб-квартира ЕСР — в Женеве.

Европейский центр ядерных исследований научно-исследовательский институт, в котором ведутся экспериментальные и теоретические исследования в области физики элементарных частиц и осуществляется координирование таких исследований в Западной Европе. Основан близ Женевы в 1954 для обеспечения сотрудничества среди европейских государств в области ядерных исследований. В организации ЦЕРН, осуществлявшейся через ЮНЕСКО, активно участвовали П. В. Оже, Л. де Бройль (Франция), Г. Крамерс (Великобритания), Н. Бор (Дания), Э. Амальди (Италия), Р. Оппенгеймер (США).

Члены ЦЕРН: Австрия, Бельгия, Великобритания, Греция, Дания, Италия, Нидерланды, Норвегия, Франция, ФРГ, Швейцария, Швеция. Бюджет ЦЕРН составляют вклады стран-участниц: в 1970 на основную программу исследований израсходовано 261,9 млн. швейцарских франков. Высший орган ЦЕРН — его Совет, в который входят по 2 представителя от каждой страны-участницы. Всей практической деятельностью руководят генеральный директор и 7 членов директората; пост генерального директора занимали: в 1954 — Ф. Блох (США), в 1954—59 — К. Баккер (Нидерланды), в 1960—61 — Дж. Адамс (Великобритания), в 1961—65 — В. Вайскопф (США), в 1966—70 — Б. Грегори (Франция), с 1971 — В. Енчке (ФРГ). Научные исследования в ЦЕРН ведут около 3 тыс. постоянных сотрудников и большое число научных групп из национальных европейских лабораторий.

ЦЕРН оснащается с учетом последних достижений науки и техники в области ядерных технологий, в нем проводят уникальные опыты с микрочастицами, это один из главных мировых научных центров в области изучения микромира, с ЦЕРНом связаны многочисленные международные и национальные программы поддержки ядерных исследований.

Европейское валютное соглашение, соглашение о валютном сотрудничестве европейских стран. Вступило в силу после ликвидации ЕПС и введения обратимости валют большинства его членов (декабрь 1958). Европейское валютное соглашение ставило задачи содействовать развитию международных экономических связей путём расширения многосторонних расчётов и либерализации торговли и движения капиталов. Соглашением стимулировалось преимущественное использование для расчётов между его членами открытого валютного рынка, а не механизма многосторонних клиринговых зачётов. Был создан Европейский фонд. Управление Европейским фондом было возложено на Правление директоров, назначаемых Советом Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Техническим агентом по операциям Европейское валютное соглашение является Банк международных расчётов в Базеле. Кредиты Европейского фонда предоставляются по решениям Совета ОЭСР на срок до 3 лет, по решениям Правления Европейское валютное соглашение на срок до года. Роль Европейское валютное соглашение в определении валютной политики стран-участниц крайне незначительна, т. к. в этом качестве он дублирует Международный валютный фонд.

Европейское сообщество писателей, литературная организация, основанная в 1958 в Неаполе и объединяющая более 1500 писателей из 26 стран Европы. В соответствии с уставом Европейское сообщество писателей, входящие в него писатели обязаны «всемерно содействовать развитию духа дружбы и сотрудничества между народами». В 1958—65 Европейское сообщество писателей провело пять конгрессов. 5—8 августа 1963 в Ленинграде состоялась конференция Европейское сообщество писателей по проблемам современного романа — одна из наиболее представительных международных встреч писателей за годы после 2-й мировой войны 1939—45. Первым президентом Европейское сообщество писателей был итальянский писатель Дж. Анджолетти; после его кончины — итальянский поэт Дж. Унгаретти. Вице-президентами Европейское сообщество писателей были Х. Лакснесс (Исландия), М. Бажан (СССР), А. Твардовский (СССР), Я. Ивашкевич (Польша), Ж. П. Сартр (Франция).

Европейское космическое агентство (ЕКА) международная организация 10 стран. Создана в 1975 г. Разрабатывает космические аппараты (КА) коммерческого и хозяйственно-прикладного назначения. ЕКА имеет сеть станций слежения за полетом космических аппаратов с центром управления в Дармштадте (Германия).

4. Геополитика и национальная безопасность в Западной Европе.

С окончанием холодной войны перед НАТО в большей мере, чем перед другими европейскими организациями, встала проблема адаптации своей политики и стратегии к новой ситуации и развития новых отношений со странами, входившими в ОВД. Начало процессу адаптации политики и стратегии НАТО было положено лондонской сессией Совета НАТО на высшем уровне (июль 1990 г.). При этом альянс реагировал на ряд основных вызовов, перед которыми оказалась организация.

1. Изменение военно-политической обстановки, исчезновение опасности внезапного широкомасштабного военного конфликта между Востоком и Западом, выход на передний план локальных внутренних и межгосударственных конфликтов, не затрагивающих непосредственно военную безопасность стран НАТО, не только требовали пересмотра военной стратегии альянса, но и усиливали настроения в пользу сокращения вооруженных сил и военных расходов в большинстве стран НАТО.

2. Усилившаяся в начале 90-х годов в ряде западноевропейских стран тенденция к активизации оборонного сотрудничества в рамках ЗЕС стимулировала расслоение внутри НАТО.

3. Изменение с начала 90-х годов соотношения традиционных и новых (преимущественно невоенных) вызовов безопасности ставило под вопрос будущее НАТО как военной организации.

В декабре 1991 г. в Риме была принята новая стратегическая концепция НАТО. В ее основу был положен вывод о том, что подготовка к отражению крупномасштабного нападения более не является центральной задачей альянса. Наиболее вероятной угрозой безопасности стран НАТО считались межэтнические конфликты и территориальные споры. В соответствии с этим выводом НАТО отказалась от концепций передовой обороны и гибкого реагирования. Уменьшилась ее зависимость от ядерного оружия. Главными задачами альянса считались урегулирование кризисных ситуаций, расширение диалога с не входящими в НАТО странами, совместное с ними решение возникающих проблем безопасности на основе сотрудничества.

В соответствии с концепцией 1991 г. осуществлены сокращение и реорганизация сил и средств альянса. Значительно сокращена численность объединенных вооруженных сил НАТО. Количество боевых соединений НАТО сокращено на 35%, количество боевых эскадрилий - на 41%, численность военного персонала - на 24%. Запасы ядерного оружия наземного базирования сокращены более чем на 80%. Существенные изменения произошли в дислокации вооруженных сил НАТО. Из Германии выведены две трети размещавшихся там сухопутных войск. На 70% сокращено количество боевых самолетов, на две трети - численность личного состава частей передового базирования. Численность вооруженных сил США в Европе сократилась с 300 до примерно 100 тыс. человек.

Понижена степень боеготовности ОВС НАТО при одновременном повышении их мобильности. Лишь для 35% оставшихся соединений срок боеготовности установлен в 30 и менее дней (в 1990 г. 90% соединений НАТО имели срок боеготовности 2 дня). Создаются многонациональные формирования (корпус быстрого реагирования). Модернизируется структура военного командования НАТО. Военное планирование адаптируется к новой ситуации, в которой главной задачей становится участие в поддержании мира и регулировании кризисов. В январе 1994 г. одобрена концепция многонациональных оперативных сил, предусматривающая возможность формирования коалиционных сил для проведения операций с участием стран НАТО, ЗЕС, а также государств, не являющихся членами данных союзов.

Наиболее существенные изменения в политике и военной стратегии НАТО в 90-е годы заключались в следующем:

1. Произошло изменение роли и характера кризисного планирования. В условиях холодной войны кризис рассматривался как краткая прелюдия крупномасштабного военного конфликта. Главный акцент делался на способность в возможно более сжатые сроки привести ОВС в боевую готовность и отмобилизовать резервы, перебросить в Европу подкрепления из США. В новой ситуации кризис рассматривается как продолжительный период локального противостояния, непосредственно не угрожающего безопасности стран НАТО. Соответственно, на передний план выдвигается использование возможностей воздействовать на локальные кризисы с целью их урегулирования.

2. В соответствии с данной задачей одним из основных направлений военного планирования НАТО становится подготовка к проведению операций по поддержанию или установлению мира.

3. Концепция многонациональных оперативных сил открывает возможность для проведения подобных операций с участием государств, не являющихся членами НАТО. Отработка практических аспектов такого взаимодействия проводится в рамках программы "Партнерство ради мира" (ПРМ), реализуемой НАТО с 1994 г.

Эволюция доктрины НАТО в период после окончания холодной войны была оформлена в новой стратегической концепции альянса, принятой на вашингтонской встрече в верхах, состоявшейся 23 - 24 апреля 1999 г. В документе подтверждены оборонительный характер союза и его готовность к укреплению сотрудничества с новыми партнерами; в нем отмечается, в частности, опасность появления очагов нестабильности в евроатлантическом регионе и за его пределами. В этой связи перед вооруженными силами альянса ставится задача быть готовыми к проведению операций по реагированию на кризисы за пределами территории государств - членов НАТО, а также к участию в мерах по поддержанию международного мира и безопасности, принимаемых другими межгосударственными организациями.

Однако под влиянием косовского кризиса 1999 г. ряд европейских государств воспрепятствовали фиксации в новой стратегической концепции безусловной претензии НАТО на проведение подобных операций без санкции Совета Безопасности ООН или ОБСЕ. В документе подчеркивается главенствующая роль Совета Безопасности ООН в поддержании международного мира и безопасности, а также значительная роль ОБСЕ в содействии миру и стабильности, укреплении безопасности, основанной на сотрудничестве, осуществлении превентивной дипломатии, предотвращении конфликтов, регулировании кризисов и постконфликтном восстановлении.

Развитие партнерских отношений НАТО с бывшими участниками ОВД прошло несколько этапов. Лондонская декларация, принятая 6 июля 1990 г., содержала, в частности, предложения о налаживании сотрудничества между НАТО и странами ОВД по широкому кругу политических и военных аспектов безопасности. Для организации такого сотрудничества странам ОВД предлагалось открыть при НАТО дипломатические миссии связи. На встрече министров иностранных дел стран НАТО в Копенгагене 67 июня 1991 г. были предусмотрены возможности для дальнейшей интенсификации контактов стран ОВД с НАТО на политическом уровне и расширение сотрудничества в военной области.

В 1991 г. ряд стран ЦВЕ ставили перед НАТО вопрос о предоставлении им статуса ассоциированных членов союза. В ответ 20 декабря 1991 г. НАТО вместе с 9 государствами Восточной Европы учредила Совет североатлантического сотрудничества (ССАС) - многосторонний консультативный орган, в рамках которого согласовывались программы сотрудничества между НАТО и бывшими членами ОВД. После распада Советского Союза участниками ССАС стали страны бывшего СССР, а также Албания. В работе ССАС в качестве наблюдателей принимали участие Австрия, Финляндия, Швейцария и Швеция.

С осени 1993 г., когда в странах ЦВЕ и на Западе активизировалась дискуссия о расширении НАТО на Восток, по инициативе США была разработана программа "Партнерство ради мира". Эта программа, официально принятая на сессии Совета альянса в Брюсселе 10-11 января 1994 г., была адресована всем участникам СБСЕ. Заинтересованные государства могли подписать рамочный документ ПРМ, в котором излагались политические цели программы: обеспечение транспарентности национального военного планирования и оборонных бюджетов, демократического контроля над вооруженными силами; поддержание способности и готовности вносить вклад в миротворческие операции, проводимые под руководством ООН и/или под эгидой ОБСЕ; совместное планирование, обучение и проведение учений Для отработки операций по поддержанию мира, поисковых и спасательных операций, гуманитарных и других акций; обеспечение в долгосрочной перспективе большей совместимости вооружениях сил государств-партнеров и НАТО. В дальнейшем каждое государство могло разработать индивидуальную программу партнерства с НАТО. ПРМ способствовала индивидуализации отношений альянса с государствами-партнерами. Транспарентность индивидуальных программ обеспечивалась созданием в рамках ССАС координационного комитета по военно-политическим вопросам ПРМ.

Январские решения 1994 г. по существу открыли двери НАТО для вступления новых членов из числа стран ЦВЕ. Хотя принятие ПРМ откладывало окончательное решение вопроса о расширении блока, в ней говорилось, что "активное участие" в программе "сыграет важную роль в эволюционном процессе расширения НАТО". На данном же этапе блок предлагал проведение консультаций "с любым активным участником "партнерства", если этот партнер ощущает прямую угрозу своей территориальной целостности, политической независимости или безопасности".

В ПРМ участвовуют 24 государства, включая Россию, страны СНГ и нейтральные страны Западной Европы (Австрия, Финляндия, Швейцария, Швеция). На практике ПРМ не только позволила интенсифицировать военно-политическое сотрудничество стран ЦВЕ с НАТО, но и способствовала подготовке некоторых из них к вступлению в альянс. К сентябрю 1995 г. альянс подготовил "Исследование по вопросу о расширении НАТО", где были сформулированы основные принципы и критерии этого процесса. Одновременно НАТО выступила с инициативой дальнейшей институционализации политического диалога с Россией. По существу к 1995 г. вопрос о расширении НАТО можно было считать решенным, хотя странам альянса еще предстояло в этой связи решить ряд конкретных проблем:

определить круг государств, которые могли бы войти в первую "волну" расширения, продумав при этом политику в отношении стран ЦВЕ, которым на данном этапе было бы отказано в возможности вступить в НАТО;

урегулировать отношения с Россией;

определить перспективы отношений прежде всего с европейскими странами бывшего СССР и в особенности с Украиной, которые в обозримой перспективе не могут рассчитывать на членство в НАТО.

10 декабря 1996 г. сессией Совета НАТО было принято решение о начале процесса расширения альянса. Подготовка первой "волны" расширения НАТО велась по нескольким направлениям.

В 1996 - 1997 гг. группа секретариата НАТО провела переговоры с двенадцатью странами ЦВЕ, проявившими интерес к вступлению в альянс. По итогам переговоров был составлен доклад, обобщивший военные, политические и иные аспекты, связанные с приемом новых членов из числа государств ЦВЕ. Однако окончательное определение первых кандидатов на вступление в НАТО оставалось предметом споров вплоть до мадридского саммита НАТО. В Мадриде 8 июля 1997 г. приглашение вступить в НАТО получили три государства - Венгрия, Польша и Чешская Республика. После коротких переговоров 16 декабря 1997 г. с ними были подписаны протоколы о вступлении в НАТО. 12 марта 1999 г. процесс ратификации протоколов завершился вступлением трех стран в НАТО.

2. С января 1997 г. между НАТО и Россией состоялось несколько раундов консультаций и переговоров относительно совершенствования и развития механизмов политического диалога и согласования политики. Эти переговоры завершились подписанием в Париже 27 мая 1997 г. Основополагающего акта о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией североатлантического договора и Российской Федерацией.

3. Одновременно с принятием решения о расширении НАТО в июле 1997 г. в Мадриде была подписана Хартия об особом партнерстве между Организацией североатлантического договора и Украиной, предусматривающая установление регулярного политического диалога в рамках Комиссии НАТО - Украина, развитие между ними политического и военного сотрудничества.

4. 16 января 1998 г. в Вашингтоне была подписана Хартия партнерства между США и странами Балтии, в которой зафиксирована поддержка Соединенными Штатами намерения Латвии, Литвы и Эстонии присоединиться в будущем к европейским и трансатлантическим организациям, в том числе к НАТО. Хартией предусмотрено создание четырехсторонней комиссии по наблюдению за реализацией закрепленных в ней принципов.

5. На встрече министров иностранных дел стран, входящих в ССАС, 30 мая 1997 г. в Синтре (Португалия) вместо ССАС был учрежден Совет евроатлантического партнерства (СЕАП) составе государств, входящих в НАТО и участвующих в ПРМ (всего 44 члена). Учреждение СЕАП было призвано усовершенствовать механизм многосторонних политических консультаций НАТО с государствами-партнерами, предоставляя последним несколько более широкие возможности для участия в подготовке и принятии решений относительно операций и мероприятий в осуществлении которых они принимают участие. СЕАП собирается на уровне министров иностранных дел дважды в год и ежемесячно - на уровне послов.

6. Весной 1997 г. министры обороны и иностранных дел стран НАТО приняли решение о модификации ПРМ, получившей название " Расширенная программа партнерства ради мира". Речь идет о расширении практики многосторонних и индивидуальных политических консультаций между НАТО и государствами-партнерами; о большей ориентации индивидуальных программ партнерства на отработку возможностей оперативного взаимодействия вооруженных сил различных стран; о расширении возможностей участия государств-партнеров в процессе принятия решений НАТО и планировании мероприятий в рамках ПРМ.

С точки зрения НАТО, меры, принятые на разных направлениях, призваны разрешить дилеммы, перед которыми альянс оказался в процессе начавшегося расширения на Восток.

Ввиду принятия в 1997 г. прежде всего ЕС и НАТО решений о начале процесса их поэтапного расширения на Восток, а также с учетом промежуточных результатов дискуссии в рамках ОБСЕ о модели общей и всеобъемлющей безопасности для Европы XXI в., ведущейся с 1995 г. по инициативе России, можно утверждать, что в настоящее время Европа вступила в решающую фазу формирования новой системы межгосударственных отношении, контуры которой вырисовываются все более ясно.

Во-первых, это начавшееся расширение западноевропейского и атлантического сообществ безопасности. Динамика европейского развития в последние четыре года характеризовалась сменой парадигмы формирования "большой" Европы. Сближение восточной и западной частей континента в рамках общеевропейских структур, идея которого пронизывает парижскую Хартию 1990 г., не стало доминирующей тенденцией. Верх взяла тенденция к расширению западных организаций на Восток. Можно спорить о том, какие события привели к подобной смене парадигмы европейского единства, и была ли эта смена неизбежной. Но важно осознавать, что начавшееся расширение западных организаций означает не новый раскол Европы, а ее объединение.

Во-вторых, это плюралистический характер формирующейся системы европейской безопасности, если рассматривать ее с институциональной точки зрения. Уже на ранней стадии дискуссий об "архитектуре" европейской безопасности стало очевидно, что она не должна быть и не будет иерархичной. Речь сегодня идет скорее о том, как лучше выстроить "концерт" европейских организаций, в котором каждая из них исполняла бы свою "партию", исходя из необходимости их тесного взаимодействия, а не конкуренции, и учитывая ресурсы и возможности остальных.

Этот вывод предполагает признание того факта, что сейчас и в обозримом будущем ни одна европейская организация не сможет самостоятельно решить все проблемы переживаемого Европой переходного периода, а также справиться с возникающими рисками. Данный вывод в равной степени относится и к ОБСЕ, и к НАТО. Ни укрепление и расширение возможностей первой, ни расширение второй не являются ответом на все проблемы европейской безопасности, хотя порой в пылу полемики сторонники той или другой точки зрения абсолютизируют возможности отдельных организаций.

Таким образом, в действительности мы не стоим перед выбором: либо ОБСЕ - либо НАТО. Если расширение НАТО позволяет распространить стабилизирующее действие атлантического сообщества безопасности на ряд стран Центральной и Восточной Европы, то ОБСЕ сохраняет неоспоримое первенство в целом ряде областей европейской политики. Это единственная универсальная организация европейских государств, способная санкционировать действия других региональных организаций за пределами их непосредственной "зоны ответственности". ОБСЕ незаменима в сферах предотвращения и урегулирования локальных конфликтов, контроля над вооружениями и укрепления доверия в военной области, контроля за соблюдением прав человека и национальных меньшинств во всех государствах - участника Организации.

В-третьих, это отсутствие необходимости создавать новые организации в Европе. Задача сегодня состоит в том, чтобы упорядочить взаимодействие существующих региональных организаций, при этом, устраняя неоправданное дублирование в их деятельности там, где оно возникает, улучшить координацию в интересах достижения синергетического эффекта от согласованных действий. Иными словами, речь идет о совершенствовании взаимодействия между ОБСЕ, НАТО, ЕС, ЗЕС, Советом Европы в соответствии с концепцией безопасности, основанной на сотрудничестве, а не о формировании системы коллективной безопасности в Европе.

Наконец, это вопрос о том, каким образом Россия будет встраиваться в новую систему отношений в Европе. Смена парадигмы формирования единой Европы, безусловно, имеет для России иное значение, чем для большинства восточноевропейских стран. Прежде всего, потому, что в отличие от них перед Россией не стоит вопрос о вступлении в ЕС или НАТО. Расширение же последних сужает для России выбор путей интеграции в новую европейскую систему. Вместе с тем нет никаких оснований драматизировать происходящее в Европе.

В нашем понимании главный интерес России заключается в том, чтобы иметь дело с единой, а не с раздробленной Европой. И хотя соблазн поиграть на противоречиях между европейскими державами велик, для России важнее стабильность и предсказуемость Европы, обеспечиваемые в первую очередь многогранными интеграционными процессами, как в ЕС, так и в НАТО. В этом смысле главное заключается в том, чтобы европейцы не растеряли, а, наоборот, укрепили и расширили свое единство.

Второй, не менее важный интерес России заключается в том, чтобы не допустить возрождения враждебных отношений между Россией и Западом, и в частности с Европой; найти пути приобщения России к расширяющемуся европейскому сообществу безопасности. Институционализация партнерских отношений с ЕС и НАТО должна стать одним из основных приоритетов российской политики в Европе. Специальные механизмы и институты, связывающие Россию с ЕС и НАТО, позволяющие согласовывать общие интересы и политику, должны стать новым звеном в системе европейских институтов (пока оно находится в рудиментарном состоянии). Без этого звена новая система европейской безопасности выглядела бы незавершенной, а заявления о том, что без участия России невозможно обеспечить стабильную безопасность в Европе, остались бы пустым звуком.

Именно поэтому, а не потому, что Североатлантический союз расширяется на Восток, необходим диалог с НАТО. Хотя вопрос о строительстве отношений России с НАТО в последние годы оказался тесно увязанным с вопросом о расширении последней, углубление партнерства с альянсом имеет самостоятельное значение. Формирование долгосрочного партнерства между Россией и НАТО не просто отвечает интересам всех сторон, но и призвано стать одной из основ новой системы европейской безопасности. Для России же институционализация партнерства с НАТО наряду с развитием отношений с Европейским союзом является одним из важнейших путей обеспечения достойного места в этой системе

Европейский союз (ЕС) и Западноевропейский союз (ЗЕС)

Европейский союз (ЕС), включающий в свой состав 15 государств, занимает уникальное место среди международных организаций. В рамках этой структуры осуществляется интеграция участвующих в ней стран - их постепенное сближение через передачу все более широких полномочий в регулировании общественной жизни на уровень всего объединения (сообщества), которое в возрастающей степени обретает черты целостности и способность к самостоятельному функционированию. Объективной основой этого процесса является усиливающаяся интернационализация экономики, и сориентирован он на формирование некоего наднационального (надгосударственного) образования, которое в принципе могло бы "заменить" существующие государственные структуры (хотя в практическом плане такая перспектива и представляется достаточно отдаленной, если не вообще умозрительной).

Главной сферой интеграционного развития в рамках ЕС была и остается экономика. В этом плане центральная задача состоит в формировании унифицированного экономического пространства, в котором все действующие лица, как физические, так и юридические, были бы поставлены во всех странах ЕС в равные условия независимо от своей национально-государственной принадлежности. Еще в 1968 г. было завершено создание таможенного союза (отменены все таможенные сборы в торговле между государствами-членами и введен общий таможенный тариф на внешних границах ЕС). Формирование общего аграрного рынка и общей сельскохозяйственной политики в рамках ЕС началось даже раньше. В 1985 г. были принят Единый европейский акт, в соответствии с которым к концу 1992 г. образован единый внутренний рынок и устранены все ограничения и формальности, действующие на внутренних границах интеграционной группировки. В 1990 г. началось формирование Экономического и валютного союза с целью конвергенции экономических систем к концу десятилетия (включая создание центрального банка интеграционного объединения и введение единой валюты, которая заменит национальные).

Это традиционное направление интеграционного развития постепенно дополняется предоставлением сообществу компетенций в новых областях - здравоохранение, транспорт, телекоммуникации, энергоснабжение, индустриальная политика, образование, культура, охрана окружающей среды, научные исследования и развитие технологий, социальная политика. Подписанный в 1992 г. в Маастрихте (Нидерланды) Договор о Европейском союзе установил, что последний будет иметь еще две "опоры" - сотрудничество и взаимодействие в области судебной практики и внутренних дел (в частности, между полицейскими службами стран-членов), а также в области внешней политики и политики безопасности.

Интеграционное сообщество имеет исключительно развитую институциональную систему. Магистральное направление его политики определяется на проводимых дважды в год встречах глав государств и правительств (именуемых сессиями Европейского совета). Решения, имеющие для ЕС юридическую силу, принимает Совет, который регулярно проводит свои заседания в составе министров иностранных дел (или специальные сессии с участием руководителей функциональных министерств - сельского хозяйства, экономики и финансов, транспорта, промышленности и др.). Примечательной особенностью является постепенная эволюция Совета в сторону принятия решений не на основе единогласия, а квалифицированным большинством (что лишает государств-участников права вето).

Совет принимает решения на основе "диалога" с Комиссией - главным исполнительным органом ЕС, играющим большую роль в организации его повседневной деятельности (и имеющим для этого многочисленный аппарат - свыше 15 тыс. человек). Члены Комиссии (20 человек) назначаются национальными правительствами, но не имеют от них императивного мандата и обязаны руководствоваться только интересами сообщества в целом. Другой примечательной особенностью ЕС является существование Европейского парламента, депутаты которого (626 человек) избираются прямым голосованием. По объему полномочий он отнюдь не может считаться аналогом (на уровне ЕС) национальных законодательных органов, однако роль Европейского парламента в разработке интеграционной политики растет. Он тоже рассматривается как выразитель интересов сообщества в целом, а не стран-членов (фракции парламента образованы не по национально-государственному признаку, а на основе идентичной партийной принадлежности депутатов из разных стран). Наконец, еще одним органом с отчетливо выраженными наднациональными признаками является Суд ЕС, играющий важную роль в формировании специфического "права сообщества".

В целом сам факт существования Европейского союза оказывает колоссальное воздействие на трансформацию взаимоотношений между участвующими в нем государствами. Вместе с тем ЕС становится все более заметной величиной в системе глобальных международных отношений; в рамках сообщества создана система внешнеполитических консультаций и согласования, позволяющая государствам-членам весьма часто "говорить одним голосом" и придающая ЕС характер самостоятельного действующего лица на международной арене. Это проявляется и в ООН, и на многих международных конференциях и переговорах, и в связи с различными проблемными международно-политическими ситуациями. В некоторых случаях влияние ЕС оказывалось весьма весомым, причем иногда интеграционное объединение брало на себя инициативу в продвижении определенных международно-политических проектов (как это было, например, с Пактом стабильности в Европе, подписанным в 1995 г.). Сообщество проводит весьма активную политику в отношении стран "третьего мира"; по линии ЕС оказывается помощь постсоциалистическим странам. В 1997 г. вступило в силу Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Россией, предусматривающее, в частности, и развитие политического диалога между сторонами.

Однако интеграция в области взаимоотношений с внешним миром (за исключением сферы торгово-экономических связей) осуществляется в ЕС прежде всего через межправительственную координацию и лишь в гораздо меньшей мере - через делегирование полномочий на уровень интеграционного сообщества. В результате из-за несовпадения внешнеполитических ориентиров и приоритетов стран-членов "единая внешняя политика" нередко оказывается невозможной даже на основе согласованных позиций. В частности, "вклад" ЕС в разрешение многих драматических коллизий на территории бывшей Югославии оказался гораздо меньшим, чем ожидалось. Сегодня это является одной из Центральных проблем ЕС и предметом серьезных дискуссий относительно его будущего развития. Хотя в принципе существует согласие, что для повышения роли ЕС в международных делах необходимо формирование "единой внешней политики", практическая реализация этого курса сдерживается опасением государств-членов ограничить свою свободу рук во внешнеполитической сфере.

Еще одна проблема, стоящая на повестке дня ЕС, - активизация военно-политической интеграции. Здесь тоже существует общая посылка, что "единство Европы" будет неполным без интеграции в оборонной сфере, хотя соответствующие положения Маастрихтского договора о Европейском союзе носят достаточно общий характер и предусматривают лишь "возможное формирование совместной оборонной политики, которое со временем могло бы привести к совместной обороне". В практическом же плане речь идет о военных аспектах "общей внешней политики и политики безопасности"; подчеркивается, что и в этом отношении не слишком успешный опыт воздействия ЕС на развитие событий в бывшей Югославии стал показательным - для эффективности совместной внешней политики необходимы определенные возможности ее военного обеспечения. Реализация этой линии планируется через Западноевропейский союз (ЗЕС), который должен стать своего рода "военной рукой" Европейского союза, а со временем превратиться в его составную часть.

Эта структура, существующая на основе подписанного еще в 1948 г. Брюссельского договора и модифицировавших его в 1954 г. Парижских соглашений, долгое время находилась на периферии международно-политического развития в Европе. Однако примерно с середины 80-х годов она переживает своего рода ренессанс в связи с попытками активизировать военное сотрудничество вне рамок НАТО и без участия США. Вместе с тем вопрос о возможном противопоставлении ЗЕС и НАТО к настоящему времени оказался затушеванным ввиду общего согласия формировать "европейскую идентичность" НАТО в области обороны и безопасности именно на основе ЗЕС.

Этому способствует, в частности, то обстоятельство, что все 10 западноевропейских государств, входящих в состав ЗЕС, являются участниками НАТО. Вместе с тем меняется традиционно настороженное отношение к этой структуре со стороны США, которые опасались, что "европейская" военно-политическая интеграция войдет в конфликт с интеграцией "атлантической". Во второй половине 90-х годов и со стороны НАТО, и со стороны ЗЕС были разработаны программы налаживания взаимодействия этих двух структур.

Активизация ЗЕС стала весьма заметным феноменом последнего времени. Одобренные в рамках ЗЕС "петерсбергские задачи" (1992 г.) предусматривают возможность его действий с использованием вооруженных сил в области миротворчества, в превентивных акциях с целью предотвращения конфликтов, гуманитарных операциях. По линии ЗЕС осуществлялись некоторые мероприятия в поддержку эмбарго, введенного ООН против Сербии (патрулирование в Адриатике, таможенный и полицейский контроль на Дунае).

Обращает на себя внимание и институционализация внешних связей ЗЕС путем введения института ассоциированных членов, наблюдателей и ассоциированных партнеров. Всего в ареал ЗЕС входят 28 европейских стран. Примечательно, что происходящее таким образом приближение ЗЕС к российским границам и даже его "экспансия" на бывшую советскую территорию не сопровождаются международно-политическими осложнениями, как это происходит в случае с расширением НАТО.

То же самое можно сказать о планах дальнейшего расширения ЕС. Первоочередными кандидатами на присоединение к этому интеграционному объединению являются шесть стран - Польша, Венгрия, Чехия, Эстония, Словения и Кипр. Новое расширение ЕС, очевидно, состоится лишь к середине будущего десятилетия, поскольку потребуется немало времени и усилий для адаптации стран-кандидатов к уже достигнутому уровню интеграции в сообществе. Высказываются и опасения, что в результате может произойти некоторое снижение его дееспособности, замедлятся темпы дальнейшей консолидации.

Есть проблемы и с обращением ЕС к военно-политической тематике. Поскольку ЕС является организацией более широкого состава, чем ЗЕС, некоторые из стран интеграционного сообщества, не входящие в ЗЕС (равно как и в НАТО) [39] , опасаются, что уделение большего внимания военному измерению политики безопасности в его деятельности чревато размыванием их нейтрального статуса. Для них нежелательна ни трансформация интеграционного объединения в военно-политическое образование, ни его постепенное вовлечение в сферу деятельности НАТО. Между тем линия на включение ЗЕС в ЕС отождествляется именно с такой перспективой. В результате этот сюжет не удалось конкретизировать в новом договоре о Европейском союзе, подписанном в Амстердаме в 1997 г.; в нем было лишь подтверждено намерение стран-членов в течение года после вступления договора в силу разработать специальные статьи о сотрудничестве с ЗЕС.

Однако на саммите ЕС в Кёльне в июне 1999 г. был, наконец, одобрен план слияния ЗЕС и ЕС, которое должно осуществиться до конца 2000 г.; одновременно участники решили ввести в Комиссии ЕС дополнительный пост координатора по внешней и оборонной политике.

Таким образом, происходит расширение как круга участников интеграционного объединения, так и его функциональной сферы. Общая тенденция представляется достаточно очевидной - ЕС превращается в важнейший структурный элемент политической и экономической организации континента.

Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) – общеевропейский орган, занимающийся вопросами безопасности, в состав которого входят 55 государств участниц. Согласно Уставу Организации Объединенных Наций (ООН) ОБСЕ является главным инструментом раннего предупреждения, предотвращения конфликтов, регулирования кризисов и постконфликтного восстановления.

ОБСЕ занимается широким кругом проблем, связанных с упрочением безопасности, и охватывает три измерения безопасности – человеческое, военно-политическое и экологическое. Для решения экономических и экологических проблем в составе секретариата ОБСЕ создано Бюро Координатора деятельности в области экономики и окружающей среды.

Председателя избирают ежегодно, на пост может баллотироваться Министр иностранных дел страны-участника. Полномочия председателя ОБСЕ включают координация работы институтов ОБСЕ, представительские функции, поддержка активности, направленной на предотвращение конфликтов, кризисное управление в постконфликтного восстановления.

Сфера деятельности ОБСЕ: борьба с контрабандой, терроризмом, дискриминацией, контроль за вооружением, охрана границ, предотвращение конфликтных ситуаций, демократизация, поддержка здоровой экономической среды, прав человека, свободы слова, военной свободы, программы помощи образованию, решение экологических задач, интеграции в области права.

Эта структура, на протяжении более чем двух десятилетий называвшаяся Совещанием по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ), начала функционировать в 1973 г. как дипломатический форум в составе 35 государств. В их число входили практически все страны Европы, а также США и Канада. Уникальность СБСЕ состояла в том, что государства, относящиеся к разным общественно-политическим системам и входившие в противостоящие друг другу военные структуры - НАТО и Организацию Варшавского договора (ОВД), а также нейтральные и неприсоединившиеся государства сумели организовать постоянный процесс диалога и переговоров по актуальным проблемам обеспечения мира и стабильности на континенте.

Результатом деятельности СБСЕ стал Заключительный акт, принятый в Хельсинки в 1975 г. Он определил принципы взаимоотношений между государствами ("Хельсинкский декалог"), а также наметил конкретные шаги по развитию сотрудничества ряде областей. Продолжением этой линии стали встречи представителей государств СБСЕ в Белграде (1977-1978 гг.), Мадриде (1980-1983 гг.), Вене (1986–1989 гг.), организация научного (Бонн, 1980 г.) и культурного (Будапешт, 1985 г.) форумов, проведение конференций по экономическому сотрудничеству (Бонн, 1990 г.), по человеческому измерению" СБСЕ (Копенгаген, 1990 г.; Москва, 1991 г.), по Средиземноморью (Пальмаде-Майорка, 1990 г.).

Важным направлением деятельности СБСЕ стало обеспечение военной разрядки на континенте. Конкретные меры по повышению взаимного доверия в военной области были определены еще хельсинкским Заключительным актом; их дальнейшее развитие и углубление предусматривались соответствующими документами, принятыми в Стокгольме (1986 г.) и Вене (1990 г.). В рамках СБСЕ велись переговоры по Договору об обычных вооруженных силах в Европе (1990 г.), который стал этапным событием в деле укрепления стабильности на континенте. В соответствии с принятыми в рамках СБСЕ обязательствами в отношении большей открытости и транспарентности военной деятельности государств-участников был подписан Договор по открытому небу (1992 г.).

В целом к рубежу 80 – 90-х годов СБСЕ внесло исключительно важный вклад в дело стабилизации обстановки в Европейском регионе и развития общеевропейского сотрудничества. Окончание холодной войны в Европе в значительной мере явилось результатом деятельности именно СБСЕ и объективно ставило эту структуру в центр постконфронтационной фазы международно-политического развития на континенте. Парижская Хартия для Новой Европы, принятая на встрече глав государств и правительств стран СБСЕ в 1990 г., в целом исходила именно из такого видения.

Распад социалистического содружества и затем Советского Союза, равно как и происшедшие вследствие этого кардинальные изменения в европейском международно-политическом ландшафте, не могли не наложить заметный отпечаток на деятельность СБСЕ. Характерной чертой 90-х годов стали значительные нововведения, осуществленные по целому ряду направлений, и одновременно непрекращающиеся дебаты о функциональном предназначении этой структуры и ее роли в организации международной жизни в Европе.

Были предприняты шаги по организационному укреплению СБСЕ и его структурной консолидации. На это нацеливал еще указанный выше документ Парижского саммита (1990 г), в 1992 г. в Хельсинки были приняты документ "Вызов времени перемен" и пакет решений организационного характера; в 1994 г. на Будапештском совещании в верхах было решено преобразовать СБСЕ из переговорного форума в постоянно действующую организацию и именовать ее с 1995 г. Организацией по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

Произошло значительное расширение круга участнике ОБСЕ. В состав организации были приняты все постсоветские государства, а также страны, возникшие на территории бывшей Югославии. В результате в настоящее время членами ОБСЕ являются 55 государств. Это, несомненно, придало ОБСЕ более репрезентативный характер и вместе с тем стало фактором, способствующим интеграции в мировое сообщество новых государств, возникших в Закавказье и Центральной Азии. Однако если раньше указанные регионы входили в "европейское пространство" как часть Советского Союза, то теперь возникшие в них страны представлены в ОБСЕ непосредственно. Таким образом, зона ОБСЕ географически выходит далеко за пределы Европы.

Высшим структурным уровнем в ОБСЕ является совещание глав государств и правительств, созываемое раз в два года. Центральный руководящий орган - Совет министров (в составе министров иностранных дел), собирающийся на свои сессии ежегодно. Руководящий совет (заменивший Комитет старших должностных лиц) периодически созывается на уровне директоров политических департаментов внешнеполитических ведомств (этот орган раз в год собирается в качестве Экономического форума). Основным органом для ведения политических консультаций и принятия текущих решений является Постоянный совет, дислоцированный в Вене и включающий постоянных представителей государств-участников; он может также созываться при возникновении чрезвычайных обстоятельств.

Общее руководство оперативной деятельностью ОБСЕ осуществляется действующим председателем; эти функции выполняются поочередно министрами иностранных дел стран-членов на протяжении одного года. Действующий председатель опирается на помощь предшествовавшего и последующего председателей (вместе они образуют институт "тройки"), может назначать и направлять личных представителей, инициировать создание специальных целевых групп; он также поддерживает контакты с Парламентской ассамблеей ОБСЕ [24] . Главным должностным лицом организации является Генеральный секретарь, избираемый на три года Советом министров и возглавляющий секретариат ОБСЕ, базирующийся в Вене.

В деятельности ОБСЕ стало уделяться повышенное внимание проблемам международно-политического развития в Европе, приобретающим особое значение в условиях, возникших после окончания холодной войны. Для оказания помощи Совету министров создан дислоцированный в Вене Центр по предотвращению конфликтов, в рамках которого государства-члены проводят соответствующие консультации. Бюро по демократическим институтам и правам человека (размещенное в Варшаве) содействует расширению сотрудничества в области "человеческого измерения" и формированию гражданского общества в новых демократических странах. В 1997 г. в ОБСЕ была введена должность представителя по свободе средств массовой информации. Форум ОБСЕ по сотрудничеству в области безопасности является постоянно действующим органом, занимающимся проведением новых переговоров по контролю над вооружениями, разоружению и укреплению доверия и безопасности.

Особо следует отметить обращение ОБСЕ к проблематике конфликтных ситуации в зоне действия организации. В заявлениях, принимаемых на уровне глав государств и правительств или министров иностранных дел, неоднократно затрагивались конфликты в бывшей Югославии, Нагорном Карабахе, Таджикистане, Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье и других "горячих точках". Однако принимаемые декларации и призывы, по терминологии часто напоминавшие резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, оставались, как правило, без практических последствий Вопрос о повышении эффективности ОБСЕ в деле предотвращения конфликтов и их урегулирования относится к числу наиболее острых в ее деятельности.

Это обусловлено тем, что ОБСЕ призвана стать главным инструментом раннего предупреждения и предотвращения конфликтов, регулирования кризисов и постконфликтного восстановления в Европе. И нельзя не отметить достижения ОБСЕ в данной сфере. Долгосрочные миссии этой организации с целью политического мониторинга, поощрения контактов между конфликтующими сторонами, содействия строительству демократических институтов были направлены в Боснию и Герцеговину, Хорватию, Македонию, Грузию, Молдову, Таджикистан, Эстонию, Латвию, Украину; специальные группы по линии ОБСЕ находились в России (Чечня), Албании и Белоруссии. Учреждение в ОБСЕ должности Верховного комиссара по делам национальных меньшинств и его деятельность способствовали известному ослаблению напряженности в ряде потенциально конфликтных ситуаций (например, в связи с положением русскоязычного населения в некоторых странах Балтии).

Значительные усилия были приложены ОБСЕ для урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе. Под ее эгидой функционирует так называемая Минская группа, нацеленная на выработку решения по этой конфликтной ситуации. Будапештский саммит ОБСЕ (1994 г.) принял решение о создании на основе соответствующей резолюции Совета Безопасности ОО многонациональных сил по поддержанию мира после достижения согласия сторон о прекращении военного конфликта. Был также решено разработать план по формированию, составу оперативной деятельности подобного рода сил. Реализация этого, по сути дела, означала бы принципиально новую роль ОБСЕ в деле урегулирования конфликтов.

Один из принципиально важных вопросов в деятельности ОБСЕ касается определения ее будущей роли. Существует общее согласие, что она будет занимать одно из центральных мест в организации международно-политической жизни в Европе. Однако на практике, ввиду стремления большой группы стран Центральной и Восточной Европы, а также Балтии присоединиться к НАТО и Европейскому союзу, возникает тенденция к маргинализации роли ОБСЕ. Инициируемые российской дипломатией попытки повысить статус и реальное значение этой организации зачастую рассматриваются лишь как направленные на то, чтобы противопоставить ее НАТО. Разрабатываемая в рамках ОБСЕ Хартия европейской безопасности могла бы нейтрализовать указанную тенденцию и способствовать более полному использованию потенциала этой организации в интересах упрочения стабильности на континенте.

Россия и Германия.

Геополитически Германия напоминает СССР, а сейчас — Россию. Она находится в центре Европейского континента, как нынешняя РФ — в центре Евразии. С западной стороны их окружают сравнительно небольшие государства, а с восточной — мощные континентальные страны. Рельеф местности — равнина с небольшими возвышенностями, реки текут в основном меридианально, в северном направлении, северные границы проходят по морям, побережье низинное, с немногочисленными крупными портами. Это подобие определяет сходство или даже тождество процессов в различных сферах общественной жизни, происходящих в обеих странах. В начале XXI в. Германия и Россия мучительно ищут свои надлежащие места в Европе и Евразии, пытаясь сбросить сковывающие их оболочки, во многом искусственно навязанные им.

Объединенная Германия, не вписывается в тесные рамки, отведенные ей США, ее экономическая мощь раздвигает эти рамки. В 80—90-х гг. динамично рос ее валовой национальный продукт, превосходя по темпам эти показатели Франции почти в 2 раза, Великобритании — в 2,5, а США — 4,5 раза. На ФРГ к концу XX в. приходилось около 13% мирового экспорта (на Японию — 11%, США — 10%), баланс текущих платежей дает стране ежегодное активное сальдо в отличие от Великобритании и США. Нынешняя Германия неприемлема для двух последних государств. Вот почему в свое время бывший премьер-министр Англии М. Тэтчер предостерегала бывшего генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева от опрометчивого решения вывести войска из ГДР. Новая, переструктурированная Европа, находящаяся в тени, отбрасываемой объединенной Германией, не устраивает и ориентированные на США малые государства: Данию, Норвегию, Португалию.

Перераспределение геополитических сил, капиталов, по сути, только началось. Но ясно видна тенденция движения германского капитала на Восток: в Россию, Австрию, Чехию, Венгрию, Украину, Польшу, Прибалтику, на Балканы и т.п. Только одна Россия должна Германии около 60 млрд. долл. Поэтому можно утверждать, что никто и ничто не сможет остановить процесс формирования среднеевропейского экономического пространства (mitteleuropa) под немецким контролем.

Все это заставляет американцев подчеркивать, что обстановка в Европе и мире потенциально более взрывоопасна, чем накануне Второй мировой войны: «Франко-германское военное сотрудничество таит в себе риск отделения американской мощи от Европы... если Германия перенесет весь свой вес на Восток, то Европейское сообщество будет сведено к роли младшего партнера. Германия... может стать нашей главной головной болью в Европе!». Как видно, американцы не ощущают себя победителями в Центральной Европе, поэтому прилагают все силы на блокирование ФРГ с востока и юго-востока. В качестве такого санитарного кордона вокруг Германии, по мысли лидеров США, должны выступать Польша, где очень сильны антинемецкие настроения, Россия, Турция, Израиль, Египет, а также нынешняя Сербия, где велика национальная «аллергия» на немецкое присутствие и куда направлено внимание Германии. В бывшей Югославии больше всего немцев привлекает Словения.

Конечно, объединенная Германия сможет успешно решить геополитические и внешнеэкономические проблемы только в том случае, если справится с внутренними экономическими и политическими задачами. Это прежде всего проблема восточных земель, где простаивает большая часть промышленных предприятий, безработица в отдельных секторах экономики составляет до 50% самодеятельного населения, а 40% избирателей всегда готовы проголосовать за социалистов. Ставит под вопрос решение обозначенных геополитических задач и сложная демографическая обстановка в стране. Если в 1985 г. в ФРГ дети (возраст до 15 лет) составляли 16% населения, а трудоспособные (16—64 года) — 69%, то прогноз на 2025 г. — 11 и 65%, соответственно, на 2035 г. — 9,7 и 60,3%. Другая важная проблема объединенной Германии — сырьевая зависимость. К концу XX в. потребление первичной энергии в пересчете на каменный уголь составила 400—418 млрд. т. При этом доля нефти в энергетическом балансе составит около 43%, а почти 85% нефти Германия вынуждена импортировать. Импорт газа в 3 раза превышает его добычу в стране.

Справиться с сырьевой проблемой Германии может помочь только Россия. Сотрудничество крупнейшей газовой компании ФРГ «Рургаз» с российской газовой промышленностью началось в 1970 г. К 1997 г. через «Рургаз» в Западную Германию поставлено около 600 млрд. м³ газа. России эти поставки приносят огромные «живые» деньги, в то время как внутри страны «живые» деньги едва превышают 3%. Благодаря сотрудничеству с «Рургаз» Россия в ближайшие годы выйдет на рынки Испании, Португалии, а в перспективе — и Великобритании, т.е. будет создана общеевропейская газовая система. До 2008 г. компании «Рургаз» будет поставлено около 200 млрд. м³ газа. А это, исходя из сегодняшних цен на энергоноситель, равно приблизительно 60 млрд. немецких марок.

Конечно, экономические связи с Германией носят архаичный для России характер, которая поставляет в основном сырье и полуфабрикаты, а поставки готовой продукции едва достигают 10%. И было бы лучше, если бы Россия в XXI в. энергичнее стремилась к увеличению поставок именно готовой продукции и продовольствия. Объективные основания для этого есть.

Начиная с XVII в. Германия во многом решала свои геостратегические проблемы с помощью России. Петр I помог Австрии в ее борьбе с турками, а Германии — с беспределом шведов на немецкой земле. Все войны конца XVIII в. велись Россией в союзе с Германией и Австрией. Единственным исключением была Семилетняя война (1756—1763), когда русские войска взяли Кенигсберг и стояли у стен Берлина. Только неожиданная смерть Елизаветы Петровны спасла Фридриха Великого от позора безоговорочной капитуляции.

Тесные связи между Россией и Германией, а также Пруссией были и в начале XIX в. Карл Клаузевиц (известный военный теоретик) в чине полковника русской армии участвовал в Отечественной войне 1812 г. Духовные контакты с Россией поддерживали немецкие мыслители и писатели — Франц Баядер, Ф.В. Шеллинг, Рихард Вагнер, Фридрих Ницше, Рильке, Гессе. Они работали над синтезом русской и немецкой (арийских) культур.

Объединение Германии при Бисмарке проходило при прочной военно-политической поддержке России. Канцлер Бисмарк сказал: «На востоке врага нет». В 1904—1905 гг. Германия поддержала Россию, когда та вела войну с Японией и помогающими ей США,

Англией и Францией. Франция вела активную работу по развалу русско-германского союза. В 1906 г. Ротшильд главным условием займа России поставил разрыв Бьеркского русско-германского соглашения. Таким образом, XX в. начался с обострения отношений между Россией и Германией, которое привело к двум кровопролитнейшим войнам и огромным геополитическим потрясениям. Но нельзя не вспомнить, что восстановление мощи Германии после Первой мировой войны в конце 20 — начале 30-х гг. проводилось при активной помощи СССР.

Обе русско-германские войны начались именно в те моменты, когда страны значительно опережали англосаксонцев и французов в своем развитии. Поощряемый Англией, США и Францией, Гитлер заявил: «Мы кладем конец вечному стремлению германцев на юг и запад Европы и обращаем свой взор на земли на Востоке... Кажется, сама судьба указывает нам путь в этом направлении». Сейчас любая война Запада против России без участия Германии невозможна. Но каждая война между нашими срединными государствами приносила им огромнейшие потери. Поэтому значительно выгоднее для них союз континентальных государств против океанских, против атлантистов.

Безусловно, осуществить это не просто. В первую очередь не просто переформировать сложившееся сознание у русского и немецкого народов: преодолеть чувство взаимной вражды — слишком много жертв было принесено на алтарь Марса в первой половине XX в. Около 30 млн. человеческих жизней только в одном СССР отдано за новую геополитическую структуру в Европе. В то время наш «союзник» в борьбе против фашистской Германии У. Черчилль писал в секретном меморандуме: «Все мои помыслы обращены прежде всего к Европе... Произошла бы страшная катастрофа, если бы русское варварство уничтожило культуру и независимость древних европейских государств. Хотя и трудно говорить об этом сейчас, я верю, что европейская семья наций сможет действовать единым фронтом, как единое целое... Я обращаю свои взоры к созданию объединенной Европы». Правда, объединенной под эгидой не Германии, а Великобритании и США, но направленной-то против того же самого «русского варварства».

Как видно из этого меморандума, атлантисты преследовали главную цель — установление гегемонии Великобритании и США в Европе. Но для этого было нужно как можно сильнее ослабить СССР и Германию, подорвать не только их промышленную мощь, но прежде всего людские ресурсы, генофонд.

В результате Второй мировой войны русский этнос вошел в фазу надлома. «Пассионарии» (термин Л.Н. Гумилева), или цвет нации, сложили свои головы за освобождение Европы от фашистской чумы. Современный кризис российской государственности и общества во многом является результатом гибели лучшего генофонда СССР. Немецкий этнос тоже находится в фазе надлома. Об этом громче всего говорит демографический застой и даже регресс. Безусловно, дальше невозможно углублять этот надлом. Для восстановления генофонда двух стран потребуются сотни лет. Главное условие этого восстановления — отказ от войн.

Для Германии этот путь гораздо труднее, чем для России. В фатерлянде нередко звучат идеи, что русский народ есть не что иное, как предназначенный для него исторический «навоз». Завышенность самооценок пока никак не покидает немецкое самосознание. Например, немцы высказывают мысль, что могут бороться со всем миром и победить, что в интеллектуальном плане они превосходят другие народы. Эти идеи были не чужды и крупным немецким философам, геополитикам — Гегелю, Марксу, Энгельсу. А на уровне обыденного сознания, в быту они и сейчас звучат очень часто.

Потсдамская конференция по окончании Второй мировой войны определила новые европейские границы. Победа над Германией способствовала возникновению симпатии к СССР у многих стран мира. Летом 1948 г. разразился первый берлинский кризис: советские войска полностью блокировали западные зоны в Берлине, а в мае 1949 г. были созданы ФРГ и ГДР.

Дальнейшая судьба Германии определялась во многом в зависимости от географического положения, так как она находится в «промежуточной» зоне между двумя противостоящими центрами: восточно-европейского и западного во главе с США. Многие геополитики искали роль для Германии в этом противостоянии. Западногерманская общественность на протяжении этих лет видела в «общеевропейском доме» единственную возможность воссоединения Германии и создания нового единого государства в рамках Европейского сообщества — единая Европа может быть создана только под флагом единой Германии.

В 50-х гг. появилась новая геополитическая теория, в частности теория вакуума: для поддержания «баланса сил» необходимо заполнить «вакуум», который может образоваться в результате борьбы колониальных народов за свое национальное освобождение. Ее появление было обусловлено потребностью определить и проанализировать проблемы развития государств, потерпевших поражение во Второй мировой войне. Главным объектом исследования стал «Третий рейх» как в силу наибольшего идеологического проникновения нацизма во все сферы жизни страны, так и в связи с разделением Германии на два государства, развивающихся в различных системах. Если Западная Германия подверглась «американизации», то Восточная прошла испытание «социализмом».

Воссоединение Германии в 1990 г. не привело к окончательному определению ее геополитического места. Она уже не вписывается в те рамки, которые отвели ей США. Экономическая мощь страны растет, что вызывает неудовольствие США и Великобритании. Опыт прошедших лет показывает, что всякий раз, когда Германия набирает силу, появляется идея превосходства немецкой нации вместе с оправданием «культурной экспансии». Однако на современном этапе борьба за передел мирового господства перешла на новый уровень. Четко прослеживается тенденция движения капиталов Германии в Россию, Чехию, Венгрию, на Балканы и т.п. Поэтому заметна обеспокоенность американцев, теряющих свой контроль в Европе, опасаясь союза Германия — Франция, о чем мы уже говорили.

Произошедшие территориальные изменения, рост экономической мощи толкают Германию на изменение своего статус-кво, утверждение себя в роли вершителя судеб в Европе, а в перспективе и мира. Признаками этого можно считать действия Германии в Югославии, вмешательство в события в Албании, готовность вмешаться в события в Ираке. Поэтому следует ожидать возрождения старой концепции общеевропейской роли Германии, а в перспективе претензии на роль мирового гегемона. В Европе в настоящее время высказываются опасения появления «Четвертого рейха». Здесь можно привести сравнение с ситуацией во время Первой мировой войны, когда идея Срединной Европы была основополагающей в политике Германии и Австрии.

Нельзя сбрасывать со счетов желание немцев «восстановить историческую справедливость», следствие чего можно увидеть в действиях Германии в сферах экономики, финансов, политики в Европе. Нейтрализация влияния германской экспансии может быть осуществлена только при активной внешней политике России, только если она наберет экономическую мощь.

Сегодня Германия и Россия ищут свои места в Европе и Евразии, пытаясь сбросить сковывающие их оболочки, во многом навязанные им. Перераспределение геополитических сил, по сути, только началось: это продвижение Германии на Восток и начало процесса формирования среднеевропейского экономического пространства под немецким контролем.

Следует заметить, что для России и Германии войны принесли огромные потери, поэтому странам выгоднее создать союз континентальных государств против атлантистов. Однако противоречия между странами очень сильны.

В Европе главными фигурами остаются Россия, Германия и Франция, причем для Германии и Франции мотивацией для сотрудничества будет образование единой Европы, но лавры лидерства Европейского союза все ощутимее берет Германия. Кроме того, и Франция, и Германия возложили на себя обязанность представлять интересы Европы при ведении дел с Россией, а последняя придерживается концепции особых двусторонних отношений с нашей страной. Объединение Германии резко изменило характер европейской политики, обозначив геополитическое поражение одновременно и для России, и для Франции.

Новая Германия не только перестала быть младшим политическим партнером Франции, но и автоматически превратилась в важнейшую мировую державу, особенно через крупные финансовые вклады в поддержку ключевых международных институтов.

В процентном отношении к общему бюджету на долю Германии приходится 28,5% бюджета ЕС, 22,8% - НАТО и 8,93% — ООН. Кроме того, Германия является акционером Мирового банка и Европейского банка реконструкции и развития.

Противостояние Германии и России происходит также по поводу Калининградской области. Калининград — опорный пункт, который позволяет контролировать Польшу, Прибалтику, Белоруссию и западную часть России.

Другой фактор, мешающий установить равноправный союз между Россией и Германией,— слабость России и сопредельных с Германией государств. Польша, Украина, Чехия, Словакия, страны Прибалтики, Югославия, Венгрия, Румыния, Болгария и т.п. — огромный регион, где Германия может установить экономический, политический и военный контроль. Стоит ли говорить, что такие попытки встретят отпор не только со стороны населения этих стран, но прежде всего России. Однако третье столкновение между Россией и Германией может навсегда вычеркнуть оба государства, как и сопредельные, из мировой политики, ввергнуть в фазу вымирания.

Безусловно, пока РФ располагает значительным ракетно-ядерным потенциалом, большими вооруженными силами, Германия не осмелится на прямые военные действия. Ее военная система существует в основном как сила поддержки войск США в Европе. Поэтому большие экономические возможности Германии блокируются слабостью ее военной и политической силы. Понимая это, немцы ищут тесного союза с Францией и довольно активно подыгрывают США в ближневосточной и балканской политике. Геополитические интересы Германии имеют в этих субрегионах и свою давнюю историю. Так, серьезный немецкий политолог Карл Штремм полагает, что первопричиной нынешних конфликтных отношений между сербами, мусульманами и хорватами являются события 1941 г., когда вермахт вторгся на Балканы и в Хорватии было создано правительство экстремистов-националистов, а в результате «в треугольнике» — католики, мусульмане и православные сербы — дело дошло до кровавых разборок. Штремм цитирует американского политолога С. Хантингтона, автора книги «Столкновение цивилизаций», и соглашается с ним, что с «незагримированной Боснией нам еще долго придется иметь дело».

Автор книги «Германия пробуждается», вышедшей с большим шумом в 1994 г., утверждает, что Первая и Вторая мировые войны порождены немецкой политикой государственной поддержки всяческих разновидностей сепаратизма в Европе, разделения континента на «удобоваримые» для Германии микрогосударства. Эта практика, утверждает автор, является порочной и в конечном итоге, как убеждает исторический опыт, самоубийственной для самой Германии. Однако немецкие государственные деятели, в частности бывший глава МИД ФРГ Ханс Дитрих Геншер, замучили своих западных союзников, добиваясь раскола Югославии. Германия сознательно шла на гражданскую войну на Балканах во имя достижения своих геополитических целей. Особенно агрессивную позицию она заняла по отношению к православной Сербии. Чрезвычайно активно действуют немцы, вбивая клин между Сербией и Черногорией, поддерживают сепаратизм в Воеводине, активно помогают албанцам в Косово.

В книге «От войны к войне» показано, как Германия внимательно отслеживает сепаратистские конфликты и почти всегда явно или тайно сыплет соль на этнические раны Франции, Великобритании, Румынии, Словакии, Бельгии, Италии, Греции, Сербии, Черногории, Испании, Польши и, конечно, России. Немецкие законы о работе с соотечественниками, являющимися гражданами других стран,— единственные в мировом сообществе. Они определяют национальность исключительно по крови. По этому признаку они относят к немцам и ту большую группу людей, что поселились на Волге в XVIII в. и совершенно обрусели. Германия официально поддерживает подобные группы немцев не только в России, но и на Украине, в Венгрии, Румынии, Польше.

Разработана специальная программа по возвращению немцев в Судеты, в Калининградскую область, которую в немецких СМИ все чаще называют Кенигсбергской. Германия способствует переселению немцев в эту область не только из Поволжья, Сибири, но и из Казахстана. Это имеет двойную геополитическую цель. С одной стороны, сокращается удельный вес русских и русскоязычных в Казахстане, а с другой — переселяя немцев в «Кенигсберг», ФРГ помогает исламистам в Казахстане усиливать их влияние. Открывая немецкие школы в Калининградской области, Германия преследует дальние геополитические цели: «Кенигсберг» должен стать в будущем крепостью, защищающей интересы не только немцев, но и «других бесправных европейских народов». И таких народов, по мнению ее политиков, немало: на схеме, приведенной в книге «От войны к войне», даны 34 страны, которые становились объектами геополитических вожделений Германии.

На данном этапе Германия может решить свои геополитические проблемы, если преодолеет внутренние и внешние трудности. Например, с проблемой восточных земель и проблемой сырьевой зависимости ей может помочь справиться только Россия. А с другой стороны, благодаря сотрудничеству с Германией Россия в ближайшее время выйдет на рынки газа Испании, Португалии, Великобритании.

Соотношение сил на международной арене в ближайшее время будет меняться в зависимости от политических движений США и единой Европы во главе с Германией, а также России. Интересы атлантистов будут направлены на Евразию, которая занимает особое положение в геополитическом отношении. Следовательно, борьба крупнейших держав имеет своей целью контроль над двумя или тремя наиболее развитыми и экономически продуктивными мировыми регионами.

Перспективы сотрудничества Германии и России могут быть обусловлены следующими факторами долгосрочного характера, так как Россия имеет:

1. большую территорию;

2. 10% мирового производства нефти и 27% — газа;

3. более 50% мировых ресурсов благородных металлов;

4. 15% населения с высшим университетским образованием.

5. Экономическое отставание России может быть преодолено за счет рационального хозяйственного управления.

Создание франко-германского союза может дать положительные результаты лишь на основе прочной геостратегической оси Москва — Берлин. Объединенная Европа без Москвы и в целом без Евразии не может организовать свою стратегическую независимость, так как не обладает мощным военным потенциалом, богатыми природными ресурсами и другими подобными качествами, которыми обладает Россия. Только Россия может обеспечить Европе стратегическую и политическую независимость и ресурсную поддержку. Поэтому для Европы необходима поддержка со стороны России с целью формирования единого пространства вокруг Германии.

Сегодняшнее объединение Европы под натовским, американским контролем очень скоро даст почувствовать свою геополитическую и экономическую противоречивость. Атлантисты придерживаются мнения о создании «санитарного кордона» между Россией и Германией, который будет служить буферной конфликтной зоной и предотвратит образование русско-германского союза, опасного для Североатлантического блока. Поэтому его руководство пытается любыми способами спровоцировать конфликты между странами для разделения сфер влияния России и Германии в Польше, Румынии, Сербии, Венгрии, Чехословакии, Прибалтике и т.п.

Сотрудничество России и Германии поможет решить ряд различных проблем, с которыми сталкиваются страны сегодня. Россия получает доступ к высоким технологиям, мощным инвестициям в промышленность. При этом экономической зависимости от Германии не наступит, поскольку взамен та будет получать от Москвы стратегическое прикрытие от США и ресурсную независимость от стран третьего мира, которые подконтрольны атлантистам.

Германия сегодня — это экономический гигант и политический карлик. Россия же в точности наоборот. Ось Москва — Берлин поможет дополнить недостатки одного достоинствами другого и заложить основание для дальнейшего процветания Великой России и Великой Германии. В дальнейшей перспективе это приведет к образованию прочной стратегической конструкции для создания Европейской империи на Западе и Русской империи на Востоке.

Однако для воплощения этой идеи в жизнь необходимо добиться того, чтобы именно геополитика и ее законы стали главной базой для принятия всех существенных внешнеполитических решений и в Германии, и в России, так как только с этой точки зрения необходимость тесного русско-немецкого союза могут быть осознаны и понятны до конца.

Итак, русско-германские отношения, по мнению профессора Гетгингенского университета Манфреда Хильдернайера — автора ряда книг о России, в конце XX в. остаются «некалькулируемыми».

Россия и Франция

Мощная в экономическом отношении Германия является карликом в политическом плане. Немцы хорошо понимают это и постоянно ищут политическую и военную поддержку. Политическую поддержку они видят в союзе с Францией, которая проводит достаточно независимую политику. У нее есть ракетно-ядерное оружие, в том числе стратегические баллистические ракеты, стратегическая авиация, космические системы, подводные атомные ракетоносцы, авианосные и крейсерские силы флота. Объединение вооруженных сил обеих стран дает хорошо сбалансированную систему; эти силы способны вести самостоятельные военные действия. Но все не так просто. Германия не имеет такой армии, как Франция, не потому, что не может, а потому, что ей запрещено это делать по Потсдамскому соглашению. Во Франции все еще сильны опасения по поводу усиления военной мощи восточного соседа. Отсюда и ее параллельные ориентации на США.

СССР и Франция были против создания многонациональных ядерных сил НАТО, обе страны были не согласны с готовностью американцев предоставить ФРГ ядерное оружие. Вообще же, в своей внешней политике де Голль опирался на СССР в борьбе с США. В 60-х гг. был подписан ряд соглашений между СССР и Францией о научно-техническом и экономическом сотрудничестве, а также сотрудничестве в освоении космоса. Париж, придерживаясь курса на разрядку напряженности, не подключался к «сдерживанию» СССР, как это делал Вашингтон. В этом направлении явно просматривались противоречия между атлантизмом и европоцентризмом. Франция полагала, что сближение Востока и Запада последует вследствие роста взаимосвязей в мире.

Курс Парижа на разрядку был стабильным. 22 июня 1977 г. СССР и Франция подписали «Совместное заявление о разрядке международной напряженности». Основная идея документа — отказ от политики недоверия, от блоковой политики. С середины 70-х гг., усилилось сотрудничество, особенно в сфере электронно-вычислительной техники. Франция не приняла участия во встрече министров иностранных дел Европы, где должны были принять санкции против СССР по поводу ввода войск в Афганистан, и встреча была отменена.

После разрушения СССР во французской внешней политике появились интересы, схожие с американскими: нераспространение ядерного оружия, безъядерный статус Украины, Белоруссии и Казахстана, поддержка стабильности в мире.

В 1992 г. Франция ввела мораторий на ядерные испытания, но число ядерных боезарядов не уменьшила: сейчас их у них около 500 единиц. Хотя отношения между Парижем и Москвой за последние 50 лет XX в. не всегда были ровными, тем не менее можно сказать, что голлистские ориентиры в геополитике Франции доказали свою состоятельность. Самостоятельная внешняя политика Парижа проявилась в последние годы в прямой и косвенной поддержке Ирака: снятие с этой страны блокады, осуждение бомбардировок Ирака США и Англией.

Фактически франко-германские силы по обобщенным показателям значительно уступают американо-английской военной группировке, и реально они могут вести боевые действия лишь в Западном Средиземноморье и в южной части Великобритании. Территория США почти недостижима для основной массы стратегических средств Франции. Удар ракетно-ядерных французских сил по Великобритании не заботит американцев — это проблемы англичан. Так что более или менее сопоставимый военный стратегический континент, соизмеримый с американским, Франция и Германия могут найти только в России. Но Россия сейчас экономически очень слаба. Германия вложила в «немощную Россию» около 60 млрд. долл., а отдачи не видно. Системный крупномасштабный кризис поразил все сферы российского общества, а военно-промышленный комплекс поражен им даже больше, чем другие экономические отрасли.

В этих условиях как французы, так и русские должны задуматься о своей военной политике и военной доктрине. Наши страны хотели бы иметь новые отношения в области политики обороны и безопасности. В Москве и Париже «утвержден на 1998-1999 гг. новый план сотрудничества в области обороны, основанный на интенсификации политико-военных консультаций между основными ответственными лицами центральной администрации генеральных штабов и штабов армий двух стран».

Во время встреч представителей генеральных штабов рассматривались такие вопросы, как управление кризисами, безопасность в Европе, реформы системы обороны, выработка военных доктрин и их ядерных составляющих и др. Усилилось сотрудничество между вооруженными силами двух стран. В этой области основная задача отведена совместным оперативным тренировочным действиям и обучению с помощью стажировок офицеров. Налажено технологическое и промышленное сотрудничество на новейших научных и технических разработках, прежде всего в области космоса и аэронавтики.

Однако и Германия, и Франция упорно отстаивают идею продвижения Североатлантического блока на Восток, уверяя, что Совместный постоянный совет Россия — НАТО «составляет основу сотрудничества между НАТО и Россией».

Попытка создать «большую европейскую тройку» в конце марта 1998 г. в подмосковной резиденции «Бор» носила скорее пропагандистский характер, это был своеобразный отвлекающий маневр. Попытка «тройки» была призвана продемонстрировать ее отдаленность от США, стремление проводить независимую от Вашингтона политику, но это лишь попытка выдать желаемое за действительное. Париж и Бонн никогда не пойдут на то, чтобы в угоду Москве дистанцироваться от Вашингтона; слишком разные «весовые категории» у США и России.

На встрече в «Бору» обсуждались, прежде всего, проблемы, касающиеся трудящихся, граждан Франции и Германии. Лидеры этих стран Ширак и Коль рассчитывали за счет расширения экспорта в Россию увеличить занятость в собственных странах и сократить довольно высокую безработицу (около 12%). Сделать это можно путем строительства транснационального транспортного коридора Лондон — Париж — Берлин — Варшава — Москва. Вели речь президенты и канцлер о создании команды спасателей на случай природных или техногенных катастроф. Попытка представить дело таким образом, что после встречи трех лидеров Россия вошла в «большую Европу», что «большая Европа является гегемоном», что Европа с Россией «является самым большим организмом во всем мире», говорит о непонимании геополитической обстановки.

Россия и Италия

Отношения между Россией и Италией в начале XXI в. характеризуются как дружеские. У них нет серьезных политических, экономических и тем более, территориальных проблем. В геополитическом плане Италия играет все более активную роль, особенно на Ближнем Востоке, в частности в Ираке. И Рим хотел бы сделать контакты с российской стороной более частыми и более регулярными, как уже сделал это в отношении Германии и Франции: «Мы хотели бы развивать прямой диалог именно потому, что сегодня наше присутствие в России сопоставимо с присутствием в других крупных странах, и нам хотелось бы его расширять».

Позиции России и Италии в политической сфере во многом совпадают, а в торгово-экономической и технико-технологической, как показал исторический опыт, наши страны могут дополнять друг друга: строительство ВАЗа, нефте- и газопроводов и др. Именно это и является отправным пунктом для установления еще более тесных отношений между двумя странами в XXI в. В их число вошел новый проект, соединяющий экономику и культуру — обучение в Италии российских менеджеров. В прошлом, как утверждают римские политики, мы делали особый акцент на экономических аспектах нашего сотрудничества, полагаем, что пришло время и для систематического культурного обмена.

Безусловно, проблемы инвестиций в российскую экономику, подготовка менеджеров имеют немаловажное значение, но решающим моментом в отношениях Москвы и Рима, по-нашему мнению, является важное в геополитическом плане местоположение Италии как центра самого крупного и сложного региона — Средиземноморья, Балкан. А большинство ученых считает его родиной многих цивилизаций — это Древний Египет, Вавилон, Багдад, Древняя Греция, Римская империя, Арабский Халифат. Современная Италия выполняет здесь сейчас и экономические, и политические функции, являясь сильным геополитическим полем. Объективно она заинтересована в том, чтобы Россия нового тысячелетия возобновила постоянные контакты со странами Средиземноморья. Москве надо восстановить дорогу на юг, что прочно связывала бывший Советский Союз с Балканами и Ближним Востоком. Этой дорогой пользовалась и Италия. Для них это «один из основных экономических путей, который был прерван долгие годы». Рим объективно заинтересован в том, чтобы Средиземноморье стало центром новой экономической активности и зоной мира.

Отсюда вытекает необходимость решения двух основополагающих политических, геополитических проблем: достижение прочного мира на Ближнем Востоке и установление конструктивных отношений между христианским и исламским миром. Поэтому Россия призвана стать главным действующим лицом в решении этих вопросов. Таким образом, пути решения многих важнейших геополитических проблем, связывающих Москву и Рим, ведут на Восток, где многие интересы этих государств совпадают, и огромные возможности для двух стран открываются тоже на Востоке.

Италия выступает за повышение роли России не только в Средиземноморье, но и в Европе, за предоставление ей экономических, таможенных, инвестиционных льгот. В целом, поддерживая расширение НАТО на Восток, Рим призывает к учету интересов Москвы, так как иначе расширение НАТО «вызовет напряженность в России, мы получим результат, противоположный желаемому». Р. Проди считает, что полная интеграция России в европейские структуры — более важный фактор, чем простой договор об обороне: «Когда вы связали страны сначала таможенной, затем одинаковой платежной политикой, когда появились общие институты, возникают связи значительно более крепкие, чем военный альянс».

Итак, мы видим, что в геополитическом, экономическом, культурном и другом плане Италия представляет для России в долгосрочной перспективе потенциального союзника в Европе, заинтересованного в создании многополюсного мира, где бы каждый зависел от каждого и тем поддерживался бы геополитический расклад сил.

Балканы

Одним из важнейших геополитических, стратегических приоритетов России остаются Балканы, которые занимают ключевое положение в российской политике еще с XIX в. «После Крымской войны, как пишет ведущий сотрудник международного отдела «Рэнд корпорейшн» Стивен Ларраби в книге «Россия и Европа. Новая повестка дня по проблемам безопасности», Россия стремилась к усилению влияния на Балканах в пику Австрии и в меньшей степени Германии. Сильным стимулом здесь было распространение панславянских настроений в России и на Балканах».

Балканы и сейчас остаются в поле зрения политиков и геостратегов Москвы. В центре внимания России есть несколько важных в геополитическом плане целей: не допустить дипломатической изоляции Москвы в Белграде, Сараево, Софии; сдерживать аппетиты Запада, вмешивающегося во внутреннюю политику славянских народов (особенно здесь усердствует Германия); обеспечить ведущую роль России в балканской игре, в частности помешать атлантистам «навязать» сербам и болгарам решение их безопасности, которое бы исключало присутствие здесь Москвы; в международном плане добиться того, чтобы судьбы славянских народов прежде всего определял Совет Безопасности ООН, членом которого является Россия, а не США, Германия или Англия. Глобальная цель всех этих шагов — прекращение боевых действий на Балканах. В геостратегическом плане Москва всегда стремилась к предотвращению попыток Запада сделать НАТО, а не ООН стержнем системы европейской безопасности.

Однако в силу ряда причин геополитической инициативой на Балканах в начале XXI в. владеют США и Германия. Россия вынуждена ограничиться незначительной ролью в международных силах под командованием НАТО.

Улучшению политических отношений России с Болгарией и Сербией мешает исторический спор между этими двумя странами по поводу Македонии. А поспешное признание Москвой Македонии в 1992 г. осложнило отношения с Грецией. (Хотя с приходом Е. Примакова в МИД отношения с Афинами значительно улучшились.)

Сложные отношения у России сохраняются с Албанией. Она не поддерживает Тирану в вопросе о Косово, а тем более претензии албанцев на отторжение части Македонии.

Балканы — чрезвычайно важный с геополитической точки зрения регион. Они, как остров Мальта, позволяют держать под геостратегическим контролем все коммуникации на Средиземном море и над ним. Кроме того, на исторически знаменитом Косовском поле открыты большие, по европейским меркам, залежи коксующегося каменного угля — 6,5 млрд. т. Все это вместе взятое и заставило Запад, прежде всего Германию, Англию и США, начать компанию против Югославии. Поводом послужило так называемое нарушение прав человека, в частности албанцев, проживающих в Косово. С конца 60-х гг. вокруг косовских сербов (говоря языком современных националистов — титульной нации) создалась обстановка нетерпимости. Это вынуждало их покидать свои дома. Гости-албанцы превратили совместное проживание с хозяевами в «химеру». Для защиты сербов были выделены специальные полицейские силы, которые албанцы восприняли как оккупантов. Маховик подозрительности и противостояния с помощью западных спецслужб раскручивался все сильнее.

На защиту прав «угнетаемых, уничтожаемых» албанцев поднялись все миротворцы Европы во главе с США. В числе главных защитников албанских боевиков оказались экс-президент США Б. Клинтон, экс-госсекретарь США М. Олбрайт, жизнь которой, кстати, во время Второй мировой войны спасли от гитлеровских коммандос сербы. В числе защитников, конечно же, оказался и канцлер ФРГ Г. Шредер. Сербов надо наказать за геноцид албанцев, решила эта троица. В качестве главного судьи, решавшего прав или не прав Милошевич, отдавший команду защищать сербское население от албанских боевиков, выступил не Совет Безопасности ООН, а Совет НАТО во главе с США, Англией, Германией и секретарем НАТО Хавьером Соланой. Натовские бомбардировки нанесли Сербии ущерб в 30 млрд. долл., оставили 250 тыс. граждан без работы и 800 тыс. человек без крова.

С помощью западных спецслужб в Сербии победили либерал-демократы., и за 100 млн. американских серебренников Милошевич оказался в тюрьме. Белграду пообещали добавить еще 50 млн. долл., если бывшего президента Югославии передадут в Гаагский трибунал.

Ну а что же албанцы: успокоились, удовлетворились достигнутым? Как бы не так! Албанские бандиты тут же перенесли боевые действия на северные районы Македонии. Верховный представитель Евросоюза по вопросам внешней политики и безопасности Хавьер Солана — один из главных подстрекателей войны НАТО против Сербии — бросился «спасать» Македонию. Итак, Балканы запалили со всех сторон (выгоднее всего этот пожар американцам), а теперь бежит курочка с ведром заливать кошкин (т.е. балканский) дом.

С геополитической точки зрения наибольший смысл для России имеет поддержка Сербии, так как это дает возможность присутствовать на Балканах и играть там решающую роль. А сильная Сербия служит важным противовесом нарастающему влиянию Турции в Черном море, в Болгарии и на Балканах. Однако очевидная просербская ориентация может подтолкнуть Болгарию к Турции. Отношения между этими странами в 90-х гг. значительно улучшились. Более тесными контактами стали именно военные. «Баланс сил на Черном море претерпевает существенные изменения,— пишет по этому поводу Эрик Гроув в журнале Jane's Navy International,— в то время как российский флот становится тенью советского, турецкие ВМС выдвигаются на доминирующие позиции». Сейчас российский флот на Черном море в 2 раза уступает по мощи турецкому. Дестабилизация положения на Балканах явилась одной из причин обострения геополитического соперничества между Россией и Турцией. Как известно, это противостояние имеет глубокие исторические корни. А в 90-х гг. Турция начала проводить более активную политику на Балканах: укрепила связи с Болгарией и Албанией, вместе с другими исламскими государствами поддержала Боснию и Герцеговину. Разрушение Советского Союза открыло новые возможности для усиления влияния Анкары на Кавказе и в Средней Азии. Обостряющееся геостратегическое противостояние России и Турции может быть перенесено на Балканы, так как этому способствует и усиление трений вокруг проливов Босфор и Дарданеллы. Все это вместе взятое, а также другие причины являются для России серьезным фактором, чтобы не уходить с Балкан, укреплять отношения не только с Болгарией, Сербией, но и с Грецией, активно противостоящей Турции, поскольку эти страны видят в Москве сильный противовес Анкаре.

Политика России по отношению к Молдове, которая в прошлом принадлежала Румынии, в геополитическом, геостратегическом плане является камнем преткновения. Поэтому Молдавия будет в обозримом будущем сильной помехой соглашению с Румынией.

Наибольшие геополитические выходы Москва получит, укрепляя всесторонние контакты с Болгарией, Сербией и Грецией.

Лекция 6. Геополитика ведущих стран мира.