Сравнительная характеристика судебника 1497 и 1550 гг.
Судебник 1497 г. Наибольшее значение в Московской Руси имели Судебники. Первый русский общегосударственный Судебник 1497 г. был утвержден в разгар политических интриг вокруг короны, связанных с борьбой наследников от двух браков Ивана Третьего. Рукопись Судебника 1497 г. была обнаружена в 1817 г. Строевым и опубликована им в 1819 г. Она существует в единственном списке, и в рукописи нет постатейной нумерации. Ее текст подразделяется с помощью заголовков: на 36 разделов, внутри которых имеются более мелкие подразделения.
Систематизируя эти подразделения, Владимирский - Буданов при публикации текста в своей Хрестоматии, изданной в 1873 г., разделил его на 68 статей. Рассматривая Судебник 1497 г. как объединение местных законов в один общий, Владимирский - Буданов автором считает самого Ивана Третьего. Существует версия о том, что составителем Судебника был «сын боярский» дьяк Владимир Гусев, казненный вскоре после принятия Судебника за участие в антиправительственном заговоре. Если это так, то на Руси существовали квалифицированные юристы, способные проделать масштабную кодификационную работу. Юридический уровень Судебника был для своего времени достаточно высоким.
Правда, не все историки права согласны с кандидатурой Гусева. Так, Черепнин считает, что основными составителями Судебника были бояре Патрикеевы. Юшков полагал, что работу над проектом осуществлял не один Гусев, а целая правительственная комиссия. Кстати, Черепнин выступил с предложением нового деления Судебника не на 68 статей, а на 94. Однако в Хрестоматиях для студентов обычно даются то деление Судебника, который предложил Владимирский - Буданов в 19 в., т. н. на 68 статей.
Судебник 1497 г. являлся первым опытом составления единого для всей Руси законодательного сборника — до него не существовало общерусских сборников законов. В связи с этим уже одно сведение воедино норм, разбросанных по различным законодательным памятникам, требовало огромного труда и незаурядного мастерства. Причем важно подчеркнуть, что отбор и переработка правовых норм носили всецело сознательный, целенаправленный характер. Они были подчинены интересам укрепления государственной власти, усиления централизации общественной жизни. Применительно к Судебнику 1497 г. можно сказать, что он не был простой систематизацией ранее изданных актов. 60% статей всего состава Судебника не состоят ни в какой связи с дошедшими до нас памятниками и являются новыми.
По широте охвата гражданско-правовых отношений Судебника уступает Псковской судной грамоте, хотя в числе его источников были все законодательные акты Руси предшествующего периода. Большинство статей посвящено судебному процессу и суду, поскольку главная задача кодекса состояла в унификации судебной деятельности и централизации суда в едином государстве.
Таким образом, давая оценку Судебнику 1497 г., можно сказать, что он очень краток и беден содержанием даже по сравнению с Русской Правдой, не говоря уже о Псковской Судной грамоте. Это вполне объяснимо. Составители Судебника отбирали из предшествующего законодательства, прежде всего нормы, регулирующие различные аспекты правосудия. Однако это первый кодекс русского централизованного государства. При этом созданием судебника русская правовая мысль опережали западноевропейскую. Западная Европа в конце 15 в. еще не знала свода уголовных законов. В Германии и Франции первые своды законов были созданы тридцать спустя после принятия их на Руси.
Таким образом, Судебник беднее по содержанию, чем Псковская Судная грамота и даже Русская Правда. Поэтому и существует предположение, что его издание не означало прекращения действия названных законов. Вместе с тем заметна явная связь и преемственность между Судебником и его предшественниками. Возьмите, например, статьи о холопстве, о процессе закрепощения крестьян, где Судебник явно развивает нормы Русской Правды и ПСГ. Тем не менее, статья Судебника о Юрьеве дне, знаменующая начало всеобщего закрепощения крестьян, стоит больше, чем все остальные. И особенно нельзя не отметить важное значение Судебника, как первого крупнейшего закона объединяющегося русского государства в финальной стадии этого объединения.
Судебник Ивана III, который иногда называют княжеским, стал основой для Судебника 1550 г., «царского», развившего основные идеи своего предшественника.
Судебник 1550 г. Ивана Четвертого. Судебник был утвержден во время масштабных реформ Ивана Четвертого и служил правовой основой их проведения в разгар реформаторской деятельности царя в 50 - е гг. 16 в. Обнаружение текста Судебника 1550 г. связана с именем Татищева. В 1734 г. он преподнес рукопись Судебника 1550 г. императрице Анне Иоановне. Снятую же с нее копию Татищев передал в Академию паук. В 1768 текст Судебника 1550 г., снабженный примечаниями Татищева, был издан Миллером. В отличие от Судебника 1497 г., Судебник 1550 г. дошел до нас более чем в 40 списках, 10 из которых относятся к 16 в.
Вопрос об источниках Судебников решался буржуазной историографией 19 в. двояко. Одни исследователи считали, что судебники лишь собирали местные законы и распространяли их на всю территорию Московского государства. Другие, наоборот, полагали, что Московское государство аннулировало местные законы и навязало им свое московское право. В настоящее время вопрос об источниках Судебника 1550 г. решался историографией однозначно. Это исправленный Судебник 1497 г., дополненный грамотами и указами, вышедшими за 53 года после издания первого Судебника. Промежуточным звеном между Судебниками 1497 и 1550 гг. являлся, по мнению исследователей, не дошедший до нас Судебник Василия Второго.
По мнению исследователей Судебник 1550 г. был направлен на достижение общегосударственной стабильности, которая была нарушена в результате сословных столкновений в годы малолетства Ивана Четвертого. Известно, что в феврале 1549 г. Иван Четвертый выступил с речью на заседании Боярской думы. В ней он обвинил бояр в нанесении ими многих насилий и обид и настаивал на примирении высшего духовенства и боярства с основной массой служивого дворянства. И прощая прежние обиды, царь счел необходимым издать новый Судебник, который бы укрепил пошатнувшиеся законы.
Судебник 1550 г. состоит из 100 статей и по разнообразию регулируемых ситуаций значительно превосходит Судебник 1497 г. В нем подробно и обстоятельно представлены отношения дворянства и крестьянства. Аналогично предыдущему судебнику в нем основное внимание уделяется нормам, регулирующим судоустройство и судопроизводство. При этом Судебник значительно усиливает роль центральных судебных органов. Возрастает значение великокняжеского суда, в котором сосредотачиваются контрольные функции за ведением судопроизводства в регионах. Это обеспечивается, прежде всего, расширением института доклада. Он становится обязательным по всем уголовным делам. Судебник предусматривает усиление карательных мер.
Впервые в России вводится тюремное заключение. И, как предварительное, и как мера наказания. Вводится неизвестное первому судебнику преступление - так называемая подписка, т. е. подлог судебных актов. Впервые в русском законодательстве вводится и положение о том, что закон обратной силы не имеет.
Судебник усиливает степень закрепощения крестьян путем увеличения размеров пожилого и вводит дополнительные пошлины, затрудняющие крестьянские переходы во время Юрьева дня.
Таким образом, в обоих судебниках был отражен проводимых русскими царями курс на централизацию государственного управления. Но при этом следует различать нюансы. Если возникновение Судебника 1497 г. связано с формированием Русского централизованного государства, то Судебник 1550 г. - это памятник, направленный на ликвидацию последствий боярского правления.