§ 5. Безыменные контракты

К началу императорского периода хозяйственная жизнь Древнего Рима получила столь бурное развитие, что замк­нутая система контрактов уже не могла удовлетворить по-

235

требности гражданского оборота. Деловые отношения не укладывались в прокрустово ложе известных контрактов. Хозяйственный оборот требовал новых договорных форм. Вначале практика вынуждена была пойти по пути предос­тавления исковой защиты отношениям, ранее исками не защищавшимся. Например, два лица заключили между со­бой соглашение о взаимных имущественных предоставлени­ях, которое никаким известным контрактом не охватывалось и потому иском не защищалось. Одна сторона свою обязан­ность выполнила и передала другой определенное имуще­ство, другая отказалась выполнить принятое на себя обяза­тельство. В таком случае стороне, исполнившей договор, предоставлялся кондикционный иск (condictio) для возвра­та исполненного.

Однако при таком решении конфликта хозяйственная цель, ради которой заключался новый вид договора, не до­стигалась. Интерес стороны, исполнившей свое обязатель­ство, оставался неудовлетворенным.

Поэтому было признано необходимым применять понуж­дение к стороне, не желающей выполнить принятое на себя обязательство в этом договоре: при уклонении стороны от его выполнения исполнившая свое обязательство сторона получила специальный иск. Иными словами, границы ис­ковой защиты в этих случаях намного расширены — испол­нившая договор сторона имела право требовать от другой не только возврата исполненного, но и исполнения самого до­говора. Таким образом были признаны, получив юридичес­кую значимость и исковую защиту, договоры, не вписываю­щиеся в систему контрактов, не вошедшая ни в одну из рассмотренных выше групп новая категория договоров, позже получившая в науке римского права названия безыменных, непоименованных, договоров — contractus innominati. Имеет­ся в виду название группы договоров в целом, поскольку каждый из них в отдельности имел свое наименование.

По характеру эти договоры ближе всего примыкали к реальным контрактам. Они возникали не с момента согла­шения, а с момента осуществления одной из сторон имуще­ственного представления. Это то, что сближает безыменные договоры с реальными контрактами. Различие же состоит в том, что реальные контракты возникают с момента факти­ческой передачи вещи одной стороной другой.

236

Возникновение безыменных контрактов связано с иму­щественным предоставлением, которое может состоять либо в передаче вещи, либо в совершении какого-либо действия.

Многообразие безыменных контрактов в кодификации Юстиниана сводится к четырем основным типам.

1. Я передаю тебе право собственности на вещь с целью, чтобы ты передал мне право собственности на другую вещь — facio, ut des.

2. Я передаю тебе право собственности на вещь с целью, чтобы ты совершил определенное действие в мою пользу, оказал мне определенную услугу и т.п. —do, ut facias.

3. Я совершаю в твою пользу определенное действие с целью, чтобы ты передал мне право собственности на опре­деленную вещь — facio, ut des.

4. Я совершаю в твою пользу определенное действие с целью, чтобы и ты совершил в мою пользу также опреде­ленное действие — facio, ut facias.

Со временем эта группа договоров оформилась в само­стоятельный вид и составила новое звено в системе римс­ких контрактов. В источниках есть сведения о противопос­тавлении новых договоров, выходивших за пределы устоявшейся договорной системы, контрактам, которые имеют свое название. Новая группа договоров сохранила отличительный признак: сторона, исполнившая свое обяза­тельство и не получившая удовлетворения от другой сторо­ны, имела право вместо иска о понуждении к исполнению предъявлять к контрагенту кондикционный иск о возврате исполненного.

Наиболее распространенным среди этих договоров были договор мены (permutatio) и оценочный договор (cjntractus aestimatorius).

Договор мены — это новый контракт, по которому одна сторона передавала другой стороне в собственность какую-либо вещь (или вещи), с тем что другая сторона взамен полученной передаст первой стороне в собственность иную вещь, эквива­лентную по стоимости. Он возник раньше договора купли-продажи, когда оборот товаров происходил в форме обмена вещи на вещь. Однако с появлением денег договор мены утратил значимость, так как обмен вещи на деньги намного упростил гражданский оборот. Договор купли-продажи пол­ностью овладел рынком и почти вытеснил мену. Именно

237

поэтому он занял подобающее ему место в системе контрак­тов. Однако и мена, несмотря на значительное ограничение

все же сохранила свою жизнеспособность. Именно поэтому юридическую регламентацию этот договор получил довольно поздно.

Если первая сторона передавала контрагенту вещь, не принадлежащую ей, и затем эта вещь у контрагента была отсуждена, договор считался несостоявшимся. В остальном к договору мены применялись правила договора купли-продажи.

Оценочный договор — контракт, по которому одна сто­рона передавала другой определенную вещь для продажи за обус­ловленную цену, а другая сторона должна была передать пер­вой обусловленную сумму или возвратить саму вещь.

Предметом договора могла быть любая вещь, не изъятая из оборота. Он считался заключенным с момента фактичес­кой передачи вещи собственником другому лицу для прода­жи. Этот договор был весьма близок к договору поручения — по его смыслу собственник поручал другому лицу продать свою вещь за обусловленную цену. Однако различие между ними состояло в том, что договор поручения — всегда без­возмездный контракт. По смыслу оценочного договора лицо, которому собственник поручал продать свою вещь — посред­ник (а точнее, перекупщик), в своих действиях был более свободным, чем поверенный. Он мог продать вещь по лю­бой цене (оставив себе разницу между обусловленной в до­говоре и фактической ценой), мог вообще обратить ее в свою собственность. Своему контрагенту он обязан был передать обусловленную договором сумму или возвратить вещь, если почему-либо не смог ее продать.

Так же, как и в договоре поручения, продавец не являл­ся собственником продаваемой вещи и потому в соответствии с общим принципом, казалось бы, не мог перенести право собственности на вещь на ее приобретателя. Однако римс­кое право в этих случаях допускало перенос права собствен­ности на приобретателя, поскольку продажа производилась по воле собственника, по его поручению и от его имени.

Интересной особенностью оценочного договора являет­ся то, что здесь риск случайной гибели вещи принимает на себя перекупщик, хотя и не является ее собственником. По-видимому, это правило сохранилось с древнейших времен —

238

вместе с передачей вещи переходил и риск случайной гибе­ли. Юрист Ульпиан писал: «В силу оценки риск возлагается на того, кто принял (вещь): он должен вернуть саму вещь в целости, или уплатить по оценке, о которой имеется согла­шение» (Д. 1.9.3.1). Однако источники содержат и другие све­дения (Д.19.5.17.1), по которым иногда риск возлагался на собственника вещи. По-видимому, такая непоследователь­ность объясняется неокончательным решением вопроса.