Глава 7 владение

Понятие и виды владения. Возникновение и прекращение владения. Защита владения

§ 1. Понятие и виды владения

Римское право (как и современное буржуазное) в по­нятие «владение» (possessio) вкладывало двоякое значение:

а) самостоятельный правовой институт, независимый от права собственности; б) одно из правомочий собственни­ка. В первом случае говорят просто о владении, а в другом — о праве владения. Иногда даже сегодня эти понятия отож­дествляют: владельца не отличают от собственника, а соб­ственника не отграничивают от владельца. Между тем столь различные правовые категории юристу смешивать никак не позволительно. Следует всегда помнить: владелец — фак­тический обладатель вещи независимо от наличия права на нее; собственник — фактический обладатель вещи, имею­щий на нее право собственности.

Владение как самостоятельный правовой институт воз­никло в древнеримском праве в результате преторского правотворчества. Законы XII таблиц уже упоминают поня­тие владения. В период ранней республики преторы раз­личают фактическое обладание вещью без права на нее и фактическое обладание вещью, основанное на праве соб­ственности.

Предполагают, что владение как фактическое обладание вещью произошло от освоения земель родами. В древние времена земля являлась общинной собственностью и отдель­ным родам передавалась лишь во владение, временное пользо­вание. Именно поэтому римское цивильное право для выра­жения понятия владения пользовалось термином usus. Такое владение общинной землей переходило из поколения в по­коление и постепенно превратилось в частное владение, из которого возникло право частной собственности на землю.

Римское государство было верховным собственником земли. Суверенитет его определялся земельной собствен­ностью, сконцентрированной в национальном масштабе. Однако в те времена отсутствовала частная земельная соб­ственность, хотя было как частное, так и общинное владе-

112

ниє и пользование землей. При коллективной собственно­сти частным может быть только владение. История Рима тех времен отражает борьбу мелкого землевладения с круп­ным. Право пользования общинной землей путем владе­ния ею первоначально принадлежало патрициям. «Главный интерес римлян, — писал К.Маркс, — направлен на раз­витие и определение тех отношений, которые являются абстрактными отношениями частной собственности. Соб­ственное основание частной собственности, владение, бе­рется как факт, как необъяснимый факт, а не как право. Лишь благодаря юридическим определениям, которые об­щество дает фактическому владению, последнее приобре­тает качество правового владения, частной собственности»¹.

Владение, основанное на праве, — это уже не владение, а право собственности. Фактически обладание вещью мо­жет быть основано не только на праве собственности, а и на любом другом (например, на договоре найма вещи), но все равно не будет владением, поскольку основано на пра­ве. Владение же как фактическое обладание вещью — это просто факт.

Римские юристы слово «владение» — possessio выводи­ли от sedere — сидеть, оседать, а само владение от positio — поселение «Владение было названо, — как говорит Лабеон, — от оседании (будучи) как бы поселенцем, так как оно естественно удерживается тем, кто на нем стоит...» (Д. 41.2 1) Другой юрист Нерва-сын говорил, «что и собствен­ность на вещи произошла от естественного владения» (Д.41.2.1).

Следовательно, владение как фактическое обладание вещью представляет собой факт, который нельзя было бы даже назвать юридическим, поскольку в некоторых случа­ях он, не будучи основанным на праве, не мог порождать юридических последствии Однако преторы придали этому факту юридическое значение стали представлять такому фактическому состоянию юридическую защиту.

Сложилась довольно парадоксальная ситуация — пра­вовую защиту получило не право, а факт (подробнее об этом ниже). Но получив юридическую защиту и, следовательно, став юридическим, он потребовал четкого правового опре-

^/ Маркс К К критике гегелевской философии права // Маркс К, Энгельс Ф. Соч —2-е изд. —T.I -С 347.

113

деления. Из богатой казуистики можно заключить, что рим­ские юристы понимали владение как фактическое обладание вещью, соединенное с намерением считать ее своей. При этом они понимали под фактическим обладанием не кратковре­менное, а стабильное, продолжительное, сложившееся бо­лее или менее давно отношение. Такое определение поня­тия владения содержит два существенных элемента: а) объективный — corpus possessionis — буквально — владение, т.е. фактическое обладание данной вещью; б) субъектив-ный — animus possessionis — считать данную вещь своей, владеть от своего имени.

В ранний период римские юристы фактическое обла­дание вещью (corpus possessionis) понимали довольно примитивно — держать в руках, во дворе, в доме, храни­лище и т.п. Позднее это состояние стали толковать более утонченно — как отношение владельца к вещи, при котором он мог беспрепятственно, непосредственно и длительное время осуществлять воздействие на нее. При этом вещь должна находиться в положении, нормально соответствующем ее хозяйственному назначению. Было принято считать, что животное находится во владении своего хозяина до тех пор, пока не утратит привычки возвращаться в свой двор. Строительный лес, сложенный на улице против двора владельца, считался находящимся в его владении. Однако золотое кольцо, даже валяющееся во дворе своего владельца, считалось выбывшим из вла­дения его обладателя.

По мнению более поздних юристов, для получения фактического обладания вещью не обязательно брать ее в руки. В некоторых случаях достаточно охватить взором и мысленно Так, при передаче земли ее приобретателю достаточно было с возвышенного места осмотреть участок. Так же и дом — приобретателю достаточно было осмотреть его, чтобы стать фактическим обладателем. Владение не утрачивалось и в случае, когда владелец передавал вещь во временное пользование другому лицу. Из богатой казуис­тики, которую нам оставили римские юристы, можно сделать вывод, что под фактическим обладанием вещи они понимали такое нормальное отношение лица к вещи и вещи к владельцу, в котором обычно находятся собственники в отношении объектов своей собственности.

114

Второй элемент владения (animus possessionis) представ­ляет собой субъективное отношение обладателя к вещи. Владелец должен считать вещь своей. Практического зна­чения не имело, на чем основывалась воля обладателя — на извинительном заблуждении или явном обмане. Поку­патель краденой вещи, не знающий, что приобретает вещь чужую, считающий ее своей, будучи убежденным втом, что приобрел право на нее, добросовестно заблуждается. Если же он знает, что владеет вещью чужой, но своим отноше­нием к ней пытается убедить окружающих в том, что эта вещь его, налицо осознанный обман. И в первом, и во вто­ром случаях владельцы проявляют волю владения от соб­ственного имени, показывают, что вещь принадлежит им.

Следовательно, не всякое фактическое обладание вещью является владением, а лишь основанное на animus po­ssessionis — владельческой воле. Поэтому обладание вещью от имени другого лица также не является владением (на­пример, по договору найма, аренды, хранения и т.п.). Здесь обладатель вещи осуществляет владельческую волю не от собственного имени, а от имени другого лица, собствен­ника. Он является лишь держателем чужой вещи (detento-r). Для юридически значимого владения требовалась именно воля владеть от своего собственного имени, относиться к вещи как к своей. Такая воля может быть только у подлинного собственника или лица, не являющегося, но считающего себя таковым в силу добросовестного заблуждения. Владель­ческая воля, например, незаконного захватчика земли, осоз­нающего неправомерность своего обладания, но скрываю­щего это от окружающих своим внешним поведением и отношением к вещи, основана на неправомерном титуле, обмане.

Таким образом, владение — это фактическое обладание вещью, соединенное с намерением считать ее своей, а держа­ние — фактическое обладание вещью без намерения считать ее своей (например, обладатель вещи на основании догово­ра). Нашедший утерянную кем-то вещь становится только ее держателем, поскольку у него нет воли считать ее своей. Однако если нашедший пожелает присвоить найденную вещь (что само по себе неправомерно), то будет демонст­рировать окружающим собственническую волю, т.е. пока­зывать, что вещь его.

115

Виды владения, В зависимости от правового основания фактического обладания вещью владение подразделяли на законное и незаконное: основанное на праве собственности и некоторых других правах — законное, а не имеющее правового основания — незаконное.

Законное владение — это прежде всего владение соб­ственника и так называемое производное владение. В некоторых случаях обладатели чужих вещей получали самостоятельную владельческую защиту. Такое фактическое обладание чужой вещью стали называть производ­ным владением, хотя в сущности это было не владением, а держанием, и лишь необходимость наделения таких дер­жателей самостоятельной правовой защитой своих инте­ресов привела к приравниванию держания к владению. Так, необходимость наделения самостоятельной право­вой охраной интересов залогополучателя, получившего вещь в качестве залога для обеспечения исполнения обязательства, приравняла держание заложенной вещи к владению. Залогодержатель, получив в залог чужую вещь, не мог осуществлять владельческую волю от своего име­ни, поскольку не мог считать залог своей вещью. Однако для более прочной защиты его интересов против посяга­тельств третьих лиц преторы предоставили ему владель­ческую защиту предмета залога, а его залогодержание стали называть производным владением.

Такой же процесс произошел и с прекариумом (предостав­ление собственником с определенной, часто политической, целью своего имущества другим лицам во временное и бес­платное пользование). Временные и безвозмездные пользо­ватели чужого имущества были лишь его держателями, а не владельцами, но опять-таки, необходимость предоставления прекаристам самостоятельной владельческой зашиты приве­ла к признанию их держания производным владением.

Третий случай производного владения — так называе­мый секвестр Если между двумя лицами возникает спор о принадлежности вещи, то до его решения в суде они могут передать спорную вещь на хранение третьему лицу — секвестрарию, которому по тем же мотивам предоставлялась самостоятельная владельческая зашита.

Таким образом, во всех указанных выше случаях мы именем дело не с владением в строгом значении этого понятия, а

116

лишь с обыкновенным держанием, приравненным к владению с целью наделения более эффективной защитой.

Законный владелец имеет право на владение вещью — jus possidendi. Владелец, фактически обладающий вещью с намерением считать ее своей, относящийся к ней как к собственной, но не имеющий права владеть (jus possidendi), признается незаконным. Незаконное владение не имеет правового титула, основано лишь на факте и делится на добросовестное и недобросовестное.

Незаконное, но добросовестное владение имеет место в случае, когда владелец не знал и не мог знать, что владеет чужой вещью и что у него нет права владеть ею. Если же он знал или должен был знать, что не имеет права на владение данной вещью, то такое владение будет и незаконным, и не­добросовестным. Добросовестное владение — это, например, приобретение вещи у несобственника покупателем, кото­рый не знает и не может предполагать об этом. Владение вора всегда будет недобросовестным, так же как и покупка заведомо краденного.

Деление владения на добросовестное и недобросовестное обусловливало и разный правовой режим для них. Так, приобрести право собственности по давности можно было только посредством добросовестного владения и, наоборот, краденную вещь нельзя было приобрести по давности. Добровольный владелец по виндикационному иску отвечал в меньшем объеме, чем недобросовестный.