1.3 Характеристики прав собственности. Абсолютные и

относительные права собственности

Для понимания экономики прав собственности имеет смысл

познакомиться с правовым контекстом, в котором протекало ее

формирование. Англосаксонская правовая традиция существенно

отличается от правовых систем континентальной Европы.

Размежевание между ними в трактовке понятия собственности

восходит к периоду буржуазных революций. Во время буржуазных

революций и затем сразу после них в странах континентальной

Европы господствующей стала идея «абсолютного» права частной

собственности, нашедшая классическое воплощение в Кодексе

Наполеона. Право частной собственности провозглашалось

«священным и неприкосновенным», «неограниченным и неделимым».

Случаи рассредоточения правомочий среди нескольких лиц

воспринимались как пережитки феодализма; преобладающей была

концентрация всех прав собственности на объект в руках одного

владельца.

В противоположность этому английская правовая система

удержала многие институты феодального права. Например, она

продолжала считать объектами собственности как материальные

17

вещи, так и ценности обязательственного характера (бестелесные

имущества), допускала возможность раздробления права

собственности на какой-либо объект на частичные правомочия

нескольких лиц.

Таким образом, можно выделить две противоположные

правовые традиции, из которых одна представляет право

собственности как некий неделимый монолит, а другая – как

совокупность частичных правомочий. Из них в настоящее время

побеждает вторая: она проникает постепенно в правовые системы

стран континентальной Европы, именно она берется за основу при

кодификации права на международном уровне. Свойственные ей

гибкость и пластичность, безусловно, больше отвечают сложным

экономическим, социальным и политическим реальностям

высокоразвитого капиталистического общества. Вполне в духе

англосаксонской традиции современные авторы понимают

собственность как сложный пучок отношений, существенно

различающихся по своему характеру и последствиям. Однако, при

всем многообразии форм должно быть смысловое ядро, вокруг

которого они организованы. Р. Капелюшников выделяет в качестве

центрального момента исключительный характер прав. В самом

общем виде отношения собственности можно было бы определить как

фактически действующую в обществе систему исключений из доступа

к материальным и нематериальным ресурсам. Степень

«исключительности» не есть величина раз и навсегда заданная. Она

может варьировать в пределах от 1, когда доступ открыт только

одному лицу (индивидуальная собственность), до 0, когда доступ

открыт всем членам общества (общая собственность).

Наиболее полное определение права собственности, которое к

настоящему времени стало хрестоматийным, было предложено

английским юристом А. Оноре. Оно включает 11 элементов: 1) право

владения, т.е. исключительного физического контроля над вещью; 2)

право пользования, т.е. личного использования вещи; 3) право

управления, т.е. решения, как и кем вещь может быть использована; 4)

право на доход, т.е. на блага, проистекающие от предшествующего

личного пользования вещью или от разрешения другим лицам

пользоваться ею (т.е. право присвоения); 5) право на «капитальную

стоимость» вещи, предполагающее право на отчуждение,

потребление, изменение или уничтожение вещи; 6) право на

безопасность, т.е. иммунитет от экспроприации; 7) право на переход

18

вещи по наследству или по завещанию; 8) бессрочность; 9)

запрещение вредного использования, т е. обязанность воздерживаться

от использования вещи вредным для других способом; 10)

ответственность в виде взыскания, т.е. возможность отобрать вещь в

уплату долга; 11) остаточный характер, т.е. ожидание «естественного»

возврата переданных кому-либо правомочий по истечении срока

передачи или в случае утраты ею силы по любой иной причине.

Сочетания перечисленных элементов дают огромное количество

комбинаций. Однако не все их сочетания заслуживают названия права

собственности. Таковыми могут быть признаны право на

«капитальную стоимость» даже взятое отдельно; любая комбинация с

его включением; любая пара из первых четырех элементов (право

владения, право пользования, право управления и право на доход) с

добавлением к ней права на безопасность и т.д. Один из первых пяти

элементов обязательно должен присутствовать в связке, которая могла

бы составить право собственности. Но даже при этих оговорках число

осмысленных сочетаний оказывается равно 1,5 тыс.

С точки зрения экономистов-теоретиков прав собственности,

такой подход с жестко проводимой границей между ситуациями, где

есть право собственности и где его уже нет, не вполне корректен.

Право собственности - это непрерывный ряд, а не фиксированная

точка. По замечанию А. Алчияна и Г. Демсеца, в какой мере то или

иное правомочие на вещь принадлежит собственнику, можно судить

по тому, насколько его решение предопределяет ее действительное

использование. Если существует вероятность, равная единице, что

решение собственника, выражающее реализацию им какого-либо

правомочия, и в самом деле без малейших отклонений будет

выполняться в процессе использования ресурса, то тогда можно

сказать, что собственник обладает абсолютным правомочием на этот

ресурс.

Своеобразие подхода теории прав собственности раскрывается

уже в развернутом определении ее центрального понятия. Права

собственности понимаются как санкционированные поведенческие

отношения между людьми, которые возникают в связи с

существованием благ и касаются их использования. Эти отношения

определяют нормы поведения по поводу благ, которые любое лицо

должно соблюдать в своих взаимодействиях с другими людьми или

же нести издержки из-за их несоблюдения. Термин "благо"

используется в данном случае для обозначения всего, что приносит

19

человеку полезность или удовлетворение. Таким образом, и этот

пункт важен, понятие прав собственности в контексте нового подхода

распространяется на все редкие блага. Оно охватывает полномочия

как над материальными объектами,.. так и над "правами человека"

(право голосовать, печатать и т.д.). Господствующая в обществе

система прав собственности есть в таком случае сумма экономических

и социальных отношений по поводу редких ресурсов, вступив в

которые отдельные члены общества противостоят друг другу.

Р. Капелюшников подчеркивает в приведенном определении

ряд важнейших моментов. Во-первых, в качестве рабочего

используется термин «право собственности», а не «собственность».

Согласно Демсецу, не ресурс сам по себе является собственностью;

пучок или доля прав по использованию ресурса – вот что составляет

собственность. Собственность в первоначальном значении этого слова

относилась только к праву, титулу, интересу, а ресурсы могли

называться собственностью не больше, чем они могли называться

правом, титулом или интересом. Во-вторых, отношения

собственности трактуются как отношения между людьми, а не как

отношения «человек/вещь», поскольку термин «права собственности»

описывает отношения между людьми по поводу использования

редких вещей, а не отношения между людьми и вещами. В-третьих,

отношения собственности выводятся из проблемы редкости: «без

какой-либо предпосылки редкости бессмысленно говорить о

собственности и справедливости». Такой же была и позиция

К. Маркса: когда на высшей фазе коммунистического общества будет

решена проблема редкости, только тогда станет возможно

распределение по потребностям, отомрет государство, окончательно

исчезнут классовые различия. В-четвертых, трактовка прав

собственности носит всеохватывающий характер, вбирая в себя как

материальные, так и бестелесные объекты (плоть до неотчуждаемых

личных свобод). Права собственности фиксируют позицию человека

по отношению к использованию редких ресурсов любого рода. В-

пятых, отношения собственности рассматриваются как

санкционированные обществом, но не обязательно государством.

Следовательно, они могут закрепляться и охраняться не только в виде

законов и судебных решений, но и виде неписанных правил,

традиций, обычаев, моральных норм. В-шестых, правам

собственности приписывается поведенческое значение – одни

способы поведения они поощряют, другие подавляют. В-седьмых,

20

несанкционированное поведение также остается в поле зрения теории.

Оно понимается экономически: запреты и ограничения не устраняют

его, а действуют как отрицательные стимулы, повышая связанные с

ним издержки (в виде возможного наказания). И соблюдение, и

нарушение санкционированных поведенческих норм превращаются в

акты рационального экономического выбора.

На постсоветском пространстве и, в частности, в Беларуси,

общепринятой является следующая терминология. Собственность

рассматривается как совокупность определенных общественных

отношений. В самом широком плане это отношения взаимодействия

между владельцами и невладельцами жизненных благ, а также между

владельцами разных их видов. Присвоение является первичным

фактором, т.е. на его базе функционируют отношения собственности.

Собственность можно считать общественной формой присвоения

жизненных благ.

Характеристика собственности связана не только с присвоением

жизненных благ, но и с их отчуждением. Отчуждение понимается как

реальное обособление, отделение людей от каких-либо жизненно

важных объектов. Таково отделение людей от обладания средствами

производства или предметами потребления, от участия в труде и

власти, потребления духовных ценностей и т.д. Тем самым

отчуждение но своему содержанию прямо противоположно

присвоению. Если присвоение есть отношение людей к некоторым

объектам действительности как к своим, то отчуждение представляет

собой отношение людей к ним как к чужим.

Таким образом, собственность выступает в качестве выражения

единства присвоения и отчуждения. Иначе говоря, конкретное

содержание собственности – это общественные отношения по поводу

присвоения или отчуждения жизненных благ.

Экономической реализацией права собственности является

присвоение дохода от ее использования. Этим экономическая

трактовка категории собственности отличается от юридической. Для

экономиста не приносящая дохода собственность неинтересна, отсюда

следует, что тот, кто получает доход, и является реальным (не

юридическим, а экономическим) собственником.

В отношениях собственности выделяют субъекты и объекты.

Субъект собственности – активная сторона отношений собственности,

которая имеет возможность обладать объектом (человек, группа или

сообщество людей). Объект собственности – пассивная сторона,

21

существующая в виде предметов природы, вещества, информации,

имущества, интеллектуальных духовных ценностей.

Субъективное право собственника делится на три основных

правомочия: владения, пользования, распоряжения. Постарайтксь

найти отличия от современного понимания собственности в западных

странах.

Правомочие владения – это юридически обеспеченное

господство над вещью, т.е. возможность иметь данную вещь у себя,

содержать ее в собственном хозяйстве. Правомочие пользования –

юридически обеспеченная возможность использования вещи путем

извлечения из нее любых полезных свойств. Правомочие

распоряжения – это возможность определения юридической судьбы

вещи путем изменения ее принадлежности, состояния и назначения.

Любая собственность отягощена ответственностью. У владельца

возникает бремя собственности, он может нести потери от нерадивого

хозяйствования. У пользователя возникает ответственность перед

распорядителем и владельцем.

С учетом описанных выше разнообразных характеристик прав

собственности становится ясно, что в ходе управления

преобразованиями собственности рассмотрение дихотомии

«государственная–частная собственность» является чрезмерным

упрощением. Согласно теории прав собственности, необходимо

разделять абсолютные права собственности, которые реализуются

собственником по отношению ко всем остальным лицам

(собственность на землю, лесной фонд и другие активы, авторские

права и патенты) и относительные права собственности, которые

возникают по отношению к определенным лицам вследствие

юридически закрепленных контрактных обязательств (договор на

лесозаготовки, биржевой контракт на продажу древесины). Для

эффективного размещения ресурсов важны государственные гарантии

по реализации как абсолютных, так и относительных прав

собственности.

Для органов государственного управления важным является

также вопрос определения ценности прав собственности в ходе

преобразований собственности. Стоимость собственности зависит от

двух основных факторов. Во-первых, от неотъемлемых,

определяющих получаемые выгоды, физических и экономических

свойств ресурсов (товаров), на которые распространяются права

собственности. Во-вторых, от совокупности условий и характеристик

22

прав собственности, определяющих права использования владельцами

атрибутов собственности.

Например, стоимость прав собственности на лесные угодья

зависит как от производительности лесов, определяемой реальной

стоимостью лесных продуктов и услуг, так и от степени, в которой

имеющиеся у собственника права позволяют ему получать выгоды от

лесных продуктов и услуг. Так, права собственности, позволяющие

пользоваться лесом вечно, оцениваются выше, чем краткосрочные

права собственности; если лесная собственность не облагается

налогами и не подвержена чрезмерному государственному

регулированию, то такие права будут оцениваться дороже, чем при

наличии налогов и регулирования.

П. Пирс показал, что в отношении лесной собственности можно

выделить пять характеристик, определяющих степень контроля и

эффективность использования ресурсов: полнота прав пользования,

срок прав, право на получение дохода, возможность передачи прав и

ограничение доступа (рис. 1.2 и 1.3).

Индивидуальная

собственность

Отсутствует

собственность

Неограниченные

пользователи Полная

собственность

ь

Ограниченные

пользователи

Сильно

ограниченные

пользователи

Исключительные

пользователи

Арендные

соглашения

Безусловное

право

Неконтролируемый

доступ

Резерв для

специального

пользования

Общественная

собственность

Разрешения на

рубку

Право на

многоцелевую квоту

Степень

исключительности

Лицензии

Рис. 1.2. Многообразие характеристик прав собственности в лесном хозяйстве

23

Многообразие перечисленных характеристик прав

собственности, отраженных на рис. 1.2 и 1.3, определяет и

многообразие альтернатив и направлений изменения

институциональной структуры производства.

Полнота прав пользования определяет степень, в которой

владелец собственности имеет право в полной мере получать доходы

от использования всех компонентов и видов пользования лесом.

В случае неполных прав пользования их владелец будет

стремиться к достижению максимального дохода от определенного

вида ресурса, не заботясь или даже ухудшая состояние остальных.

Например, предприятия, реализующие право на лесозаготовки,

снижают доходы тех, кто располагает правами на водный и животный

мир, рекреационные и эстетические ценности, состояние почвы. В

этом случае отсутствуют стимулы оптимального сочетания

пользований лесом, что вызвано искусственным разделением прав на

одинаковые ресурсы. Путем рыночных трансакций возможно

Полные права

собственности

Полученные

доходы

Полнота прав

Сроки

Возможность

передачи

Исключитель-

ность прав

Ограниченные

права

собственности

Рис. 3.6. Комбинация характеристик прав собственности

24

изменить изначальное юридическое разграничение прав. И если такие

трансакции совершаются без издержек, такое перераспределение прав

будет происходить всегда, если это ведет к росту ценности

производства. Например, если владелец прав на заготовку древесины

наносит вред интересам держателя прав на водные ресурсы, и доходы

от использования последних выше, чем доходы от лесозаготовок, то

владелец прав на водные ресурсы может выкупить права на

пользование древесиной с выгодой для обоих держателей прав и для

общества в целом.

Однако в реальной экономике любые трансакции требуют

издержек, величина которых может снизить эффект от

перераспределения прав, либо права собственности могут быть

неоднозначно или не полностью определены (специфицированы), не

принадлежать тем, кто имеет право их передавать. В этом случае

конфликтные ситуации могут быть неразрешимы, либо требуют

государственного вмешательства.

Срок прав представляет собою период времени, в пределах

которого распространяется право собственности. Если права

собственности рассчитаны на длительный срок (несколько

десятилетий), то их держатель рассчитывает получать доход от

лесозаготовок в долгосрочном периоде, и имеет стимулы

финансировать лесохозяйственные мероприятия, ожидая их

окупаемости. И наоборот. С другой стороны, краткосрочные права на

пользование древесиной могут не гарантировать поставки сырья в

долгосрочной перспективе, что будет сдерживать инвестиции в

деревообработку, в особенности в более глубокие ее стадии.

Право на получение дохода может быть ограничено путем

лицензирования, ужесточения правил рубок и природоохранного

регулирования, предписанием рубки экономически невыгодной

древесины, увеличением налогов и экологических платежей,

регулированием сбыта. Данные ограничения влияют на доходы

собственников леса и стоимость лесной собственности, влияют на

способы использования лесных ресурсов.

Ограничение доступа определяет степень, в которой

держателю собственности гарантировано исключение пользования

собственностью третьих лиц.

Возможность передачи прав собственности позволяет купить,

продать или передать данные права. Например, арендные соглашения

могут не позволять передачу собственности другим лицам. Важно

25

отметить, что абсолютно непередаваемая собственность не имеет

рыночной цены. Единственным путем получения дохода от такой

собственности является ее использование владельцем, что может

снижать экономическую эффективность использования ресурсов,

поскольку они не могут быть приобретены теми, кто может их

использовать наиболее производительно.

Из изложенного выше можно сделать два основных вывода. Во-

первых, с целью наиболее эффективного использования имущества

необходимо постепенно расширять степень контроля собственности

заинтересованными пользователями. Это возможно путем развития в

институциональной структуре производства различных форм

долгосрочной аренды, концессий, лицензий на многоцелевое

пользование и частной собственности. Во-вторых, реальная оценка

стоимости ресурсов и активов организаций невозможна без

расширения возможностей передачи прав собственности посредством

рыночных трансакций. В целом можно заключить, что структура прав

собственности, приближающаяся к полной частной собственности,

порождает более эффективные стимулы.

Безусловно, ошибки в ходе инвестиционных решений

возможны, но частный предприниматель имеет веские причины

стараться так управлять бизнесом, чтобы поддержать или увеличить

приведенную стоимость своего предприятия. Он поступает подобным

образом не из альтруизма или заботы о будущих поколениях, а

сохраняя возможность продажи своей собственности по хорошей

цене. Кроме того приближающаяся старость будет побуждать

предпринимателя постоянно учитывать долгосрочные последствия

инвестиционных решений.

1.4 Частная собственность: проблема мониторинга и

спецификации прав

Собственность играет решающую роль для экономической

эффективности лишь в мире положительных трансакционных

издержек. Ниже рассматриваются два типа трансакционных издержек:

издержки спецификации и предоставления прав собственности, а

также издержки мониторинга и защиты полных или ограниченных

прав собственности. Оба типа издержек можно назвать издержками

исключения.

Проблемы экономической эффективности возникают тогда,

26

когда издержки спецификации (предоставления) прав собственности

и/или издержки мониторинга (защиты) этих прав оказываются

запретительно-высокими независимо от того, какие причины лежат в

основе таких издержек. Выводы экономистов в данной ситуации

однозначны: если есть соответствующая возможность, следует

избегать ситуаций порождающих подобные проблемы, путем

продуманного проектирования организационных структур. В связи с

этим следует также отметить, что издержки спецификации являются

невозвратными и не влияют на решения по поводу объѐма выпуска

после того, как состоялась передача прав собственности. Напротив,

издержки мониторинга и защиты прав относятся к категории

переменных, и их приходится осуществлять в каждый последующий

период времени.

Сущность проблемы издержек мониторинга можно

проиллюстрировать с помощью примера из сельского хозяйства.

Предположим, что фермер имеет право на исключительное пользова-

ние определенным участком земли и строениями только в течение

ограниченного периода времени (право на узуфрукт – вещное право

пользования имуществом с правом присвоения доходов от него, но с

условием сохранения его целостности и хозяйственного назначения).

Ему не разрешено продавать, дарить или совершать иные действия,

как было бы в том случае, если бы он обладал правами на передачу

этой собственности и мог переуступить ее другим лицам по своему

желанию. В результате фермер не может капитализировать будущие

последствия того способа, посредством которого он реализует свои

(ограниченные) права собственности. Например, он даже лишен

возможности получить какой-либо выигрыш от прироста рыночной

стоимости активов, который может иметь место вследствие его

текущей политики, благоприятно влияющей на долгосрочную

стоимость этих активов. Более того, если фермер не несет

ответственности за состояние фермы на момент отказа от права на

узуфрукт, то он, как рациональный, максимизирующий полезность

индивид, попытается полностью использовать почву и строения к

тому времени, когда эти «активы» нужно будет вернуть. На сходные

результаты можно рассчитывать, если людям на аналогичных

условиях предоставляются права на вырубку леса. Если условия

контракта на узуфрукт не включают определенные ограничения, то

неизбежно возникают стимулы к чрезмерной эксплуатации ресурса.

Дабы избежать чрезмерного использования актива, законодательство

27

многих стран об узуфруктах требует от держателя права на узуфрукт

сохранять экономическую целостность собственности и ее

хозяйственное назначение.

Эти ограничения сами по себе представляют только

формулировку условий, которые должны быть соблюдены

держателем узуфрукта. Разумеется, для того, чтобы достигнуть

хороших результатов, соответствующие правовые нормы должны

быть защищены. Поэтому, чтобы гарантировать надлежащую защиту

этих норм, реальный собственник подобной фермы (землевладелец)

должен осуществлять регулярный мониторинг деятельности фермера

и при необходимости использовать юридические или иные способы

дисциплинарного воздействия на него. Очевидно, что деятельность,

связанная с таким мониторингом и дисциплинарным воздействием,

потребует от землевладельца определенных издержек, если он захочет

именно таким образом обеспечить защиту своих законных интересов.

Однако он может сэкономить значительную часть издержек, если

использует другую возможность и заключит соответствующее

контрактное соглашение с фермером. Иными словами, в самом начале

периода действия узуфруктного соглашения землевладелец может

потребовать от фермера предоставить залоговое обеспечение, равное

текущей рыночной стоимости фермы на этот момент. Кроме того,

землевладелец должен согласиться вернуть этот залог фермеру в

конце периода действия указанного соглашения, но с добавлением

или вычетом прироста или уменьшения конечной рыночной

стоимости активов. Такое соглашение было бы своего рода

аппроксимацией ситуации, при которой землевладелец полностью

продает ферму фермеру, но оставляет за собой право

преимущественной покупки (right of first refusal). При этих условиях

фермер как полный собственник земли в дальнейшем будет

«полностью контролировать» самого себя. Мониторинг аллокации

ресурсов стал бы полностью «децентрализованным». Помимо этого,

фермер нес бы риск, связанный с изменением рыночной стоимости

фермы. При такой структуре собственности фермер будет не просто

внимательно относиться к ферме в соответствии с набором правил

содержания и технического обслуживания, правил, установление

которых необходимо в случае мониторинга держателя узуфрукта. Он

также с максимально возможной быстротой станет адаптировать свою

деятельность по аллокации ресурсов к изменениям фактической или

ожидаемой рыночной стоимости фермы. Отсюда следует, что

28

децентрализация не только приводит к экономии на издержках

мониторинга и защиты, но и вносит определенный вклад в более

быструю адаптацию хозяйственного поведения к фактическим

условиям системы или ожидаемым изменениям. Разумеется, что базо-

вой предпосылкой такой децентрализации является возможность про-

давать фермы (как активы длительного пользования) и наличие реаль-

но функционирующего рынка ферм, а не только рынка продуктов,

производимых на этих фермах.

Далее рассмотрим проблему спецификации прав собственности.

Еще до недавнего времени особенности производства в таких

отраслях, как почтовая связь, теле- и радиокоммуникации и т.д. не

позволяли ученым увидеть альтернативу наличия в них

государственной монополии и контроля. В статье «Федеральная

комиссия по связи» Р. Коузом была выдвинута идея о возможности

создания «радиовещательного» рынка. До этого считалось

общепризнанным, что без государственного контроля в эфире

воцарится хаос – конкурирующие станции станут работать на

одинаковых волнах, создавая друг для друга помехи. Коуз же

утверждал, что истинная причина «заторов» в радиоэфире – это

отсутствие прав частной собственности на электромагнитные волны

разной частоты. Если установить такие права, возникнет эффективный

рынок и потребность в государственном контроле отпадет. В своей

статье он поддержал такую схему: Федеральная комиссия организует

аукцион по продаже прав на вещание на тех или иных частотах,

передавая вырученные средства в казну, радиовещательные же

компании оказываются с этого момента подчиненными дисциплине

рынка. В следующей работе, легшей в основу решения о присуждении

ему Нобелевской премии, Коуз привел теоретические доводы против

господствовавшей в экономической теории тенденции подчеркивать

«провалы рынка» и призывать к государственному вмешательству для

их преодоления.

Одним из таких неоспариваемых «провалов рынка» считалась

ситуация с внешними или «экстернальными» эффектами. Примером в

учебниках по экономике обычно служили маяки. Утверждалось, что

содержатели маяков не в состоянии проконтролировать, кто именно

пользуется их услугами, чтобы взимать за это плату. Поэтому при

принятии решений они не берут в расчет ту выгоду, которую

непроизвольно приносят другим. С точки зрения общества

происходит перепроизводство благ с отрицательными внешними

29

эффектами и недопроизводство с положительными. Возникают

расхождения между частными и социальными издержками (где

социальные издержки равны сумме частных и экстернальных

издержек) либо между частными и социальными выгодами (где

социальные выгоды равны сумме частных и экстернальных выгод).

Стандартным предписанием преодоления этой неоптимальности

являлось введение государством специального налога на тех, кто

порождает отрицательные экстерналии и установление контроля за их

деятельностью. И, наоборот, в случае деятельности с

положительными внешними эффектами (такой как лесохозяйственное

производство) обычной практикой считалось и часто считается до сих

пор субсидирование государством. Так удается устранить «провалы

рынка» и восстановить оптимальность в размещении ресурсов. Эта

аргументация в пользу государственного участия была развита

А. Пигу и стала неотъемлемой частью «экономики благосостояния».

Однако Коуз выявил ошибочность подобного хода рассуждений. Он

показал, что в большинстве случаев рыночные механизмы способны

справляться с внешними эффектами. Теорема Коуза утверждает: если

права собственности четко определены и трансакционные издержки

равны нулю, то аллокация ресурсов (или структура производства)

будет оставаться эффективной независимо от того, как распределены

права собственности. Как заметил Р. Капелюшников, конечные

результаты производства не будут зависеть от действия правовой

системы, если ценовой механизм работает без издержек.

Из теоремы Коуза вытекают принципиально важные выводы.

Во-первых, внешние эффекты носят обоюдный характер. С

экономической точки зрения речь должна идти не о том, «кто

виноват», а о том, как минимизировать величину совокупного ущерба.

Во-вторых, она раскрывает экономический смысл прав собственности.

Четкая их спецификация до такой степени, что все результаты

деятельности каждого агента касались бы его и только его,

превращает любые внешние эффекты во внутренние. А значит,

источником экстерналий в конечном счете служат размытые или

неустановленные права собственности. Не случайно основным полем

конфликтов в связи с внешними эффектами обычно становятся

ресурсы, которые из категории свободных перемещаются в категорию

редких (лес, вода, воздух) и на которые поэтому ранее никаких прав

собственности в принципе не существовало.

Если рассматривать проблему еще более широко, то можно

30

сказать, что источником неэффективности экономической системы

являются характеристики системы прав собственности, а именно

слабость частных прав собственности, которая возникает с одной

стороны вследствие доминирования государственной собственности, с

другой – вследствие размытости или отсутствия прав собственности.

В итоге рынок по определению не может быть эффективным, и

данный «провал рынка» используют в качестве аргумента увеличения

государственного вмешательства. Как следствие, мы имеем ситуацию

институциональной ловушки, когда слабость института (прав

собственности) приводит к закреплению равновесия в неэффективном

состоянии (экономической системы). Существование же подобной

институциональной ловушки мы с полным правом можем назвать

«провалом государства».