§ 1. Вербальные договоры

Вербальными назывались договоры, устанавливаемые устным произнесением определенных слов, формул или фраз. Юридическую значимость они приобретали с момента их произнесения — verbis. Отсюда и их название — вербальные. Это наиболее древние договоры: стипуляция, клятвенное обещание вольноотпущенника патрону при освобождении и установление приданого. Два последние договора применя­лись редко и не получили широкого признания. Стипуля­ция, наоборот, оказалась весьма удобной договорной фор­мой и стала одним из наиболее распространенных вербальных договоров.

Сущность вербальных договоров в наибольшей степени отражала стипуляция (stipulatio, sponsio). Это договор, уста­навливаемый в форме постановки будущим кредитором оп­ределенного вопроса и соответствующего ответа будущего должника. Заключение договора происходило в присутствии свидетелей, утверждавших его достоверность. Форма заклю­чения стипуляции требовала присутствия кредитора и дол­жника в одном месте, не допускала никакого представитель­ства. Первоначально (стипуляция была известна уже Законам XII таблиц) договор считался заключенным, если ответ дол­жника совпадал с поставленным вопросом кредитора. На­пример, «Обещаешь дать мне сто?» — «Обещаю дать сто». Если же ответ был : «Обещаю дать девяносто», договора не возникало. Однако в более развитом праве было допущено признание договора в таком случае в меньшей сумме. По­скольку форма заключения стипуляции требовала произне­сения вопросов и ответов, то ясно, что она была недоступ­ной для глухих и немых. В период абсолютной монархии заключение стипуляции допускалось в любых выражениях в устной форме, лишь бы по существу не было противозакон­ным. Однако и тогда она была недоступной для глухих и немых.

205

Стипуляция характеризовалась определенными признаками. Это строго формальный договор даже в классическом праве. Обязательство, возникающее из нее, было только од­носторонним — кредитору принадлежало право только тре­бовать, а на должнике лежала обязанность выполнить тре­бование кредитора.

В стипуляции не определялась ближайшая цель, не было видно материального основания, из которого возникало обя­зательство. Из поставленного кредитором вопроса и ответа должника не становилось ясным, за что должник обещал дать сто: за купленную вещь, выполненную работу или это был заем? Другими словами, обязательство из стипуляции носи­ло абстрактный характер, было весьма удобной формой договорных отношений. Если стороны почему-то не хотели раскрывать материальное основание договора, его ближай­шую хозяйственную цель, они прибегали к стипуляции. Часто она использовалась и в целях новации.

Таким образом, в форме стипуляции можно было заклю­чить любой договор. Однако абстрактный характер стипуля­ции не лишал права должника доказывать, что материальное основание, по которому он принял на себя обязательство, не осуществилось. Она признавалась действительной и в случаях, когда стороны указывали ближайшую цель договора.

Характерные черты стипуляции (абстрактный характер, простота заключения, достоверность формы, возможность быстрой реализации) содержали так много преимуществ, что сделали ее наиболее употребительной, а в классический пе­риод и основной формой оборота. Расширение применения стипуляции обусловило ее совершенствование. Для прида­ния большей достоверности факту заключения стипуляции стали прибегать к письменной форме, получившей название cautio. Постепенно письменная форма вытесняет стипуляционную. При наличии письменных документов предпола­галось, что совершение словесной формы стипуляции пред­шествовало им.

В классический период стипуляция широко применяет­ся для оформления поручительства — наиболее распростра­ненной формы обеспечения обязательства Поручительство — договор, которым устанавливалась добавочная (акцессорная) ответственность третьего лица (поручителя) за исполнение обязательства должником. Это договор вспомогательный,

206

существующий параллельно и постольку, поскольку суще­ствует основной. Если прекращается основное обязательство, прекращается и поручительство, цель которого —обеспече­ние исполнения основного обязательства. Кредитор. обещая дать взаймы будущему должнику определенную сумму денег, желает гарантии в том, что получит деньги обратно. Не от­казывая должнику в его просьбе, кредитор все же требует, чтобы кто-то третий взял на себя обязанность вернуть ему деньги, если их почему-либо не сможет вернуть должник. Должник вынужден найти это третье лицо (поручителя) и договориться с ним о принятии добавочной ответственнос­ти. При заключении основного договора в форме стипуля­ции кредитор, получив утвердительный и совпадающий от­вет от должника на свой вопрос, ставил затем такой же вопрос присутствующему при этом третьему лицу — поручителю. Если поручитель давал утвердительный и совпадающий от­вет на поставленный вопрос кредитора, договор поручитель­ства считался заключенным. Таким образом, поручительству предшествовали два соглашения, основной контракт и со­глашение должника с поручителем о принятии на себя до­бавочной ответственности.

В классическом римском праве ответственность поручи­теля носила именно добавочный (акцессорный) характер. Это значило, что кредитор по истечении срока договора имел право требовать исполнения обязательства либо с должни­ка, либо с поручителя. Право выбора принадлежало креди­тору. Такую акцессорную ответственность поручителя сле­дует отличать от так называемой субсидиарной (запасной, дополнительной ответственности), наступающей лишь при невозможности исполнения обязательства должником Ясно, что для поручителя акцессорная ответственность была бо­лее обременительной, чем субсидиарная. Юстиниан рефор­мировал поручительство, установив, в частности, что пору­читель может требовать, чтобы кредитор поначалу обратил взыскание на имущество основного должника и только лишь при выявлении его неплатежеспособности наступала ответ­ственность поручителя.

Исполняя обязательство, поручитель имел право предъя­вить требование (регрессный иск) к основному должнику о возмещении выплат, которые он понес вместо должника.

207